Chapter 454

Тело Иллы дрожало и покачивалось, пока он озирал окрестности. Лишь спустя мгновение он заметил, что его люди на сторожевой башне устремили взгляды в одну сторону.

Сузив глаза, он проследил за их взглядом — и сквозь расстояние различил Аттикуса, бегущего впереди, а за ним Аврору.

В тот же миг в глазах Иллы вспыхнула ярость, а его аура взорвалась, обнажив мощь ранга Advanced+.

И вдруг — он изменился.

Будто на его месте стоял уже не Илла, а нечто иное.

Земля под ним прогнулась, рассекаясь змеящимися трещинами. Его тело стало массивнее, тяжелее, будто вес утроился.

Мягкое, сладострастное тело, прежде покачивавшееся при каждом движении, теперь затвердевало, становилось упругим, как камень.

Из суставов хлынула белая вязкая субстанция, и в мгновение ока его фигура с головы до пят покрылась костяным панцирем, оставляя лишь суставы свободными для движения.

Илла резко изогнулся — белая масса сгустилась перед его руками и ногами, формируя массивный щит.

А затем — рванул с места.

Это было подобно землетрясению.

Ударная волна прокатилась по лагерю, сметая всё на своём пути.

Пылающий шатёр мгновенно погас, его обломки вместе с соседним шатром разлетелись в стороны.

Деревянные заграждения, сторожевые башни — всё рушилось, как карточные домики, под неудержимым напором его бронированного тела.

Он нёсся сквозь лес, пробивая вековые деревья, будто они были сухими прутьями.

Лес содрогнулся.

Четверть расстояния до беглецов была преодолена за одно мгновение.

— Аттикус! — вскрикнула Аврора, её голос дрожал от ужаса.

Она широко раскрыла глаза, пытаясь достучаться до Аттикуса, но тот уже видел.

Видел, как к ним несётся монстр. Но ей и не нужно было ничего предпринимать — Аттикус знал, что он придет, еще до того, как тот сдвинулся с места.

Как только их взгляды встретились, Илла почувствовал, как дрожь пробежала по позвоночнику. Этот человек был силен. Не настолько, чтобы его прежнее «я» не справилось, но сильнее нынешнего. Сильнее даже Зекарона, с которым он сражался.

Нас нельзя поймать , — промелькнуло в голове Аттикуса, и взгляд его стал жестким.

— Он приближается! — крикнула Аврора, и в тот же миг алая волна накрыла Аттикуса с головой, его аура взметнулась ввысь.

— Держись крепче, — бросил он сквозь зубы.

Аврора тут же вцепилась в него изо всех сил.

Аттикус рванул вперед. Его ноги, уже мелькавшие над землей, теперь и вовсе превратились в размытое пятно. Скорость взорвалась звуковой волной, утроившись в мгновение ока.

В отличие от массивного Иллы, крушившего все на своем пути, Аттикус ловко лавировал между деревьями, превратившись в алый вихрь, пронзающий лес.

Аврора впилась пальцами в его плечи, прижавшись так сильно, будто хотела слиться с ним воедино.

Она никогда еще не чувствовала себя такой беспомощной. Они бежали, и Аттикус нес ее на руках, делая все сам. И это после того, как он пришел ее спасать.

Без своей родословной она была никем.

Аврора бросила взгляд на чудовище, преследующее их, и глаза ее расширились от ужаса.

Она ожидала увидеть его далеко позади, но монстр был уже в нескольких метрах!

Илла не просто не отставал — несмотря на бешеную скорость Аттикуса, он, казалось, ускорялся еще больше.

Аттикусу не нужны были объяснения. Он и так чувствовал леденящие душу вибрации, доносившиеся сзади.

И будто этого было мало, на него обрушилась тяжелая волна демотивации.

Каждое движение давалось с невероятным трудом, каждое решение требовало втрое больше усилий. Но Аттикус стиснул зубы и рванул вперед. Его фигура по-прежнему мелькала красным пятном среди деревьев, а за ним неумолимо двигалась массивная тварь в костяных доспехах, крушащая всё на своём пути.

"Больше не могу", — Аттикус отлично знал предел своих возможностей. Уже чудо, что он ещё способен был связно мыслить.

"Придётся его использовать, хоть это и адски плохая идея", — внезапно решил он.

Полупризрачная алая аура вокруг Аттикуса начала меркнуть, с каждой секундой становясь всё тоньше, а охватившая его демотивация превращалась в невыносимую пытку.

По шее и лицу Аттикуса вздулись пульсирующие жилы — настолько крупные, что казалось, будто под кожей копошатся толстые черви.

Если бы Аврора не стояла перед лицом надвигающейся угрозы, она бы увидела, какую адскую боль испытывает её спутник.

"Десять метров!"

Услышав крик Авроры, Аттикус резко направил ману в один из пространственных накопителей на поясе. Перед ним материализовались голова и тело Зекарона.

Не сбавляя скорости, Аттикус ударил ногой по голове, а затем по туловищу, разбрасывая их в противоположные стороны.

Они уже успели оторваться от лагеря, набрав бешеную скорость. В округе осталась только их троица.

Появление трупа Зекарона не прошло незамеченным. Илла почувствовала его мгновенно.

Глаза твари расширились от шока даже сквозь костяной шлем, а сердце забилось чаще, когда она узнала знакомые черты и одежду.

Дальнейшее произошло на чистом инстинкте.

В таком огромном лесу обязательно водились хищники. Аттикус просто не сталкивался с ними, потому что они уже очистили окрестности, когда только пришли сюда.

Но теперь они вышли за пределы "выжженной" территории. Свежий труп, брошенный на землю, был бы растерзан в считанные минуты.

Илла понимала: даже если она сейчас поймает убийцу, особенно зная, откуда он родом, без тела Зекарона её ждёт мучительная смерть.

Массивная фигура резко изменила траекторию, устремившись к останкам Зекарона. Стиснув зубы от боли, Аттикус вновь рванул вперёд, стремительно преодолевая лесную чащу.

...

ГРООООООМ!!!!!

Колизей взорвался рёвом. Под ногами сотрясалась земля, миллионы глоток выплёскивали адреналин в едином крике.

Все глаза приковал гигантский экран под куполом — на нём Аттикус, несущий на руках Аврору, мчался сквозь зелёный ад.

— Аттикус! — АТТИКУС! — А-А-АТТИКУС!!!

С каждым выкриком трибуны взрывались топотом, будто под ними просыпался вулкан.

— Да это ж мой кузен, бляяяять!!! — Нейт орал, размахивая кулаками, так что сидевшие сзади равенштейновцы только переглядывались.

Тот самый Нейт, что дулся на Аттикуса за выбор Авроры вместо него?

Но не он один пересмотрел свои взгляды. Даже Хелла, вечно поджавшая губы, теперь с трудом сдерживала возглас. С самого начала саммита каждое действие Аттикуса заставляло её кровь бурлить.

Они все ощущали это — гордость за своего.

— ХА-ХА-ХА, ДА КАК ЖЕ ТАК-ТО!!! — Джаред заглушил трибуны своим противным ржанием.

Инструкторы даже не повернулись.

После увиденного такие мелочи, как его вопли, уже ничего не значили.