Chapter 432

Первый вариант был бы идеальным, но Аттикус понимал — сейчас это недостижимо.

Чтобы управлять волей, требовалась абсолютная концентрация, и даже его выдающийся интеллект не позволял делать это вполсилы. Лишь благодаря уму он мог удерживать контроль на таком уровне.

Если бы я мог использовать эту силу... — в памяти всплыло то преображение, когда его воля охватила разум.

Тогда она пронизала всё его существо. Сражайся он в таком состоянии — костюм не посмел бы и пикнуть, как бы Аттикус ни отвлекался.

Но факт оставался фактом: сейчас это было невозможно. А значит, вывод напрашивался сам собой.

Пока что прощай, экзокостюм. По крайней мере, до тех пор, пока я не научусь сражаться на полную, не теряя концентрации , — мысленно вздохнул Аттикус.

Возможности костюма впечатляли, но теперь, обнаружив эту роковую слабость, пришлось отложить эксперименты.

Пока его лицо оставалось открытым, а чёрный костюм покрывал лишь шею и ниже.

После мгновения раздумий мириады крошечных пятиугольников пришли в движение, сплетаясь у груди и стремительно втягиваясь внутрь.

Через несколько секунд перед зеркалом стоял Аттикус — с обнажённым торсом и подтянутыми мышцами.

Он почувствовал, как сила покидает его с пугающей скоростью, возвращаясь к обычному уровню. Ощущение было отвратительным — эта внезапная слабость угнетала.

Не теряя времени, Аттикус набросил мантию. Он взглянул на время, отображённое на артефакте, и глаза его расширились от неожиданности.

Десять утра — именно тогда их доставили в научный сектор. Аттикус был уверен, что вернулся в отдел не позднее полудня.

Но сейчас стрелки показывали шесть вечера. Выходило, он провёл в тренировках больше пяти часов, даже не заметив этого.

"Хотя бы немного успокоился", — мелькнуло у него в голове. Эти изматывающие упражнения были его способом обуздать кипящую кровь после всего, что с ним приключилось.

Аттикус встряхнул головой, отгоняя мысли. "Они, наверное, уже вернулись". Взгляд его скользнул по изуродованному тренировочному залу, на мгновение задержавшись на обездвиженном роботе Джареда, после чего он подошёл к терминалу и одним нажатием вернул комнате стерильную белизну.

Он тщательно стёр все записи своей сегодняшней сессии — привычка, доведённая до автоматизма.

Дверь распахнулась перед ним, но едва Аттикус сделал шаг вперёд, как его уши пронзил взволнованный крик. Он инстинктивно отпрыгнул в сторону, и в следующий миг мимо него, словно огненный метеор, пронеслась Аврора.

Не успел он понять причину её стремительного появления, как в зал вошли остальные: Нейт, Лукас и другие юноши из Равенштейна.

Уголки губ Аттикуса дрогнули в усмешке. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, медленно скользнул по каждому из них.

Причина была очевидна: все они облачились в свои экзокостюмы. — Ну, как я выгляжу?

Аттикус обернулся и увидел Нейта — тот стоял, гордо подняв руки, демонстрируя мощь своих мышц.

Его фигура была облачена в темно-коричневый костюм, испещренный замысловатыми узорами. Рядом с ним высился Лукас в небесно-голубом экзокостюме, по которому струились белые линии, словно морозные узоры.

Несмотря на то, что оба были скрыты с головы до пят, Аттикус без труда узнавал их.

Взгляд его задержался на массивной фигуре Нейта. Он сразу почувствовал — аура того стала тяжелее, плотнее.

За год Нейт сумел пробиться в продвинутый ранг. Но теперь, благодаря костюму, он поднялся еще выше. Его сила ощущалась иначе.

Может, дело в мастерстве? Или в таланте? Аттикус вспомнил метаморфозу Джеральда — тот дважды поднимался в ранге, причем уже будучи экспертом.

А Нейт? Всего один раз. Как и Лукас, и остальные юнцы Равенштейна.

Аттикус усмехнулся:— Неплохо. Сильно смотришься.

Его слова заглушил грохот — в нескольких метрах от группы рухнула объятая пламенем фигура.

— А я?! — раздался звонкий голос Авроры.

Компания обернулась. Девушка стояла, уперев руки в бока, а ее костюм пылал, как костер.

Насыщенно-красный экзокостюм, прошитый белыми узорами, был окутан яростным огнем. Казалось, сама стихия служила ей плащом. Вся её фигура была скрыта под плотным покровом, включая лицо, но сомнений не оставалось — это Аврора.

Аттикус фыркнул, приближаясь к ней:— Неужели это так необходимо? Мы же знаем, что ты умеешь управлять огнём.

Бушующее пламя, окутывавшее её тело, мгновенно погасло, когда Аврора повернула голову в его сторону и подняла правую руку.

Остальные юноши из Равенштейна перевели дух.

Все понимали — сейчас грянет буря. Но вопреки ожиданиям, Аврора лишь медленно опустила руку, будто щёлкнула невидимым выключателем.

— Я поняла, почему ты меня ненавидишь, — даже сквозь маску Аттикус почувствовал её самодовольную ухмылку.

— О чём ты несешь?

— Ты завидуешь моему экзокостюму! Наверняка у тебя какой-то жалкий уродец, хе- хе.

Аттикусу пришлось изрядно постараться, чтобы не расхохотаться в ответ.

Его экзокостюм можно было назвать как угодно, но "жалкий" — или любое другое слово, хоть отдалённо напоминающее это, — к нему явно не относилось.