Chapter 1049

При этих словах лицо Элетантрона исказилось от ярости. Напряжение, висевшее до этого, будто струна на грани разрыва, наконец лопнуло.

Его аура вспыхнула, подобно ядерному взрыву. Чёрная энергия рванула вперёд, сокрушая землю под чудовищным давлением. Небо померкло. Воздух завыл.

— Ты посмел обмануть Альянс?! — громовой голос Элетантрона потряс пространство. — Я покажу тебе, что значит бросать вызов!

Воздух вокруг него искорежило. Сама реальность содрогнулась.

И в тот же миг в небе возникли миллионы пространственных клинков — чёрных, зазубренных, гудящих от жажды уничтожения. Они закрыли солнце, сомкнувшись над Аттикусом смертоносным куполом.

Элетантрон взмахнул рукой — и клинки обрушились вниз.

Они рассекали воздух с такой скоростью, что рвали саму звуковую волну.

Глаза парагонов расширились. На их лицах застыло недоумение.

Неужели Элетантрон и вправду атакует Аттикуса?..

Но когда они обернулись к нему, то увидели: взгляд Аттикуса оставался спокойным. Как водная гладь перед бурей.

Одна мысль — и импульс.

Чёрно-багровая энергия вырвалась из него, встретив падающие клинки всесокрушающей волной. В момент столкновения пространственные лезвия рассыпались в прах, будто их и не существовало вовсе.

Зрачки Элетантрона сузились. Шок ударил его, словно молот по наковальне. Его атака была уничтожена одним лишь движением воли!

Опустив взгляд, он увидел, как Аттикус медленно вынимает катану. Резкий скрежет металла о ножны прокатился по полю боя, ставшему безмолвным, как могила.

Экзокостюм на его груди раскрылся, сегменты со щелчком сдвигались по телу. Над лицом вспыхнула багрово-фиолетовая маска, мерцающая, как живое пламя.

И тогда пришло оно.

Намерение убить.

Густое, удушающее, чудовищное. Оно накрыло поле битвы, сдавливая всё под своей тяжестью.

Аттикус не произнёс ни слова.

Он не нуждался в словах.

Он уже знал. Его прежние речи были предупреждением. Милостью. Последним шансом для парагонов.

Но они предпочли его проигнорировать. Тишина.

Аттикус двинулся.

Пятно. Треск. Грохот, разрывающий уши.

Он уже был на Элетантроне. Его катана не просто опустилась — она обрушилась, как падающая звезда, ставшая клинком, перехватившая само дыхание мира.

Давление взметнулось вверх. Гравитация скрутилась в спираль. На миг поле боя опустело — будто всё живое втянуло в эпицентр этого удара, во что-то слишком огромное, слишком неотвратимое, чтобы ему можно было противостоять.

Глаза Элетантрона расширились. В них ворвался ужас. Руки взметнулись вверх, сжимая пространство перед ним — барьер за барьером, слой за слоем, толщиной, способной остановить даже парагонов.

Тёмно-малиновое столкнулось с чёрным.

И взорвалось.

Свет, ослепляющий, испепеляющий небо, раздирающий землю.

Глаза Зенона, как и остальных парагонов, вспыхнули пониманием. Мгновение — и они ринулись вперёд, возводя щиты, прикрывая вершителей и новобранцев от всесокрушающей волны.

Но пока поле боя сотрясалось от хаоса, Элетантрон столкнулся с чем-то пострашнее.

Внутри этого ослепительного катаклизма, внутри бури силы, шла другая битва.

Его барьеры рушились.

Слой за слоем, пространство рассыпалось под ударами Аттикуса. Его катана не останавливалась, пробивая каждую защиту, каждую преграду, возведённую Элетантроном.

И вот — перед его выпученными глазами возник клинок.

Он падал, как приговор.

Время замедлилось.

Мысли метались, не находя выхода. Он не верил. Не понимал. Его реальность трещала по швам под этим напором.

Никогда смерть не была так близка. Так... окончательна.

Но затем инстинкт пересилил.

Он не хотел умирать.

Глаза Элетантрона сузились. Плащ пространства сомкнулся вокруг него, сверкнул — и он исчез, клинок рассек лишь воздух.

С хрипом он материализовался вдали, наблюдая за последствиями. Земля разверзлась, рассечённая глубокой трещиной, из недр которой клокотала раскалённая энергия.

Небо, разорванное в клочья, смешалось в хаосе света и теней. Воздух дрожал от удара, и отголоски катастрофы эхом отдавались в костях каждого, кто стоял на этом поле.

Алый свет, сырой и яростный, лился из разлома, отражаясь в широко раскрытых глазах новобранцев и парагонов. Они застыли, оцепенев, сжав кулаки и стиснув зубы.

Тишина.

Густая, давящая тишина... пока её не разорвал голос Азракана.

— Ты...!

Его рёв прокатился по полю, срывая всех с места. Аура владыки вспыхнула, пространство вокруг него содрогнулось, искривилось, а затем — взорвалось. Ударные волны, рвущие реальность, обрушились на Аттикуса.

Но багрово-фиолетовое сияние на лице противника лишь разгоралось, становясь ярче, безумнее, пляшущим в такт ветру.

И тогда его аура взорвалась.

Не всплеск. Не выброс.

Словно пробудилось нечто древнее, словно бог впервые за тысячелетия сделал вдох.

Волна мощи хлынула от него, как свет от сверхновой.

Парагоны почувствовали это мгновенно — все.

Сердца замерли. Головы резко дёрнулись назад.

Столько силы... Это пугало.

В тот миг, когда она разгорелась, пространственные разрывы Азракана рассыпались, исчезли, словно хрупкие миражи, поглощённые космическим вихрем.

И тогда раздался голос Аттикуса.

— Бесконечный клинок.

Вспышка.

Тёмно-малиновый свет.

И небо раскололось.

Не было источника. Не было движения. Не было формы.

Только разрушение. Небеса разверзлись. Бесчисленные кроваво-багровые трещины рассекли пространство, и из каждой рождался клинок.

Миллионы лезвий. Незримых. Неумолимых.

Они обрушились вниз, словно сама смерть, застилая небо. Каждый взмах крутил ветер, искривлял реальность, превращая мир в хаос разрушения.

Сердце Азракана глухо ударило в груди.

Паника. Руки двигались сквозь туман — щиты на щиты, сжатый воздух, алмазные барьеры. Но порезы все равно проступали.

Они рвали ткань мироздания.

Щиты — вдребезги. Защита — в прах. Слои пространства таяли, как масло под раскаленным ножом.

Ничто не держало.

Когда рухнул последний барьер, пространственный плащ окутал Азракана — и он исчез в последний миг.

Вынырнул вдалеке. Дышал, как загнанный зверь. Тело — струна, сердце — гром в висках.

А позади — только пепелище.

Земля, изрубленная в клочья. Ландшафт, превращенный в шрамы. Пропасти на мили. Небо, из которого вырезали куски. Обломки все еще падали, но облаков больше не было — будто кто-то стер часть мира ластиком.

И затем... тишина.

Гнетущая. Давящая. Она въелась в кости, в мозг, в каждую душу, что застыла в оцепенении.

Напряжение лопнуло.

Парагоны закрыли глаза. Мысли метались. Ауры вспыхнули.

И начался ад.

Boosty: https://boosty.to/destiny_translator