Chapter 1023

Глава 1023: Очищение Лёгкая улыбка тронула губы Зои при словах Лиры. У него есть кто-то, кто ему нравится. В груди вспыхнуло тепло. Она знала — это была она. И от этого сердце бешено застучало, наполняясь счастьем. Но тут же пальцы её сжались в кулаки при виде толпящихся вокруг него женщин. Бессильная злость сковала тело. Если бы у меня было достаточно силы, я бы поставила их всех на место. Но внезапно по спине пробежал холод. Взгляд заострился, будто клинок. Почему у меня такое чувство, будто Маэра готова стереть его с лица земли? Напряжение нарастало, но Аттикуса спас шёпот, донёсшийся рядом. Нейт наклонился, коснувшись губами его уха. Слова были чёткими, недвусмысленными — требовали обдумать каждый следующий шаг. И всё же в этой ситуации Аттикус не мог не испытывать благодарности. С лёгким поклоном в сторону дам он быстро отступил. — Прошу прощения, но меня ждёт неотложное дело. Повернувшись, он стремительно покинул зал. Едва его фигура скрылась за дверью, как пространство взорвалось перешёптываниями. Апекс Облитери заинтересовался человеческим Апексом? Никто не ожидал стать свидетелем подобного. И уж тем более — оказаться в первом ряду. Маэра не сводила глаз с двери, куда исчез Аттикус. Взгляд её оставался ледяным, словно заточенный клинок.

Глава 1023: Очищение

Лёгкая улыбка тронула губы Зои при словах Лиры.

У него есть кто-то, кто ему нравится.

В груди вспыхнуло тепло. Она знала — это была она. И от этого сердце бешено застучало, наполняясь счастьем. Но тут же пальцы её сжались в кулаки при виде толпящихся вокруг него женщин. Бессильная злость сковала тело.

Если бы у меня было достаточно силы, я бы поставила их всех на место.

Но внезапно по спине пробежал холод. Взгляд заострился, будто клинок.

Почему у меня такое чувство, будто Маэра готова стереть его с лица земли?

Напряжение нарастало, но Аттикуса спас шёпот, донёсшийся рядом.

Нейт наклонился, коснувшись губами его уха. Слова были чёткими, недвусмысленными — требовали обдумать каждый следующий шаг.

И всё же в этой ситуации Аттикус не мог не испытывать благодарности.

С лёгким поклоном в сторону дам он быстро отступил.

— Прошу прощения, но меня ждёт неотложное дело.

Повернувшись, он стремительно покинул зал.

Едва его фигура скрылась за дверью, как пространство взорвалось перешёптываниями.

Апекс Облитери заинтересовался человеческим Апексом?

Никто не ожидал стать свидетелем подобного. И уж тем более — оказаться в первом ряду.

Маэра не сводила глаз с двери, куда исчез Аттикус. Взгляд её оставался ледяным, словно заточенный клинок.

Выйдя из зала, Аттикус направился туда, куда указал Нейт.

Что-то происходит.

Тревожное предчувствие, терзавшее его с самого начала, лишь усилилось. Он не понимал, что именно, но это делало его ещё более беспокойным.

Лукас хочет меня видеть.

Даже оказавшись в сложной ситуации, он не терял бдительности. Нейт передал, что Лукасу нужно обсудить с ним нечто важное.

За считанные секунды в голове пронеслись десятки возможных сценариев. Это была ловушка. Его уводили подальше от своих.

Аттикус понимал — могло случиться что угодно. Хотел бы верить, что предусмотрел все варианты. Но даже сквозь натянутую внутреннюю настороженность он шагал вперёд.

Такова была его природа. Он не умел сидеть сложа руки, выжидая. Действие, а не пассивность — вот его кредо. Пусть замышляют что угодно — он шёл навстречу их плану, чтобы разорвать его изнутри.

Хорошо, что я собрал их всех здесь.

Банкет стал идеальным местом — все его близкие были под рукой, а значит, и под защитой. Пусть думают, что уводят его прочь. Ему хватит мгновения, чтобы вернуться к ним, если что-то пойдёт не так.

Что они задумали?

Он — Парагон. Сила, превосходящая любого Апекса. Даже сержанты не могли с ним сравниться. Какие бы козни ни плели враги, всё раскроется, как только он окажется на месте. Его восприятие и интуиция давно перешагнули пределы обычного.

В этом нет смысла.

Будь он на их месте, Аттикус действовал бы иначе — напал бы внезапно, без предупреждения. Но вместо этого они заставили его насторожиться. Это... странно.

Или...

Может, у них есть способ его удержать?

Мысли пронзили сознание, как лезвие, и в тот же миг в голове раздался голос Озеорта:

Хоть мне и хочется сказать, что планы этих муравьёв не стоят твоего внимания... но я тоже чую подвох. Не верь им. Будь осторожен.

Взгляд Аттикуса стал твёрже стали. Бдительность взметнулась до предела — он никогда не расслаблялся.

Не знаю, что они затеяли, но готов поставить на самое худшее.

И тогда его осенило. Лукас. Он замешан в этом. "Я не против, чтобы меня поправили... но пока всё не закончится и я не поговорю с ним, ничего не изменится".

Аттикус не знал о Лукасе ничего. И сейчас, в этой скользкой и опасной ситуации, тот вёл себя более чем странно.

Пока не доказано обратное — доверять Лукасу было нельзя.

Банкетный зал располагался в центре острова. По словам Нейта, Лукас ждал его в лесу сразу за зданием.

Уединённое и безмолвное место. Лишний повод насторожиться.

Аттикус шёл быстро, все его чувства были на взводе.

Выйдя на поляну, он резко остановился у самого её края.

Луна висела полная. Призрачный серебряный свет заливал поляну, превращая её в нечто неземное. А в самом центре стояла одинокая фигура.

Белоснежные волосы.

Худощавое телосложение.

Очки, которые он поправил, едва заметив вдали мощный силуэт Аттикуса.

Напряжение мгновенно окутало поляну, сдавив пространство, будто тяжёлое покрывало.

И всё же, несмотря на это, на губах Лукаса Равенштейна дрогнула улыбка.

Он заговорил, и в его голосе прозвучала театральная торжественность.

— Аттикус Равенштейн, величайший гений, когда-либо украшавший этот мир, — провозгласил он, словно представляя Аттикуса перед невидимой публикой.

Тишина.

Густая, давящая тишина.

Лукас усмехнулся. — Как и ожидалось. — Он попытался сделать шаг вперёд.

— А?

Его голос сорвался в шёпот, а тело будто окаменело. Улыбка застыла.

Он огляделся, потом посмотрел на себя, и в глазах его мелькнуло замешательство.

Он не мог пошевелиться. Даже мускул не дрогнул. Он не мог собрать ману — сокрушительная тяжесть сковала всё его тело, превратив в ледяную статую. Свободными оставались лишь две вещи.

Его зрачки. И его рот.

Когда взгляд медленно скользнул к фигуре, застывшей на опушке, он всё понял.

Будто сам бог вынес ему приговор.

Лукас хихикнул.

— Ты всегда был осторожен.

Его глаза намертво вцепились в Аттикуса, так и не переступившего границу поляны. Радужные зрачки слились в один цвет — фиолетовый.

Густой, ядовитый, прожигающий лесную тьму.

Хищник.

Выжидающий.

Готовый.

Но не двигающийся.

Молчание.

И всё же его присутствие заполнило чащу, давя на Лукаса незримым божественным гнётом.

Лукас резко выдохнул — и снова захихикал.

— Забавно.

В голосе прозвучало что-то извращённое. Или горькое.

— Такой талантливый ублюдок... Всё на блюдечке с голубой каёмочкой... Лёгкая жизнь... И при этом — такой осторожный...

Губы искривились в оскале.

— Это пиздец как смешно!

И тогда Лукас рассмеялся.

Громко.

Грязно.

Безумно.

Boosty: https://boosty.to/destiny_translator