Chapter 1008

Когда Зоуи скрылась среди деревьев, в тишине леса внезапно раздался голос:

— Что это за ухмылка?

Аттикус притворно моргнул.

— Какая ухмылка? — невинно переспросил он, хотя его лицо расплылось в довольной гримасе.

Озерот ехидно фыркнул.

— Вот эта! Прямо здесь! У тебя что, мозги вскипели от её признания? Цок-цок. Тебе ещё многому предстоит научиться, Бонд.

Он покачал головой с видом превосходства.

— Ты счастлив лишь потому, что какая-то девчонка на тебя запала? Жалко. Тебя ещё нужно наставить на путь истинного величия.

Аттикус повернулся к нему, и его ухмылка стала ещё шире.

— Зато хоть кто-то признался.

Озерот застыл. Всё его тело напряглось.

Рот открылся.

Закрылся.

Снова открылся. Но слов так и не последовало.

А ухмылка Аттикуса тем временем достигла ушей.

— Что? Разве я соврал? — прозвучало сладко-ядовито.

Лицо Озерота дёрнулось.

Впервые за всю свою долгую жизнь он оказался в тупике. И этот ублюдок ещё осмелился тыкать ему этим в лицо!

Глаза сузились, губы снова разомкнулись... Затем он замолчал, не в силах вымолвить ни слова. Аттикус видел его насквозь — это он понимал слишком хорошо. Сколько раз Озерот хвастался женщинами, которые якобы сходили по нему с ума, но ни одна так и не призналась ему в чувствах.

Тишина между ними сгустилась, стала тягучей и неловкой.

Аттикус скрестил руки на груди, наблюдая, как его собеседник съёживается, и это зрелище доставляло ему невероятное удовольствие.

— О? Котёнок потерял дар речи? — Он усмехнулся. — Великий Озерот приуныл?

Озерот бросил на него напряжённый взгляд, что-то невнятно пробормотал — и вся его показная бравада испарилась без следа.

А затем —

ОПА.

Он исчез, растворившись в глубинах их связи, словно нырнув в самую сердцевину Аттикуса.

(Следите за новыми эпизодами на N0vel1st.c0m.)

Аттикус тут же расхохотался.

Он смеялся так сильно, что плечи его тряслись, а самодовольная усмешка растянулась ещё шире.

— В этом нет ничего постыдного, Оззи, — сказал он, смахивая фальшивую слезу. — Уверен, однажды даже твоё великолепие удостоится признания... Ну, может, лет через сто.

Его смех стал ещё громче.

И тут он почувствовал — резкий, обжигающий всплеск ярости, бурлящий где-то внутри.

Гнев Озерота.

Что, разумеется, рассмешило Аттикуса ещё сильнее.

Вдоволь поиздевавшись над духом, он наконец успокоился.

— Так тебе и надо, — мысленно процедил он.

Ответа не последовало — Озерот всё ещё пылал, но Аттикус и не собирался обращать на это внимание. После всего, что этот мерзавец заставил его пережить за последние месяцы, такая месть была более чем справедлива. Он не испытывал ни капли угрызений совести. "С этим покончено..."

Облегчение разлилось по телу, освобождая место для новых мыслей. Уголки губ сами собой поползли вверх, когда его взгляд нашел в толпе Зоуи.

Что он чувствовал?

Счастье.

Да, именно так — простое, ясное, как солнечный луч, счастье.

Раньше, стоит было вспомнить о Зоуи, как в груди сжималось что-то тяжёлое. Неудачный опыт прошлой жизни, провал в этой... Может, дело в нём? Может, он какой-то неправильный?

Но сейчас эти мысли казались пустыми. Потому что он наконец понял — она тоже хотела его.

Это осознание вспыхнуло внутри, как фейерверк. Да, сейчас между ними всё сложно, но Аттикус верил — время расставит всё по местам.

С улыбкой он опустился на землю, закрыл глаза и погрузился в медитацию, игнорируя бурлящую внутри энергию.

Дни текли один за другим.

После той встречи они не говорили снова, но Аттикус то и дело замечал её среди солдат, когда проверял подготовку армии. И каждый раз убеждался — Зоуи не бросала слов на ветер.

Она изменилась. В её движениях, в том, как она тренировалась, как общалась с подчинёнными, появилась новая твёрдость.

Теперь она шла к цели — и шла, не сворачивая. Её мастерство росло с каждым днём. Даже после изматывающих, порой бессмысленных тренировок под началом Авроры, Зои не позволяла себе отдыха. Вместо этого она с фанатичным упорством шлифовала своё мастерство, выжимая из себя все соки.

Наблюдая за ней, Аттикус вновь понимал, что именно привлекло его в этой девушке.

Но он не забывал и о других обязанностях. Помимо Зои, он внимательно следил за всей армией, отмечая её прогресс.

Нужно отдать Авроре должное — она справлялась блестяще. Казалось, командование было её призванием.

Ну... если называть призванием умение выводить людей из себя.

Аврора не знала стыда. Ей было плевать на чужое мнение, а чувства новобранцев её не волновали ни капли.

Она отдавала приказы с холодной властностью и тут же наказывала любого, кто осмеливался перечить. Её требования варьировались от разумных до откровенно издевательских — она восприняла совет Аттикуса всерьёз и испытывала терпение солдат на прочность.

К счастью, хоть ропот и рос, приказы выполнялись — пусть и скрепя сердце.

А Аврора, кажется, только этого и ждала. Она смаковала их недовольство, наслаждаясь тем, что именно она — источник их мучений.

И что удивительно — это сработало. Все подразделения, включая представителей других рас, беспрекословно подчинялись, не смея оспаривать даже самые безумные распоряжения.

Помимо этого, Аттикус приглядывал за своим другом Каэлем.

Тот оставался тем ещё боевым психопатом, вечно искавшим повод для драки. В свободное время он либо охотился, либо подбивал кого-нибудь на спарринг.

В целом, Аттикус считал, что его армия более-менее готова.

Для него главным было одно — беспрекословное подчинение.

Добившись этого, он сосредоточился на собственных тренировках, ожидая, когда военные решатся на первый выпад.

И ждать пришлось недолго.

Дни шли, и вскоре это случилось.

Их первое настоящее испытание.

Boosty: https://boosty.to/destiny_translator