Когда-то, когда эльфы жили единым народом, дварфы с гномами не враждовали, когда на полях росли невероятной красоты цветы и не было Империй, ходил среди людей музыкант. Был он и не высок, и не мал, его тело не было похоже на Храм какого-то бога, но пальцы его могли бегать по струнам с невероятной быстротой и, одновременно, осторожностью. Он мог по-настоящему слышать музыку, что встречалось очень редко.

Звали того музыканта Лепорум. Его голос мог очаровать любого, но музыкант не находил в этом своего призвания и просто скитался по миру ища его, надеясь обрести. И повстречал он однажды на поле, куда он шёл, дабы увидеть невероятный вид церкви, открывавшейся с поля, одну девушку. Она не была прекрасна, как какая-нибудь принцесса, нет. Но для него она стала лучиком света в этой беспроглядной темноте.

Он влюбился в неё с первого взгляда и бесповоротно. Немедля, Лепорум подошёл и признался ей, но получил твердый, словно камень, отказ. Она рассказала, что ждёт любимого с войны, но музыкант не привык получать отказы. Он пошёл вслед за девушкой, поселился в деревне, где она жила. Потихоньку он смог подружиться с ней, но, сколько бы он не признавался, всенепременно получал отказ.

И прознал он у деревенских жителей, о ведьме, что живёт на болоте. Отправился он к ней, и про путь этот до сих пор слагают легенды, и когда пришёл он к ведьме, просила она у него служение в течении шести месяцев и самую драгоценную вещь на то, что она околдует его возлюбленную и заставит любовь стать ответной.

***

«Как меня зовут?» - никак не мог вспомнить человек, и всё проваливался, проваливался в вязкую темноту вечного забытья.

Но ветра, некогда трепыхавшие его одежды, прошептали: «Ты – наш спаситель, наш избранник». Земля, которая была когда-то частью его плоти, прогремела: «Ты – старший из живущих, моё дитя». Вода, что текла ручьями, пока он пытался зачерпнуть хоть немного, прожурчала: «Ты – моё воплощение, я теку по твоим венам». Огонь полыхнул и в этом всполохе читалось: «Ты – мой сын, и сын всех нас – человек».

Но он ничего не понимал. Он никогда не занимался магией, не знал её языка, не знал и о четырёх стихиях.

Все четыре стихии начали бороться с щупальцами забытия, но чем больше они пытались спасти его, тем глубже он погружался.

Он смотрел на это всё, сквозь некую призму безразличия. Внезапно, он почувствовал касание чего-то.

На его руке сидела крыса. Её чёрные глаза были невероятно страшными, но человек смог смотреть на неё без страха. Она начала пищать, и постепенно этот писк приобретал обличие, становился всё грубее и грубее.

«Кхе-кхе, смертный, я не смогу долго сдерживать их», - крыса кончиком хвоста указала на беснующиеся стихии. - «Поэтому слушай. Тебя нарекли Альдером, Режущим Кромкой Меча, с самого создания вселенных. Я могу помочь тебе, но только тогда, когда ты поверишь мне. Просто отпусти руку, и ты обретешь все, чего тебе не хватает».

Альдер посмотрел на свою ладонь, и осознал её вцепившейся в поток воды. Не с первого раза, но он смог расцепить пальцы, после небольшого промежутка времени, когда он обдумывал предложение крысы. В своей жизни он ещё не делал ничего столь безрассудного, но он всё же решился. Он отпустил руку и канул в темноту. Он умер.

[Ребят, те, кто читает, поясню немного задумку. Будет ещё немного (2-3) не очень связанных друг с другом историй, но я попытаюсь сплести из них что-то красивое и в итоге это должно получиться что-то масштабное. За такой непостоянный график выхода глав прошу прощения, пишу под вдохновением, а оно не очень часто бывает. Ещё я напихал, напихаю отсылок, пасхалок в это произведение. Загадки тоже будут. Чтобы немного сдёрнуть эту ширму, скажу то, что само название – отсылка сразу к 2 вещам – к богу, что наиболее очевидно. Но также есть и ещё одно, хотя здесь я, возможно, перегнул палку. Видите-ли, слово один очень созвучно с Латинским odium. Если интересно – посмотрите. А пока прощаюсь, и прошу писать свои пожелания в комменты, ведь с такой маленькой аудиторией, я могу позволить себе потокаь некоторым вашим капризам. Всем хорошего дня!]