'Кстати, причина, по которой я отодвигалась на второй план, заключалась в том, чтобы предотвратить неправильное развитие событий. Что же будет теперь, когда я стала главной героиней?’

Чем больше я думала об этом, тем запутаннее становилась картинка в голове.

Я, конечно, считала, что история, рассказанная в книге, правдива, но, видя, как изменилось поведение других людей, я начала в этом сомневаться...

Строки, которые я никогда не произносила, и монологи, которые я никогда не думала, были написаны.

Это означало, что если я вмешивалась, то книга могла манипулировать даже действиями и монологами персонажей.

В итоге моя точка зрения, точка зрения книги и точка зрения других людей могут отличаться от реальности.

'Неважно, что здесь думает человек, роман будет написан так, как захочет Проводник'.

Когда мои мысли дошли до этой точки, ситуация немного прояснилась.

- Всё изменится, когда поменяется главный герой.

В романе Тиа Розетти прописана так, как будто она готова использовать свою тайную способность ради Георгия, которому грозила опасность. Все слова, сказанные Лексионом в мою защиту, были изложены как слова Георгия.

Это было абсурдно, но вполне возможно, поскольку Георгий был главным героем. Я даже не хотела этого, но книга пыталась связать меня с главным героем.

Я засомневалась, когда прочитала часть текста, написанную от лица Георгия. Мне стало ещё более неловко, потому что я как будто подглядывала за чужими чувствами.

Но это была часть, которую нужно было прочитать, чтобы подготовиться к будущему. Я быстро пробежалась глазами по содержанию:

**[Георгий был вызван императором и отправился во дворец. Его плечо, всё ещё ноющее от боли, было обмотано бинтами]**

**[Стоя перед дверью, он глубоко вздохнул. Таким образом он пытался успокоить себя, дабы выдержать гнев императора, который уже его ожидал]**

**[Когда тот увидел Георгия, он вскочил со своего трона и подошёл к нему. Шаги его были торопливы и тяжелы для императора, но он был так взволнован, что ему было всё равно]**

**[Император, подойдя вплотную, не жалея Георгия, давил на его раненое плечо]**

**["Угх..."]**

**["Болит?" - Голос императора не звучал в повелительном тоне]**

**[В отличие от обеспокоенного голоса, рука императора двигалась без колебаний. Его глаза наполнились явным гневом]**

**[Атмосфера была резкой и грубой, как только что заточённый меч. Георгий усмехнулся в ответ]**

**["Нет."]**

**["Верно, боль не такая уж и сильная. Не слишком ли лёгкое наказание за то, что ты сделал?"]**

**[Император пронзительно зарычал. Повязка мгновенно пропиталась кровью и окрасила белую рубашку Георгия, но он не стал сопротивляться одностороннему и бессердечному насилию]**

**[Он просто упал на колени и застонал]**

**["Император стал очень слаб. Наверное, нельзя врать о возрасте". Он утешил себя, сказав эту шутку самому себе]**

**[Несмотря на то, что это очень больно]**

**[Император нахмурился, с отвращением глядя на Георгия, который проглатывал каждый стон]**

**["Если не хочешь, чтобы тебя постигла участь отца, не веди себя так высокомерно. Ты не знаешь наверняка, когда кончится моё терпение"]**

**["...Я буду иметь это в виду"]**

**[Когда Георгий заговорил ровным тоном, император отвернулся от него. Затем он решительно приказал рыцарю, стоявшему сбоку]**

**["Не позволяйте Георгию Адену Вербелю покидать свой дворец в течение ближайшего месяца"]**

**["Слушаюсь, Ваше Величество"]**

**[Стоявшие рядом рыцари повиновались его приказу и потащили Георгия к выходу. Только когда император исчез из виду, он почувствовал облегчение]**

**[Такие наказания и оскорбления были терпимы. На самом деле, он был готов к большему, поэтому всё было немного скучновато]**

**[Когда Георгий очутился в спальне, он усмехнулся и заговорил сам с собой]**

**["Спасибо, я хорошо отдохну"]**

**[В его голосе не было злости. Напротив, он казался приятным. Но взгляд его был жёстким, как никогда]**

**[Он спокойно сменил повязку на своей ране]**

**[В комнате воцарилась тяжёлая тишина]**

- Как и ожидалось, император — самый настоящий мусор.

Закончив читать книгу, я негромко выругалась, и Гид отругал меня:

[Брань — это язык, который оскорбляет другого человека…]

- Заткнись, пожалуйста.

-...

На мою резкость Гид промолчал. Похоже, он знал, что если будет настаивать дальше, то получит ещё больше ругани.

Я глубоко вздохнула.

В итоге Георгий занял главную роль. Естественно, сцен с его участием станет больше.

'Даже если мы вернёмся на север, я не смогу не ввязываться в дела Императорской семьи. Я уже устала’.

Я взъерошила волосы, размышляя о будущем.

* * *

Спокойный и неторопливый полдень. Сейрин вышла в сад вместе со служанками. Пока она пила чай, служанки срывали цветы.

Потом на стол с розами положили острые ножницы и пустые вазы. Сейрин начала срезать розы одну за другой. С чавкающим звуком осыпались листья.

Когда у неё было много забот, она занималась цветами. Ухаживать за ними, не задумываясь об этом, было очень приятно.

Однако даже уход за цветами, от которого она обычно получала удовольствие, не улучшил её самочувствия.

'Почему я чувствую себя такой грязной?'

Сейрин с невозмутимым выражением лица вспоминала то время, когда на неё напал злой дракон.

Она была идеальной принцессой, признанной императором. Она обладала мягким характером и умела чётко отличать добро от зла. Кроме того, её внешность была признана самой красивой в Империи.

Она прекрасно понимала, что является великим человеком. Но никто не знал, что у неё такие высокомерные мысли.

Вот как ловко Сейрин управляла людьми. Все люди считали её мягкой и доброй женщиной. Хотя на самом деле она была очень хитрой.

'Мне кажется, что всё становится всё более и более запутанным'.

Теперь, когда она вышла в свет, скоро должно было состояться обсуждение по поводу её супруга, королевского зятя, нового доверенного лица трона.

В качестве своего спутника она наметила Лексиона Спэрроу. Он был, по её мнению, самым идеальным женихом.

Уже в юности Сейрин понравилась его опрятная внешность. Его волосы были аккуратно уложены, что не соответствовало его юному возрасту. Его одежда была застёгнута на все пуговицы.

Ей нравилось в нём всё, включая его умение правильно разделить общественные и личные дела. Честность, с которой он жил только на севере, чтобы не портить настроение императора, тоже была хороша.

Поэтому она никогда не сомневалась, что, когда придёт время, он приедет в столицу и встанет рядом с ней.

Однако...

- Что, чёрт возьми, изменило его?

Когда она снова встретилась с ним, он сильно отличался от прежнего.

Чёлка, закрывающая грубые сухие брови. Небрежный вид с расстёгнутой рубашкой. Поступки, противоречащие этикету, и так далее.

(Комментарий от анлейтора: Сейрин говорит как моя мама, лол)

(Комментарий от переводчика: Жиза)

Ребёнка из её детства нигде не было видно.

- Это так странно.

- Что это?

На самобичевание Сейрин ответила служанка. Она посмотрела на служанку и, не задумываясь, пробормотала:

- Он точно был моим, но вдруг такое чувство, будто птица вырвалась из клетки.

- У Вас были птицы? - спросила служанка, не понимая слов Сейрин.

Однако Сейрин не стала удовлетворять её любопытство. Она просто продолжала подрезать цветы в вазе.

Вдруг Сейрин остановилась. К красным розам примешались белые.

-...

Как только она увидела белую розу, ей на ум пришла эта женщина. Она импульсивно взяла цветок и начала его подрезать. Изначально он не был выбран, потому что не гармонировал с другими цветами.

Сейрин криво улыбнулась.

'Да, возможно, это из-за неё’.

Когда она впервые встретила Тию Розетти на банкете, Сейрин почувствовала что-то странное. Необъяснимо, но ей показалось, что Тиа Розетти заняла её место. Хотя она привыкла скрывать свои неловкие чувства, она продолжала волноваться.

Но когда Лексион вывел её из банкетного зала, Сейрин уже не могла скрыть своего выражения лица.

Лексион вёл себя так внимательно по отношению к ней, что трудно было подумать, что они просто родственники.

Более того, когда они пили чай с делегацией, его взгляд постоянно был устремлён на Тию. Ей показалось странным, что его это беспокоит, но... Она не была его родственницей, она была одной из Изол.

- Потому что этот человек чувствует беспокойство.

Сейрин почувствовала, что что-то пошло не так, когда Лексион провёл такую жирную линию. А когда она узнала, что Тиа — Изол, Сейрин почувствовала себя одержимой мыслью, что, возможно, она забрала у неё всего его.

'Подумать только, меня оттеснил ничтожный Исол. Моя гордость уязвлена’.

Закончив обрезку, Сейрин поставила белую розу в вазу. Среди красных роз белая сильно выделялась.

Как и серебристо-белые волосы Тиа Розетти, которые она увидела, когда появился злой дракон.

При мысли о женщине с серебристо-белыми волосами и голубыми глазами лицо Сейрин внезапно ожесточилось.

Женщина, которая с нежностью улыбалась Георгию и Лексиону.

Она, обычно робкая, бесстрашно и безрассудно бросилась на злого дракона. Женщина, которая краснела, глядя на Лексиона, сделала это, не промедлив ни секунды.

Женщина, которая безрассудно хотела занять место Сейрин.

- Это раздражает. - Пробормотала Сейрин, глядя на белую розу.

'Да, она действует мне на нервы'.

Настолько, что от неё хотелось немедленно избавиться.

Служанка быстро ответила на самобичевание Сейрин.

- Я думаю, это из-за того, что цвета разные.

- Верно.

Сейрин улыбнулась и взяла из вазы белую розу. Когда она сжала кулак, стебель сломался, и белая роза беспомощно упала.

Служанка проговорила, улыбаясь:

- Без неё гораздо лучше.

-Да. Так красивее.

Сейрин протянула вазу служанке с довольным выражением лица, настроение у неё улучшилось.

- Можешь поставить её в спальне?

- Да, принцесса.

Служанка взяла вазу и ушла. Тем временем Сейрин уронила белую розу на пол. Подумав, будто этого было недостаточно, она растоптала цветок туфлями, пока белые лепестки не смялись и не стали грязными.

'Я ещё покажу тебе, что будет, если ты посмеешь посягнуть на моё добро'.

Глаза Сейрин блеснули холодом.

Через несколько мгновений она с довольной улыбкой направилась в свою спальню.

Так закончилась её медитация.

Вскоре Сейрин вернулась к своему обычному элегантному и добродушному облику принцессы.