Появление было таким, что не оставалось сомнений: он использовал телепортацию.

Ариэль заторопилась к тому месту, где появился Уиакин. Это был вход в особняк. Она вышла из холла в левом конце первого этажа и направилась прямо по коридору. Вскоре показался Уиакин, который как раз отдавал зонтик горничной.

Увидев его, Ариэль сбавила шаг.

Он, расстёгивавший пуговицы тёмно-синего плаща-накидки, заметил Ариэль и широко раскрыл глаза.

— Старшая.

— Ты телепортировался?

— ...

— Сам? Или Ариэлла?

— Старшая, успокойтесь...

Когда он говорил, дверь отворилась, и появилась Ариэлла. С улыбкой стряхивая снег с мантии, она увидела Ариэль и мягко улыбнулась.

— Ариэль, с днём рождения!

— Графиня Клаус.

За жизнерадостным приветствием Ариэллы последовал холодный голос Уиакина.

Ариэлла, недоумевая, перевела взгляд с одного на другую и сделала шаг назад.

— Я пойду первая, поприветствую графиню.

— Ариэлла! Подожди...

Ариэль попыталась остановить Ариэллу, но Уиакин загородил ей дорогу.

— Поговорите со мной.

— Я...

— Я скоро позволю вам снова поговорить с графиней Клаус, так что уделите мне немного времени.

Только тогда Ариэль обрела спокойствие. Она слишком распалилась из-за того, что исчез даже Лексиус. Сейчас всего семь вечера, время ещё есть. Осознав, что потеряла рассудок и слишком торопится, она осторожно отступила на шаг.

— Хорошо.

— Спасибо. Идите, графиня Клаус.

Как только Уиакин произнёс это, Ариэлла взглядом попрощалась с Ариэль и направилась прямо в холл.

Они остались вдвоём.

Напряжение и тревога нарастали. Горничная, которая держала зонтик, уже давно ушла.

Ариэль была крайне напряжена — она боялась, что он снова применит к ней магию иллюзий. Он, похоже, понимал это и отстранился.

— Такого расстояния достаточно? — спросил Уиакин, отступив на пять шагов.

— ...Какой в этом толк? И с большего расстояния я уже попадалась под твою иллюзию.

Тогда он широко раскинул обе руки и поднял их на уровень груди. Простых колец, которые он носил на указательном и среднем пальцах правой руки, не было видно. Все десять пальцев были пусты.

— Я не могу использовать магию, так что не волнуйтесь.

— Откуда мне знать, не спрятал ли ты их?

— Их отобрали. Ваш слуга пришёл лично и забрал.

Слуга старшей. Так он говорил о Лексиусе.

С таким противником, как Лексиус, даже если бы Уиакин разбушевался, используя магию, он вряд ли смог бы победить. Неудивительно, что у него отобрали кольца. К тому же Лексиус видел, как Уиакин увёл её из особняка Великого герцога в образе Бланше. Учитывая способности Лексиуса, проникнуть в герцогский особняк тоже не было невозможным, а распознать магические инструменты, которые использовал Уиакин, для него было делом плёвым.

Мотив был достаточным, и способности — тоже. Только время было странным.

Если бы он собирался так ворваться и обезвредить Уиакина, то мог бы прийти и раньше.

«Так почему же он пришёл так поздно?»

Ариэль погрузилась в размышления, пытаясь понять намерения Лексиуса. Это была привычка, выработанная за последние два года.

Она крепко зажмурилась, а затем открыла глаза, словно отсекая лишние мысли. Какая разница, что сделал Лексиус, когда всё уже близится к концу? Даже если Уиакин вызывает подозрения, на его проверку потребуется время.

— Если хотите, можете связать мне конечности и тогда говорить.

— Хватит.

На это у неё не было даже лишней минуты.

— Что хотел сказать?

— Говорить здесь? Легко услышать другим, тогда могут возникнуть проблемы.

— Мне всё равно.

— Я имею в виду, что проблемы возникнут у вас, старшая. Мне же всё равно. Я могу пойти в холл и кричать там.

— ...Поговорим в гостиной.

Ариэль открыла ближайшую дверь и вошла.

Он немедленно последовал за ней.

Ариэль, не дожидаясь, пока закроется дверь, снова спросила:

— В чём дело?

— Почему вы так торопитесь?

Уиакин с щелчком закрыл дверь и медленно повернулся. Казалось, он делал это нарочно.

Ариэль подавила эмоции. Пререкаться с ним — только зря терять время. Нужно действовать рационально. Она спокойно опустила взгляд и стала ждать его слов.

Вскоре он заговорил:

— С днём рождения, старшая.

— ...

— Я тоже приготовил подарок. Иллюзий я, разумеется, не накладывал, так что не волнуйтесь.

— Ясно.

Его движение, когда он пытался что-то достать из внутреннего кармана пальто, внезапно остановилось.

— Но у старшей же день рождения...

— Я тебе тоже ничего не дарила. Всё в порядке. Можешь не дарить.

— Старшая...

— Твои подарки мне не очень-то хочется брать.

Он растерянно открыл рот. Затем крепко закусил губу. Наконец, с лицом, готовым вот-вот расплакаться, он вытащил руку из кармана. В ней была зажата белоснежная шпилька для волос. В центре, напоминая древо сакуры, от неё расходились веточки, на концах которых, словно ягоды, были аккуратно вделаны жемчужины. Такая шпилька больше подошла бы невесте на свадебной церемонии.

Было ясно, что он выбирал её с особым вниманием.

Уиакин дрожащей рукой протянул шпильку Ариэль.

— Простите меня. За то, что запер, за то что обманул...

— ...

— Но я, знаете, так хотел заполучить вас, старшая.

— ...

— Я люблю вас, старшая. Очень сильно. Настолько, что не хочу жить без вас.

— ...

— Я люблю тебя, Ариэль.

Ариэль молча слушала. И его извинения, и признание. Голос, который дрожал, но постепенно становился спокойным, а затем мрачным. Она слушала, как он, мучительно, словно через силу, выдавливал из себя слова. Она слушала все его чувства, с которыми он пришёл поздравить её с днём рождения.

Всё потому, что это — конец.

Она молча выслушала и высказала свои мысли.

— Если любишь, нельзя запирать. И промывать мозги тоже нельзя.

Его несчастное прошлое не могло служить оправданием.

Но он был ещё молод, а она собиралась уйти, поэтому не желала быть жестокой. Ей хотелось дать ему совет.

— Как только начинаешь так поступать, ты перестаёшь быть собой.

У него было сложное лицо. Он шевелил губами, затем крепко стиснул зубы и исказился в гримасе.

— Я не знаю... Я ничего не знаю, Ариэль.

В его серых глазах царило смятение.

— Мне кажется, я умру без тебя. Даже сломленной, я хочу обладать тобой.

Необузданная одержимость и привязанность окрашивали его глаза в ещё более мутный цвет.

— ...Я сошёл с ума? — спросил он.

Ариэль помолчала немного, затем осторожно заговорила:

— Все люди... все немного сумасшедшие. Я тоже не совсем нормальна. Испытывать такие чувства... для человека это возможно. Всё в порядке. Но нужно уметь жить, сдерживая себя. Если необходимо — лечиться.

— То есть мою больную голову можно вылечить?

— ...

— Я не знаю, старшая. Возможно ли излечить подобное? Даже в эту минуту я схожу с ума от желания обладать тобой...

— Всё будет хорошо. Ты сможешь сдержаться.

Ариэль взяла протянутую им белую шпильку и сказала:

— Ты справишься.

Его руки перестали дрожать.

*Уу-уу-уу-уу*

Завибрировал телефон.

— Я не смогла ничего сделать для тебя, а ты так заботишься обо мне. Спасибо.

Ариэль, сжимая в руке подаренную белую шпильку, слабо улыбнулась.

Щёки Уиакина покраснели.

***

Уиакин, проводив Ариэль, остался в гостиной один.

Сердце всё ещё бешено колотилось. Ощущение, похожее на припадок.

Такие чувства — это болезнь. Это ненормально.

Уиакин знал, что не сможет излечиться.

Единственная, кто могла бы ему помочь — это она. Но именно её он любил настолько, что хотел сломать. Поэтому ничего не выйдет. Прежде чем она завершит его лечение, он сломает её.

Она считала, будто он не сможет полюбить её сломленную.

Но это не так.

«Ах, старшая. Вы ничего не знаете о том, что у меня в голове.»

«Даже сломленную тебя я смогу любить безмерно.»

«Если это ты — я смогу.»

Он сильно прижал тыльную сторону ладони к щеке, пылающей от жара, окрашенного румянцем. Щека не остывала, наоборот — ладонь становилась горячей.

Чувства, что сжигают дотла притупившиеся ощущения, были слишком мучительны. Но даже сквозь эту муку он чувствовал наслаждение.

Даже боль была драгоценна.

***

В день наступления Нового года.

Император скончался.

Императорский дворец экстренно созвал высшую знать империи.

Позже всех прибыл старший сын великогерцогского дома — Лексиус Крешиан.

Он откликнулся на приказ о созыве, полученный в полдень, только после восьми вечера.

Явившись с опозданием, он вышел из кареты и поднялся по лестнице.

— Вы слишком опоздали. Её Светлость великая герцогиня прибыла ещё семь часов назад и уже два часа ждёт в зале собраний.

— Знаю, хватит. Я же пришёл.

Лексиус, пропуская слова Меттона мимо ушей, не спеша вошёл в Северный дворец.

Ему было непонятно, зачем его так настойчиво вызывали в столицу, ведь даже без него в делах вряд ли случились бы серьёзные затруднения. Не для того же, чтобы выражать соболезнования в зале собраний. Скорее всего, хотели обсудить процедуру похорон умершего императора или дату коронации. Для таких вещей его мнение не требовалось. Будучи слугой Ариэль, он уже окончательно отказался от своего будущего, и ему было совершенно непонятно, зачем он должен участвовать в обсуждении подобного.

Тем не менее, искусно подавив раздражение, он с бесстрастным лицом приблизился к залу собраний.

Фрейлины склонили головы и открыли двери.

Зал был плотно заполнен высшей знатью. В дальнем конце, на главном месте, где должен был сидеть император, виднелось одно несносное лицо.

Девонсия, опершись локтем на подлокотник и подперев висок, поднял голову. Увидев его слегка улыбающееся лицо, Лексиус ощутил недоброе предчувствие.

Этот парень, который, даже будучи регентом, никогда не переступал границы и держался в рамках, как только император умер, перешёл черту.

Он преспокойно сидел на императорском троне. И первым делом издал приказ о созыве, от которого не было ни грамма толку. Не верилось, что этот тип, который ни за что на свете не пошёл бы на неэффективные действия, заставил ждать два часа только из-за того, что не явился один отпрыск знатного дома.

«Значит, это было... намеренное затягивание времени.»

Чем позже он приходил, тем больше это играло на руку Девонсии.

Он понял это только после того, как вошёл в зал собраний.

Лицо Лексиуса исказилось досадой.

Глядя на его сморщенное выражение, Девонсия медленно заговорил:

— Его Величество император скончался. Это поистине прискорбно, но обсуждать то, что нужно обсудить, необходимо. Все садитесь.

— Слушаемся.

Все собравшиеся знатные особы склонили головы перед новым императором империи.

Лексиус не был исключением. Он склонил голову, сжимая зубы.

«Попался».

Вместе с запоздалым осознанием.

P.s.

Не стесняйтесь донатить, рыбятки, даже 10 рублёв это считай целая платная глава на сайте издателя).

Ссылка на бусти https://boosty.to/barsikzlopoluchnyi/donate

Обязательно укажите местный ник и проект)

А спонсоры настроения и активного выхода глав с начала ведения перевода Lays 5688❤️Winteres❤️Burburzss❤️LisaFox2411❤️Возможно ещё ❤️Adina Pretty ?) рыбятки не указавшие проект, дайте мне знак 😀

Спасибо, дорогие)