«— Боги, ты что, всерьёз решил научить меня некромантии? Совсем из ума уже выжил? А сколько разговоров про уважение и прощение…

— В последний раз, это не некромантия, а спиритизм.

— А в чем разница?

— В том, что мы не будем осквернять могилы мертвых чтобы достать уже полусгнивший труп. Большая разница, не так ли?

— Допустим, и что дальше? Зачем мне это? Мертвое должно оставаться мертвым, неговорящим и невидимым.

— Ну, во-первых, это может принести практическую пользу. Кто расскажет забытую историю лучше, чем тот, кто её пережил?

— Да все историки мира таким образом должны Темному пути следовать…

— А во-вторы-ых… тебе никогда не хотелось ещё раз поговорить с родителями? Увидеть их лица вживую, а не на картине?

…

— Есть грань, которую не стоит переступать ни при каком желании. Всем хочется увидеть ушедших близких людей, но это не более чем соль на итак открытую рану. Гораздо проще проститься один раз и навсегда.

— Физически да, но не морально. Иногда люди расстаются при не самых благоприятных обстоятельствах, когда они поссорились, или не успели сказать то, что давно хотели. Эти слова никуда не уходят, ты знаешь? Они копятся и гноятся, медленно поедая тебя изнутри, и ты хочешь их выпустить, выговориться, но вот так незадача – некому. В таких случаях спиритизм может оказать незаменимую услугу. Сказать то, что давно хотел, наконец отпустить тянущий тебя вниз балласт… иногда это убивает ещё больше, а иногда помогает двигаться дальше.»

Я задумчиво провела пальцем по страницам небольшой записной книжки, которую заполняла в течении последних пары суток. В тот день, когда этот разговор произошел, я так и не поняла смысла слов, который пытался донести до меня Наставник, разозлилась, скривилась и сказала что-то вроде: «зачем оно мне надо, сам с мертвыми разговаривай, сумасшедший». Да и, честно говоря, сейчас тоже не особо понимаю несмотря на то, что стала относиться к этой теме гораздо спокойнее. Может тут дело в моих взглядах на ценность жизни и смерти, а может в том, что я рассталась с близкими либо без недосказанностей, либо при таких обстоятельствах, из-за которых показываться им на глаза сродни смертной казни, но так или иначе, вызвать кого-нибудь из погибших разговор я ни разу не решилась.

Сейчас, однако, возникла мысль всё же применить это «запретное» знание, которое мне было известно, но которое я никогда не использовала на практике.

— Викар не любит праздновать дни рождения, - заметил Митар, не отнимая взгляда от бумаг, над которыми корпел с самого своего возвращения в Коллегию, - обычно она просто весь день проводит в одиночестве, не принимает никаких подарков, поздравлений и так далее. Я рад, что вы поладили настолько, что ты решила сделать ей подарок, но, боюсь, день не самый подходящий.

— А какой день может быть более подходящим? – недоуменно вскинула брови я.

Мужчина неопределенно пожал плечами, видимо понимая, что, фактически, я права. Смахнув с лица выбившиеся пряди темно-серых волос, он взял со стола бумагу и положил её передо мной, выразительно постучав пальцев по размашистой подписи внизу документа.

— То, что она не любит дни рождения, не значит, что ты не можешь попытаться, - сказал он. – Твою маленькую затею я одобрил, так что, если она согласится, можешь спокойно выбираться за пределы Коллегии в её сопровождении. Просто покажи страже этот документ и то, что оковы всё ещё на твоих руках. Я выдам Викар ключ, так что она снимет их, когда это будет надо.

Закончив говорить, Митар поднял взгляд и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Не натвори глупостей, - сказал он спустя секунду молчания.

Я лишь усмехнулась и примиряюще подняла руки в знак того, что поняла и не собираюсь делать ничего опасного.

— Сбегать не планирую, если вы об этом, Журавлик мне такого точно не позволит. Она как-то скинула меня в океан просто потому, что захотела.

Митар растянул губы в слабой, совсем невеселой улыбке и вернул своё внимание документам. После возвращения из Края мира, количество работы у него явно не уменьшилось, даже наоборот – увеличилось, судя по тому, каким напряженным выглядит мужчина. На лице будто появилось больше возрастных морщин, также как и седины в волосах, хотя, вероятно мне просто кажется из-за того, каким сосредоточенным и хмурым выглядит глава.

Решив, что Митар слишком занят для более длительного диалога, я, не желая ему ещё больше надоедать, коротко попрощалась и, взяв со стола подписанный главой документ, направилась к выходу из его кабинета. Перед самым телепортом, однако, мужчина окликнул меня:

— Ивис, - обернувшись, я увидела, как он вновь поднял взгляд, на этот раз не настороженный, а скорее… обнадеженный что ли. – Последние пять лет дались Викар очень тяжело. После проклятья Амаита ситуация, вероятно, стала ещё хуже, а потому… не дави на неё. Прошу тебя.

Я растянула губы в слабой улыбке, кивнула и наконец вышла из кабинета главы, отправившись на поиски госпожи Иламон.

После того, как Митар вернулся в Коллегию и встал на пост главы, Викар было довольно сложно встретить. На осмотр моей лаборатории она не приходила, видимо дядя решил наконец проявить к ней хоть немного жалости и не заставлять контактировать с темным магом. В помещениях Коллегии её тоже не найти, даже в библиотеке, где она часто мелькала с парой романтических книжек в руках – кто бы мог подумать, что хладнокровная госпожа Иламон тяготеет к любовным историям. Ровас, пару раз навещавший меня после возвращения Митара, заметил это и пошутил о том, что, после исполнения обязанностей главы, Викар будет ближайшие несколько месяцев отсыпаться. Я тогда лишь посмеялась, не упоминая факта того, что прекрасно знаю, где она проводит свои дни и ночи.

Лазарет в вечернее время обычно пуст – посетителей не пускают и принимают лишь пострадавших, а потому в коридорах можно встретить только работающих здесь медиков и ребят вроде меня, которых пускают благодаря специальным обязанностям, которые им нужно исполнять, ну или «особому» статусу.

Кивнув в знак приветствия сторожу в комнате ожидания, я прошла к палатам и, даже не смотря на номера комнат, быстро нашла нужную, после чего постучала в дверь, прекрасно зная, что там находится не только пациент. Не дождавшись какого-либо ответа на стук, я со вздохом вошла внутрь палаты.

Амаит всё также лежит на кровати без сознания, будто никогда и не просыпался, даже позы не поменял за то немногое время, что бодрствовал. Единственное, что говорит об улучшении его состояния – это исчезнувшая серость кожи и даже легкий румянец на щеках. Теперь он хотя бы не выглядит как труп, который непонятно зачем уложили на больничную кровать.

Отведя взгляд от пациента, я посмотрела на Викар, сидящую на стуле рядом и уронившую верхнюю часть тела на кровать. Судя по тому, что она никак не отреагировала ни на стук, ни на вошедшего человека, Журавлик глубоко и крепко спит, что довольно удивительно для той, кто в течении всей экспедиции по Островам природы не могла и пары часов отдохнуть без снотворного. То ли она вымоталась настолько, что у её мозга не осталось сил на сны, то ли просто заснула совсем недавно и ещё не вошла в ту фазу сна, где видны кошмары.

Так или иначе, мне она сейчас нужна бодрствующей, а потому, недолго думая, я аккуратно потрясла её за плечо, надеясь, что за это мне не откусят руку.

— Журавлик, - позвала я, - просыпайся, лазарет не то место, где можно спать.

Долго тормошить её не пришлось, спустя несколько секунд Викар глубоко вдохнула и, нахмурившись, повернула ко мне голову, медленно, явно через силу, открывая глаза. Некоторое время она молча смотрела на меня, будто пытаясь осознать, кто перед ней стоит, после чего наконец поднялась и вернула тело в сидячее положение, протирая глаза.

— Когда я уснула..? – пробормотала она.

— Понятия не имею, я только пришла, - ответила я, кинув быстрый взгляд на Амаита. – Он не просыпался сегодня?

Не то чтобы мне неизвестна эта информация, я его лечащий врач в конце концов, но надо же как-то завести разговор. Викар, тем не менее, на эту тему явно думать не стала, потому как просто ответила:

— Один раз на пару минут. Проговорил бред и уснул.

Я кивнула в знак понимания и, не зная, как продолжить разговор, неловко сложила руки на груди, пытаясь подобрать в голове слова. Викар, заметив мои метания, склонила голову на бок и спросила:

— Я мешаю лечению?

— Нет, ни в коем случае, - тут же замахала руками я, - уже слишком поздно для какого-либо планового лечения. На самом деле я пришла к тебе.

Это заставило госпожу Иламон удивленно вскинуть брови, что выглядит довольно забавно в сочетании с её всё ещё полуприкрытыми после сна глазами. Решив действовать по ситуации, я махнула рукой в сторону двери и сказала:

— Поговорим снаружи? Будет неловко, если Амаит проснется в ненужный момент, или целитель зайдет пациента проверить.

Несколько секунд Викар задумчиво рассматривала меня, после чего коротко кивнула и встала со стула, поправляя одежду. Вместе мы вышли из палаты, после чего направились в первое попавшееся пустое помещение – один из многочисленных залов Коллегии, где маги могут обсуждать задания, обучение, или просто отдыхать после тяжелого рабочего дня. Сейчас в просторном помещении нет ни одного человека из-за позднего вечернего времени, когда все маги разошлись либо по домам, либо по общежитиям.

У панорамного окна расположился ряд длинных столов, к одному из которых я подошла и села на стул, после чего выжидающе посмотрела на Викар. Та на секунду встала, с подозрением окидывая стол взглядом – ради богов, она что, ожидает от несчастного стола какой-то подставы? Насколько сильно развита паранойя у этой дамы? – после чего все-таки последовала моему примеру и села напротив.

— Итак, - сказала я, кладя перед собой записную книжку, - слышала, что у тебя после завтра день рождения.

Викар выразительно вскинула одну бровь, видимо вообще не ожидая, что я заговорю об этом. С промедлением и явной растерянностью в голосе, она ответила:

— …вроде того.

— Хватит смотреть так, как будто не ожидаешь от меня простого приличия, - с раздражением сказала я. – Вот, подарок.

Я пододвинула к ней книжку в новеньком, чистом черном переплете из почти натуральной кожи, ну, по крайней мере я на это надеюсь. Пришлось целую вечность спорить с Ровасом и шантажировать его хорошей алхимической спиртовой настойкой, чтобы он потратился на этот не самого лучшего качества ежедневник. Поставив локти на стол, я сложила руки в замок и оперла на них подбородок, с некоторым весельем наблюдая за действиями госпожи Иламон.

Та пару секунд посидела, переводя удивленный взгляд с меня на подарок и обратно, после чего наконец взяла книжку, осторожно переворачивая её и осматривая, словно она думает, что этот безобидный сувенир сейчас взорвется. Ещё некоторое время покидав настороженные взгляды на меня, она наконец открыла его и быстро пролистала, пробегаясь глазами по ровным строчкам и рисункам.

— Это небольшой сборник алхимической помощи моего авторства, - любезно объяснила я. – Мази, настойки, зелья и прочие полезные вещи для медицинской поддержки, когда нет возможности использовать Свет. Все рецепты простые и не требуют профессионального оборудования, большинство можно приготовить из подручных средств. Открытый перелом ты ими не залечишь, но обеззаразить рану, остановить кровотечение или оказать любую другую первую помощь до прибытия медиков сможешь.

Викар кивнула в знак понимания, смотря на страницы книги уже с большим осознанием.

— Ты сама всё это написала? – спросила она.

— Конечно, а кто ещё? – со смешком ответила я. – Постаралась объяснить все простым языком без нудных формул.

— У тебя хороший почерк, - заметила Викар.

— Вау, это что, комплимент от самой госпожи Иламон? Теперь я могу умирать спокойно.

Викар посмотрела на меня не впечатлённым взглядом, захлопывая книжку.

— С чего ты вдруг решила мне подарок сделать? – спросила она.

— Ну знаешь… наше знакомство было не очень приятным, ровно, как и общение, так что изначально я вообще хотела проигнорировать твой день рождения по очевидным причинам, - честно ответила я. – Но-о, потом ты продемонстрировала, что всё-таки можешь понимать свои ошибки и я решила, что почему бы не сделать шаг к нашему примирению? Довольно утомительно постоянно с кем-то ругаться, не находишь?

Даже не знаю, Викар удивлена моими словами, или раздражена. Она прищурила глаза в явном недовольстве, как будто уже сожалеет о том, что решила извиниться передо мной, но затем едва заметно удивленно подняла брови. Несколько секунд она сидела не двигаясь, но потом всё же неопределенно пожала плечами и покачала головой из стороны в сторону, видимо соглашаясь.

— Подарки обычно дарят на дни рождения, а не за два дня, - заметила она.

— Очевидно, - усмехнулась я, - но… скажем так, это не единственный подарок.

А вот сейчас начинается самое интересное, да? Я сделала глубокий вдох-выдох и положила руки на стол, готовясь к предстоящему разговору. Мне не то что страшно, скорее… я не знаю чего ожидать. Имеется, скажем так, определенный риск того, что всё вернется к тому, что было в самом начале, и однажды Журавлик совершит повторную попытку моего убийства.

— Я долго думала над тем, что тебе подарить, это было довольно сложной задачей в моих ограниченных условиях, как ты понимаешь, - начала я. – Всё несколько усложняется тем, что я под подарками подразумеваю что-то… понимаешь, индивидуальное. Не простая фигурка из ближайшей лавки, а что-то, на что ты потратил свои силы, вложил в это свои знания и способности. Так вот… я долго думала над тем, как можно использовать свои способности и в конечном итоге решила помимо основной задумки сделать ещё и этот дневник, чтобы в случае, если ты откажешься, подарок всё же был.

— Ближе к делу, - сказала Викар, нахмурившись и сложив руки на груди, явно ожидая какой-то подвох.

Я устало закатила глаза. Боги, неужели нельзя дать мне немного поболтать чтобы морально подготовиться? Что за особа…

— Хорошо, ладно. Я темный маг и, как ты уже могла заметить, могу использовать свои силы во благо. Лечить проклятья, драться с другими темными магами… или говорить с мертвыми.

Больше ничего сказать я не успела, потому как Викар тут же громко хлопнула ладонью по столу, заставив меня вздрогнуть и поежиться под её разъяренным взглядом.

— Даже, блять, не смей продолжать, - сквозь крепко сжатые зубы процедила она и о степени гнева Журавлика говорит многое тот факт, что она позволила себе выругаться впервые за всё время нашего общения. – Если приблизишься к могилам хоть на метр…

— Успокойся, я не собираюсь использовать некромантию! – поспешно вскинула руки я. – Как ты вообще могла такое обо мне подумать? Это же полное неуважение к усопшим! Я в жизни никого не поднимала и не подниму!

— Те монстры в деревне, которые нам помогали, явно двигались за счет Тьмы.

— Не поднимала никого из людей, - поправилась я. - Уж прости, если иногда приходится использовать тела тех, кто пытался вас убить.

Вздохнув, я положила руки обратно на стол и, посмотрев на Викар умоляющим взглядом, продолжила:

— В любом случае, дослушай до конца, прежде чем делать выводы. Магический спиритизм, слышала об этом?

Викар некоторое время молчала, думая над ответом, после чего сказала:

— Практика среди историков, вроде.

— Да, - кивнула я, - на местах битвы можно воссоздать произошедшие события, используя оставшуюся там магию как основу и сформировать с её помощью образ сражения, или человека. Благодаря этому изучено уже много полей боя, но лишь те, где использовалась магия, при чем только пути Света. Битвы, в которых участвовали темные маги, таким образом изучить нельзя, по крайней мере без использования Тьмы.

Замолчав на секунду, я внимательно посмотрела на Викар, заметно остывшую и уже не выглядящую так, как будто она готова убить меня на месте.

— Твой муж ведь погиб в битве с темным магом?

Викар нахмурилась и сжала руку на столе в кулак так сильно, что её костяшки побелели, словно она изо всех сил сдерживает себя от того, чтобы врезать мне и это, вероятно, не так уж далеко от правды. Тем не менее, уворачиваться от удара мне не пришлось – хотя я была к этому готова – потому как Викар в конце концов медленно, напряженно кивнула.

— Прошло пять лет, это не критический срок, - осторожно продолжила я. – Ещё можно попробовать воссоздать его образ. Я смогу это сделать, возможно с некоторыми искажениям из-за природы Тьмы, но смогу. Это будет не твой муж, а скорее магия, сформированная в образ твоего мужа. Говорить он не будет, двигаться или что-то делать тоже, но… по крайней мере ты сможешь его увидеть, вспомнить как он выглядит в реальности, или сказать то, что не смогла сказать при его жизни. Если тебе это нужно… я могу такое провернуть.

Я замолкла, пристально наблюдая за реакцией Викар. Тема, мягко говоря, деликатная и крайне рискованная, я удивлена, что меня до сих пор не ударили, или не попытались убить. Изначально эту идею вообще не хотелось рассматривать, или предлагать, потому что, ну… кто захочет, чтобы темный маг воссоздавал образ погибшего близкого? Да в принципе, любой маг, не только темный. Я могу лишь терпеливо ждать и надеяться на лучший результат, понимая, что сама бы отреагировала на такое предложение ну не то чтобы прям хорошо.

Викар, тем не менее, отказывать не спешит. Она всё ещё пристально смотрит на меня, переваривая полученную информацию и медленно, напряженно переминая пальцы, сжатые в кулак. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она сказала:

— И в чем подвох? Ты хочешь что-то взамен?

— Я не в том положении, чтобы требовать что-то взамен, Журавлик, - со смешком ответила я, - подвоха тоже никакого нет. Если ты против – я просто дарю тебе книжку, и мы обе делаем вид, что этого разговора никогда не было. Если же нет… глава Митар одобрил вылазку на тот остров, где произошла битва, с целью разведки и исследования зараженной местности.

— Дядя одобрил это? – недоуменно произнесла Викар. – Он знает, что ты хочешь сделать?

— Он одобрил это, при условии, что ты согласна, - пожала плечами я. – Всё зависит от твоего решения.

На долгое время мы погрузились в напряженное молчание. Честно говоря, я рада, что это просто молчание, а не ссора, или угрозы расправы – значит, возможно, всё не так плохо. Наблюдая за Викар и её нечитаемым выражением лица, когда она погружена в раздумья, я поняла, что быстро ответ не получу, что ожидаемо на самом деле. По прошествии пары минут тишины, я вздохнула и медленно встала, говоря:

— Понимаю, что решение не простое, так что не буду нагнетать. Если всё-таки решишься – ты знаешь, где меня найти.

Уходя, я довольно хорошо чувствовала пронзающий взгляд Викар, направленный на мою спину.