Сегодня Ане исполняется четырнадцать лет, а это означает одно — Рена приготовит любимую сладость Ани!

Хоти Рена и не сильна в готовке, но единственное, что она поистине умела — десерт, так называемый «Облако», который она назвала, как говорила, когда-то вместе с очень хорошим другом. Он поведал ей рецепт, сам не зная, как тот называется, вот и придумали условное обозначение для него. По факту же это был простой яблочный самбук с некоторыми особыми ингредиентами, которые она Ане не разглашала, приговария «секрет фирмы».

Проснувшись довольно рано Аня увидела свет в части кухни: Рена сидела спиной к комнате Ани, а с духовки виделся внутренний свет — то, судя по всему, выпекались яблоки. Она также видела, что сестра читает книгу: она сразу поняла, что это детективный роман, который она купила совсем недавно за бесценок — ей стало интересно, почему такая красивая книга (по обложке) стоит так ничтожно мало, да и прежде ей не встречалась вообще нигде.

Когда Рена чем-то занята — она, как правило, не замечает постороннего шума, а если ещё и книгу читает очень интересную — так вообще теряется. Потому Аня решила «напасть» на неё, но всё же, чтобы план-капкан удался, та решила снять тапочки — ведь так бесшумно получается пройти проще всего. Добравшись до своей цели Аня резко задела сестру по плечу, от чего та испугалась и уже чуть ли не замахнулась на девушку книгой, но успела остановиться.

— А-Аня, блин! — со смущением выдала она, хоть обычно и не может похвастаться наличием таких ярких и живых эмоций. Просто рядом Аня — с ней как-то она всегда живее себя чувствовала, будто та дополняла её.

— Что, напугала? Ай! — Хоть Рена и остановилась, она слегка ударила книжкой по голове Аню. — Именинников не бьют!

— А чтоб жизнь мёдом не казалась, — она убрала книгу на стол, сложила руки крест на крест и спросила: — А ты чего так рано? Я только начала «Облако» готовить.

— Я же говорила: наш куратор — полная дура! Говорю да говорю — не могу я двенадцатого, а она не слышит и заставила. В общем, нужно помочь с чем-то там.

— Так не иди: ты не виновата, что она не слышит.

— Проблем не хочу…

Две девушки посреди полусветлой комнаты смотрели друг на друга: одна сидела полубоком на стуле, другая, за спину закинув руки, смотрела на другую. Обе одеты в домашнюю одежду: Рена в тонкий красный ситчатый халатик и тёмно-бордовую ночнушку, а Аня в милый розово-белый костюм, состоящий из футболки и штанин по колено.

— Ну ладно, я буду ждать тебя, — Рена душевно улыбнулась, встала и приобняла сестру. — С четырнадцатилетием тебя, Аня.

Аня приняла её доброту:

— Спасибо, — они разошлись и Аня пошла одеваться, а Рена пока достала из холодильника еду, разогрела в микроволновке и села обратно читать.

За завтраком они поговорили о том да сём, а затем Аня ушла в школу. Тем временем яблоки успели запечься и Рена принялась готовить самбуку, взяв все необходимые ингредиенты, включая и особый.

Она наконец замешала желатин в яблочную массу, а затем уложила в специальную форму и поставила в холодильник, но тут зазвонил телефон: подойдя к нему там высветилось «Сергей», она взяла трубку и сразу же включила на громкую. Спустя мгновение высокий мужчина из ниоткуда явился перед Реной прямо в зале и начал:

— Давно не виделись, — произнесла она с обычным для неё равнодушием.

— И Вам день добрый.

Рена села на стул, что находился рядом с ней, и пригласила собеседника на другой — не просто же так он явился. Девушка лишь вербально подала ему, что ждёт объяснения причины посещения:

— В общем, сегодня ведь Ане исполняется четырнадцать? — отвечал на немой вопрос Сергей.

Тут-то Рена и вспомнила — сегодня же Ане уже целых четырнадцать лет:

— И правда. Быстро же время пролетело.

— Не буду тянуть время по чём зря, — он выдвинул правую руку вперёд и песчинками высеклась на ней бумага, схожая с очень тонкой берестой — Держи карту с заданием. Последующие буду присылать в чат.

— Можно было и эту прислать, — произнесла она с недовольным равнодушием.

— Хотел на твою реакцию посмотреть, — тут взгляд Сергея перешёл в возмущённый. — Неужели всё равно? Ты теперь будешь уезжать на неопределённый срок, оставишь это дитя в руки судьбы?

Рена тяжко вздохнула от претензий своего начальника, но тут же выпрямилась и твёрдо, не пошевелив и бровью, сказала:

— Мне не всё равно. Она уже взрослая, всё поймёт и справится, — тут она всмотрелась в своё задание, а затем снова перевела взгляд на Сергея. — Могли и не врать.

На бумаге она увидела, что ей нужно будет уехать в Санкт-Петербург, а сама эта бумага была необычной и создана из волокон нечистот — то, что нужно, перед поездом в город, иначе и помереть можно, хотя и с ней шанс защиты не стопроцентный. На слова же Рены он отнекиваться не стал:

— Скоро начнётся последняя стадия «Очищения», так что работать придётся больше обычного.

После он исчез.

Рена ещё некоторое время смотрела на беринисту, а потом положила на стол и думала всё, как сообщить Ане, что уезжает на неопределённый срок, но чтобы она спокойно провела после школы сегодняшний день.

Ей пришла в голову единственная мысль — написать записку и положить её в коридоре. Так она не будет беспокоиться в свой день рождения и сможет пойти со своим другом куда они там договаривались — не помнит конкретно куда. Главное, она знает, что первые сутки беспокоиться Аня точно не будет — Рена и ранее уходила, оставив записку просто в коридоре или отправив сообщение, но не надолго.

Девушка потихоньку собрала вещи, а затем позвонила своей напарнице по заданию — Ифиок. Девочка хоть и маленькая на вид, но лет ей куда больше, чем на вид — тот случай, когда внешность роли не играет. По той же схеме, что и Сергей, она пришла к ней в дом через звонок.

— Ха-ай, — поздоровалась с Реной девочка напротив неё.

Ифиок — одна из шестёрки союза магов. В возрасте двенадцати лет её подобрал в своё время Сергей и теперь она, являясь коллегой по несчастью всем в местном колхозе, также уничтожает нечистот. Чёрные длинные волосы, завязанные в высокий тонкий хвост, подчёркивали её тёмную кожу и чёрные глаза цвета крепкого кофе. Наряд её довольно специфичен: ярко-жёлтая толстовка в сочетании с чёрными лосинами и рваных полу-джинс поверх. Она ещё больше напоминала девочку-подростка.

— Привет, — отвесила она как всегда без эмоций и взяла девочку за руку.

Ифиок, с улыбкой на лице, высказалась ей:

— Надеюсь, мы сработаемся!

Рена в ответ лишь неочевидно улыбнулась, покачала головой и девушки вмиг переместились в другой город.

***

За окном уже ходила ночь: хоть сейчас и всего шесть вечера — темнеет довольно быстро, зима как никак, а томная кухня-гостиная семейства Корнеевых из-за такого чуда природы внутри выглядела очень одиноко, ведь никого дома нет. Лишь придя наконец домой Аня зажгла первый свет — не только искусственным светом, но и своей естественной радостью от дня. Аня заметила, что как-то в квартире слишком темно и тихо, тогда она позвала:

— Рена?

Никто не отозвался.

Она сняла с себя верхнюю одежду и заметила, что на коридорном столике лежит записка, в которой написано: «Напишу завтра. Не беспокойся.» Аня, естественно, как и заверила сестра, не беспокоилась — мало ли на работу вызвали и отправилась по своим делам.

На следующее утро сообщения от Рены не последовало. Аня уже начала что-то подозревать, написала ей, но той не было в сети со вчерашнего дня, но особого беспокойства не вызывало — зима всё-таки, могут возникнуть проблемы.

Но теперь уже прошла неделя.

Она обещала написать, но до сих пор от сестры ни весточки: Что случилось? Что делать? Она не понимала.

***

Поскольку уже двадцатые числа декабря — школьники начали готовиться к конкурсу украшения класса к Новому Году. Все уже заранее обговорили дизайн для победы, а у них есть много безоговорочных плюсов. На удивление класс собрался творческий: певцы, танцоры, художники да просто рукодельники! Эту касту подговорили так, что теперь ни один из классов даже близко не похож на их: обширный класс литературы, с разрешения администрации школы, разрисован в тематике сказки «Снежная королева», а в моментах отрывки из произведения. Действительно — никто из других классов не сможет даже близко повторить идею, мало кто горит идеей выигрыша так же, как они, а другим просто не доставало рукастых. Староста был рад больше всех и потому следил за процессом, а также помогал:

— Вот эту снежинку повесь в левый угол, — он отдал красивую вязанную снежинку однокласснице.

Остальные же, кто не обладает столь обширными творческими навыками, помогали временные украшения развесить: бумажные, вязанные и из прочего материала снежинки да льдинки. Хоть все и полны энтузиазма, Аня не могла разделить радости одноклассников — она думала о сестре. По идее уже можно подавать в розыск, но Рена заведомо сказала ей ещё в детстве: «Если нужно в больницу — подойди ко мне, я вылечу. Если зачем-то понадобилось в полицию — ни за что не обращайся, разберёмся. Если пожар — сообщи, но забери всё важное, ни за что не говори, кто ты.» Только после пропажи Рены она задумалась — а к чему, собственно, такая скрытность? Но сейчас сестру не спросить.

Аня задумалась обо всём этом, пока вешала украшения на потолок, но не уследила, как закружилась голова и она полетела вниз. Миша, который держал стремянку, заметил вовремя и успел кое-как схватить её, сам упав, смягчив падение Ани, но та потеряла сознание.

***

— Просто у девочки стресс.

Едва открыв глаза, Аня услышала мягкий и нежный голос — то была школьная медсестра в белом халате и полураспущенным пучком каштановых волос, которой удалось разбудить девушку с помощью нашатырного спирта.

— О, проснулась спящая красавица.

А эти слова уже звучали от уже грубоватого, но всё же молодого голоса старосты.

— Аня!

Столь радостные слова уже исходили по левую сторону от Ани, её друга Миши, который сейчас сидел на стуле без обуви. Аню смутило это:

— А ты…

— А, да я просто ногу вывихнул, забей, — отмахнулся он.

Аня вспомнила: «Он же меня поймал. Видимо, тогда…» Она резко поднялась, но тут же обратно упала на кушетку, придерживаясь за голову.

— Никаких резких движений. Скорая уже в пути, они заберут вас, — успокаивающе сказала медсестра.

Как только Аня услышала, что их заберёт скорая, тут же также резко соскочила, но теперь у неё не было ни капли слабости — нужно срочно уходить, нельзя медикам почему-то ей попадаться.

— Ты куда собралась?! — Воскликнул староста и заблокировал ей вход.

— Пропусти, — она, чуть ли не полыхая как зверь, проворчала ему прямо в глаза. — Иначе глаза выцарапаю.

Ни староста, ни Миша, ни медик не ожидали такой реакции от неё — от того первый даже в ступор встал, для Ани такая угроза — что-то новенькое. Аня отодвинула его и, взяв свой рюкзак, выбежала из кабинета.

***

Аня бежала быстро — и вот, в течение минут пятнадцати успела добежать до дома, но ту очень сильно подзывала тошнота и усталость. Ну ещё бы — мало того, что упала, так ещё и лифт не работал — пришлось подниматься на шестой этаж на своих двоих, спасибо, что они не живут ещё выше.

Глаза её сузились до невообразимых размеров, а сама она села на диван, положив голову на спинку. «Успокойся… Успокойся…» — вторила она себе в уме. «Сейчас всё пройдёт…» — а глаза её постепенно застилала туманная пелена. В конце концов она заснула прямо на том диване.

***

Она очнулась в той же позе спустя пару дней — лёжа головой на спинке дивана, но более не чувствовала боли, как и в принципе ничего. Как будто пока она спала что-то перемкнуло в её голове и теперь её прежняя палитра эмоций перемешалась в один сплошной цвет, и это даже не белый, а, скорее, серый.

Аня наконец встала с дивана, чтобы умыться, и поняла, что сейчас будто похожа на Рену: волосы слегка взъерошились, если их отстричь да покрасить — будто копия. Совсем недавно она очень сильно переживала за сестру, а сейчас ей всё равно — может, потому что она видит её в отражении зеркала? Аня не понимает.

***

На следующий день она навестила Мишу. Как оказалось, у него из-за неё случился перелом, из-за чего чувствовала вину:

— Прости…

— Да говорю же, ничего такого.

— Вот вечно ты такой.

Она уже в который раз удивила Мишу: раньше бы Аня, чуть ли не крича на него, сказала те же слова, а сейчас в её взгляде отражался холод. Понимая, что она смущает Мишу, та постаралась поскорее уйти обратно домой:

— Ладно, я пойду.

— А… Ну, до понедельника…

— Тебе вообще ходить-то можно? Сидел бы дома лучше.

Он не стал ничего говорить и она спокойно ушла.

Уже придя домой она решила кое-что попробовать. По пути в ближайшем магазине купила чёрную краску для волос и пошла искать видео как красить волосы. После просмотра девушка направилась со всем готовым содержимым в ванную, а также захватила ножницы.

— Ну, думаю, потом если что подправлю, — она завязала в хвостик свои волосы и отрезала больше половины от длины. Поскольку делала на сухие — вышло немного криво. Затем она, как заверили в видео, потихоньку прокрашивала волосы в чёрный и примерно через пятнадцать минут смыла краску, а также подправила длину до плеч. Когда она высушила волосы, то посмотрела в зеркало:

— …а мы точно не близняшки?

Образ в зеркале ей напоминал старшую сестру, хотя она всего лишь подстриглась и покрасилась. Не хватало лишь её особых красных глаз — тогда вообще не отличить.

***

Время всё шло, а Рена никак о себе не объявляла. И вот Аня пишет снова сообщение ей — написано чётким по белому — «была в сети два года назад». Аня уже не питала никаких надежд, а всем, кто интересовался, говорила, мол, в командировке она, а сначала просто выйти в сеть не могла. За это время она уже успела вернуть свои волосы в прежние длину и цвет, а также состояние эмоциональное становилось лучше.

Придя домой она обнаружила лишнюю пару обуви — длинные сапоги с замком по левую сторону лежали вольно у входа. Означало это только одно. Сестра вернулась спустя два года.

Выйдя в гостиную Аня увидела на диване Рену, которая, хоть слегка и покоцаной выглядела, но тихо и мирно отдыхала, казалось, что она спит — Аня впервые видела такую Рену, она подошла к ней, а та спокойно лежала. Аня решила прервать её отдых словами:

— Ты вернулась?

Рена открыла глаза и невозмутимо, как и прежде, посмотрела на Аню — она, будто мысленно, лишь подала видом свой ответ — «Да».

На что Аня ушла обратно в коридор, а позже, спустя время вернулась без своей сумки и верхней одежды.

Взгляд её будто залился алой кровью — глаза, словно яркий чистый изумруд, окропились алым цветом и она напала на Рену, сначала схватив ту за шею, а затем, неудачно, замахнулась правой рукой, но Рена успела перехватить её кулак, однако та забыла, что девушка сейчас может задушить её легко — от человека с таким взглядом и злостью можно ожидать что угодно, тогда Рена тоже напасть.

Она замахнулась коленом в область живота — от такого удара Аня аж отпустила сестру и ухватилась за больное место, а Рена успела встать с дивана:

— Ты что творишь?!

— А ты что?! Уехала, ничего не сказав, пропала на два года — а я вообще ни слухом и ни духом о тебе! — Аня резко встала и схватила сестру за запястье, а та даже ничего не успела осознать, как та успела подойти и схватить её. — Даже в полицию не обратиться, почему?!

На лице Рены виднелись шок в перемешку с жалостью, а само оно украшено маленькими царапинами, будто кот решил разукрасить целое лицо хозяйки хоть чем-то, а на шее слегка отдавало руками после неудачной попытки задушить.

Аню же злили взгляд и молчание Рены, а потому она резко замахнулась на неё кулаком и зарядила по и так не очень опрятному (не как обычно) лицу Рены — от такого удара у Рены пошла аж кровь из носа, а потому она из-за внезапного ощущения прислонила руку к лицу и сказала:

— А ты подросла.

Тут же залитый алым изумрудные глаза Ани вернулись в норму и она, будто осознав, что совершила сильную глупость, отпрянула и, взяв рукой кулак, которым ударила сестру, смотрела то на неё, то на кулак — будто бы она не понимала, что совершила. Аня понимала, но у неё чувство, будто она делала это в эйфории, которая нагрянула неожиданно для неё же самой и наконец она додумалась побежать за аптечкой на кухню.

Немного повозившись она вернулась к Рене и сказала:

— На диван! Живо!

Ещё когда она убежала Рена следила за ней из далека и будто не понимала чего та творит, а затем выдала:

— Не стоит.

Тут из ладони, которую она ранее поднесла к ране, полился яркий свет, а после последствия удары Ани будто испарились — да и крови из носа как ни бывало.

Аня, опустив аптечку, очень возмутительно замолчала, Рена среагировала на это молчание:

— Ну, в общем, присесть нам стоит, пожалуй…

***

Девушки сидели на тёмно-синем диване смотря друг на друга, а та, что в красном — Рена, поясняла другой.

— А раньше не судьба была всё рассказать?!

Она как раз успела рассказать ей, что маг и находится в неком Союзе Магов. Рассказала об ситуации и что уезжала на сложное задание, ибо обещала, что когда подрастёт та — сможет полноценно помогать в плане «Очищение».

Аню, если честно, не заботило никакие там план «Очищение» и прочая белиберда, её волновало лишь почему сестра пропала — ответ она получила, но также её знания дополнились новым.

— К слову, хочу обезопасить тебя немного.

Она взяла Аню за руку и упала на неё, сама потеряв сознание и став легче обычного. Однако перемены наблюдались в следующем: один глаз Ани оставался по прежнему изумрудным, а другой приобрёл характерные для Рены черты — алый цвет, но без родинки в форме маленького креста вместо зрачка.

— Если вдруг ты попадёшь в какую-то опасную ситуацию, связанную с нечистотами, — я вмиг окажусь на твоём месте и спасу тебя.

Эта фраза вырвалась из уст Ани, но то говорила Рена — просто в теле девушки, которая тоже решила вставить свои пять копеек:

— Поняла. Довольно удобно.

Теперь же Рена вернулась в своё тело, но также дополнила:

— Поскольку мы связаны — ты теперь тоже можешь лечить себя сама, просто приложи немного мнимых усилий в нужном месте и оно пройдёт. Как я недавно с твоим ударом.

Тут Аня резко вспомнила, что ударила сестру, сама не ожидая от себя такого, и стыдливо извинилась:

— Прости…

— Ничего, — повернула слова Рена. — Право ты имеешь.