Глава 1.1 - Конец Покоя

Том 1 Глава 1.1 — Конец Покоя

***

— Ты устал?

Голос. Милый, женский… и грустный. Она ведь меня спрашивает?

— Да…

А вот отвечаю не я, хоть и своим гласом… В голове один скрежет, слова, а ещё темнота — ни зги не видно. Но иногда что-то сверкает. Белое. Как удар клинков.

— Но от чего?

— Я… Я не знаю…

— Пора мыслить рационально… Люцифер, — она затихала, с каждым мгновением меняя интонацию. — Люцифер. Люцифе-е-ер!

Парта. Перед лицом обычная деревянная парта. Я уснул?

Азазель без такта дергал за мои волосы, всё громче вскрикивая имя. Кажется, лекция закончилась — вторая половина выдалась скучной, а слипшиеся глаза тому подтверждение.

— Сколько я проспал? — я поднял голову и рассмотрел аудиторию.

— Только звонок прозвенел, — вздохнул Азазель. — Повезло тебе, что Кловес на собрание свалил, так бы ты вообще не проснулся. Никогда.

Значит те удары были звонком… Сон, рождённый явью. Как избито.

— Так что, ответишь на вопрос? — Азазель скрестил руки.

— Не устал… Всё нормально, — машинально ответил я, скидывая блокнот в пустотный ящик.

— А? — он захлопал глазами. — В столовую пойдешь или нет? Пора проснуться уже.

Какая столовая? На секунду я даже потерял дар речи, но вскоре осталось лишь разочарование. Нужно прийти в себя — перед глазами реальность. Тем более, ещё предстоит кое-что сделать…

— И-извини, — язык заплетался, — наверное, ты без меня. Состояние совсем не для еды.

— Хм-м? — он крючком кинул палец на губы. — А знаешь… как хочешь. Я побежал!

Телепортировался, а не побежал. Сегодня Азазель действует непредсказуемо, хотя так можно сказать и обо мне. Наверное, он просто понял, что я хочу сделать.

Теперь, когда не было шумных наблюдателей, можно и начать.

— Что такого интересного в окне?

Молчание. Нечасто я общаюсь с девушками, и вот такой ответ. Ариана так и осталась в одном положении: голова в сторону внутреннего двора, руки на столе, а лицо выглядит усталым.

Наверное, без конкретики она не отлипнет от окна.

— Ариана, — я щёлкнул пальцами, — почему взяла такую тему? Надоела спокойная жизнь?

Это интерес не симпатии — она больше раздражает. Это интерес к мышлению. Что сподвигло на такое решение? Почему взяла тему, о которой побоялись бы подумать многие?

— А ты не понял? — она наконец-то обратила внимание. — Я не позволю забрать свою свободу и память целой нации. Тебе лучше ещё поспать, может откровение снизойдет.

Отлично, Ариана, оказывается, умеет шутить. Мадам-справедливость, не более — от таких стоит держаться подальше. Только вот любопытно… Это игра слов или нечто большее?

Нужно подыграть.

— Уже выспался… И на самом деле, я хотел помочь тебе. Мой отец первый капитан, и информации на эту тему у меня предостаточно… Поэтому можно объединиться, чтобы в столичной библиотеке не торчать.

Это правда — о войне я знаю куда больше, чем некоторые преподаватели. Отец вернулся с передовой, отчего историй накопилось много, а их влияние… Иошинори Дан Рудиосир бы поперхнулся, пронюхав об этом.

— Первый капитан говоришь… Допустим. Может ты и не настолько безнадёжен, — она словно обвилась вокруг шеи, полностью осмотрев меня с ног до головы.

— Допустим спасибо… — съязвил я. — Поговорим через три дня, ведь нужно структурировать всю информацию и преподнести её тебе на блюдечке, Мисс Холод.

Ариана кивнула и продолжила втыкать в окно. Она либо нарочно издевается, либо это такой стиль общения.

Не хочу иметь с ней общего дела, но это чувство… Что же значит эта радость глубоко в груди?..

***

Я молча ушёл из кабинета.

Сейчас время большого перерыва — самое то, чтобы бездельничать. Выбор пал на внутренний двор, истерзанный взглядом Арианы. Интересного тут мало: парк по краям, скамейки. Словом, место для отдыха.

Разве что центр двора выделялся. Тут раскинулась тренировочная зона, исписанная десятками магических кругов. Защита на уровне — шальной снаряд студента не оцарапает стены университета. Мана восстановится, раны в миг излечатся, даже отрубленные руки и ноги.

Высшая магия как-никак.

Это чудо создал директор Фогель Ван Астрея — умнейший архангел на земле Вечного Древа. Впечатление о нём всегда высокое до тех пор, пока не возьмется за внеплановую бутылочку спиртного… Может переживания о войне или личные причины, но этот старик так и не стал Богом.

— Раз! Два! Три! Начали! — послышалось из центра.

«И тут неспокойно?.. Захотелось же им потренироваться с самого утра…»

Только когда присел на скамью, заметил, как около тренировочной зоны столпились ангелы. Досюда доносились аплодисменты и крики. Цвет повязки на руках выдавал в них старшекурсников, и… это странно.

— Стихия Крови. Клиновый Лист! — красноволосый студент вытянул посох, и всю арену окропили багровые поблескивания магии.

Его соперник не среагировал: отлетел и пал без сознания. Хорошо, что магические круги быстро залатали.

Издевательство. Старшекурсник против первокурсника, чего ещё ждать… Но неудивительно. Зовут бандита Людошиэль Фонгель — первый наследник Великой Семьи. Сила велика, сочетание элементов света и воды поражает, правда… тупой как пробка. У меня его вид вызывает отвращение, даже злость.

И щепотку жалости…

— Быстро сдался, — он мельком взглянул на противника и сжал кулак. — Такими темпами титул отца не за горами.

— Титул… отца? — я подавился, услышав эти слова.

Твой отец один из трех глав! Если в голову взбредёт, то он хоть весь остров уничтожит за пару дней. Тем более, тебе поумнее бы стать, раз так в тысячу…

Рен Фонгель — глава исследовательского центра. Часто бывает в университете и часто навещает нашего пьяницу. Ангел с титулом Бог, и Людошиэлю до него, как на своих двоих в соседний мир.

— Крыша у идиотов долго не стоит… — слова сами вышли из меня.

— Чё сказал? — вслед за спешной фразой толпа в центре посмотрела в мою сторону.

Гул ветра ударил в уши. Тишина. Людошиэль глазел на меня карими глазами, задумывая невесть чего. И я уже честно не понимаю… Кто так пошутить вздумал?!

Глупость. Сегодня любое моё действие оборачивается в чепуху.

Только вот, глупы ли мои слова? Он головой тронулся, раз показывает умения первокурсникам. Когда-то Людошиэль был тем, кого с гордостью называли членом семьи Фонгель, но падать так низко из-за одной ошибки…

— Что хотел, то услышал… — я встал с лавочки и уже морально приготовился защищаться. — Начни наконец хоть чутка походить на своего брата.

— Не сравнивай меня с ним!

Людошиэль приближался ко мне, но… Несмотря на его силу, избить кого-либо вне тренировочного поля, он не может. Правда, я знаю, к чему это ведет. Сбегу или промолчу — ничего не изменится.

— Если головой не научишься думать, то и титула отца тебе не видать. В этом Азазель и превосходит тебя.

— Ха, да ты точно умереть захотел, — он подошёл вплотную. — Как будто ты что-то знаешь… Значит… думать начать? Посмотрим, как ты заговоришь.

Ну, конечно… Мои слова вряд ли будут значить что-то для него. Людошиэля исправит только время, наверное.

«Мне пора…» — хотел я ему сказать, да только…

— Лю-ю-юцифе-ер! Ты что здесь забыл? — силуэт появился рядом с нами и хлопнул по моей спине. — Твой первоклассный друг уже поел и полон сил! А, ты пришел потренироваться? Никогда бы не подумал… А?

— Ха-ха-ха! Вот что значит думать головой!

— Бл#ть, телепортируйся обратно! — я прожестикулировал руками прямо перед лицом Азазеля, но он вообще ничего не понял.

— Я вызываю тебя на дуэль, Азазель! Отличное время проверить силы, — Людршиэль, издеваясь, положил руку на моё плечо. — Хотя, если вместо тебя выйдет Люцифер…

Именно этого я и боялся. Кодекс чести… В семье Фонгель он превыше всего, ведь аристократы не убегают от боя.

— Брат? Я приму твой вызов… Только вот от Люцифера отстань. Я не позволю оскорбить его честь… Хотя, что тут произошло вообще между вами?..

— Это не важно, просто вставай в круг. Ждать никто не будет, — он стал лыбиться прямо на меня.

Угораздило же пойти сегодня в университет…

Сейчас, возможно, изобьют моего друга. Из-за воспитания или мировоззрения я создаю себе ещё больше хлопот, где только смогу, но это перебор.

Нет, не позволю испортить день ещё и Азазелю. Хоть я и бесхарактерный, но он мой товарищ. И Людошиэль это прекрасно понимает…

— Азазель, не слушай каждый его приказ… Я сам отстаю свою… честь, — смахнув руку Людошиэля, я с натянутой миной посмотрел на Азазеля.

Честь, да… Мнимое понятие. Для меня уж точно.

— Люций, ты уверен? Может решите вопрос миром?

— Не парься, меня просто пригласили на парочку обменов ударами, ничего более, — я глубоко вздохнул.

По-другому это не рассосётся.

— Как знаешь, если ты пострадаешь… — Азазель поглазел по сторонам в попытках найти кого-то. — Я сообщу директору Фогелю. Он будет вашим рефери.

— Оставь его в покое. Бой будет коротким, — Людошиэль убил единственную мысль о надежде выйти сухим из воды. — Директор занятой. Не будет он следить за каждой мелочью.

Будь тут озорной старичок, то всё решилось бы по щелчку пальцев. Но нет… видимо не в этот день.

— Ну как? — он махнул рукой. — Всё ещё признаёшь, что я не достоен этого звания?

— Заткнись ты, тошно до ужаса… — мы оба, нога в ногу, пошли на мою смертельную дуэль.

Почему-то только сейчас осознание навестило. Я ведь попал… Победить Людошиэля для меня, это как словить удачу за крылья. Множество ран и боль во всем теле — то, что я здесь заслужил.

Надеюсь, что хоть не умру…

Смерть штука страшная, но свои меры присутствуют. Некоторые преподаватели могут воскресить умершего, и это радует — область реинкарнации не стоит на месте.

Правда и минусы есть: воскрешают единожды и в течение пары минут после смерти, а также есть шанс остаться овощем на всю жизнь. Так как я ни разу не умирал, то это и не страшно. Лишь бы не стать куклой без желаний.

Как раз-таки из-за Людошиэля мне пришлось увидеть такую студентку… Зрелище неприятное — словами сложно передать. Безэмоциональная субстанция без рвения к жизни.

Как вспоминаю, так по телу мурашки с нервным тиком проходят.

***

Пора отвечать за слова.

Рефери оказалась одна из фанаток Людошиэля. Красивая, но мерзкая внутри. Рерания —четверокурсница, а так и не научилась отличать зло от добра. Хотя вот мозги точно есть. Если выйдет замуж в семью Фонгель, то будущее ей обеспечено.

— Пять! — она с энтузиазмом начала.

— Людошиэль, мы верим в вас!

— Четыре!

— Люцифер! Не проиграй! Он сильный, но глупый, его легко обдурить! Воспользуйся этим! — среди бушующей толпы эти слова мгновенно достигли меня.

Спасибо, Азазель… Но мне банально не добраться до него. Стихия крови направлена на большую площадь: не сбежать, не укрыться. А своим телосложением Людошиэль меня в землю вкопает, как только приближусь.

Хоть и есть способ, но исход ясен — меня изобьют.

— Три!

Позы резко сменились. Я снял клинок с ремня и расставил руки. Катана, зовущаяся Ашурамару, лежала в левой ладони, за спиной, тогда как правая вытянута в сторону Людошиэля.

Это первый секрет.

— Два!

Только противника это не особо удивило: он вытянул смешок и выпрямил тело. Из его пустотного ящика тут же призвался посох с красным рубином на конце. Людошиэль схватил его и стукнул оземь, словно поставил точку…

— Один! Начали! — Рерания закончила отчет и выпрыгнула за область магических кругов арены.

— Стихия крови. Лезвие Богомола.

Мгновенно напал. Пять серпов в одну точку. Кажется, в его арсенале есть парочку нацеленных техник. Нужно сосредоточиться, раз есть шанс…

Вскинув клинок перед атакой, я прокричал:

— Ашурамару! Убей их!

Простой элемент неожиданности. Поэтому моя поза и похожа на стойку дурочка.

Серпы врезались с трезвоном в черную катану без гарды и вскоре испарились. Красная лента на конце засияла тёмно-рубиновой аурой, а после уже я применил способность.

— Отдаю обратно. Стихия Крови! Лезвие Богомола! — точно такие же серпы высвободились и роем ринулись в Людошиэля.

Свист и скрежет. Столб пыли поднялся в области врага.

Ашурамару особенный клинок. Чтобы создать такое оружие, необходимо оторвать часть души, то бишь воспоминаний, и воплотить их в нужный предмет.

Правда, обычно, кроме нерушимости, духовное оружие ничего не получает. Ни способности, ни имени. Но со мной произошёл конфуз… Я отдал клинку около пятидесяти процентов души, а взамен обрёл способность поглощать и высвобождать техники. Не все — только среднюю и чистую магию. Также объём маны не должен превышать собственное вместилище.

Но порой даже подобного мало…

— Ха-ха-ха! Неплохо-неплохо, что-то ты всё-таки можешь.

Красный дым вперемешку с песком осел, и я увидел: Людошиэль улыбался, похлопывая себя по плечам. Ни царапины, только грязь на одежде…

Козырная карта выброшена. Второго шанса не будет.

— Давай, отрази это, — он крутанул посохом по воздуху, вырисовывая круг. — Стихия Крови. Кленовый Лист!

Опять та техника. Поглотить что-то настоль большое я попросту не могу, убежать — не успею. Но нужное решение уже играло мелодией в голове. Клинок со свистом полетел в безопасную зону.

— Нити магии.

Упругая верёвка обвила рукоять крепко вонзившегося в землю Ашурамару и руку. Импровизированный трос потянул мою тушку от опасности, но, крутанувшись в полёте, я всё равно задел технику Людошиэля.

— Ц-ц-ц…

Правая рука изрезана, плащ и рубашка местами походили на тряпки. Показалась кровь. Зелёные огоньки магического круга тут же исцелили — оставили только ноющую боль.

Да что б тебя…

— Люцифер!

— Продолжайте в том же духе, господин Людошиэль!

Чем я думал… Толпа орёт — сосредоточиться невозможно. Когда до тебя дойдёт-то, идиот!

— Ха? Ты живой? Я явно недооценил тебя. — усмехнувшись, он вновь направил посох. — Постарайся хоть не помереть от следующей атаки…

Тело не подчиняется. Правая рука не поднимается — пришлось схватить клинок левой. Но почему-то я поднял его… Что не даёт мне сдаться?.. Честь? Хочу, чтобы Людошиэль осознал свою глупость? Не понимаю…

— Стихия Крови. Кровавая Тюрьма.

Мне даже отдышаться не дают. Аура обволокла противника, и в тот же миг посох засветился яркими огнями.

По очереди, на расстоянии десятка метров, вокруг меня появились красные ленты. Сначала я успокоился, подумал, что он наконец-то понял, проявил снисходительность или вроде того… Но это обман. Опять и опять!

Ленты сходились в купол над головой, образуя тонкую сетку. И… техника начала сужаться.

Почему я не учусь на ошибках?! Знал же, что меня ждёт смерть! Изрешетит и не покосится — просто убьёт! Протиснуться или разрезать? Да я рукой не успею дёрнуть!..

Успокойся… Возможно, это покажется странным, но победа всё равно досталась мне. Действенное средство — это личный пример. После очередной смерти братец Азазеля научится думать…

С меня хватит. Покой в этом мире можно заслужить только одним способом… Уже поздно гневаться или просить пощады. Глаза закрылись, рука с клинком опустилась. Голоса исчезли… Ничего не чувствую, совершенно ничего. Даже боли.

Нет, она не страшна мне, но через неё проходит всякая смерть. Когда-то вкус вечных поражений вцепился в ум: сколько лежал в грязи на заднем дворе дома, сколько раз чувствовал магию исцеления — мне безразлична боль.

Но страх смерти… Его не перебороть… Я не хочу умирать, меня ведь могут не воскресить! Это лицемерие, Люцифер, это лицемерие! Хоть раз открой глаза… Хоть раз посмотри на последствия своего тупого мировоззрения!

Свет в миг ослепил, голова закружилась, но это…

Я что, видел будущее? Сетка, находившаяся перед носом, вдруг исчезла, а ленты до сих пор торчат вокруг меня. Людошиэль всё также использует технику.

Ничего не изменилось… Меня изрешетят.

Это предсмертное чувство? Повторные моменты, прошлое, сожаления… Время в глазах замедлилось. Возможно, это создатель подсобил, заставил обдумать ошибки?..

Нет. Это не так.

— [Я не ХХХ-ХХХ-сь… Я не ХХХ-здесь…]

Это всё похоже на бред сумасшедшего. В голове прозвучал искривлённый магией звук, похожий на слова. Откуда? Кто это? Не могу разобрать…

— Я не умру здесь!

Ха… Кажется, это кричал я… Позорище, лучше бы просто смотрел. Но поток бессмыслия не закончился.

— Нити Магии.

Это говорю не я! Что происходит… Не могу контролировать тело. Перед лицом только приближающаяся угроза и клинок. Всё-таки это был голос внутри, приказывающий выжить. Как белый шум, проговаривает одну и ту же фразу.

«Неважно. Сейчас нужно парировать атаку», — нога сама шагнула вперед.

Каким-то чудом я взмахнул левой рукой. Нить Маны привязана к ней одним концом, а вторым к клинку. Это похоже на замах удочкой вдаль.

Ашурамару двигался благодаря взмахам ладони и привязанной к ней нити, изображая волнообразные рисунки после лезвия.

Такого мастерства в фехтовании нет даже у отца! Я взмахивал ладонью, приближаясь семенящими шагами к краю техники. Часть сетки оборвалась. Появилось окно для спасения, и я нырнул в него.

Заклинание за спиной со свистом сомкнулось, образуя красный столб.

Живой… я живой… Но телом по-прежнему не управляю. Голос вновь прозвенел в голове, но в этот раз слова изменились.

Не хочу слышать это… Мерзкое и отвратительное.

— [Уб-ХХХ-ХХХ! Убей его!] — Повторяясь эхом, белый шум вызвал мурашки по телу.

Нет, хватит. Тот, кто убьёт — выживет. Это правда, и я хочу остаться победителем.

Людошиэль стоит в пятнадцати метрах с выпученными глазами как идиот.

Зрение плывёт, стук сердца чувствуется кожей, ноги трясутся. Нужно действовать.

Линия атаки видна. Как с рокотом прогремел гром — я оттолкнулся от земли и за полсекунды срезал дистанцию. Всего миг и черный клинок Ашурамару устремился на сердце Людошиэля. Победа близка.

Но разница в силах по-прежнему видна… Он просто отпрыгнул, среагировав на резкий выпад.

Только вот толпа ангелов издала странный возглас. Азазель и вовсе подпрыгнул.

Людошиэль нарушил правило дуэли на тренировочном круге — вышел за черту барьера. Его лицо быстро сменилось на непонимание: он медленно покрутил головой, а после показал зубы.

Ещё ничего не закончилось.

— Ты издеваешься?! — Людошиэль вскинул посох, и на нём быстро сформировался один, но приличных размеров магический круг. — Стихия Крови! Пурпурное Сияние!

Высшая магия?! Уровень маны как у архангела! Аура столбилась над ним, воздух потяжелел. Его посох блеснул аметистовым светом, и огромный поток энергии устремился вперед.

— Стоит остановиться на достигнутом.

Ха-ха… Вот теперь я точно спасён. Перед лицом появился директор, что в миг остановил рукой огромную струю силы. Фиолетовый луч разбился надвое, оставляя колею между нами и Людошиэлем.

Хочу отдохнуть… Ноги подкосились, и я упал лицом в песок.

— Люцифер! Профессор! Он сильно ранен! Помогите ему, прошу…

Азазель… Слава Древу, на бой вышел не ты… Только неизвестный голос помог мне выбраться живым. Хотя живым назвать это сложно.

Образы в глазах плывут, ноги и руки не поднимаются. Весь мир уходит под землю. Дышать тяжело…

— Вс-с-ё… норма… льно… — пробубнил я на остатках сил.

Поединок закончился скучной, но победой. В настоящем бою я никогда бы его не одолел.

Надеюсь, он хоть что-то понял из нашей глупой перебранки.

***

— Устроили мне… Посмешище! Ты, — директор махнул рукой, — Людошиэль, отстранен от занятий на тренировочном поле!

— Но…

— Закрой рот и иди на занятия!

Людошиэлю оставалось ещё раз косо посмотреть на израненного соперника и сложить посох в пустотный ящик. Сразу выразилась своенравность: он цокнул и горделиво вскинул голову.

— А вы чего столпились? Марш на пары, перерыв уже закончился! — жутким и басистым голосом директор прогнал хулиганов.

На внутреннем дворе осталось всего трое: Люцифер без сознания на земле, Азазель, который пытался его поднять и недовольный Фогель.

— Азазель, жду объяснений, — он слегка приспустился к Люциферу и вытянул руку. — Живой.

— Д-да! Похоже произошло недопонимание между Люцифером и Людошиэлем…

Азазель не знал всех подробностей, но представлял нрав брата. На его лице показалась ни то злость, ни то отвращение.

— Я не это просил. Какую технику использовал Люцифер? В одно мгновение, казалось, что он…

— Директор, вы наблюдали за всем этим и не помогли? — тон окрасился серьезностью, и Азазель заставил Фогеля слегка дёрнуться от неожиданности.

— …Нет. Я просто подметил, когда бежал сюда. Так что?

Директор Фогель Ван Астрея. Этот озорной старичок всегда любил приходить в последний момент на помощь. Возможно, он изучал ситуацию, а возможно и просто наслаждался боем, ведь не каждый день увидишь такое зрелище в стенах университета. Некоторого рода маньяк, можно подумать.

— Не знаю… Я даже разглядеть особо ничего не смог...

— Понятно. Иди на занятия. Я разберусь тут.

— Есть! — Азазель еще пару раз посмотрел на друга и рванул в стены университета.

Теперь здесь и вовсе осталось двое ангелов.

«Неужели сейчас я наблюдал за проявлением его абсолютной техники? С такого расстояния было не сложно заметить это… Разрыв времени, да?» — закрыв глаза, ему оставалось разве что усмехнуться над ситуацией.

Директор щелкнул пальцами и под бессознательным телом сформировалась белая и тонкая, как лист бумаги, плита. Она сразу подняла Люцифера в воздух.

«Нет. Рано делать такие выводы. Алкоголь весь мозг проел…»

***

Сон? Нет. Меня везут в повозке… Даже глаза открыть в тяготу. Голову ломит… Возможно, стоит ещё поспать…

— Фогель, ты уверен, что с ним всё в порядке?

— Скорость его саморегенерации поражает. Но вот понять не могу… Моя магия исцеления должна была подействовать. Не стыкуется… Может я чего не понял из её рассказов…

— Его раны неестественным образом затянулись. Даже нога, которая была исполосована сеткой из крови, смогла так быстро зажить. Его стоит исследовать. Как думаешь, есть вероятность того, что мы сможем сделать великое открытие?

— Доума, не смей. Тебе не хватает своего материла?

— Тц-ц. Ну конечно…

Доума? Неужели наш странный проректор тоже участвует в перевозке? Я ещё не спал, но, кажется, снова вырубался. Точно. Доума владеет магией призыва… возможно он… призвал… виверну…

***

Излюбленный потолок, закат за окном… Я очнулся дома.

Всё тело скулит, на ноге и руке бинты, состояние, как при лихорадке. Оттого и небольшая радость: меня точно не воскресили. Но это, как бы сказать… прискорбно?

— Твою ж… — вспоминая отрывками битву, я через боль поднимался с кровати. — Главное, чтобы отцу не досталось.

Голос в голове, непонятная сила, ещё и Азазелю в семье могут выговор назначить… Не стоит болтать лишнего. Или вообще не говорить вслух? Какой же бред.

Как мне всё это разгребать?

— Люцифер! — дверь отварилась и чуть не влетела в комнату.

Вошел не церемонясь. Его нимб соскреб верхний порог: не для таких бугаев дом строили. Два метра ростом, мускулистое тело, короткие русые волосы и зелёные глаза… О нет…

— Оте-е-ец?.. — забыв про всю боль, мое тело само вскочило с кровати.

Почему же жизнь так сурова?! Разве я не заслужил покоя? Придется опять слушать про свою немощность. Только бы это закончилось как можно скорее.

— Ты молодец! — отец обнял меня.

— Че-е-его?

Подобное удавалось слышать только в детстве, когда меч ровно держал в руках. Но чтобы сейчас? Я что-то про себя не знаю… Неужели и вправду заслужил похвалы?

— Одолеть Людошиэля… Ходили слухи о нем. Говорят, его пригласили на обучение в Специальный Корпус Военного Центра.

— Да, но…

— Не важна какая победа, ты победил стратегически. И всё правильно сделал. Ты точно распределил свои умения и понял, что чистой силой тебе его не одолеть? Ты застал его врасплох? Установил ловушку?

Ловушку? Победил стратегически? Вряд ли. Мне просто помог неизвестный голос, который шептал: «Выживи». Возможно, даже Людошиэль слышал это и замешкался.

— Да, так я и победил…

Не хочу ломать эту комедию. Тем более и сам пока ничего не понимаю.

— Отлично! Я знал, что в моей семье растет будущий Бог.

— Ну до Бога… — уже пытаясь уйти от его устрашающего взгляда, следующие слова заставили обратно упасть на кровать.

— Со следующей недели, по вечерам, ты тренируешься со мной! Ха-ха-ха! Маме своей только не говори — она за тебя через чур переживает. Приказ понят?

— Да-да…

Отличная новость под конец отвратительного дня. Теперь меня всегда будут избивать, а только что обретенная вера отца в ту же секунду испарится.

Хорошо, что это быстро закончилось. Он, как ребенок, чуть ли не в припрыжку ушёл и закрыл дверь.

Тяжелый денёк… И при этом даже не поспишь: часы еле дотягивались до «21:00».

— Кажется, я обещал ей… — дёрнув указательным по воздуху, аккурат над столом появился пустотный ящик. Оттуда сразу рванул весь накопившийся ученический хлам. — Но сначала это.

Среди тетрадей, обрубков карандашей и смятых листков, красовался черный дневник — вещица, что залатывала мне пробелы в памяти. Или тупизну, лучше сказать…

В первую очередь нужно разобраться с тем голосом. Сев за стол и схватив карандаш, я записал отрывками: «Хриплый, искаженный магией голос, скорее всего мужской и странная сила. Неуправляемость во время боя. Невероятное зрение. Тело не поспевало за реакцией».

Было ли что ещё? Вроде и нет…

— Вероятно, на мне использовали групповую магию? — облокотившись о спинку стула, я рассуждал. — С другой стороны, остались бы следы… Да и кто решится использовать нечто подобное на студенте. Тц-ц. Или… Нет.

Не моего ума задача.

И на крайний, это всё может быть естественным процессом организма. Ту-ту-ту… Допустим так. Теперь Ариана.

Нужны истории о войне, и за голову сиюсекундно приплелась банальщина.

Если судить о силах, то это неравное противостояние, ведь на стороне демонов был один Бог. Даже ангелы запомнили его как героя. Правда, говорить о нём в открытую сразу же запретили.

В противовес шли ангелы с одиннадцатью Богами, из которых выжили лишь трое.

Один против одиннадцати — справедливостью тут и не пахнет...

Даже отец рассказывал про величие высшего демона. Как же его звали… Вроде Соник. Да, его звали Соник. Ни фамилии, ни имени, лишь слегка смешной псевдоним. А стоит ли говорить о нём в докладе?

— Слишком банально… Как будто бы не то, что пригодится мне и Ариане. А если… Возможно, стоит воспользоваться практическим путем? Кажется, еще никому не удалось объединить свет и тьму…

Да, это феномен, хотя с другой стороны и нерушимый факт.

Дело в том, что во всех мирах есть несколько одинаковых Законов Мироздания. И в одном из них твердится, что объединить свет и тьму почти невозможно. Точная трактовка такова:

«Свет и тьма вместе взятые неподвластны простым обывателям миров. Лишь тот, кто сможет перенять на себя ответственность создавать и творить, сможет достичь нового предела».

Что в действительности представляет собой закон никто объяснить не может. Одно ясно — смешать свет и тьму простыми путями не получится.

Еще одна нерешенная задачка.

Я обещал Ариане достать информацию через три дня, значит, время есть. Сейчас можно не думать об этом. Лучше высплюсь и, наконец-то, сам встану чуть пораньше.

Конечно…

Так прошли два ленивых дня…