Я стоял над трупом убитого мной короля демонов. Наконец-то это закончится. Однако, похоже мне не суждено вернуться домой живым. По всему телу были открытые раны из которых шла кровь. Я рухнул на спину.

— Нет, Александр, не умирай! Я сейчас исцелю тебя, — подбежала ко мне Мария, целитель из моего отряда, по совместительству жрица в храме.

Мария была девушкой невысокого роста с рыжими волосами, голубыми глазами и красивыми чертами лица. Одета она была в белую церковную рясу. В руках у неё был золотой посох с крестом на конце.

— О, боги, молю вас, исцелите это дитя благодатным светом своим! — начала она читать молитву, дабы сотворить чудо лечения.

— Для меня уже всё кончено, кха-кха! — начал я отхаркивать кровь. — Не тревожь богов по чём зря.

— Но я не могу тебя потерять! Я... Я люблю тебя! Да, мне как служительнице богов запрещено иметь подобные отношения, но я всё равно люблю тебя. Поэтому, прошу не оставляй меня! — сквозь слёзы говорила она.

— Не бойся, если твои слова — правда, то когда я предстану перед богами, попрошу их дать мне вторую жизнь, чтобы быть с тобой до конца, — попытался успокоить её я.

— Обещаешь? — сказала она, посмотрев на меня, покрасневшими от слёз глазами.

— Обещаю. А теперь, вылечи пожалуйста остальных. Я ведь не единственный, кто получил ранения.

Сказав это я осмотрел остальных членов отряда. Анорсель Мерцающая Заря — эльфийская принцесса, наша лучница, имевшая типично-прекрасную эльфийскую внешность, золотые волосы и зелёные глаза, получила ожог руки когда король демонов использовал магию огня. Белвар Айронфут — гном аристократ, наш танк, с длинными чёрными волосами, сквозь которые проглядывается седина и с такой же длинной бородой, хромал на одну ногу после, вызванного магией земли короля демонов, землетрясения.

Я обратился к Анорсель.

— Можешь выполнить для меня одну просьбу?

— Да, что такое? — отозвалась она своим ангельским голосом подойдя ближе.

— Можешь позаботиться о Лилит? Её мать умерла при родах, а ублюдок отец убит нами, так что ей некуда пойти.

Лилит это дочь короля демонов, рождённая пленной девушкой. Как и у всех демонов, у неё были седые волосы, красные глаза с кошачьими зрачками и слегка бледная кожа. Рогов и хвоста у неё не было, из-за того что она полукровка, они то появляются, то снова исчезают.

— Хорошо, как скажешь! Можешь положиться на меня. Сделаю всё в лучшем виде! — с грустной улыбкой сказала она.

— И ещё, не ссорьтесь больше с Белваром.

— Я поняла.

— Это от неё зависит, — грубо отозвался Белвар.

— А ну заткнись! — огрызнулась на него Анорсель.

— Хах, да вы не меняетесь.

Тут мои глаза сами собой медленно закрылись и я погрузился во тьму. Внезапно я услышал необычный треск. Тьма перед глазами треснула и я увидел свет. Почувствовав, что упираюсь во что-то головой, я попытался подняться. Трещина стала расширяться и расходиться дальше, и когда она расширилась настолько, что я смог откинуть то, что считал потолком, то перед моим взглядом предстало то, чего я не ожидал увидеть. Я сижу в яйце и то, что я откинул было верхней половиной.

Я родился!

Каким-то образом я оказался внутри яйца. Осмотрев себя, я понял, что уже не человек. Нет, у меня по прежнему было четыре конечности, но пальцы заканчивались когтями, всё тело покрывала чёрная чешуя, только на животе и груди была голубая кожа. Тут я почувствовал движение на спине. Как будто у меня есть дополнительные конечности растущие из спины. Выбравшись из яйца я понял, что так и есть. На моей спине распологались два небольших крыла чёрного цвета с голубыми перепонками. Между крыльями, прямо из позвоночника рос гребень из острых шипов. Так получается я... дракон?

Не может быть. Я умер и переродился драконом? Хм, рядом ещё несколько таких же яиц и гнездо большое. Похоже, я в какой-то пещере, а свет идёт снаружи.

Я попытался подойти на своих четырёх ногах ближе к выходу, но в этот момент.

— Тррх! — земля сотряслась.

Я испугался мысли о землетрясении, но то, что я увидел дальше, было гораздо хуже. В пещеру вошёл дракон. Красная чешуя, жёлтая кожа на груди и животе, вытянутая морда. Он угрожающе приближался. В голове промелькнула мысль:

— Ты моя мама?