Толпа моряков взъерошена, готовый к бою Икар стоял напротив Ксилайс:

— Ты чё?! — напуганно спросил один матрос под общее бурчание. — Ты чё, колдун, всбесился?!

По лицам их видно, что хотят вступиться за даму, но мнутся, топчутся на месте, боятся. Я тоже боюсь. “Как же легко заставить тебе что-то внушить, я поражаюсь. Ладно, будем увеличивать твою психическую устойчивость. А то любой владелец Созвездия: Пси сможет убедить тебя, что срочно необходимо вонзить кинжал себе в грудь”. Я не понимаю. В каком это смысле?! “Я могу внушить тебе любое чувство, какое пожелаю, раньше я делал это на благо, чтобы ты не ряхнулся невзначай. Теперь внушил страх и тревогу, хочу посмотреть, как ты покажешь себя в бою против Ксилайс. Да и вообще узнать, не потеряла ли она былой формы”. Ты совсем лишился ума! Она же меня в порошок сотрёт! “Не переживай ты так. Я просто нагнетаю. Если бы она пришла тебя убить, то ты бы сейчас не перекидывался со мной мыслишками. А так, ты смотри, как она хочет померяться силами”. В этом есть доля правды. Она выставила появившийся из ниоткуда тонкий шест, смотрит на меня, слегка задрав голову, глаза горят, полны вызова, а на губах пробивается еле заметная улыбочка. Возможно, ты прав, Кахан, но откуда тебе знать наверняка? “Так я ж её и учил”. Чего?! “Не зевай, сейчас прилетит”. Чего?

Каким-то чудом я заметил её молниеносный рывок ко мне, словно для неё это всего лишь один шаг. Первый удар наотмашь я заблокировал в районе головы, разглядев его из движения девушки вокруг себя. Удар такой силы, что жёстко отдал в руки через мой шест, едва не коснувшийся виска от отдачи. Найдя окно для атаки, я уж было сложил руну огня, но не успел — поставленный из полуоборота удар ногой в грудь повалил меня на землю. Я быстро сделал кувырок назад и поднялся, пошатываясь. Дыхание перехватило на пару секунд, а затем стало потихоньку возвращаться в норму, тогда я ещё раз попытался сложить руну огня, но за спиной, чтобы девушка не заметила. Когда она приблизилась для новой атаки, я выставил руку и пучок жарких искр вырвался из ладоней прямо в лицо противника. Та даже остановилась и стала закрывать лицо руками, но когда руна истощилась, меня взяла дрожь: ни один красный волосок не погарел на её голове.

— Я ж тоже так умею, — процедила она с ядовитой ухмылкой и я заметил пальцы, складывающиеся в ударную руну, прежде чем полететь.

Преодолев несколько метров, я ударился левым боком о дерево. Сила моей руны вообще рядом не стоит с её мощью.

— Что ж ты стоишь, как статуя? Что за ступор? — спросила девушка, медленно шагая ко мне.

Я постарался подняться на руках, от боли осёкся, упал лицом в рыхлую землю. Твою мать. Сжав зубы, сложил руну воздуха и направил в землю, поднялся таким образом на ноги, закашляв от вздыбленной пыли. Шест улетел куда-то за деревья, не добраться. Ксилайс отпустила свой шест, и тот словно прошёл землю насквозь, затем пружинящим бегом она направилась ко мне. Совсем нечего делать, руны у меня слабые, оружия нет, нужно что-то придумать. Когда она вот-вот должна была сблизиться, я подгадал момент, сложил руну земли, настроил её положением мизинца, и почва передо мной будто взорвалась, оставив яму, перетянутую корнями. Девушка уже было шагнула в неё, как мне показалось, специально, потому что на том месте, куда должна была по всем подсчётам провалиться, она словно отскочила левой ногой от батута и я услышал хлопок воздуха, как будто от удара кнутом. Она взмыла в воздух, закручиваясь в заднем сальто, выставив правую ногу для атаки сверху. Выставив обе руки над головой и успев сделать лишь шаг назад, я заблокировал удар, он пришёлся на руки почти вскользь, но был такой силы, что я почувствовал “выстрел” в поясницу и подогнулся. Девушка приземлилась, отвела корпус назад и в правый бок, готовит атаку левой ногой. Я закрылся рукой, прижав к щеке, когда нога противника уже почти достигала моей головы. От пинка в глазах заблестело, в правом ухе загудело, и рука невольно опустилась вниз. Сила такая, словно у девушки вместо костей толстенная арматура. Меня повело и я пропустил удар из оборота в правый бок. Боль стала невыносимой, я сделал пару шагов влево по инерции, затем упал на спину, держась за бочину и корёжась, еле как хватая воздух.

“Эх ты, никакого достойного отпора. Ну ничего, ещё научишься”. Через несколько секунд я с горем пополам открыл глаза и увидел лицо девушки, она грозно свела брови и спросила:

— Чё огрызаешься-то? А если б я тебя пришибла?!

Я ничего не ответил, медленно скрестил руки на лбу, ожидая удара.

— Я, понимаешь ли, искала его, — возмущённо продолжила девушка, чуть ли не переходя в визг, — пока прицелилась, два раза в воду телепортировалась! Два! А он огрызается! На дуэль бы вызвал, что ж так бесцеремонно? Даже имени не спросил. Красивая дама на тебя сама ноги кладёт, а ты сразу руками своими не на колени, а руны складываешь. Евнух что-ли?!

Я только промычал и расслабился, поняв, что атаки сейчас, видимо, будут лишь психологические.

— А вы чё там ржёте?! — Ксилайс криком обратилась к толпе, повернув голову. — Сейчас тоже напроситесь! Тащите его к костру.

***

— Не дёргайся, — скрежетала Ксилайс, обводя мою голову ладонью, — а то я тебе лишнее ухо прям над носом выращу.

— Я случайно…

— Цыц! Не бурчи.

“Ты для чего-то ей понадобился, Икар. Очень сильно понадобился. Эта бабуська убивает ради веселья, растрясти кости так любит, а чтобы она кого-то лечила — я никогда такого не видел”. Почему бабуська-то? Выглядит лет на двадцать пять, в крайнем случае на тридцать. “Пф-ф, да она чуть младше меня на эти годков тридцать. А мне, между прочим, триста девяносто пять! Или семь… Не важно”. Брешешь! “Зуб даю”. Ну и дела.

— Ксилайс, — тихо обратился я, сидя на песке перед ней, — прошу прощения за нескромный вопрос. А сколько вам лет?

— Тебе зачем? В чём-то сомневаешься? Мне уже можно.

Моряки потихоньку захихикали, столпившись у костра в паре метров от нас.

— Да я… просто слышал, — неловко продолжил я, — что вам не столько лет, насколько вы выглядите.

— Ещё раз “выкнешь”, — она слегка шлёпнула ладонью мне по лбу, недовольно приговаривая, — я тебе морду отгрызу. Стой, а откуда ты это слышал?

— Да мне… Э-э… Друг сказал.

“Ну всё, спасайся, кто может. Ну и дурак ты, конечно”.

— В смысле… Прочитал, да. Книга ведь лучший друг, хе…

— Погоди-ка, — она приблизилась к моему лицу, закрыв левый глаз стала словно смотреть в душу и что-то искать за моими глазами. — Кахан, ты что-ли там пригрелся?

Через пару мгновений у меня в горле защекотало и я не по своей воле ответил голосом Кахана:

— Кси, свет моих очей, ты так проницательна, даже противно.

— Это было очевидно. Ага, и я рада тебя слышать.

Я заметил пару блестящих глаз, выглядывающих из-за дерева, это был Маленький. Когда поднялась шумиха, он, видимо, прятался, но набравшись мужества, сейчас всё-таки побежал на нас. Ксилайс слишком рано его заметила, и, так как засада не удалась, Маленькому пришлось издать свой ужасающий рык, чтобы испугать жертву. Он протяжно завопил, ещё бы на два тона ниже, и можно сказать, что запищал. Я боялся, что Ксилайс отреагирует остро или вообще испугается, но…

— Ути како-о-ой, — девушка начала сюсюкать, присела перед ним на колени и стала аккуратно хлопать ладонями, приманивая ящерку, — ты откуда тут такой взялся.

— Это мой, — я невысоко поднял руку и тихо ответил, — я его подобрал, пока ехал до Дартера…

Ксилайс словно меня не слушала, взяла выверёнка под нетопырьи крылья и стала тыкаться с ним носом в нос. Ну всё, его уже не спасти… Маленький пытался сопротивляться, но затем притих, когда я почувствовал в воздухе магический всплеск.

— Ни разу не видела детёнышей виверн! — начала девушка в ребячьем восторге.

“Для Ксилайс это много стоит, ведь когда живёшь больше трёхста лет, увидеть что-то впервые — настоящее открытие”. Мне показалось, или она использовала магию несколько мгновений назад? “Не показалось. Я почувствовал руну покоя”. Да сколько ж рун она вообще знает?.. “Все, я уверен”.

— Кахан, — восторженная девушка повернулась ко мне с выверёнком в руках, — а ты видал когда-нибудь до этого виверёнышей? А, ну да… Глупый вопрос.

— Я ж бог, — отвечал Кахан через меня, в горле снова защекотало, — хоть и бывший. Чего я только не видел.

В этот момент переговоров меня окончательно съело недовольство. Словно меня здесь вообще нет. А она, как я понял, пришла за мной, а не Кахану вырёнышей показывать! Ещё и столько спросить хочется, а меня вовсе в расчёт не берут.

— Может хоть кто-нибудь объяснить, — всполошился я в мерзком непонимании, — что тут происходит?! Я сейчас с ума сойду. Откуда вы вообще знакомы?

— Ой, что тебе, глупому, объяснять? — отвечала Ксилайс, сводя брови, качая Маленького из стороны в сторону, как плюшевую игрушку. — После Разлома Кахан учил меня пользоваться магией, да и остальных высших охотников тоже. Вот и весь праздник.

“Высших охотников у нас всего четыре… с половиной. Каждый специализируется на своём. Кси, например, на призванных. Может найти подход к кому угодно, потому что из-за своей оружейной мании имеет в Кармане сотни приспособлений для умерщвления, даже таких, о которых ты слышать не мог. Оттого её и зовут Мастером оружия. Ко всему прочему, она ещё и создательница Школы Беспорядка”. А почему охотников четыре с половиной? “Если прям совсем точно, то три и четыре, и ещё половина. Семь с половиной, получается. А половина потому, что Ортвин является высшим охотником лишь формально, он тоже выполняет приказы Мелиссы, но малость другого направления”. Вопросов только больше…

Размышления прервали испуганные моряки, активно бормотавшие что-то. Подорвавшись они стали прятаться за деревьями и убегать вглубь леса.

— Дракон! — выкрикнул кто-то из толпы, чуть ли захлёбываясь. — Прячьтесь скорее!

И правда! Оглядев небо, я кое-как заметил низко летящее существо. Неужели и вправду дракон?

— Ха-ха-ха, гляди, — рассмеялась Ксилайс, — пообоссались, морские крысы-то.

— М-может нам тоже стоит спрятаться? — встал я, готовый куда-нибудь бежать.

— И ты туда же? — будто слегка огорчённо спросила девушка, вставая, пока Маленький прятался у неё под ногами. — М-да… Стой на месте. Сейчас увидишь представление.

Дракон почти пролетел мимо острова, прежде чем что-то сбросить. Это была стремительно падающая на нас человеческая фигура, которая стала замедлять падение, начав приближаться к нам, а в метре над землёй и вовсе зависла почти зависла, медленно спустившись на песок.

— Добрейший вечер! — воскликнул приземлившийся мужчина, эксцентрично, резко поклонившись, махнув рукой.

Ликан с рыжими волосами, в который проглядывлась седина, пристально оглядывал меня синими выразительными глазами с морщинами по углам. На голове у него рысьи уши с кисточками, на левом ухе рассечение почти у самого кончика. Одет он в синюю потрёпанную мантию из толстой кожи, через которую на шее проглядывался широкий шрам до подбородка, на ногах тёмные штаны с металлическими наколенника и ботинки со стальными носками, а из-за пояса выглядывали горизонтальные ножны не очень длинного меча.

— Вау! — не сдержал я восторга. — Вы на драконе сюда прилетели?!

— Именно так, мой юный друг! Ретисар Ванх-Сэф, Драконоборец собственной персоной! Победитель Легиона и от магического зверья Предела освободитель!

— Это не ваша ли статуя стоит в Новом Дартере на площади? Очень похоже, — вспомнил я знакомую фигуру.

— Именно что моя, — гордо ответил Ретисар, прижимая ладонь к груди, — да не только в Дартере, и в остальных городах Сердерии!

— Только, по-моему, — неловко добавил я, — у той статуи был пышный хвост…

— Формальности, вольная интерпретация, фольклор!.. Какие слова ещё есть?..

— Пха-ха, — засмеялась Ксилайс, словно лопнув, — вот это цирк одарённых зверят. Попроще надо быть, Ретисар, попроще.

— Опять ты всё портишь, — устало ответил ликан, опустив плечи, его эксцентричность куда-то улетучилась, — дай побыть легендой в конце концов. Может этот юный друг напишет в будущем про меня очередную балладу.

— “Баллада о Ретисаре, — язвительно подхватила Ксилайс, — или как старый кот на землю слюни пускал”. А что, звучит недурно.

— После какого слова смеяться? — спросил Ретисар, дёргая ухом.

— После слова “Десхор”.

— Вот же сучка старая! — сквозь зубы выругался ликан.

“А это ещё один высший охотник, первый из них. Драконоборцем кличут не просто так, ведь он истребил почти всех драконов на Сердерии, что хлынули после Разлома, и убил драконидку Эмельвей. Создатель одной половины Школы Ванх, специализируется он на опасных зверях, в большинстве своём на драконоподобных. Хотя некоторых он приберёг для себя — ты видел дракона в небе. И да, магии учил его тоже я по всем заветам Фордиса Форана”. Как-то это всё… слишком.

— Не дуйся, старый, не поможет, — сказала Ксилайс, подняв Маленького на руки. — Ты Грегора звал?

— Звал, — с ноткой обиды в голосе бросил Ретисар.

— Ещё его тут не хватало. Ну он хоть поприятнее и посимпотичнее тебя, облезлый.

— Хамло рогатое.

— Ладно, давайте не будет в таком случае пугать морских мышей. Эй, вы, — крикнула Ксилайс в сторону леса, — дракон улетел, ничего он вам не сделает, возвращайтесь, а то кабан погорит! Пойдёмте отсюда куда-нибудь подальше.

Из-за деревьев завиделись боязливо выглядывающие моряки, а мы втроём неторопливо двинулись вдоль берега.