Сегодня в Конохе был грустный день.

Узумаки Наруто, Истинный шиноби Воли Огня, Герой Четвёртой мировой войны шиноби, капитан самой «отвязной» группы АНБУ, а также верный друг и надёжный защитник был найден мёртвым на могиле Хинаты Хьюга. Шизуне и Сакура лично осмотрели тело, и обе дали одинаковое заключение: «Остановка сердца».

Хиаши попросил Хокаге, чтобы тело упокоили рядом с его дочерью, а обе могилы огородили отдельно от остальных. Просьбу удовлетворили, ведь все знали – Наруто очень часто был на её могиле. На похоронах собрались все жители деревни, был объявлен недельный траур.

После церемонии у могилы остались только небольшая группа: Рок Ли, Какаши Хатаке и группа АНБУ Наруто из четырёх бойцов, одним из которых был «Волк» – Конохамару Сарутоби.

- Пусть земля тебе будет пухом, друг мой, ибо ты прожил тяжёлую жизнь, - проговорил Ли и исчез. Сегодня он напьётся, но вот куролесить уже не будет.

- Наконец ты сможешь отдохнуть, Наруто. Они все гордятся тобой, - Какаши опустился на корточки и положил книгу Джирайи «Повести непреклонного Ниндзя» к надгробному камню, а после повернулся к четырём АНБУ, что простояли всю церемонию на одном колене, отдавая дань уважения, - Идём, сегодня есть повод, – Какаши исчез, последовав за Ли, АНБУ, не говоря ни слова, растворились в воздухе.

***

Я очнулся в центре немаленького кратера посреди какой-то поляны. Солнце как раз было в зените. Я не успел толком прийти в себя, но несколько очагов чакры я почувствовал. Выправка АНБУ сказывалась на мне.

«Четыре сотни метров до этой «братии». А что мы имеем?»

Я стал с помощью чакры прощупывать каждый миллиметр своего тела и накапливать сенчакру.

«Тело гораздо моложе моего. Примерно лет восемнадцать, огромный запас своей собственной чакры, как и у любого Узумаки. Контроль чакры неплохой, но далёк от прежнего уровня … в АНБУ с таким, какой был у меня на войне, меня бы пнули как щенка…»

«Двести метров», - шесть бойцов. Заходят полукольцом, видимо поджимая к лесу.

«Отдельных чакро-каналов к глазам нет, значит, додзюцу я и впрямь лишился. Наличия биджу я не наблюдаю, значит, кеккей генкаев я тоже лишился (например, Джитон («Высвобождение магнетизма») Шукаку или Йотон («Высвобождение лавы») Сон Гоку). Могущества Мудреца Шести путей я лишился. Хорошо, хоть техника отца работает».

-Да уж. Не густо, - сам себе пробормотал я. Сенчакры я собрал много, на Сеннин Модо хватит с головой, но вот контракта призыва у меня нет, так что придётся очень аккуратно её использовать: «Иначе сдохну нахрен!»

«И почему у меня ощущение, что Хагоромо и тут умудрился мне сюрприз подкинуть?..»

***

Кратер был небольшой, метров 10-15 в диаметре, по периметру уже выстроились 6 Учих, во главе с …

- Твою мать… - невольно протянул я, глядя на Мадару лет эдак 16-17. «Эту смердящую чакру я узнаю из тысячи».

Шаринганистые смотрели на меня с презрением. Я быстро провёл чакру к печатям на руках и уже был готов расцеловать рогатого старика, что умеет левитировать. Мои печати-хранилища были полностью целыми, а значит, что кунаи отца со мной и повоевать я всё-таки смогу.

- Кто ты такой?! – произнёс он с характерным хмыканием Учиха.

- Лучше скажи мне, мил человек, где я, - ответил я.

Со сторон послышались смешки.

- Отвечай на вопрос!

- С какой радости? – выпрямился я.

- Иначе я убью тебя! – в его глазах загорелся шаринган с 3 томоэ. Я шумно выдохнул, когда увидел, что у остальных есть только по одному томоэ, правда, у некоторых вообще шарингана нет.

- Шёл бы отсюда, пацан, - проговорил я, активируя Сеннин Модо, в результате чего по земле под ногами пошли трещины. Давление КИ выросло многократно. Один Учиха не выдержал и припал на колено. – У меня сегодня дерьмовый день, - из печати выпало 2 куная-каеде, и я тут же метнул их.

Один был возле припавшего на колено, второй пролетел мимо рядом стоящего.

- Хирайшин: Ни но Дан, - я совместил технику с расенганом, как отец, и «прыгнул» к первой цели. Потом ко второй. Два Учиха были прибиты к земле. – Они пока живы, - проговорил я, поднимаясь над лежащим и поигрывая кунаями.

- Акио («Красавец», яп. имя), - послышался женский голос.

- Горо («Пятый сын»).

- Кто… ты… такой? – Мадара начал закипать.

- Угадай, - игриво проговорил я. – У меня родители из разных кланов. Так кто же я такой? – саркастично улыбнулся я.

- Грязнокровый! Полукровка! – послышалось со всех сторон.

На оскорбления я сделал простой жест – лишил головы одного из говорящих тем же методом, что и вырубил остальных.

- Ещё желающие меня оскорблять будут? Или мне всех вас перерезать, как бешеных собак, а после закопать в этой яме, - я тыкнул на кратер. Из них никто не заплакал, не проронил ни слова, только стали выпускать на меня своё КИ.

- Откуда ты знаешь технику Тобирамы Сенджу?! – ровным голосом проговорил Мадара.

- Мадара-сан, давайте уже просто убьём его!

- Молчать! – рявкнул Учиха-босс.

- Я не собираюсь тебе отвечать, - проговорил я, запечатав кунаи. – До встречи, Мадара.

- А ну-ка стоять… - последнее, что я услышал, скрывшись в лесу на огромной скорости.

***

Я быстро передвигался на север. Если я правильно всё понял, то примерно пара часов такого бега, и я окажусь перед морем, а дальше к Узушио. Ещё в том мире я нашёл эту деревню, когда попросил двухнедельный отпуск.

На границе, то есть там, где она была в моём мире, в этом о деревнях шиноби можно было не говорить, я наткнулся на маленькое поселение, всего пять домов. На это местечко напала какая-то банда разбойников, я бы прошёл мимо, если бы не семья красноволосых, которую собирались вздёрнуть на ближайших деревьях в качестве примера для остальных.

Сеннин Модо был активен, и я решил помочь.

Банда из десяти человек, среди которых нет ни одного шиноби. «М-да, делов то». Около тридцати моих клонов начали активно использовать замену, что оказалось полной неожиданностью для всех, в том числе и самих жителей. Меняясь местами с  брёвнами, столами, стульями, камнями во дворах или ещё что-нибудь, клоны просто-напросто вырезали десять разбойников, а после развеялись все разом.

Я вышел из леса и помахал жителям. Сначала люди меня шарахнулись, но когда я начал развязывать и помогать убирать беспорядок, они быстро пришли в норму.

- Спасибо вам, молодой человек.

- Спасибо, вы очень помогли.

- Да будет вам, - проговорил я развязывая девушку, когда почувствовал, что не способен шевелиться.

- Фуиндзюцу: Связывание, - донеслось до моих ушей. Люди, узнав шиноби Узушио, расслабились, видимо эти домики был под их защитой, что ли. За моей спиной оказался шиноби в синем костюме и в чёрном джонинском доспехе, на его голове была копна алых волос, торчащих во все стороны. Он приставил к моей голове ладонь с печатью.

«Вот блеск», - мелькнула моя мысль.

- «Пуф», - клон, на которого этот джонин поставил печать, развеялся, а я уже приставил кунай к его позвонку. – Дёрнешься, и будешь парализован на всю жизнь. Понятно объясняю? - шиноби вздрогнул. – Вот и славно. Итак: кто, зачем, почему?

- Почему ты решил, что я стану тебе что-то рассказывать.

- Потому, что я как минимум не заслужил печать на затылке, за спасение вон той семьи Узумаки.

- Откуда ты?.. – но его перебили. Перед нами появился ещё один такой же Узумаки, но уже в доспехах с клановым водоворотом. Он был гораздо старше, на вид лет тридцати. У него были длинные красные волосы и глаза янтарного цвета.

- Хватит, Аки («Осень»). Прошу, отпусти нашего шиноби. Мы не станем сражаться, - проговорил прибывший.

Мой кунай исчез в печати, а я отошёл от шиноби на два метра.

- Может быть, уже покажешься? – снова проговорил шиноби в латах.

- У-у-у, наконец, кто-то начал думать, а после лезть в драку? – протянул я, выходя из леса. А клон, который до этого держал джонина, развеялся.

- Кто ты такой? И почему ты помог этим людям? – мирным голосом проговорил латник.

- Я должен был смотреть, как семью Узумаки с пятилетним ребёнком вздёрнут напоказ? – я изогнул бровь.

- Нет, за это я должен поблагодарить тебя от лица жителей Узушиогакуре, - он лишь вежливо кивнул. – И извиниться за глупость моего подчинённого, - он стрельнул в джонина, который тоже вежливо поклонился.

- Всё в норме.

- Так может, представишься?

- Может. Узумаки Наруто, - я легонько кивнул.

- Узумаки?! – опешил джонин. – Но твои волосы!

- Полукровка. Отец из другого клана. Я даже не знаю, существует ли он сейчас.

- Откуда ты? – снова подал голос латник.

- Уже… ниоткуда, - уныло протянул я. Шиноби переглянулись. Локальные стычки, в которых зачастую погибали невинные, были не редкостью, а потому такие местечки часто оставались опустошёнными.

- А куда путь держишь?

- … Я не знаю, куда мне идти, просто скитаюсь. Вот, недавно наткнулся на Учих. Забавные ребята, - при моём обращении к этому клану и вообще упоминании о нём, шиноби в латах скривился. – Ненароком отрезал одну голову, что много болтала.

- Вот как? И почему я должен тебе верить? – спросил латник.

- Да хотя бы потому, что мне нет смысла врать. Близких я лишился по вине Учих. Ну и, кроме того, потому, что я сильнее, - я издевательски изогнул бровь.

- Это мы ещё посмотрим! – рявкнул джонин.

- И что ты сделаешь? Натравишь на меня ещё тех двоих, что остались в лесу, расставляя ловушки по периметру и заготавливая барьер? – латник лишь покачал головой.

- Да уж. Ты почувствовал их, и даже их мизерные манипуляции с чакрой. Похоже, надуть тебя не выйдет. По крайней мере, у нас, - горько проговорил латник.

- Может, тогда и ты представишься? Моё имя ты уже узнал, хоть и не представился.

- Верно, - улыбнулся Узумаки, - моё имя – Изаму («Храбрый, воин») Узумаки. Как ты посмотришь на то, чтобы отправиться с нами в Узушио, нам бы пригодился сильный шиноби.

- Положительно посмотрю.

Изаму сделал жест рукой, и я почувствовал, как барьер тут же рухнул, а перед нами появилось ещё два действующих лица. Оказав помощь жителям, мы отправились. Эта группа Узумаки должна была сопроводить жителей местечка ближе к деревне, чтобы было удобнее оказывать им помощь.

Я держался в середине на виду у шиноби, об этом попросил Изаму.