Насладившись чаепитием, Эльма незаметно свернула беседу и покинула Юлиану. Лукас и горничные последовали за ней.

Ну и странная ситуация. Лукас шел спасать новенькую горничную, совершившую какую-нибудь страшную ошибку, а в итоге ему подали великолепный чай и сладости, а сейчас сопроводили в замок.

Четыре человека молча шли по коридору. Они просто не знали, как заговорить, до сих пор шокированные произошедшим.

Но тут Ирэн, шедшая позади всех, внезапно состроила решительное лицо, подбежала к Эльме и схватила ту за руку.

- Э-Эльма!

- Да? - она повернулась и невозмутимо ответила.

Ирэн немного разозлилась из-за такого отношения новенькой, но тут же успокоилась.

- Прости меня за... Ну, за сегодня. Я просто завидовала.

- Не стоит извиняться, я работала не ради этого.

- О чем ты? Сколько в мире горничных, способных выполнить работу четырех человек за полдня? Сколько способных подать настолько прекрасный чай, что даже вторая королева не сдержит эмоций? И эти сладости были такими вкусными, я думала, что умру прямо там!

Она принадлежала к типу прямолинейных людей, сразу же атакующих тех, кто им не нравится, но прелесть Ирэн была в том, что так же честно она выказывала уважение.

Она сильнее сжала руку, которой держала Эльму, и с повлажневшими глазами сказала:

- Вот почему... с этого момента, как горничные с одного этажа…. давай поладим! Позаботься обо мне!

Когда она поняла, что сейчас сказала, то покраснела как помидор и отвернулась.

Когда Ирэн предлагала дружбу этой загадочной девушке, было ясно, насколько она без ума от Эльмы, даже в сравнении с принцем Лукасом.

- О, хорошо.

Лукас приподнял бровь, а Герда улыбнулась Элме, так просто принявшей предложение дружбы.

- Ох, Эльма, ты такая способная, что даже страшно!

Когда разговор закончился, Герда сказала это и сложила руки у груди.

- Твои языковые и хозяйственные навыки так хороши, но что еще лучше, так это проницательность. Сложно с первого раза понять вкусы госпожи Юлианы.

- Вовсе нет. Я просто прямо спросила, какие чай и молоко она предпочитает.

- Да что ты говоришь! Госпожа считает, что горничные должны во всем соблюдать идеальную чистоту, уметь поддержать интеллектуальную беседу и подавать прекрасные блюда. Даже не зная этого, ты умудрилась пройти по всем критериям.

Как и ожидалось от главной горничной, она видела не только следствие, но и причину. Лукас мысленно кивнул. По видимому, перед Юлианой Эльма показала себя с совершенно другой стороны. Совсем не та полунемая девочка, с которой он беседовал в тюрьме.

Чистоплотная, элегантная и умная - другими словами, идеал Юлианы.

«Подстраивается ли она под ситуацию, манипулируя другими? Или я слишком много думаю...»

Она могла быть скучной для бабника, оживленной перед потенциальным покровителем и спокойной с прямолинейной коллегой.

Он взглянул на девочку с закрывающими пол-лица толстыми очками, сейчас скромно отвечающую. Присмотревшись, Лукас понял, что черты лица у нее были более чем приятными.

- Эй, не говори так. Я действительно впечатлена тем, как ты смогла узнать, что нравится госпоже Юлиане.

- Я поняла это, просто взглянув на ее лицо.

- Да? Ты правда можешь сказать, каков человек, просто глядя на него?

-Даже если так...

Заинтересованная способностях Эльмы Герда продолжала задавать вопрос за вопросом. Но внезапно девочка замолчала и зашарила по карману передника, будто вспомнила о чем-то.

- Ах да, госпожа главная горничная.

- Что такое?

- Я верну вам это от имени Ганса, мальчика-садовника.

- Зачем ты? ..

Эльма вытащила брошь с крупным камнем медового цвета, такого же, как глаза Герды.

Утром Герда подарила ее Гансу, плачущему из-за того, что он не мог заплатить за лекарство для больной матери.

- Во время вашего разговора он намеренно сократил дистанцию, чтобы создать чувство близости. К тому же все те пять секунд, которые Ганс рассказывал о болезни, его глаза неотрывно смотрели на вас, вероятно, чтобы убедиться, что вы поверили в эту историю. И видя как вы пустили слезу, он неосознанно приподнял верхнюю губу. Это выражение презрения.

Хотя она нашла еще несколько незначительных знаков, Эльма молча поправила перемычку очков.

- Я была уверена, что он обманул вас, и предьявила ему.

(П.п.: Те. обвинила в нарушении правил)

- Что? Э? Что?..

- За базар отвечать надо. Вот что...

- За базар?

Кажется, Эльма случайно употребила какой-то жаргон.

Что? О каком базаре ты говоришь... Нет, стой, откуда ты смотрела?С четвертого этажа общежития горничных.

- Э?! Что у тебя за глаза вообще?!

Из-за такого количества непоняток глаза Герды стали черно-белыми.

(П.п.: Японское выражение, означает крайнее удивление)

Ирэн восхищенно вздохнула, а Лукас нахмурился:

- Такие глубокие познания... Тебя обучали с... святые?

Очевидно, он хотел сказать «стражи», но быстро перефразировал в «святые».

«Не стоит говорить при Ирэн, что Эльма выросла в тюрьме».

Грешники точно не могли никого обучить, так что, вероятно, ее учил какой-то добросердечный страж. Для Лукаса это был скорее риторический вопрос, но Элма неожиданно стала отрицать.

- Нет. Тот страж был обычной нелетающей свиньей.

Искусству чтения мимики меня обучил мой «ленивый» отец.

- …Свиньей? «Ленивый» отец?Мой «ленивый» отец.

Она отвечал серьезно, но странными словами.

Когда Лукас попытался задать уточняющие вопросы,

Эльма склонила голову и парировала.

- То есть ты говоришь...

За очками было плохо видно, но, похоже, Эльма нахмурилась

Но разве навык чтения мимики не легко развить, просто играя в разные игры? На воле что, такому не учатся?

От такого невинного вопроса Лукас и горничные одновременно удивленно открыли рты.