Никто не знал, каким был стандарт. Перед некоторыми она стояла несколько минут, а мимо других проходила, даже не обратив внимания. Встретившись лицом к лицу с каждым из пятнадцати человек, она вернулась к Реймонду.

- Мне правда надо выбрать пятерых?

- Нет, максимум – пять человек. Делай, как пожелаешь.

- Вы. И вы. Остальным желаю успехов в будущем.

- Парень – Эберхард. Девушка – Летисия.

- Эберхард, Летисия. Надеюсь, мы с вами хорошо поладим в будущем.

Розелин выбрала рыцаря-парня с тёмно-синими волосами, на которого смотрела больше всех, и рыцаря-девушку с каштановыми волосами, которая была выше неё. Они посмотрели друг на друга, вне себя от радости.

- Спасибо, сэр Розелин. Я Летисия Фростфол, рыцарь-ученик третий год. Мы сделаем всё возможное, чтобы хорошо служить вам. Позаботьтесь обо мне!

- Я Эберхард Рутс. Рыцарь-ученик уже четыре года. Я постараюсь, чтобы вы не разочаровались в своём выборе. Позаботьтесь обо мне!

Они попытались придать своему лицу спокойное выражение, но, в конце концов, не смогли скрыть улыбок. На безэмоциональном лице Розелин тоже появилась слабая улыбка. Говорили, что рыцари-ученики ничем не отличаются от конечностей рыцаря высшего ранга. Некоторые рыцари выбирают себе учеников, основываясь только на поданных заявках, но Розелин захотела увидеть их лично. Бумажки не расскажут их мыслей, взглядов и чувств, испытываемых к Розелин. По этой же причине она с осторожностью разглядывала каждого претендента.

У этого грязный взгляд, этот смотрит на Розелин свысока, этот пялится на Реймонда и не понимает, почему вообще подал заявку, а этот подал заявку, лишь потому что остальные подавали. Таким образом, из этой беспорядочной группы осталось только двое людей. У них в глазах тоже была жадность, но она исходила из желания встретить хорошего рыцаря высшего ранга и улучшить свои навыки. Более того, хоть это и было слегка обременительно, в глазах, смотревших на неё, даже был какой-то огонёк уважения.

Её шестое чувство было хорошо развито. Если сравнивать с людьми, которые общаются друг с другом на общем языке, большинство живых существ в горах имели столько же языков и привычек, сколько и индивидуумов, из-за чего практически невозможно было общаться. Благодаря этому развилось её шестое чувство. Она могла считывать поведение других созданий, их настроение и даже окружающую их обстановку. Поскольку Розелин долго прожила и жила с разными животными, её глаза научились видели. Она ясно видела людей сквозь их броские слова. В глазах Розелин эти два рыцаря были достойными людьми. Скорее всего, если бы их смешали с другими людьми, она всё равно выбрала бы их.

Невыбранные рыцари-ученик нахмурились, словно сильно обиделись. Летисия вышла из семьи павших аристократов без власти, которые не имели ничего общего со столицей. Она даже выбрала Эберхарда из «Корней». «Корни» была фамилией, обычно используемая простолюдинами, которые ещё не получили титул. Простолюдин и павший аристократ? И рядом с ней будут только эти двое? Рыцари высшего ранга, как правило, набирали себе силу, чтобы пробраться дальше по карьере, но Розелин Редвил, видимо, этого не знала. Они пытались заглушить неприятные чувства внутри.

По команде Реймонда они разошлись, оставляя только Эберхарда и Летисию. Их лица раскраснелись. Розелин была немного обременена их страстными взглядами.

- Эберхард, Летисия.

- Да!

- Вы покинете общежитие рыцарей-учеников и будете жить рядом с комнатой сэра Розелин. Делайте всё возможное, чтобы служить ей, не вмешиваясь в её жизнь и обязанности. Так будет продолжаться, пока вас не повысят до рыцарей низшего ранга и вы не присягнете в верности его высочеству принцу. Как вы уважаете и следуете за сэром Розелин, так же и она будет учить и направлять вас. У вас есть возражения?

- Никак нет!

- Никак нет!

Эберхард больше не пытался прятать свою яркую улыбку. Рыцари-ученики были рыцарями только по названию, они не были официально назначены. Поэтому они не получали зарплату и образования, если не считать базового инструктажа. Несколько десятков людей жили в захудалом полуразвалившемся здании, и им приходилось самим покрывать свои расходы на жизнь.

Для них рыцарь высшего ранга был не только учителем, но и господином, который гарантировал стабильную жизнь. Теперь они могли покинуть свои маленькие комнатки и поселиться в общежитии рыцарей высшего ранга.

Конечно, их комнаты будут не такими роскошными, как у Розелин, но уж точно лучше того места, в котором им приходилось оставаться. Хоть их ещё и не назначили рыцарями низшего ранга, им казалось, что годы их тяжёлой работы окупились. Глаза Летисии вспыхнули, пока она пыталась успокоить эмоции, и она широко улыбнулась.

- Пожалуйста, хорошо позаботьтесь о нас!

4

- С сегодняшнего дня я, рыцарь высшего ранга Розелин Редвил, назначена в сопровождение его высочества второго принца. Я пожертвую жизнью ради этого.

Прошло несколько дней. Розелин назначили сопровождать Рикардиса сразу после завершения всех формальностей. Рикардис раскладывал бумаги на деревянном столе. Казалось, его не слишком заботило, отдал ли человек перед ним честь и поприветствовал ли его.

Розелин сделала глубокий вздох, скрыв его под своим безэмоциональным лицом. События на церемонии назначения оставили ей сильное впечатление. Она до сих пор ярко помнила, как сильно забилось её сердце при виде Рикардиса. Его красивое лицо никуда не делось, но, к счастью, её сердце оставалось спокойным.

Он открыл рот, не отрывая взгляд от бумаг, что-то читая и записывая пером. Хотя сидел он вяло, его голос оставался резким.

- Я бы сказал, что мне не нужна твоя жизнь. Сэр Роза.

Розелин закатила глаза и опустила взгляд на его сияющие серебристые волосы. Каликс учил её: «Разговоры не ведутся в одиночку, это обмен репликами между людьми», но Рикардис, казалось, даже и не знал этого простого принципа. Его взгляд не отрывался от стола и бумаг. Рикардис был настолько сфокусирован на своей работе, что казалось, словно он вовсе и не с ней разговаривал.

Роза. Эдельвейс, матушка Розелин, тоже звала её Розой. Когда она спросила об этом у Каликса, он сказал, что это сокращение от «Розелин». Если быть точнее, она ненавидела это сокращение. Она думала, что отличалась от этого цветка, поэтому злилась из-за прозвища «Роза». Этот привлекательный мужчина перед ней знал об этом и специально назвал её так?

- Ты слушаешь, сэр Роза?

Казалось, он знал. Улыбка на его невыразительном лице была ослепительнее, чем яркий солнечный свет. Мужчина, который был настолько красив, что казался божественным, назвал потрёпанную, темноволосую женщину перед ним «Розой».

Церемония назначения и сейчас. Розелин и Рикардис сталкивались лишь два раза, однако невозможно было не знать то, что он так открыто демонстрировал. По его случайно сказанным словам и эмоциям во взгляде она понимала, что она ему не нравилась. Поэтому было совершенно понятно, что он называл её «Розой» не от большой любви.

Возможно, у Розелин были плохие отношения с этим мужчиной. Хотя на смертном одре её единственным желанием было защитить его, казалось, это не гарантировало, что между ними были близкие отношения.

Рикардис глянул на неё без улыбки во взгляде. Розелин слегка опустила голову и заговорила:

- Я слушаю, ваше высочество.

- В любом случае, ты талантливее, чем я думал, учитывая, что ты вернулась живой, избежав яда и магии.

- Спасибо.

- С твоей памятью что-то не так, да? Я слышал это от сэра Старца.

Для такой щепетильной темы он говорил слишком простым и неискренним голосом. Но Розелин была не из тех, кого оскорбила бы такая небрежность. Она спокойно ответила:

- Так и есть.

- Что ты знаешь, а что – нет?

На вопрос Рикардиса было сложно ответить. Что ты знаешь, а что – нет? Во-первых, у неё не было возможности измерить масштаб. Каликс учил её, как действовать в таких ситуациях. «Я ничего не знаю». «Я ничего не помню». Он говорил, что это волшебные слова, которые заткнут других.

Пытаясь сделать, как говорил Каликс, она сказала: «Ничего». Но Рикардис прервал её, не дав ей закончить предложение:

- Ты ничего не знаешь?

- Так точно.

Он стиснул челюсть. Ярко-серебристые волосы двигались вместе с ним. Рикардис уставился на неё.

У неё было то же лицо, что и раньше, но почему-то было чувство, что она была другим человеком. Он не понимал, ощущалось ли так из-за её обрывистых, коротких ответов или из-за отсутствия отчаянного взгляда, что был на её лице – она всегда волновалась и смотрела так, словно ей есть что сказать. У неё больше не было взгляда человека, готового без малейшего сопротивления достать нож и сразу же прирезать себя, если он ей прикажет. Может быть, поэтому она стала менее раздражающей, чем раньше.

- Надеюсь на тебя, сэр Роза.

- Так точно.

Брови Розелин дёрнулись. Имя, слетевшее с его губ, казалось, заставило её почувствовать себя неуютно. Рикардис посмеялся про себя. «Да». «Так точно». «Поняла, ваше высочество». «Я подчинюсь вашему приказу, ваше высочество». Она совершенно отличалась от человека, которым была раньше.

Розелин отдала честь и встала рядом со столом. Когда Рикардис был в кабинете, расстановка была такой: два человека у двери, два – в кабинете, ещё три снаружи кабинета и у окон. Розелин была назначена на сопровождение в кабинете. На самом деле, всех и вся проверяли у двери, поэтому шанс появления опасных элементов в кабинете был крайне мал. Хотя Розелин побила Нестора, этого всё равно было недостаточно для доверия. Поэтому её поставили в кабинет с сравнительно низким шансом риска.