После обеда физическая и духовная силы Чэн Цинъянь почти полностью восстановились. Когда она решила уйти, некий силуэт заблокировал выход. Если внимательно присмотреться, то можно было увидеть, что оба его уха, прикрытые ладонями, всё ещё оставались красными.

- Уйди с дороги! - Чэн Цинъянь подняла взгляд на Цзюньлинь Цзюцина.

- Нет! - он стоял у двери, не двигаясь.

Чэн Цинъянь ничего не ответила, просто оттолкнула его и вышла за дверь. Но как только она сделала шаг, её отдернули назад.

- Что, черт возьми, ты собираешься делать? - какой бы добродушной ни была Чэн Цинъянь, она не смогла удержаться и не закричать.

- Я спас тебя, - серьезно сказал Цзюньлинь Цзюцин, схватив её за запястье.

- И что? - девушка так не думала. Кто его просил о помощи?

- Значит, ты должна мне жизнь, верно? - продолжал настаивать на своём мужчина, - ведь принято платить за то, что ты должен, так? Необходимо отплатить за доброту, получив помощь от других, правильно?

- Какой оплаты ты хочешь? В худшем случае я смогу помочь тебе, когда ты будешь в опасности, - Чэн Цинъянь вырвала своё запястье из его хватки и посмотрела на человека перед ней так, будто это был суетливый продавец овощей.

- Я ещё не решил, какую оплату с тебя взять, - Цзюньлинь Цзюцин проигнорировал этот её странный взгляд, - я скажу тебе позже, когда придумаю.

- Тогда не торопись. Я уйду первой, - девушка надела маску и вышла.

В этот раз Цзюньлинь Цзюцин не пытался ей помешать, потому что у него был более масштабный план. Пусть Чэн Цинъянь обязана ему жизнью, это всего лишь первый шаг к тому, чтобы удержать её.

Чэн Цинъянь вышла из резиденции принца Суй через заднюю дверь и направилась прямо в боковой двор особняка семьи Зелёного дракона. По пути она не столкнулась с какими-либо проблемами, потому что перемещалась скрытно, да и её внешность после маскировки выглядела довольно невзрачной.

Вернувшись в свой дом, девушка задумалась о том, как ей больше узнать об этом континенте.

- Кажется, в этой усадьбе Зелёного дракона есть павильон сокровищ, хм… - задумчиво протянула она.

Когда искусный вор Чэн Цинъянь произнёс эти слова, людям из семьи Зелёного дракона оставалось только молится.

После того, как девушка составила план по ограблению павильона сокровищ в особняке Зелёного дракона сегодняшним вечером, она вышла на улицу, чтобы погреться на солнце.

- Ну, я слышала, что старшего молодого господина, вроде как выпустили! - донёсся до неё один голос.

- А что случилось со старшим молодым господином? - вторил ему другой.

- Разве ты не знаешь, что старший молодой господин был взят под стражу по приказу самого главы несколько дней назад за то, что обокрал его?

- Ой, я думала, ты всё ещё говоришь о молодом господине Ся из семьи Белого тигра!

- Как молодой господин Ся мог что-то украсть? Не шути!

Естественно, им не дано было знать, что вскоре этот человек прославится на весь континент Опускающихся туч и станет настоящим принцем воров в глазах всего мира. С тех пор, как он встретил Чэн Цинъянь, гениального вора, Ся Цяньму ступил на путь невозврата, чтобы под руководством девушки освоить высочайший уровень воровского мастерства.

- Да, молодой господин Ся такой представительный, элегантный и вежливый. Как его можно сравнивать с молодым господином Чэн нашей семьи Зелёного дракона? Обворовать собственного отца! Тьфу!

- Ладно, говори потише, тебя накажут, если кто-нибудь услышит!

Голоса двух служанок становились все дальше и дальше, но Чэн Цинъянь все же получила главную информацию: Чэн Мохун освобожден.

- Молодой господин Чэн, мне снова придётся одолжить твою одежду этим вечером, - губы девушки изогнулись в злорадной улыбке.

Наступила очередная безлунная ветреная ночь, идеальная для убийств и грабежей, и хищник Чэн Цинъянь вышел на свою охоту…

Мимо проскользнула чёрная тень, но стражники, охраняющие запретную территорию особняка Зелёного дракона, ничего не заметили. Всё потому, что Чэн Цинъянь уже находилась на пятом уровне духовной силы, а эти стражники были только на четвёртом.

Без каких-либо препятствий девушка добралась до чёрной пáгоды. Но стоило ей только приблизится, как двое стариков, дежуривших у входа, открыли глаза и посмотрели в сторону Чэн Цинъянь.