Каждый раз, соприкасаясь с этими розовыми и сладкими губами, Цзюньлинь Цзюцин не мог оторваться от них и задерживался там надолго. Из-за чего беспомощная Чэн Цинъянь была готова взорваться от ярости.

После многократных повторений, Цзюньлинь Цзюцин споил ей целый стакан воды, но всё равно чувствовал, что сделал это слишком быстро.

К этому времени за дверьми комнаты собралось уже немало слуг. Они хотели пригласить своего господина отобедать и почти окаменели от ожидания. В итоге, худощавого мальчика ущипнул кто-то из стоящих сзади, отчего он не сдержался и вскрикнул.

Цзюньлинь Цзюцин как раз подумывал о том, чтобы взять ещё один стакан воды, когда услышал шум снаружи.

- Что случилось? - недовольно спросил он.

Заметив, что хозяин наконец заговорил, собравшиеся снаружи слуги снова подтолкнули несчастного мальчика вперёд.

- Ваше высочество, - бедному слуге пришлось говорить за всех, - обед готов. Не могли бы вы поесть?

- О, хорошо! Неси сюда, - обрадовался Цзюньлинь Цзюцин, ведь у него появилась возможность покормить свою Янь’эр.

Когда Чэн Цинъянь услышала эту новость, она приложила все силы к тому, чтобы полностью прийти в себя.

- Ваше высочество, обед готов, - доложила служанка, накрывавшая на стол.

- Иди, - отпустил её Цзюньлинь Цзюцин.

Он взял Чэн Цинъянь на руки и сел за обеденный стол, но едва в рот мужчины попала ложка каши, как раздался крик.

- Ой, мамочки! - взвизгнула Чэн Цинъянь.

- Янь’эр, ты очнулась? - Цзюньлинь Цзюцин был так рад видеть, что девушка пришла в себя, что совершенно забыл о том, что собирался кормить её кашей.

Но Чэн Цинъянь прекрасно помнила, как этот мужчина пользовался ею, пока она была без сознания. Она хотела вскочить, но всё ещё чувствовала себя ужасно слабой. Девушка решила, что её духовная сила не полностью восстановилась.

- Ты! Ты! - злобно глядя на Цзюньлинь Цзюцина, закричала Чэн Цинъянь, - ты осмелел настолько, что воспользовался моей беспомощностью!

- Янь’эр, почему это называется «воспользовался беспомощностью»? В соответствии с нашими отношениями, это называется «законная близость»! - с тех пор, как он встретил эту девушку, Цзюньлинь Цзюцин успешно совершенствовал навык «свинья не боится ошпариться кипятком»[1].

- Какие ещё отношения? Между мной и тобой нет никаких отношений! - Чэн Цинъянь была готова взорваться от переполняющей её ярости.

- Правильно, «никаких отношений» нет, есть только отношения мужа и жены, - переиначил её слова Цзюньлинь Цзюцин, но понимая, что девушка уже на грани, быстро сменил тему, - Янь’эр, ты действительно заставила меня поволноваться. Ты только-только открыла свои меридианы и сразу отправилась сражаться с тремя демоническими зверями пятого уровня. Каким бы талантом ты не обладала, ты не должна тратить свою духовную энергию подобным образом!

Он держал Чэн Цинъянь в своих объятиях, отчего ей было невозможно пошевелиться. Девушка могла только отвернуться, чтобы не смотреть в его наполненные любовью глаза.

- Это не твоё дело! - фыркнула она.

- Кроме того, Янь’эр, ты на самом деле обладаешь десятью видами элементальных духовных корней! - восхищённо произнёс мужчина.

У Цзюньлинь Цзюцина была особая способность: он мог чувствовать элементальные корни других людей, только не знал, какими именно элементалями владел тот или иной человек.

- Десять видов? Ты не дразнишь меня? - Чэн Цинъянь даже испугалась. Она знала о существовании только девяти элементалей. Откуда взялся ещё один?

- Зачем мужу дразнить тебя? - улыбнулся Цзюньлинь Цзюцин.

- Муж без нити![2] Какие виды? - девушка в очередной раз возразила против слова «муж», которым продолжал себя называть этот мужчина.

- Не знаю. Мужу известно лишь то, что ты обладаешь десятью видами элементальных корней, - немного смущённо ответил Цзюньлинь Цзюцин.

- Э-э-э, Сяомо? Сяомо! Маомао! - Чэн Циньянь хотела спростить Мо Лоша, потому что была уверена, что обладала только девятью элементальными корнями, и именно он рассказал ей об этом, но только сейчас обнаружила, что её спутников нет поблизости.

- Ты ищешь этот маленький элементаль Лоша и маленькую молочную собаку?

- Да!

- Они вернулись в твоё пространство.

- Разве ты не говорил, что нельзя помещать живых существ в кольцо хранения? - удивилась Чэн Цинъянь.

- Разве в твоём теле нет пространства? - не понял мужчина.

- Откуда в моём теле пространство? - закатила глаза Чэн Цинъянь.

- Они так сказали, - пожал плечами Цзюньлинь Цзюцин.

- Тогда как их позвать выйти от туда? - нахмурилась девушка.

- Мысленно призови их, и они смогут сразу же появиться.

- М-м-м, - кивнула Чэн Цинъянь.

Она последовала совету Цзюньлинь Цзюцина, и Мо Лоша с Маомао действительно сразу появились.

- Сяомо, откуда у меня десять видов элементальных духовных корней? Какие эти десять видов? - от волнения Чэн Цинъянь крепко вцепилась в мужчину, в объятия которого продолжала находиться.

- Разве ты не открывала моё пространство элементаля земли ранее? - с учёным видом, будто объяснял очевидные вещи, ответил Мо Лоша, - это из-за элементаля пространства, обладателя которого трудно отыскать среди множества мастеров, к тому же в твоём теле ещё имеется отдельное пространство. Добавь к этому девять обычных элементальных духовных корней - конечно же их десять видов.

_______________________________________

[1] В китайской культуре, если словом «свинья» называют человека, то это означает, что он подлый, бесстыдный, ‘толстокожий’ и пр. Фраза «свинья не боится ошпариться кипятком» означает, что человек настолько наглый, что ему совершенно наплевать на гнев окружающих, который он вызвал своими действиями/поступками.

[2] Китайцы очень верят в судьбу, и что всё предначертано. Здесь имеется в виду «нить судьбы», т.е. Чэн Цинъянь утверждает, что они с Цзюньлинь Цзюцином не имеют общей судьбы, а значит, им ни за что не быть вместе. Так же, во время свадебного обряда новобрачных связывают за запястья красной лентой или нитью символизируя то, что отныне они связаны по судьбе. А поскольку между ними свадебного обряда не проводилось, то и называться "мужем-женой" они не могут. А еще, туда же - "Если человек предначертан другому человеку - то каковы не были препятствия и обстоятельства, они встретятся, ведь алая нить их судьбы никогда не порвётся".