- Цзюньлинь, я хочу прямо сейчас вернуться во дворец «Следовать путём прекрасной жемчужины до конца», - подвела итог своим размышлениям она.

- Будет лучше, если ты узнаешь о своём прошлом побольше. Давай отправимся прямо сейчас, - согласился принц Суй, с лёгкой улыбкой взглянув на Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь не ожидала, что Цзюньлинь Цзюцин сможет полностью понять её мысли всего лишь по нескольким словам, взгляду или жестам. Вот что значит близкий по духу человек.

- Цяньму, Яоци, мы планируем отправиться в долгое путешествие как можно скорее. Мы не сможем пообедать с вами. Извините, - слегка кивнув, Чэн Цинъянь обратилась к двум молодым людям.

Най Яоци и Ся Цяньму переглянулись.

- Всё в порядке, но тебе следует запомнить, что ты должна нам обед, - первым заговорил Ся Цяньму, - и тебе придётся вернуть нам этот долг, когда вернёшься в следующий раз.

- Если что-нибудь случиться, только дай знать. Мы примчимся, где бы ты ни была! - тут же согласился Най Яоци.

Чэн Цинъянь с благодарностью кивнула и вместе с Цзюньлинь Цзюцином села в карету, запряжённую лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса, которая помчалась к границе между империями Божественного клёна и Божественной степи.

- Все уехали, на что ты смотришь? Идём ко мне, поедим. Я голоден, - заметив, что Ся Цяньму всё ещё смотрит вслед карете, сказал Най Яоци, похлопав приятеля по плечу.

С этими словами он коснулся своего живота, отображая обиду на своём лице. Ся Цяньму не нашёл это забавным, потому что за эти годы успел привыкнуть к эксцентричности молодого господина Най.

Вернувшись в дом семьи Белого тигра, Ся Цяньму не стал просить слуг принести еду, а сел под дерево Белых цветов и сам заварил себе чай. В этом сезоне дерево Белых цветов ещё не зацвело, а на ветвях и стволе всё ещё оставался снег, который постепенно таял.

- Он - это она… - держа в руках чашку, Ся Цяньму дул на плавающие на поверхности чайные листья, - невестка…

Густой пар застилал его чёрные потерянные глаза.

- Цзюньлинь, разве тебе не нужно собрать свои вещи или оставить какие-нибудь указания Цзы Мо? - сидя в карете, в замешательстве спросила Чэн Цинъянь принца, который крепко обнимал её.

Цзюньлинь Цзюцин положил голову на плечо девушки, вдыхая аромат чая, исходящий от её тела, и наслаждался ощущением комфорта и умиротворения.

- Если они не смогут справиться даже с такими мелочами, то нет смысла оставлять их во дворце Суй, - отозвался он.

- Верно, - согласилась Чэн Цинъянь.

Она прекрасна понимала эту мысль. В своей прошлой жизни она и сама использовала этот критерий, чтобы решить, должны ли её подчинённые остаться или уйти.

- Давай поспим немного. Ты так торопилась, что съела только немного печенья в карете. Пора отдохнуть, - Цзюнтлинь Цзюцин улёгся на диван, взял девушку на руки и крепко обнял её.

- Тогда, когда доберёмся до дворца «Следовать путём прекрасной жемчужины до конца», я попрошу учителя приготовить нам хорошую еду, - уткнувшись головой в тёплую и сильную грудь Цзюньлинь Цзюцина, промурлыкала Чэн Цинъянь немного взволнованным и в тоже время уставшим голосом.

Услышав это, принц Суй кивнул, и нежность в его взгляде усилилась, когда он смотрел на лицо человека, мирно уснувшего в его объятиях.

«Я больше не могу тебя отпустить. Что мне делать? Янь’эр? Я действительно хочу остаться с тобой навсегда.» Каждый раз, видя Чэн Цинъянь, Цзюньлинь Цзюцин вспоминал о печати. Теперь он на самом деле боялся потерять её.

- После того, как разберёмся с твоими делами, дай мне немного времени. Я решу вопрос с печатью и вернусь. Не волнуйся за меня, - прошептал Цзюньлинь Цзюцин и нежно поцеловал Чэн Цинъянь в лоб.

Продолжая крепко держать девушку в своих объятиях, лёгкая улыбка коснулась его губ.