Наступили сумерки, два человека во дворце Суй ужинали.

В особняке семьи Зелёного дракона наложница Лю принесла еду из кухни в кабинет главы. Чэн Яй целыми днями был занят поисками Чэн Цинъянь, поэтому не покидал свой кабинет даже ради приёма пищи.

Сегодня вся еда проходила через руки семьи Лю, поэтому в этот день Чэн Яй питался исключительно отравленной пищей. Семья Лю, их верные подчинённые, обладающие силой, и старейшина готовились сместить Чэн Яя с должности главы семьи сегодня вечером.

- Это последнее лекарство. Если он съест эту еду, то добавленный в неё элексир столкнётся с лекарственными свойствами эликсира, который мы применяли ранее, и тогда Чэн Яй истечёт кровью. Это последний шаг, а будет он успешным или нет - полностью завит от Лин’эр. Я верю в тебя! - третий старейшина вылил весь элексир, что держал в руках, в еду и похлопал наложницу Лю по тыльной стороне ладони.

- Не беспокойся, я сделаю всё необходимое, чтобы освободить место главы семьи Зелёного дракона! - кивнула Лю Юэлин, крепко сжав нефритовый поднос в руках.

Сказав это, она решительно, не оглядываясь, направилась в кабинет. Третий старейшина проводил женщину взглядом. В его глазах промелькнуло убийственное намерение, которое сразу же исчезло, будто его и вовсе не было.

- Глава, пора ужинать. Отложите пока эти утомительные дела. Ещё успеете вернуться к ним после ужина, - поставив нефритовый поднос на стол, тихо заговорила наложница Лю, взглянув на Чэн Яя, который просматривал донесения.

- Десять дней почти прошли, - покачал головой Чэн Яй, - ученик мастера Вэй Цюна только что приходил сказать мне, что если завтра мастер Вэй Цюн не увидит Чэн Цинъянь, то спасти Чэн Цянь станет невозможно. Время мастера Вэй Цюна - это не то, что мы можем тратить впустую.

- Этот ученик слишком невежественен, не так ли?! - заметив мрачное выражение лица мужчины, решила его приободрить Лю Юэлин, - нахождение такого человека, не знающего правил приличия, рядом с мастером Вэй Цюном только бросает тень на его великое имя. Как будто глава семьи Зелёного дракона не способен найти одного никчёмного человека?

Она знала, что Чэн Яя сильно задели слова молодого ученика. В конце концов, он всё ещё являлся главой великой семьи, но этот ученик разговаривал с ним так нагло, что Чэн Яй едва сдерживался вспоминая про этого человека. Поэтому наложница Лю не только отругала ученика алхимика, но и похвалила Чэн Яя, благодаря чему глава семьи почувствовал себя гораздо лучше как морально, так и физически.

Но никто из них не обратил внимания на то, что Лю Юэлин также нелестно отозвалась о Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь, которая только что закончила ужин и собиралась отправиться с Цзюньлинь Цзюцином посмотреть занимательное представление, неожиданно чихнула.

- Кто говорит обо мне сразу после ужина? Заняться нечем? - фыркнула она.

- Ладно, глава, не стоит подрывать своё здоровье из-за таких людей! Поешьте сначала. Сегодня я приготовила для вас вашу любимую кашу из семян лотоса, - говоря елейным тоном, наложница Лю начала расставлять блюда с подноса.

Чэн Яй взял миску с кашей и поднёс её к носу, чтобы лучше почувствовать аромат семян лотоса.

- М-м-м, очень ароматная, - похвалил он, - кашу из семян лотоса, приготовленную Юэлин для меня, невозможно забыть!

- В таком случае главе следует съесть побольше, чтобы не расстраивать меня, - улыбнулась наложница Лю, наблюдая за тем, как Чэн Яй начал есть. Бессознательно её сердце забилось быстрее.

«Уже близко! Выпей это[1]! Когда ты выпьешь это, семья Зелёного дракона станет моей! Также ты сможешь встретить эту суку Линсинь!» - вертелось в голове женщины.

Когда Чэн Яй закончил миску смертоносной каши из семян лотоса, он хотел ещё раз похвалить кулинарные навыки наложницы Лю, но внезапно осознал, что из его рта потекли не слова, а кровь. Широко распахнутыми глазами он потрясённо уставился на Лю Юэлин.

- Ты… - единственное слово, что смог выдавить из себя Чэн Яй, прежде чем закашляться.

- Глава Чэн, не смотри на меня так. Я делаю доброе дело. Таким образом ты сможешь встретиться с Линсинь, по которой так тоскуешь! - мягкие руки наложницы Лю ласково погладили напряжённое лицо Чэн Яя.

- Кто-нибудь, сюда! - с трудом прохрипел глава, призывая людей на помощь.

Едва его слова прозвучали, как дверь в кабинет распахнулась и вошёл третий старейшина.

- Третий старейшина… скорее… схвати её… - Чэн Яя рвало кровью, когда он открывал рот, поэтому его речь была прерывистой.

Третий старейшина взглянул на Чэн Яя, из рта которого текла кровь, схватил наложницу Лю, резко притянул её к себе и страстно поцеловал. Лю Юэлин не только не попыталась оказать сопротивление, но и обняла мужчину в ответ.

Глядя на этих двоих людей, которые вели себя настолько бесстыдно, словно остались здесь одни, Чэн Яй разозлился так сильно, что выплюнул ещё больше крови. Но оба были настолько поглощены своей страстью, что совершенно не обратили внимание на это.

Заметив такую увлечённость друг другом этих подлых предателей, Чэн Яй осторожно сунул левую руку за спинку кресла главы и легонько надавил…

_________________________________________

[1] Для тех, кто не в курсе: в китайской кухне «кашей» является довольно жидкое блюдо, которое мы, русские, назвали бы «супом». А «супом» они называют то, что мы зовём «бульон». Но это грубое и не совсем точное объяснение, просто для того, чтобы передать саму суть.