Семья Локи, оставила за собой улицу Дедала.

Айз и остальные возвращались домой, но никто кроме семьи Локи, не знал о том что произошло, и что они делали в переулке Делала, не говоря уже о битве, которая происходила под землей в скрытых проходах Кноссоса. Когда они покидали это место, с немалым количеством, раненным и убитых, прохожие смотрели на них, и шептались друг с другом, о том, что могло произойти.

Тела, которые им удалось найти в коридорах Лабиринта, когда они поднимались на поверхность, во время их побега, были похоронены на Первом кладбище, известном также как кладбище авантюристов, в юго-восточном районе города. Их надгробия присоединятся к надгробиям других авантюристов, которых семья Локи, уже когда-то потеряли. Тиона, Тионе, Лефия и другие, кто был близок с ушедшими, плакали о них. Однако для одной золотоволосой, златоглазой фехтовальщицы слезы оказались невозможными, и она проклинала свою неумелость, кладя цветы, на могилы своих умерших товарищей.

На кладбище пришло много членов семьи, чтобы собраться у новых могил их товарищей.

Испытывая гнев в душе, они поклялись однажды отплатить извергам, скрывающимся в Кноссосе, сполна.

Хотя затяжные последствия отступления были еще свежи в умах каждого, кроме определенной стычки, они смогли вернуться к своим обычным рутинным действиям, по крайней мере, на короткое время.

Пока, три ночи спустя…

“Ннннннгах! Вы не можете сказать мне, что знаете, где скрывается враг, а затем сказать, что их не нужно атаковать! Это просто жестоко!”

Голос доносился из центральной башни дома семьи Локи, Сумеречного Поместья, где Локи в настоящее время неряшливо подняла ноги на столе в своей комнате на верхнем этаже. Аура, более смущающая, чем даже ее слова, окружала ее, когда она смотрела в ничто.

“...И кроме того, есть этот ключ. Ох, конечно, мы можем проверить, но где конкретно? У нас есть кое-какие зацепки... кроме старины Иштар, которая с ними в сговоре и все такое. Она наш единственный вариант...?”

Учитывая активы, которые они имели в своем распоряжении, ее глаза слегка расширились, а затем…

Богиня что-то услышала. Произошли волнения.

“...Какого черта?”

Выпрямившись на стуле, она взглянула в окно и вскочила на ноги. Она была у окна, глаза ее открылись в испуге, потом она распахнула окно и выпрыгнула из него, как цирковая акробатка.

Не прошло и секунды, как она оказалась на крыше.

Ее внимание привлек квартал удовольствий, на юго-востоке города.

“Он... горит?”

Ночное небо в настоящее время было окрашено в ярко-красный цвет от завитков пламени.

Локи была не единственной, кто заметил это. Гражданские лица остановились на улицах и указывали в сторону квартала удовольствий, и даже окна Сумеречного Поместья распахнулись, чтобы показать потрясенные лица членов семьи Локи.

Локи чувствовал этот запах — предвестника войны.

Она тут же поняла, что это не обычный несчастный случай.

“Какой-то спор? Кто-то штурмует замок этой Леди?”

Семья Иштар была видной семьей и одной из крупнейших в Орарио. Хотя ее реальная военная мощь, не была слишком впечатляющей, она все же полностью контролировала ночной район, и имела большие деньги в своих руках. Никто не станет нападать на нее, не задумываясь о последствиях.

Или, по крайней мере, только очень немногие могли справиться с этим, включая семью Локи.

“Какой идиот...?”

Но как только слова слетели с ее губ, она поняла, что уже знает, кто это.

На задворках ее сознания, возникло одно имя.

“Только не говорите мне... Фрейя?!”

В одно мгновение, выражение ее лица изменилось от недоумения к отвращению. Учитывая открытую враждебность Иштар, по отношению к другой богине, это не могло быть ничем иным.

“Эти идиотка, снова…”

“Что-то происходит...?!”

Мир вокруг нее был преображен пламенем, криками и тайными тенями нападавших. Иштар растерялась, высунувшись с балкона своей комнаты в доме семьи в ошеломляющем шоке.

Она знала, кто это был. Только семья Фрейи, так свободно могла бы начать такую атаку на квартал удовольствий.

— Она напала, даже не дождавшись моего удара?

— И без единого предупреждения! Нелепо! Это чудовищное преступление!

Она слышала, как все ее приготовления, все ее планы рушатся в одно мгновение.

Подкрепление! Мне нужно сообщить Кали в Мерене...! Но нет, первоначальный план состоял в том, чтобы начать атаку по типу “клещи” на дом Фрейи! Сигнализировать им сейчас, было бы слишком поздно! Тогда мне следует сбежать? На улицу Дедала? И выпустить на волю Небесного быка? Но... ох... оооох... oххххххххххх!! О чем я только думаю? Теперь уже слишком поздно! Слишком поздно что-либо делать!!

Тщательно продуманный план Иштар основывался на том, что она была зачинщицей. Чтобы связаться с Кали, или сбежать в Кноссос, ей придется покинуть квартал удовольствий — и теперь, когда он уже окружен, это невозможно.

Было уже слишком поздно. Она ничего не могла поделать.

В тот момент, когда ее враг начал молниеносную атаку, ее семья...

“Фрейя...?! – прошептала королева квартала удовольствий, с глубоко укоренившейся враждой и налитыми кровью глазами, вонзая пальцы в перила балкона.

“Атакуйте любого, кто попытается вмешаться.”

Тем временем, вдоль главной улицы квартала удовольствий.

Богиня красоты с волосами цвета серебра, спокойно прошла через бойню, направляясь прямиком к храму Иштар.

“Иштар, может, и вспыльчива, но она не дура. Она осторожна, хитра, и вряд ли спровоцирует драку, если знает, что у нее нет шансов на победу. Судя по тому, как она себя ведет, у нее, вероятно, есть туз в рукаве...” -пробормотала она себе, поднимая взгляд, когда ее собственные последователи вели войну с берберами, по обе стороны от нее. Ее серебряные глаза остановились, когда они увидели темнокожую богиню красоты, в настоящее время выглядывающей из-за перил.

Черты ее лица исказились в леденящей улыбке, достаточно холодной, чтобы заморозить ее соблазнительного врага на месте.

“Но ты проиграла.”

Настоящая королева красоты была здесь.

Иштар попыталась вырвать у нее из рук парнишу, за которым она охотилась, и Фрейя ответила ей адским гневом, который сравнялся с гневом самого неба и сравнял с землей всю плотскую округу.

Наблюдение. Трепет. Растаптывание.

Хотя богини разыгрывали свои представления, у них была одна общая мысль.

Смятение, охватившее их теперь, было тщательно организовано; каждый из них был направлен к своим точкам действия, почти как какой — то заранее установленный сценарий.

И Локи вспомнил кое-кого, в особенности.

Улыбка некоего бога, поднялась в ее сознании.

Центр аморальной любви, был охвачен пламенем.

Его амазонские ночные дамы, проигрывали одна за другой в криках ужаса, которые проносились по его улицам. В мгновение ока квартал удовольствий Юго-Восточного округа Орарио, вместе с его искателями приключений, сражающимися под эмблемой воюющей девы, был стерт с карты.

Некий бог сузил глаза, наблюдая за кровавой бойней среди красных углей, поднимающихся в ночной воздух.

“Насколько все было по плану?” Позади Гермеса, Асфи Аль Андромеда задала вопрос, который вызвал улыбку на губах бога. “Значит, это была ваша цель? Уничтожение семьи Иштар?” - спросила она снова, слишком хорошо зная уклончивую природу своего загадочного божества-покровителя.

Как он и сказал, после того, как имя Иштар, всплыло во время его исследований с Локи и Дионисом, Гермес “сделал свою работу должным образом.” Буря ревности Иштар зашла слишком далеко, и он решил, что она способна привести Орарио к гибели. Таким образом, он начал работать в тайне, используя свои связи как нейтральную семью, неразбавленную ярость Иштар, по отношению к Фрейе, а также он использовал “сокровище” Фрейи, чтобы посеять правильные семена.

И потом эти семена расцвели.

Они уступили место великолепному, ослепительному, сенсационному цветению огня и разрушения.

“Ради собственного удовольствия? Или, может быть... своего рода тест?”

Следующий вопрос Асфи был как раз о деньгах.

Гермес только улыбнулся. “Люди... боги... даже эта девушка... мы все ищем одно и то же. Никто не отличается, друг от друга в этом плане.”

Пылающий красный Квартал Удовольствий.

Зрелище огня и серы, когда последовало жестокое сражение.

И одинокий беловолосый парниша, сражающийся в ее гуще.

Гермес смотрел на все, о чем говорил.

“Мир ищет своего героя.”

Одноглазый Дракон — последний из трех великих квестов.

И столь же грозная угроза — испорченный дух, недавно обнаруженный.

Оставив позади Подземелье, мать всего этого, тьма теперь вторглась в город, извиваясь и паразитирую, когда шаги опустошения эхом отдавались прямо за его дверями.

Кризис уже был под рукавом.

“У нас все еще недостаточно пешек. Да... нам нужен наш Джокер,” - пробормотал он, присоединяясь голосом к тлеющим на ветру углям.

Теперь они все смотрели на Квартал Удовольствий.

“Яркий белый свет... который может прорезать тьму.”

Темная Лабиринтная местность и ее обитатели.

“Колокольный звон Белла... который спасет избранных.”

Златовласая, златоглазая девушка, в своей парящей башне в северном районе города.

“Последний герой... который может перенести эру обещаний на своих плечах.”

Да, взгляды всех жителей города сошлись на одном поле битвы, где первые крики новых воинов, вознеслись к небесам.

И в смутном, Туманном, самодовольном и почти отчаянном пророчестве, Гермес провозгласил своего оракула.

“Ради самого глубокого, самого исконного желания в мире... я и делаю все это.”