Вскоре, проходя по малолюдному переулку, Лин Яо воспользовалась тем, что героиня отвлеклась, уставившись на Цзин Си, и внезапно рванулась из ее объятий.

Линь Жохань вздрогнула от неожиданного движения лисички в своих объятиях, а затем краем глаза уловила, как та замахнулась на нее лапой.

– А-а… – вскрикнула Линь Жохань. Лицо полоснуло резкой болью и ее вуаль упала.

Лин Яо посмотрела на свою окровавленную лапу. Это…

Проклятье, она не рассчитала силу…

Услышав крик, Цзин Си обернулся лишь для того, чтобы увидеть Линь Жохань без вуали, с длинной узкой раной на лице, из которой сочилась алая кровь.

Линь Жохань окинула лежащую на земле белую духовную лису леденящим взглядом, в котором таилось убийственное намерение.

– Старшая соученица Линь, твое лицо…

Увидев, как с Линь Жохань спадает вуаль и на лице проступает уродливый порез, Цзин Си растерялся и некоторое время не знал, что сказать.

Линь Жохань прикоснулась к щеке; и действительно, это была кровь.

От одной мысли о том, что он увидел ее в таком ужасном состоянии, ее глаза мгновенно наполнились слезами, и она, рыдая, побежала к постоялому двору.

Лин Яо смотрела, как главная героиня убегает, и ее сердце сжалось.

Теперь все действительно кончено. Она укусила главного героя и поцарапала главную героиню. Если эти двое в будущем узнают, что она и была той самой лисой, они ее точно убьют!

– Да ты и правда горазд создавать проблемы, – Цзин Си смотрел на лисенка на земле, словно изучал взглядом. Значит, этот малыш может укусить кого угодно.

Лин Яо не смела поднять на него взгляд; она действительно не хотела поцарапать его жену.

С ее легкой руки лицо «поразившее с первого взгляда» из оригинального романа обратилось в «напугавшее с первого взгляда»… Это все ее вина.

Э-э… она была грешницей.

Как раз, когда она пребывала на грани погружения в пучину вины, ее снова подняли.

Черт возьми, этот непослушный ученик, когда же он наконец успокоится?!

Взяв лисенка на руки, Цзин Си заметил кровь на его лапах и слегка поморщился.

– Похоже, грязь тебя не смущает, – заметил он, доставая платок и вытирая ей лапки.

Лин Яо остолбенела. Он что, только что сказал… грязь?

Это же кровь главной героини, как она может быть грязной?!

У этого главного героя что, с головой не все в порядке? Как он смеет называть кровь главной героини грязной! Этот негодяй, он что, не успокоится, пока дело не дойдет до погони за женой в крематории, прежде чем додуматься наконец завоевать ее сердце?

– Мелочь, ты меня сегодня дважды укусил. – Вытерев кровь с лап лисички, Цзин Си прижал ее к себе. – По возвращении я с тобой за это рассчитаюсь.

Лин Яо: «…»

Поглядите, вы только поглядите на этого коварного ученика. Конечно же, он и не думал забывать, что она его укусила.

【Это действительно странно. Я никак не могу понять, ты и правда влюбился в эту лису, или твое подсознание зациклилось на том, что твой наставник имеет лисью кровь, и поэтому относишься к этой лисе по-особому.】

«А ты как думаешь?»

【По-моему, ты, парень, в самом деле не на шутку одержим.】

Крепко прижатая к телу Цзин Си, Лин Яо весь день наблюдала за этим мятежным учеником, расклеивающим по всему городу талисманы ян. И, как и следовало ожидать, каждый амулет, который он доставал, был талисманом ян высокого уровня.

Получается, в тот день, когда она поручила ему начертить оберег, он преднамеренно создал низкого уровня; как водится, он не упускал случая, чтобы пойти ей наперекор.

Небо постепенно темнело, и перед самим наступлением ночи на каждом столичном доме уже красовались талисманы ян, отпугивающие злых духов. Цзин Си же вернулся в гостиницу с лисицей на руках.

Лин Яо моргнула. Завтра в полночь наступит время, когда сотни призраков явятся в мир, сама же она уже почти восстановилась. Если не произойдет ничего непредвиденного, то после этой ночи она сможет вернуть человеческий облик.

Правда, этот непослушный ученик снова запер ее в комнате, и она не знала, как ей отсюда выбраться.

Не может же она ждать, пока снова превратится в человека, чтобы выйти? Если он ее увидит, ей конец.

– Подойди.

Лин Яо была крайне раздражена, когда ее размышления были прерваны знакомым голосом. У этого непослушного ученика совсем нет такта. Разве он не видит, что она размышляет о своей лисьей жизни?

Кроме того, если она просто пойдет, как он велел, разве это не будет для нее унизительно?

Да и вообще, она была учителем, а он – учеником. Как смеет этот негодяй так с ней разговаривать!

Лин Яо вильнула хвостом и просто отвернулась, давая понять, что не собирается плясать под чужую дудку.

Цзин Си глядел на лисенка, стоявшего к нему спиной, и чувствовал, как гнев закипает в его сердце.

Неужели все так, как сказал Цанъу, и его судьба несовместима с лисами?

– Веришь или нет, но если не подойдешь, я тебя зажарю и съем. Хотя мясо лисы и не особо вкусное, но я все же не откажусь его попробовать.

Тон Цзин Си был спокойным, но в его глазах читалась непреклонность.

Лин Яо мгновенно пришла в ярость. Этот дерзкий, непокорный ученик действительно хотел зажарить ее и съесть?! Это же настоящий бунт против небес, оскорбление учителя и предков!

– Иди сюда, ты испачкался, отведу тебя искупаться.

Услышав это, Лин Яо так испугалась, что у нее подкосились ноги. Иску… паться?

Вместе с ним?

Боже мой! Неужели ты не можешь перестать так с ней играть?!

Если он хочет купаться, пусть возьмет с собой главную героиню! Брать с собой лису? Он что, с ума сошел?!

Лин Яо свирепо посмотрела на Цзин Си. Если этот бунтарь посмеет хотя бы протянуть к ней руки, она загрызет его насмерть!

– Малыш, я помогаю тебе купаться, а ты даже не ценишь этого, – Цзин Си глядел на ощетинившегося лисенка и не знал, смеяться ему или злиться.

– Младший соученик, ты там? – раздался стук в дверь. Лин Яо огляделась по сторонам; похоже, ей нужно было как можно быстрее сбежать.

Цзин Си бросил на нее предостерегающий взгляд, а затем направился открывать дверь:

– Старший соученик, что привело тебя сюда?

– Я услышал, как младший брат по учению с кем-то разговаривал, – улыбнулся Цянь Чэн, заглядывая в комнату, – и подумал, уж не прячешь ли ты кого-то в своей комнате.

Цзин Си даже не потрудился ответить на это заявление Цянь Чэна. Только этот его шестой шисюн осмелился бы прятать кого-то в своей комнате.

– Старший соученик, ты меня искал по какому-то делу?

– Ах да, да шисюн только что сказал, что мы будем патрулировать город сегодня ночью. Вот я и зашел специально, чтобы сообщить об этом тебе, шиди.

– Хорошо, я только соберусь и пойду.

– Тогда я буду ждать тебя внизу, младший соученик.

Лин Яо была вне себя от радости, услышав их разговор. Этот мятежный ученик уходит на патрулирование, значит, не сможет затащить ее с собой в ванну, да и спать в его объятиях ей сегодня не придется.

Наконец-то небеса проявили милость.

Цзин Си равнодушно взглянул на лежащую на полу лисичку. Если сегодня ночью объявится Король Призраков, у него вряд ли найдется время позаботиться об этом малыше.

– Оставайся на месте и не убегай. – На безупречно красивом лице Цзин Си слегка приподнялись уголки губ, и с этими словами он вышел из комнаты.

Однако ему все еще было немного не по себе, когда он уходил, поэтому он установил в комнате защитный барьер, чтобы эта мелочь не сбежала.

Лин Яо смотрела на пустую комнату и установленный защитный барьер, и в ее голове проносились тысячи проклятий.

Этот непослушный ученик не может прожить и дня, не разозлив её!

Она все еще была в лисьем теле и не могла прорвать барьер, не вернувшись в человеческий облик.

Похоже, до рассвета ей как-то придется задействовать духовную энергию, чтобы убраться отсюда.