"Ещё какие-нибудь требования?"

"Нет."

Алисия не колебалась с ответом.

"И это действительно всё?"

Кабелен легонько постучал пальцами по подлокотнику.

Глаза Алисии встретились с глазами Кабелена, и она осторожно кивнула головой.

"Притворяться добросердечной святошей — глупая идея. Или знатного священника приняли за принцессу Нойштейнскую? Почему же ты тогда предала своего отца и позволила мне убить его?»

"Я не притворяюсь добросердечной святошей, я просто реалистка."

"Даже если я говорю, что ты можешь попросить о чём-то большем?"

Человек, который родился и вырос воином, не знал, как объяснить, что проявляет милосердие и милость.

Однако в его словах не было лжи.

Кабелен всегда нёс ответственность за свои слова.

О чём бы Алисия ни попросила, Кабелен бы исполнил практически что угодно.

Но он не знал, скажет ли Алисия что-нибудь...

В конце концов, Кабелен, который не мог больше ждать, заговорил первым.

"Обычно, когда я проявляю милосердие, у меня просят больше."

"Ты говоришь о милосердии, но так и ничего не ответил на мои просьбы. Не хочу возлагать на твою милость большие надежды"

С губ Алисии, на которых был шрам, сорвался тихий вздох.

Кабелен посмотрел на неё и неосознанно сжал руку в кулак.

"Почему ты предала собственного отца?"

Кабелен ослабил кулак и расставил ноги.

Он чуть наклонился вперёд.

"Сражение не заканчивается, когда умирает один человек".

"Ты думала о том, чтобы сражаться до самого конца?"

"Я думала, что если это война, которую мы не можем выиграть, то лучше закончить её раньше и спасти хотя бы одну жизнь. И..."

Взгляд Алисии на некоторое время затуманился.

"И?.."

Тихо спросил её Кабелен.

Она была такой же, как и тогда. В её глазах сочеталось отчаянье и мужество.

Кабелену стало любопытно.

"...Я хотела умереть."

Алисия глубоко вздохнула и произнесла.

"Потому что я не заслуживаю жизни."

"И почему же?"

Кабелен хотел услышать ответ от девушки.

Но на этот раз ответа не последовало.

Молча, опустив голову, Алисия, казалось, не собиралась больше ничего говорить.

Рыцари, которые не могли больше выносить молчания, выступили вперед.

Но Кабелен остановил своих людей. Его взгляд не отрывался от девушки.

Волосы Алисии были лохматыми, из-за грязной одежда её можно было легко перепутать со служанкой, а рука была покрыта мозолями, свидетельствующими о перенесенных ею трудностях.

Кабелен посмотрел на потрепанную девушку и медленно поднял руку.

Алисия была первой выжившей после завоевания Нойштейна Кабеленом.