Часть 1

Взор Камидзё бешено закружился.

Если он врежется в землю — ему конец. Некий нож, вонзённый в бок, разорвёт его внутренности и сосуды при ударе. Он это понимал, но не мог же взять, отрастить крылья и полететь. Когда он оторвался от земли, шанс восстановить равновесие был уже утерян.

Однако этого не произошло.

Потому что…

— С тобой всё в порядке? Спрашивает Мисака, уточняя твоё состояние, пока ловит тебя.

Нежное прикосновение спасло ему жизнь.

Это была не просто мягкая кожа девушки. Она не только поймала его, избежав контакта с ножом, но и использовала своё тело как пружину, чтобы смягчить удар.

Но у него не было сил благодарить её прямо сейчас.

Игнорируя ноющую боль в теле, он указал прямо вверх, пока юная девушка держала его на руках. Здесь должна была быть плоская асфальтовая дорога, но теперь там возвышался утёс высотой в два-три этажа.

— Пожалуйста! Помоги Ласт Ордер!!

Мисака Имото не ответила.

Вместо этого она бережно опустила его на землю и начала осматривать рану.

— Эй?

— Лезвие прошло рядом с печенью, минуя несколько крупных кровеносных сосудов. Возможно, это было сделано намеренно, чтобы затруднить извлечение, говорит Мисака, гримасничая из-за жестокости ситуации.

— Что ты делаешь? Забудь обо мне! Тебе нужно идти к ней, иначе мы их упустим!!

— Мисака не может этого сделать, — девушка покачала головой, и в её глазах не было ни капли эмоций. — Мисака уважает свободную волю высшего номера и позволит ей поступать по своему усмотрению, но её мнение всё же достигает Мисаку через Сеть Мисак, поясняет Мисака.

— О чём ты говоришь?

— Она не хочет отвечать на твою доброту тем, что бросит тебя. И эта Мисака с ней согласна, заявляет Мисака, выражая собственную позицию.

Он стиснул зубы так сильно, что казалось, будто они вот-вот расколются.

Он дотянулся до своего бока и схватился за рукоять ножа.

Резкая боль пронзила его тело, но куда страшнее был ледяной холод, пробежавший по позвоночнику от легкой дрожи, исходящей от оружия. Это с пугающей ясностью напоминало, что его плоть была разорвана инородным объектом, и эта острая сталь осталась в его теле. Неестественность этого ощущения затуманила зрение, словно помехами, и его дыхание участилось. Сознание закружилось, теряя опору. Еще мгновение — и он рухнет навзничь, а сила падения добьет то, что начал нож.

— Оу.

Но вместо этого он усилил свою хватку на рукояти ножа и рванул её безжалостным движением.

— Гхааа!!!???

Он почувствовал скользкое ощущение, но была ли это кровь? Если говорить прямо, любая другая возможность была бы ещё хуже. Извлечение лезвия, до сих пор находившегося в ране, вызвало гораздо более сильное кровотечение, но сейчас приходилось это игнорировать. Он отбросил ставшее ненужным лезвие.

Глубоко дышать здесь означало бы только навредить себе.

Он ненадолго задержал дыхание, и иллюзорные помехи медленно исчезли из его зрения. Видимо, у него началась гипервентиляция.

Несмотря на прохладный воздух, он был весь мокрый от пота, и он с укором посмотрел на Мисака Имото.

Мир вокруг него колебался.

Малейшая потеря концентрации — и он почти мгновенно отключится.

Но.

Эти слова нужно было сказать.

— Кх, ах… Т-так сойдет? Теперь тебе не придется присматривать за этим бесполезным ублюдком.

— Это даже отдалённо не...

— Заткнись!! Я заботился о всех вас не ради какой-то награды! Я просто делаю то, что чёрт возьми хочу, так что хватит вешать ценники и пытаться всё учесть!! Кто назначил тебя полицией добрых дел? Ты могла бы так же придираться к каждому пустяку, который делают люди!!

Его крики ничего не изменили.

Пошатнувшись, он едва не рухнул, и она бережно поддержала его.

— Мисака зашьёт твою рану. Повязки недостаточно, чтобы остановить кровотечение такого уровня, констатирует Мисака, излагая объективные факты.

— …

— Мисака очень хотела бы сначала дать тебе обезболивающее или перелить кровь, но ты согласен продолжить в таком состоянии? Спрашивает Мисака, чтобы получить твоё окончательное подтверждение.

— Действуй. Мне просто нужно, чтобы это чёртово тело продержалось ещё минуту... даже десять секунд. Главное, чтобы я смог спасти того ребенка.

Девушка в очках достала из кармана юбки нечто вроде набор для шитья. Фактические инструменты, возможно, не сильно отличались от обычных, но всё было упаковано в пластик. Это была одноразовая аптечка первой помощи.

— У нас нет времени на подготовку стерильных условий в герметичной операционной, поэтому Мисака проведёт полевую стерилизацию. Это будет адски больно, предупреждает Мисака.

— Давай уже.

— Тогда наслаждайся этой ударной дозой этанола.

Он вскрикнул, и его зрение заполнили похожие на фейерверк послеобразы.

Это было больше чем просто боль, но она спокойно зафиксировала его руки и ноги, чтобы он не разорвал рану на боку ещё сильнее.

— Мисака приступит к наложению швов после прекращения судорог. Это подразумевает проведение иглы через повреждённые ткани с последующим сшиванием раневого канала хирургической нитью, разъясняет Мисака. Выполнение данной процедуры без анестетика будет подобно пребыванию в аду, так что считай себя предупреждённым.

— А-а если использовать анестетик?

— С высокой вероятностью ты очнёшься завтра около этого времени в стерильной больничной палате.

Дышать ему было трудно, но он всё же пошевелил одним дрожащим пальцем.

Подняв именно этот палец, он сложил жест, который никогда не следует показывать девушке.

— Чёрта с два.

— Ты очень крут, говорит Мисака, зажимая иглу пинцетом.

Снова раздался его крик.

Испытать взрывную боль поверх уже невыносимой травмы — редкий опыт. Его зубы стучали, хотя он пытался стиснуть их и выдержать ощущение, будто все пять чувств разлетелись на миллионы осколков. Он едва не прикусил себе язык.

— Не беспокойся, заявляет Мисака, подводя итог.

— В смысле?

— Мисака не намерена безоговорочно принимать всё в Академ-Сити, но она знает: насколько глубока её теневая сторона, настолько же тёплой бывает и светлая сторона. Так что не беспокойся. Мы сможем догнать их, не взваливая всю ношу на тебя одного, заявляет Мисака. В этом городе есть и такие возможности.

Другими словами…

— Ты не единственный герой. Именно это я и пытаюсь сказать, поясняет Мисака, подмигивая.

Часть 2

Девушка в костюме Санты стояла на относительно пологом участке асфальтового обрыва, который поднимался под углом.

— Ну что же.

Как бы ни была беспомощна эта заложница, она не хотела, чтобы девушка страдала.

(Как же жарко в этом парике и шапке. Но снимать их еще рано.)

Девушка лет пятнадцати-шестнадцати выбрасывала рулон бинта, который сам разматывался в полете, не успев коснуться земли. Это была управляемая верёвка, способная самостоятельно связывать, сжимать и убивать. Изначально же это была змеевидная клейкая лента, предназначенная для безопасного оборачивания и герметизации протечек на газовых или паровых трубах в местах аварий, куда человеку слишком опасно приближаться.

Пока верёвка автоматически опутывала конечности и рот Ласт Ордер, девушка достала из-за пазухи своего костюма Санты платок, похожий на отрез ткани. Развернув его, она превратила его в большой белый мешок, какой часто можно увидеть в рождественских сценах.

Уложить её незадачливый «подарок» в мешок заняло меньше двух минут.

Девушка-косплеерша потянулась к краю своей мини-юбки и вытащила смартфон из-под верхнего края своего белого гольфа.

— Говорит Майдоно. Дела приняли положительный оборот, и я надеялась, что смогу встретиться с вами лично и объяснить результат. Сейчас вам удобно?

Её слова и бушующее вокруг насилие были полными противоположностями.

Асфальт вздыбился, конструкции под бетоном были затоплены, а близлежащие здания колебались, словно ветви ивы на ветру. Всё это, разумеется, не осталось незамеченным: сирены выли, а машины Анти-Навыка мчались со всех сторон.

(Похоже на звук десятицилиндрового двигателя с водородными взрывами, но на тех спорт-седанах Фугаку обычно не ставят электронагнетатели. Это же специальные модели для госслужащих, не гражданские. Должно быть, это те самые беспилотные машины преследования, что недавно приняли на вооружение. Кажется, их называли Акулы-Молоты?)

Внешне они походили на тонкие спортивные автомобили с низкой посадкой, призванной максимально снизить сопротивление воздуха, но на самом деле двигатель у них располагался сзади, а капот был набит композитной бронёй. Эти колёсные боевые машины были созданы для того, чтобы останавливать вышедших из-под контроля и прочих опасных водителей: для этого они должны были быстро и безопасно, без экипажа на борту, догнать нарушителя и таранить целевой автомобиль, чтобы обездвижить его. После пресс-конференции, на которой их представили, их начали высмеивать как воплощение принципа «око за око».

Объединенные в сеть по высокоскоростному беспроводному интернету, эти машины были способны даже двадцатитонный грузовик вытолкнуть с дороги.

Они не предназначались для использования против беззащитного человека.

Но девушка, назвавшаяся Майдонo, перекинула мешок за спину и, прижав телефон ухом к плечу, освободившейся рукой лишь подогнула указательный палец, словно подзывая их к себе.

Это все, что она сделала.

Спустя мгновение асфальтовое покрытие вздыбилось вместе с тёмной почвой и бетонными конструкциями под ним. Не сумев вовремя среагировать на импровизированный трамплин, Акулы-Молоты пролетели у нее над головой, врезались в окна третьего этажа ближайшего здания и перестали двигаться.

Поскольку это были беспилотные машины, не стояла ли их задача лишь в том, чтобы оценить её мощь?

Следующим на подходе будет пилотируемый экипаж.

— Да-да, ты, наверное, только что услышал взрыв, но не о чем беспокоиться. Я тут просто прибираюсь после всей шумихи. Подарок в безопасности. Откровенно говоря, если мы хотим, чтобы Акселератор самоуничтожился, разве не проще было бы просто свернуть ей шею и убить? А? Нельзя? У меня было чувство, что ты так скажешь. Я доставлю подарок в указанное место.

Вероятно, изначально они планировали атаковать с безопасного небесного рубежа, использовав беспилотных Акул-Молотов для зачистки земли. Она подняла взгляд на шумные лопасти несущих винтов и увидела в общей сложности четыре полностью экипированных силовых доспеха, закрепленных на круглом разведывательном вертолете — по два с каждой стороны.

Из-за полностью скрытых лиц она не могла определить ни их возраста, ни пола, но с лёгкостью представляла себе их выражения. Эмоции страха и растерянности сочились из щелей в их броне.

Её нисколько не заботило, видят ли они её.

С помощью парика и цветных линз она полностью изменила свою внешность.

Её макияж был густым, рассчитанным на невооружённый глаз, но поверх она нанесла заметный узор, предназначенный для камер и сенсоров, подобно актёру кабуки. Ей нужно было лишь гарантировать, что с помощью распознавания лиц или обмена фотографиями не удастся найти её официальные данные.

Наблюдающее общество цифровой эпохи уничтожило преступность? Нет, оно лишь породило новую дилемму: теперь преступления, не оставляющие электронного следа, невозможно доказать в соответствии с правовыми нормами. Если круглосуточный магазин ограбят средь бела дня, что произойдёт, когда окажется, что камеры наблюдения не работали? Люди попросту заподозрят, что всему виной был бедный продавец.

— Да, я сейчас разбираюсь со всем этим.

Взмахнув пальцем, Майдонo сорвала со стены здания робота-мойщика окон в виде вагона и швырнула его. Разведывательный вертолет, пусть и обладающий высокой маневренностью, летел в узком пространстве между зданиями, а с обеих его сторон на внешней подвеске висели бойцы. Он не мог совершать резких маневров, рискуя сбросить их. И это промедление стоило ему возможности уклониться от стальной массы. Прямое попадание отправило их всех вниз, к земле, в гигантском огненном шаре.

— Когда я закончу? Я уже закончила.

(Это модели последатской модификации, так что такая авария и взрыв не должны были их убить. Хотя о пилоте вертолёта я того же сказать не могу.)

— С Анти-Навыком и Правосудием мы разберёмся обычным методом. Если обрушить на них достаточный уровень насилия, возникшая неразбериха разрушит их цепочку командования. Интернет, конечно, немного сойдет с ума, но кривых «экспертов» хватает. Эти грязные взрослые будут лгать и утверждать, что ничего из произошедшего не было — всё лишь чтобы скрыть свои промахи в первоначальном расследовании. Если заставить их нашуметь как следует, это создаст идеальную маскировку, чтобы скрыть наше участие. Никто не сумеет разглядеть правду.

Она была прирожденным мастером по зачистке последствий.

Душевное спокойствие было не более чем добычей, которую выманивали, используя разрушение как приманку.

— Верно. Учитывая то, с чем мы здесь имеем дело, степень необходимой внимательности будет весьма высока, но это не проблема. Она всё ещё остаётся в пределах допустимого.

Она зарабатывала очки, безжалостно устраняя всё и всех, кто стоял на пути её господина. Она обращалась к самой тревоге, чтобы выискивать, выхватывать и подносить тому самому господину душевный покой. Она использовала концерты, фестивали, парады и прочие мероприятия со сменённым режимом безопасности, куда стекалось множество приезжих, а затем выбирала броский костюм, который на деле помогал ей раствориться на общем фоне.

— Я это прекрасно понимаю, — бодро сказала она.

Она была из тех людей, что пройдут мимо умирающего старика, уткнувшись в телефон.

— Я согласна с тем, что мы не можем позволить, чтобы тёмная сторона была уничтожена по прихоти какого-нибудь идиота. Не все в этом мире мечтают о мире без преступности. Академ-Сити сохранила своё колоссальное превосходство над остальным миром лишь благодаря созданию и поддержанию изолированного пространства, где правила можно не соблюдать. Ты видел это в мире денег, а я — в мире грубой силы. Ни один из нас не выживет без тёмной стороны, не так ли? …Ах, пожалуйста. Я, по крайней мере, знаю, что это правда для меня, ведь ты переделал меня именно такой какая я сейчас.

Она могла привлекать к себе сколько угодно внимания.

Более того, её маскировка работала лишь при условии, что она была заметной.

Нужно было создать ощущение, будто бы ты переступил границы реальности и забрёл в кошмарный сон. Создавая столь гротескный и психоделический мир, она добивалась того, что скучная реальность попросту не поспевала за ней.

Начинался фестиваль судного дня.

Сегодня можно было расслабиться и насладиться празднеством.

(Повредив те самые трубы, водоканал закроет несколько затворов, чтобы нечистоты не вытекли. Я управляю потоком воды, поэтому, проверив, что мешок водонепроницаемый, могу бросить его в реку и позволить команде сборщиков выловить этот мусор ниже по течению. Но, согласно сценарию, мне нужно удерживать их внимание на поверхности, чтобы они этого не заметили.)

Она назвала это мусором, потому что это напоминало ей о себе?

Она назвала это мусором, потому что увидела в нём своё отражение?

Земля под ногами была далека от чистоты. Повсюду валялись осколки стекла и металла, а также рюкзаки и телефоны, обронённые спасавшимися бегством студентами. Асфальт был испещрён трещинами и вздыбился кое-где. Но, заметив у своих ног упавшие палочки для еды, она тихо щелкнула языком.

— Один вопрос.

Её длинные светлые волосы колыхались, когда она смотрела вверх, всё так же прижимая телефон щекой к плечу.

Но она высматривала не очередной вертолёт.

— В этот раз я могу проигнорировать незримый баланс сил, верно? Если кто-то попытается помешать моей работе, я могу устранить их силой, не просчитывая необходимые затраты?

Она взглянула на один из небоскрёбов, что колыхался на ветру, словно бамбуковые заросли под порывами шквального ветра.

Но смотрела она не на крышу, а на девушку, вцепившуюся в стену и безмолвно взиравшую на неё сверху.

— Например, я могу просто убить любого, кто встанет у меня на пути, даже если он один из Пятых Уровней?

Часть 3

Третья сильнейшая в Академии Сити, непревзойдённая в чистой генерации электричества.

Другими словами, это была Мисака Микото.

— Это ты ударила его ножом.

Она использовала магнитную силу, чтобы удерживаться на стене сорок четвертого этажа, где ниже располагались офисы, а выше — апартаменты. Но магнетизм был не единственным, на что она была способна. Добираться по земле заняло бы слишком много времени из-за царивших там хаоса и разрушений, поэтому она выбрала этот путь. Пятый Уровень мог позволить себе такую степень свободы безо всяких на то причин.

— И это случилось в сочельник, когда мы так прекрасно проводили время вместе! У тебя с рождения талант портить настроение, не так ли?!

Ситуация здесь разворачивалась именно так, как и предсказывал Камидзё Тома ранее.

Разделение на две группы дало им преимущество. Пока злодейка преследовала юношу, группе Микото удалось выйти на её след и незаметно подобраться с тыла.

Мисака Имото была отправлена для поддержки юноши на поверхности, но ей не нужно было наносить по злодейке сокрушительный удар. Как только она уведёт юношу с линии огня, Микото сама разберётся с остальным.

Она переместилась с этого сорок четвертого этажа на тридцать восьмой этаж соседнего здания, а с того тридцать восьмого — на пятьдесят второй этаж следующего.

И всё это — свободно перемещаясь между небоскрёбами в воздухе, да ещё и удерживая на руках некую девушку.

Маленькая ситцевая кошка в руках у сереброволосой девочки вырывалась — возможно, виной тому были электромагнитные волны.

В отличие от хорошо обученных Сестёр, позволить ей передвигаться по земле, усыпанной осколками стекла и обломками, было бы слишком рискованно.

— Коротковолосая!! Та монстр-Санта завернула за угол, но это не главная проблема! Ты видишь ту площадь за мостом? Что не так с этой страной?! Там, кажется, полно красных Сант! В таком потоке она сольётся с толпой!

(Нет, если бы она просто хотела скрыться от нашего наблюдения с высоты, ей достаточно было бы зайти в помещение или спуститься под землю. Может, она намеренно остаётся на виду, чтобы отвлечь нас от чего-то другого?)

Микото что-то осенило, и она рванула что было сил по вертикальной стене, по-прежнему удерживая Индекс на руках. Смертоносная атака пробила толстое армированное стекло как раз под ними. Выстроенные в сияющей витрине новенькие спортивные автомобили один за другим вылетали из окон.

Их двигатели не издавали ни единого звука.

Визг толстой резины раздавался оттого, что автомобили с заблокированными колёсами принудительно стаскивали с места при помощи некоей силы.

Третья сильнейшая, разумеется, не позволила бы подобной атаке поразить себя, но та всё же разрушила стекло, служившее ей опорой, лишив её возможности удерживаться на стене. С лёгким цоканьем языком она использовала магнетизм, чтобы оттолкнуться к стене противоположного здания.

— Тск!!

Она была могучим эспером, способным использовать силу Лоренца для разгона игровой монетки до скорости, втрое превышающей звуковую.

Её магнетизм был достаточно мощен, чтобы остановить несущийся на неё автомобиль.

И всё же даже она была вынуждена отступать. Её сила имела превосходство в таких аспектах, как широта применения, но когда дело доходило до простой физической мощности, она не могла тягаться в этой игре в перетягивание каната. Противник обладал большей выходной мощностью. И если даже её не считали Пятым Уровнем...

(Неужели она из тех гениев, чьи способности годятся лишь для шпионажа и преследования? Где же такой мощной эспер прятался в тени всё это время!?)

Та девушка была угрозой, но Микото не могла упустить из виду что на самом деле здесь было главным.

Той светловолосой Санте не нужно было побеждать её в бою. Более того, эта схватка и её затраты, должно быть, стали для той девушки непредвиденными издержками. Бой — рискованный выбор, он неминуемо оставляет вещественные доказательства и увеличивает число свидетелей. Если бы была возможность избежать боя — это был бы лучший вариант.

Победа или поражение в этой схватке лишь работали против неё.

Так какой же был желаемый результат и условие победы для этой девушки в самой заметной маскировке в мире?

Микото была уверена лишь в одном.

(Она определённо охотится за Ласт Ордер.)

Микото ненавидела ту холодную расчётливость, с которой её разум работал в такие моменты.

Третья по силе всегда находилась на грани.

Она была одной из немногих, кто мог вмешиваться и в светлую, и в тёмную стороны Академ-Сити. Конечно, как и все, кто заглядывал в тёмную сторону, она оказалась на этой позиции не по собственному выбору.

(У неё такая мощная способность, но она позаботилась о том, чтобы не ранить ту девочку. Значит, убийство — не её цель. Она не хотела бы, чтобы мы спасли Ласт Ордер или чтобы случайный выстрел убил её. Это значит, что она любыми способами доставит Ласт Ордер в безопасное место. В этом её цель! Так где же Ласт Ордер!?)

Все эти броские действия были камуфляжем. Когда фокусник совершает размашистое движение, он на самом деле отвлекает внимание публики, в то время как другой рукой под столом совершает нужный трюк.

Вот тут-то и пригодилась девочка с идеальной памятью.

— Мешок исчез.

— ?

— Та монстр-Санта до этого несла белый мешок, но теперь его нет!

(Она что, швырнула его в ту реку?! Но вода там, должно быть, ледяная!)

Микото уже было повернула голову, чтобы взглянуть на течение реки с бетонными берегами, что пересекалась под прямым углом с мостом, которым воспользовалась злодейка в костюме Санты, но резко остановилась.

Девушка-Санта убрала телефон, с помощью которого разговаривала с кем-то, высвободив обе руки, и повернулась к Микото. Её длинные светлые волосы развелись за спиной, словно в рекламе шампуня. Она уселась попой в мини-юбке на стоящий поблизости робот-уборщик в форме барабана, скрестила ноги и воздела руки к небу.

Она сделала жест «пистолеты из пальцев».

Оба указательных пальца были направлены вверх, на здание, где находилась Микото, и она подмигнула.

Само по себе это могло бы выглядеть как игривый жест, но...

— Вот оно, — произнесла Микото.

Иллюзионисты тренируются не только на случай, когда все идет гладко.

Иначе их выступления ничем не отличались бы от представлений заводных кукол.

Профессионалы всегда имеют наготове несколько сценариев на случай, если их попытка отвлечь внимание публики провалится и трюк окажется на грани разоблачения. Если создаётся впечатление, что кто-то из зрителей раскусил иллюзию, они обратятся к этому человеку, вовлекут его в представление и превратят едва не случившуюся неудачу в топливо для нового сюрприза.

Другими словами, теперь противник выйдет с ними на контакт по-настоящему.

— Вот оно!!!!!!

Часть 4

— Неплохо. Давненько никто не уворачивался от трёх моих атак подряд, — прошептала девушка, восседающая на первом попавшемся роботе-уборщике.

Она наслаждалась ситуацией.

Она жаждала, чтобы тёмная сторона продолжала существовать, ибо не могла жить без подобных ощущений.

Она вырывала объекты из зданий и швыряла их в противницу: сначала подъёмный кран со стройки на крыше, затем огромную спутниковую тарелку, и, наконец, прозрачный стеклянный бассейн, выступавший из фасада небоскрёба. Но ни один из них не достиг цели. Победа была бы мгновенной, если бы противница действовала из гордости и вступила в прямое противостояние сил. Однако соперница осознала, что может уступить в чистой мощности, та сосредоточилась исключительно на уклонении — и только это до сих пор сохраняло ей жизнь.

Майдонo заметила, как #3 на мгновение отвела взгляд в сторону, пока та перемещалась по воздуху. Они сражались не на жизнь, а на смерть, и любое отвлечение было смертельным риском. Никто не смог бы устоять перед искушением взглянуть, увидев несущийся на себя самосвал. Они вели смертельную схватку, и жизнь той девочки была под угрозой. Никто не смог бы отвести взгляд, увидев несущийся на себя самосвал.

Значит, она заметила нечто действительно важное.

Что-то, что она посчитала более важным, чем неминуемая смерть.

(Так она всё же заметила?)

В таком случае, просто броситься на заполненную толпой площадь и раствориться в море Сант будет недостаточно. Чтобы полностью обрубить эту нить расследования, ей придётся убить ту девушку.

Но что гораздо важнее...

— Как бы мне провести сочельник?

(Мне так хочется управиться со всем этим до семи вечера. Моя школьная жизнь, возможно, построена на лжи, но я дала кое-какие обещания. И я очень хочу разрезать те пончики дешёвыми пластиковыми вилками, чтобы мы все вместе смогли ими насладиться.)

В небе вспыхнул свет.

Она не могла бы избежать молнии, начав двигаться лишь после того, как увидела свет. По крайней мере, не должна была бы. Однако она напевала, когда она ударила каблуком по корпусу робота-уборщика, на котором восседала. Это вызвало сбой в алгоритме обхода препятствий и заставило робота поехать в сторону. Он переместился всего на один человеческий шаг — но этого оказалось достаточно, чтобы вызвать неестественное изменение в траектории молнии, падавшей на неё по вертикали. Вместо неё удар расщепил стоявшую неподалёку рождественскую ёлку. Чтобы намеренно использовать дерево в качестве громоотвода, ей достаточно было мысленно построить прямоугольный треугольник, образованный землёй, верхушкой дерева и её собственным положением, и рассчитать безопасное для себя расстояние, скорректировав углы.

Ей даже почудилось цоканье, донёсшееся с высоты.

Теперь была её очередь.

— Нашла тебя.

В целях пожарной безопасности несколько больших деревянных ящиков поднимали на крышу с помощью подъёмника для мойки окон, а не по лестницам или на лифте. Она «ухватилась» за них и швырнула в сторону. Размеры этих контейнеров были сопоставимы с ростом стройной девушки, так что #3 пришлось выстрелить из чёлки высоковольтными копьями, чтобы разнести их в щепки.

Но осознала ли #3, что в этих ящиках находились чьи-то рабочие инструменты?

Японское Рождество было далеко от торжественной атмосферы священной ночи.

Её электрические атаки привели в действие профессиональные фейерверки, предназначенные для ночного обратного отсчёта.

— Свить свиу!!

Девушка-Санта насвистывала, наблюдая за оглушительным взрывом.

С оглушительным рёвом полуденное небо скрылось за белесой дымовой завесой. Этого могло быть и недостаточно, чтобы убить ту девушку, но в основе фейерверков лежит принцип химической реакции горения, где определённые материалы создают пламя конкретного цвета при воспламенении. А в составе фейерверков обычно используются порошки меди, лития, олова или других металлов.

Что означало...

(После первоначального взрыва и вспышки света ей придётся иметь дело с дымовой завесой. Она ослепит её в прямом смысле, а также сработает как металлическая помеха, которая собьёт с толку любой микроволновый радар, который она может использовать! И на такой высоте даже секундной задержки достаточно для смертельного исхода!!)

Взрывной волной также сорвало вывеску, но девушка лишь подняла над головой указательный палец. Металлическая вывеска весила, должно быть, больше 20 кг, но этого хватило, чтобы она полностью замерла в воздухе. Когда она легонько отвела палец в сторону, вывеска резко вонзилась в ближайшую бетонную стену. Всё это она проделала так же непринуждённо, как если бы управлялась с сенсорным экраном смартфона.

Её телекинез был достаточно мощен, чтобы напрямую ухватить подземные структуры, протянувшиеся под всем городом, и встряхнуть их с такой силой, что образовалась новая линия разлома, так что нынешнее действие для неё и впрямь считалось тонкой работой. Остановить вывеску было не впечатляюще; удержать её, не раздавив, — вот что впечатляло.

Телекинез, он же психокинез.

Это умение было настолько распространенным, что его причисляли к двум основным категориям сил эсперов: психокинез(ПК) и экстрасенсорное восприятие(ЭСП). Если кто-то создавал сайт или брошюру для внешней аудитории, то в качестве ключевых примеров, скорее всего, были бы использование ПК для сгибания ложек и ЭСП для прочтения перевёрнутой карты. Более того, некоторые ученые даже использовали термин «телекинез» как общее обозначение для всех сил, оказывающих физическое воздействие, включая телепортацию и мысленную фотографию. В самой простой форме это была способность двигать объекты силой мысли.

И среди тех, кто мог создавать силу буквально с нуля, её способность, вероятно, была сильнейшей.

Единственная причина, по которой ей не было выдано звание Пятого Уровня была тем, что взрослые не видели альтернативного использования или экономической ценности ее способностей.

Эта сила была заточена под убийство и разрушение.

До такой степени, что раскрытие её существования миру могло бы создать международных рисков не меньше, чем заявление о наличии у них оружия массового поражения.

— Что ж.

Блондинка-Санта окинула взглядом место.

Часть отполированного стекла была разбита, и её цель (которая несла на себе сереброволосую монахиню), видимо, бросила попытки цепляться за хрупкую стену и взамен впрыгнула в первую попавшуюся комнату. Неплохая импровизация, но она фатально недооценивала мощь девочки в костюме Санты.

Кто сказал, что она не может уничтожить целое 50-этажное здание?

— Примерное число погибших около двух тысяч человек. Как же я обожаю, когда мне разрешают игнорировать лимит на такие вещи☆

Майдоно ухмыльнулась и нацелила указательный палец правой руки в на всё здание. И затем резко опустила его вниз.

Небоскрёб рухнул, уменьшившись примерно вдвое.

Разрушение напоминало то, как пустую банку расплющивают каблуком.

Но это была не настоящая атака. Она лишь подготавливала сцену, искривляя все двери и окна, чтобы запечатать свою цель в гигантской клетке. Люди внутри ещё не погибли. По крайней мере, пока. В небоскрёбах куда больше пустот, чем думают проходящие мимо люди. Там есть воздуховоды, структуры сейсмоизоляции, кабельные пути и водопроводы. Уменьшение высоты вдвое не является чем-то достаточным, чтобы раздавить людей внутри. Разумеется, они не смогут стоять и будут ползать, а металлические двери окажутся смяты и заклинены, так что почувствуют они себя, безусловно, потеснившимися.

(Никаких признаков того, что цель пробивает выход и выходит наружу. Что ж, теперь она не может полагаться на первоначальный план. Конечно, она могла бы пробить бетонную стену, но я уверена, что она боится поджарить заживо погребённых там людей. Разумеется, эта нерешительность скоро приведёт к тому, что всех в здании раздавят. Жизнь полна иронии, не так ли?)

Ей оставалось лишь направить левый указательный палец на здание.

Телекинез Майдоно Хошими мог спрессовать этот 50-этажный небоскрёб до размера мяча для софтбола. Вызванное сжатием чудовищное тепло заставило бы его светиться, как лаву, но ему бы даже не позволили стечь в жидком виде. Подобно тому, как ядро Земли, предположительно состоящее из расплавленного железа и никеля, тем не менее остаётся твёрдым.

Но мгновением позже она точно в той же позе взмахнула левой рукой в сторону. Этот жест пальцем-пистолетом выглядел нелепо, но в исполнении Майдоно он был абсолютным оружием.

Что-то произошло, что заставило её перенаправить этот второй «курок» в другую сторону. Девочка-Санта прошептала вопрос, целясь в две цели одновременно, будто с двумя пистолетами в руках.

Её попа оторвалась от робота-уборщика, и ботинки коснулись пола.

Игры кончились.

Эта нерегулярность выходила за рамки того, с чем могли справиться восстановительные сценарии фокусника.

— Что привело тебя сюда?

Угроза приняла облик парня.

Кровавый Камидзё Тома ответил без раздумий.

Он произнёс слово, совершенно неуместное в сочельник, когда все должны улыбаться.

— Месть.

Часть 5

Как он должен был оставаться спокойным?

Сердце Камидзё Томы бешено колотилось, а в горле пересохло до такой степени, что казалось, будто оно покрыто невидимой плёнкой. Он чувствовал, что голос вот-вот сорвётся, если он не будет осторожен.

К тому же, ничто не могло стереть тот факт, что его ударили ножом.

Его противник был из тех, кто делает такое, даже не моргнув глазом.

Рана на его боку была лишь кое-как продезинфицирована и зашита. Потерянная кровь не была восполнена, и пульсирующая боль продолжала терзать его сознание. Более того, если бы не головокружение от потери крови, он, возможно, корчился бы от боли.

Тем не менее, он добрался сюда.

Он был здесь, чтобы вознаградить добрую волю тех девушек, которые взяли на себя всё, пока он был выведен их строя.

И.

Он был здесь, чтобы спасти Ласт Ордер от этой абсурдной жестокости.

Всё это могло быть блефом, но ему нужно было собрать всю свою силу воли и мужество.

Раскрытие его слабости не улучшило бы ситуацию. И если ситуация станет ещё хуже, то нечто, что он не мог позволить себе потерять, было бы разбито. Всё дошло до того, что даже дилетант мог это заметить. Это было до боли очевидно.

И потому.

Он должен был убедиться, что этого не произойдёт.

— Ты уверен, что не перепутал приоритеты?

Девушка-Санта тихо улыбалась, направив указательные пальцы в две разные точки.

Дыхание юноши действительно спёрло в горле.

Она без колебаний нацелила на него оружие куда более страшное, чем нож.

— Тебе приходится выбирать между победой над врагом и спасением друзей, так уверен ли ты, что хочешь тратить время на игру со мной?

— Если бы так и было, ты бы не была такой болтливой, — сказал он, последовав примеру девушки.

Он сложил из пальцев правой руки подобие пистолета и нацелился на робота-уборщика в форме барабана, на котором до этого восседала Санта-Клаус. Вернув себе свободу, машина вновь медленно покатилась прочь.

Не беспокойся.

Не отводи взгляд.

Он заставил свои слова литься плавно — уже одно это усилие могло переломить ход схватки. Так он мог ухватить ускользающее и вернуть его на место, восстановить то, что вот-вото будет потеряно. С точки зрения противницы зрелище должно было выглядеть зловеще: казалось, что побеждённый и даже заколотый враг внезапно вернулся на поле боя, будто с ним ничего и не случилось.

Ему нужно было стать чем-то нелогичным.

Если его присутствие здесь не поддавалось здравому смыслу, это могло выбить её из колеи.

Это был Академ-Сити, где люди либо отказывались принимать ненаучное, либо могли принять его, лишь переформулировав в научных терминах.

Но в то же время Камидзё Тома верил в удачу.

Хоть и проявлялась она у него в основном в виде жестокого невезения.

— Тот мешок, который ты швырнула в реку, был блефом. Когда нужно спрятать что-то важное, не станешь перевозить это так, чтобы это можно было легко отследить. Именно поэтому тебе понадобилось создать как минимум два разных пути отхода. Твой сценарий спасения заключался в том, чтобы привлечь внимание к реке, пока робот с Ласт Ордер незаметно ускользает. Верно?

Его голос не дрогнул.

Он всё ещё мог это сделать.

Одной силы воли было недостаточно, чтобы преодолеть потерю крови, и он отчётливо чувствовал, как холодный пот выступает на его лбу, а каждый вдох приносит сильное головокружение.

Послышалось потрескивание искр.

Робот-уборщик изменил направление.

Нет, управление им было перехвачено. Неподалёку стояла девушка с короткими каштановыми волосами. Она была похожа на Мисаку Микото, но это была не она. Даже серийные военные клоны, известные как Сестры, могли перехватить управление роботом-уборщиком.

— Майдоно.

Девушка-Санта медленно переместила палец.

Она перевела свой правый указательный палец с далёкого здания на него. Теперь оба её пальца-«пистолета» были нацелены на него. Очевидно, она считала его достаточно серьёзной угрозой, чтобы требовать концентрации всех своих сил.

— Меня зовут Майдоно Хосими. Приятно познакомиться.

— Очередной блеф.

Не позволяй ей втянуть себя в свою игру.

Он представил их словесную дуэль как волны, сталкивающиеся друг с другом.. Ему нужно было захватить инициативу. Поэтому, даже если это было несвойственно ему, пришлось усмехнуться и ответить с видом непоколебимой уверенности.

Камидзё Тома силой воли отгоняя наступающую тьму, произнёс волшебные слова.

— Преступник никогда не станет использовать своё настоящее имя на месте преступления. Но то, что ты сейчас добавила ещё один слой камуфляжа, означает лишь одно — ты напугана куда сильнее, чем я думал.

Смертельная битва началась со звука, похожего на разрушение самого города.

Он догадался, что её способность — телекинез.

Она продемонстрировала достаточно силы, чтобы разрезать здания, поднимать дороги и грунт под ними, свободно разрывать водопроводные и газовые трубы.

Направо и налево.

Возможность применять свою силу одновременно из двух точек значительно расширяла спектр её возможностей.

Что же только что произошло?

Припаркованный у обочины универсал взлетел в воздух, а затем он был разорван пополам, словно разрезали мягкий хлеб. Дизельное топливо из его бака разлилось повсюду. Искры от аккумулятора подожгли его, и вниз хлынул огненный поток. Камидзё успел откатиться в сторону, но затем уцелевшие обломки устремились на него слева и справа, словно боксёрские перчатки гиганта.

«Imagine Breaker» в его правой руке мог подавлять сверхъестественную силу, но тогда неуправляемые обломки раздавят его.

Поэтому, сохраняя инерцию движения, он проскользнул под ограждение, отделявшее проезжую часть от тротуара. Он извернулся, продолжая кувыркаться, чтобы использовать в качестве щита одну из массивных опор, а не длинную горизонтальную металлическую панель.

Амортизирующая металлическая конструкция остановила переднюю часть универсала, но у него не было времени на вздох облегчения.

С глухим звуком его зрение затуманилось, и он обнаружил, что его подбросило более чем на пять метров в воздух. Земля под ним резко поднялась, словно рампа.

Пять метров могут показаться не таким уж большим расстоянием, но, как видно на примере броска «иппон сэойнагэ» в дзюдо, даже один метр может вырубить противника, если тот не готов к удару о землю. Хуже того, это был асфальт, усеянный осколками стекла и тяжёлым металлом.

— Кх!!

Он тут же протянул руку и схватился за ствол рождественской ели, украшавшей обочину. Толстый электропровод гирлянд рванулся и завилял, словно кнут, и, как только он заблокировал его, ёлка сломалась у ствола. Но она не просто упала, как обычно. Она неестественно повернулась вертикально, словно переворачиваясь на 180 градусов.

Если все так продолжалось, то его бы размазало по асфальту, как насекомое, но этого не произошло.

Отпустив ствол вместо того, чтобы пытаться удержаться, он избежал участи быть затянутым в это вертикальное вращение и в итоге был отброшен в сторону. Если точнее, он спиной врезался в центр гигантского полиуретанового рождественского подарка-украшения перед кондитерской.

Девушка-Санта, назвавшаяся Майдоно Хосими, не опуская правого пальца-пистолета, легонько провернула своим стройным указательным пальцем в воздухе маленький круг.

Она могла нацелить оба пальца на одну и ту же цель.

Разводя пальцы, она могла разрывать цель. Сводя их — сжимать. Но, слегка смещая точки приложения силы, она задавала вращение. Её сила была бы опасна, даже если бы она лишь наводилась кончиком пальца и управлялась жестами, но, используя обе руки, она могла также менять вектор.

Её длинные светлые волосы колыхнулись, пока она спокойно оценивала его действия.

— Ты никогда не стоишь на месте, не так ли?

— А ты стоишь как вкопанная. Ты что стационарная пушка?

Он мог это сделать.

Покров всё ещё действовал. Так или иначе, нападавшая в костюме Санты слишком явно продемонстрировала свою силу. Это наверняка было признаком её страха. Она опасалась эспера с неизвестной способностью.

Она надеялась, что демонстрация силы заставит противника раскрыть свои карты, а её грубая мощь позволит положить конец схватке, даже не разгадывая эту загадку.

Безусловно, эта абсурдная жестокость пугала.

Но, разглядев за ней страх, сама эта жестокость начала казаться маской.

Чем мощнее были её атаки, тем отчётливее сквозь них проступал страх.

(Я ещё могу победить. Это я создаю достаточно волнения, чтобы заманить её.)

Девушка подняла указательные пальцы к небу. Это выглядело почти как поза для фото, но на самом деле было сигналом готовящейся воздушной бомбардировки. Она «ухватила» что-то в небе и резко опустила обе руки, обрушив это на него.

Он не мог думать о том пространстве над головой как о пустоте.

Там был воздух.

(Она не ограничивается твёрдыми телами?)

Мысли Камидзё застыли. Это было плохо. Неизвестность всегда поглощала людей и опустошала их разум.

Она выбила его из колеи.

Его тело и так было в плохом состоянии, и если то же самое произойдёт с его разумом, у него не останется шансов на победу.

Он должен был понять это, и как можно скорее.

Он не мог остановиться. Он должен был смазать шестерёнки своей мысли.

Иначе его поглотят и раздавят.

(Это же не шутки, чёрт возьми!!)

— Тч!!

Он быстро снял свой ремень и обмотал его вокруг ближайшего придорожного дерева, используя его как страховочный трос. Массы воздуха, рухнувшего сверху, возможно, было бы достаточно, чтобы вызвать у него лёгкое сотрясение мозга, но после того, как ветер ударится о землю, он рассеется во всех 360 градусах в поисках выхода. Если бы он подготовился только к удару сверху, у него выбили бы почву из-под ног, и его отбросило бы на десятки метров.

К тому же, дорога была усыпана мелкими кусками асфальта и осколками стекла.

Что, если ветер соберёт все эти осколки и швырнёт их в него?

Дорогу охватил взрыв, ещё более ужасающий, чем осколочная мина, разбрасывающая веером тысячи металлических шариков, способная мгновенно остановить атаку 50 солдат. Это было похоже на прочистку засора в водопроводных трубах.

Ему оставалось лишь прижаться к спине толстого дерева и пытаться пережить это.

Жёсткая кора обдиралась, словно под огромным напильником, а провода гирлянд и мелкие ветви срывало и уносило вихрем. Стоило ему сделать хоть шаг из-за ствола — и его плоть и кровь не продержались бы и секунды.

Но дело было не в этом.

Он крикнул — сорванным голосом, на грани харканья кровью.

— Мисака Имото!! Ты же в порядке, да?! Тогда не упускай из виду того робота-уборщика и следуй за ним!!

Да.

Девушка, использующая псевдоним Майдоно Хосими, на самом деле не пыталась убить Камидзё. Она лишь пыталась скрыться с контейнером, в котором находилась Ласт Ордер. И для этого ей нужно было избавиться от преследования. Эта яркая атака была не более чем уловкой фокусника, отвлекающей внимание от настоящего действия.

В этом и заключался весь смысл этого неконтролируемого взрыва ветра.

Он не знал, то ли она рассчитывала, что робот-уборщик сможет передвигаться в буре осколков, поскольку он не чувствует боли, то ли намеревалась использовать ветер, чтобы унести робота прочь. Но он должен был сделать больше, чем просто пережить непосредственную угрозу. Не было смысла побеждать эту девушку, если роботу удастся скрыться.

И он кое-что понял из этого.

(Все это время она ни разу не «хватала» и не швыряла своим телекинезом человека.)

Если бы ей требовалось лишь убрать Ласт Ордер с места событий, то это был бы самый быстрый метод. Либо отбросив заложницу, либо использовав силу на себе, чтобы полететь. Даже когда она отправила Камидзё в воздух, она сделала это косвенно, приподняв землю под ним, хотя было бы проще схватить и швырнуть его напрямую.

И всё же она этого не сделала.

Нет.

Как только буря утихла, он отпустил ремень, обмотанный вокруг дерева, и рванул из-за ствола.

Он устремился по кратчайшему пути к блондинке-Санте.

Та, конечно же, нацелила на него оба указательных пальца, но...

— У тебя не выйдет, — тут же заявил он.

Это больше выглядело как попытка убедить себя — чтобы обрести душевное равновесие.

Он должен был понять, иначе он будет поглощен. Он должен был переубеждать себя, что это он создает волны и атакует её. Он не единственный, кто жаждал психологического превосходства и был готов лгать, чтобы удержать его. Но стоило ему задуматься, зачем ему вообще понадобился такой блеф, как ему открылся её страх.

Он заставил себя обнажить свои клыки, пока шёл на психологический кросс-каунтер.

Именно.

— По крайней мере, ты не можешь «хватать» живых людей!! Может быть, это из-за материала, например, белка, а может, разум другого человека создаёт помехи в твоей силе, а может, и вовсе что-то другое!!

Если это было правдой, то она не смогла бы напрямую остановить его атаку.

Её сила могла напоминать полтергейста, который заставлял мебель двигаться самопроизвольно в старом особняке. Говорили, что за такими случаями стояли необнаруженные природные эсперы, известные как Gemstones, особенно дети, чьи силы спонтанно пробуждались в период сильного стресса. И эта девочка, судя по всему, могла сознательно управлять подобной силой.

Она могла хватать предметы и перемещать их.

Чтобы остановить его, ей пришлось бы прибегнуть к непрямой атаке, а это создало бы мгновенную задержку.

Значит, ему нужно было достичь её прежде, чем это произойдёт.

На ближней дистанции нож был страшнее пистолета. По той же причине ему не нужно было бояться её силы, когда он прямо перед ней!!

— И что?

И в тот же миг она раздвинула указательные пальцы.

Она отвела их далеко вправо и влево.

Она оказалась чуть быстрее. Она «ухватила» что-то, а затем вновь направила два пальца на него.

Словно челюсти, смыкающиеся в укусе.

— Какая разница?

Вслед за этим раздался глухой гул.

Два огромных здания по обе стороны от них были вырваны из фундаментов и с безжалостной силой обрушились друг на друга, поглотив Камидзё Тому, находившегося между ними, и полностью стерев его со сцены.

Часть 6

— Фух.

(Кажииись, я переборщила. Чую запах газа.)

Майдоно Хосими вздохнула.

На этот раз у неё не было никаких ограничений, а значит, она могла убить столько людей, сколько потребуется для достижения своей цели. Но эта атака явно была чрезмерной и бессмысленной. С точки зрения сценической магии, это выглядело так, будто фокусник в гневе кричит на зрителя, который вот-вот раскроет его трюк.

Она сдвинула два небоскрёба на два корпуса в сторону, с левого и правого флангов. Эти здания были слишком тяжёлыми для перемещения кранами и слишком нестабильными для проведения работ — их пришлось бы сносить, чтобы расчистить главную магистраль. Поскольку же они были вырваны из фундаментов, оказались повреждены электрические, газовые и водопроводные коммуникации. Особую проблему представляла газовая магистраль. Благодаря искусственной отдушке она чувствовала запах, и при стечении обстоятельств рисковала самой быть взорванной.

Нет ничего глупее, чем исполнять фокус «разрезание человека пополам» и в итоге действительно располовинить себя.

Краеугольным камнем всегда было и остаётся обеспечение собственной безопасности — прежде всего.

В этом смысле девушка-Санта оказалась второсортной иллюзионисткой, раз не позаботилась о собственной безопасности в первую очередь.

— …

После короткой тишины она отвела взгляд.

Её светлый парик развеялся, когда она развернулась на 180 градусов, отворачиваясь от стыка двух зданий, сжатых так плотно, что между ними не просунуть было и лист бумаги.

(У этих двоих скоро должно получиться выползти из этого полуразрушенного здания. Наверное, надежнее будет дождаться их и прикончить самой, чем просто рушить здание в надежде на их смерть. Если я полностью не уверена, мертвы ли они, то это может заставить моего заказчика волноваться.)

Но больше всего её не отпускала другая мысль.

Здесь не было прямой причинно-следственной связи. Её раздражал сам факт, что она, одержавшая победу, всё ещё испытывает страх перед тем парнем, однако она не могла игнорировать голос собственного подсознания.

(Тот парень дал тому клону какие-то инструкции. Мне нужно разобраться с ней, вернуть робота-уборщика и завершить транспортировку Ласт Ордер. Это всё? На этом должно быть всё кончено. Всё больше становится похоже, что это Рождество я проведу в одиночестве.)

— Мне нужно сходить куда-нибудь и съесть один из тех пончиков, покрытых кремом. Разрезание красно-фиолетового шоколада и башни крема из матчи ножом должно вернуть меня в хорошее настроение.

Пока она ворчала и приводила в порядок свои планы, её внимание привлекло нечто другое.

Телефон в её кармане уже некоторое время настойчиво звонил.

Она взяла вибрирующий мобильник и увидела того абонента, которого ожидала.

— Это было необязательно, — раздался голос в трубке.

— Вы думаете, я без Вас не знаю? — она ответила.

— Тогда зачем ты это сделала?

— Заткнитесь. Это вы, взрослые, сделали меня такой.

В ней пылала тихая ярость.

Но от этого она не становилась менее опасной.

— Я не могу пользоваться палочками для еды.

Это прозвучало странно для старшеклассницы.

И было произнесено с нескрываемой, глубочайшей горечью.

— Вам это кажется мелочью? Наверное, да — ведь это Вы отняли это у меня! Но когда ты не способен делать то, что все другие умеют, это сковывает сердце куда сильнее, чем любые ваши расчеты могли предсказать! Я могу управлять вещами лишь указательными пальцами. Потому что Вы сделали меня такой. Вы обрушили это на меня без предупреждения, назвав это лишь «оптимизацией» моих способностей!!

Раньше она была старостой класса, которая умела всё.

Она не была намного умнее других и уж точно не могла похвастаться выдающейся физической подготовкой. Но в вопросах житейской мудрости и хороших манер к ней всегда можно было обратиться без колебаний. Именно там она нашла своё место.

И потому она не могла позволить себе споткнуться на этих простых вещах. И всё же...

— Я чувствую себя маленьким ребёнком. Каждый раз, когда мы общаемся в школе или едим вместе после уроков, я тянусь к вилке или ложке, сжимаясь от страха, что окружающие узнают правду!!

Она заметила, что её собеседник замолчал.

Но это был не тот, кого можно заставить замолчать простым давлением. Эта тишина почти наверняка была пронизана раздражением. Он не был настолько глуп, чтобы избавляться от ценного сотрудника по чисто эмоциональным причинам, но с её стороны это всё равно было ошибкой.

Она намеренно выровняла дыхание, прежде чем продолжить.

— Я выполню указания, ведь мне тоже нужна “тёмная сторона”. Но, пожалуйста, хватит ожидать большего от меня. Соответствовать нормам общества? Адаптироваться к обстоятельствам? Я не могу. Вы должны это понимать, как один из тех, кто лишил меня этих возможностей, чтобы мной было легче манипулировать. Так что я сделаю это самым легким способом. Как Вы того и хотели в своём эгоизме.

Она понимала, что сейчас последует длинная инструкция, но на её лице, пока она держала телефон, появилось выражение недоумения.

Затем она тихо цокнула языком.

— Простите, — произнесла блондинка-Санта.

Она испытывала отвращение к этому человеку, но не могла и бросить свою работу. Оценки и происхождение ничего не значили на тёмной стороне. Здесь всё решали только результаты. Она не могла позволить себе провалы, если хотела выжить.

— У меня ещё есть что Вам сказать, но сейчас мне нужно вернуться к работе.

У неё уже было основание сбросить звонок.

А именно..

— Я скажу Вам, почему Вам должно быть не всё равно.

— …

Она услышала голос.

Невероятно обычный мужской голос донёсся у неё за спиной.

Но как? Как, чёрт возьми???

Во время их предыдущей схватки она понимала, что парень был покрыт потом и все его действия были блефом. Отчасти это было психологическим давлением на неё, но также и способом заставить себя продолжать действовать после множества ранений и ударов. Такой метод мог быть эффективен, особенно в Академ-Сити, где бои часто строились на силах эсперов. И как стандартный приём, он был легко распознан Майдоно Хоcими, искусной в грязных тактиках.

Но что это было?

Уж не скрывался ли за этим ещё один трюк, который она упустила из виду?

Или же ситуация катастрофически дальше ушла за рамки её тактик?

Кто-то, кроме неё самой, говорил так плавно и многословно, что сложно было определить — было ли это полностью просчитано или же абсолютно непреднамеренно.

Так что же это было!?

— Если твой телекинез может перемещать только неодушевлённые объекты, тогда всё сходится. Я всё гадал, почему ты не являешься пятым уровнем со всей этой силой, но теперь, кажется, я понял. Я бы ни за что не хотел иметь твои способности. Универсальные силы Мисаки и психологические умения той #5, о которой я слыхал, звучат как более интересные варианты, если бы у меня была возможность обменяться с кем-либо способностями на денёк. Твоей силе просто не место среди этих высших рангов.

— ………………………………………………………………………………………………………………

Шестерёнки в сознании Майдоно Хосими заклинило.

Её тщательно выстроенный график действий распался именно здесь.

— Ты не можешь никого спасти и не можешь никого заставить улыбнуться. Всё, что ты умеешь — это разрушать.

В его голосе звучала почти что нота сожаления, будто он видел, как кто-то другой получил ужасную рану.

— Как ты дошла до такой жизни? ..Я слышал, как ты говорила, что не умеешь пользоваться палочками для еды.

Словно скрипучая кукла, она снова развернулась на 180 градусов. Казалось бы, инициатива должна была принадлежать ей, но заставил её обернуться кто-то другой.

И вот он.

Совершенно обычный парень стоял там, как ни в чём не бывало.

С пропитанным кровью боком.

Он покрылся потом пугающе обильно для декабря, а лицо его было осунувшимся и бледным.

И всё же его тело отказывалось подкашиваться.

Более того, даже его кости не должны были уцелеть. Такая атака — не та, что можно пересилить за счёт психологического подъёма от какого-то блефа.

— Как ты это сделал?

— А ты как думаешь?

— Я использовала два небоскрёба высотой более 50 этажей! Мой предел в сто тысяч тонн оказался недостаточен? Или ты утверждаешь, что способен удержать атомные авианосцы голыми руками!?

— Я же не попал в механические ловушки древних руин. В зданиях были окна и двери на первом этаже. Достаточно было ворваться в одно из них — и я оказывался в пустом пространстве всего этажа. Если уж ты решилась на такое, нужно было давить, пока оба здания не сплющатся в лепёшку, как при обработке золотой фольги.

И кроме того.

Или из-за этого.

Он слышал, как она упоминала палочки для еды.

Винить в этом ей приходилось только себя — за то, что не проверила мертво ли это тело.

Столько лет она лгала подругам, тщательно скрывала свою тайну ото всех в повседневной жизни — и вот она так легко сорвалась с губ именно здесь.

Психологическое давление?

Психологическая поддержка?

Это было нечто, что невозможно было объяснить словами вроде этих.

— Я убью тебя.

— Можешь попробовать.

— Я убью тебя!!!

Скорее всего, эти эмоции на самом деле были направлены не на этого взъерошенного старшеклассника перед ней. Он просто попал под раздачу. Но она больше не могла сдерживаться. Она погрузилась в тёмную сторону до точки невозврата. Она осознавала это так остро, что готова была рассмеяться, но смириться с этим было выше её сил.

Ей казалось, что всё это время было потрачено впустую.

И эту вечную боль, что ноет в сердце.

И ту самую школьную жизнь, что она слепила в лоскутное одеяло — ложью, скрывавшей правду от непосвящённых.

Она ощущала, как из глубин её сознания поднимается неопознанный шум. Она чувствовала это, но не могла остановить. В этом-то и заключалась досадная особенность человеческой психики. Ситуация вышла из-под контроля куда сильнее, чем она могла себе представить.

— Да!! Да, это так!! Я не могу делать то, что другие принимают как должное. Я не могу управлять этими двумя деревянными палочками одной рукой и есть ими еду! Я не умею использовать палочки для еды!! Всё, что я могу — это сжимать их в кулаке и тыкать в еду, словно маленький ребенок!! Но ты не поймешь, каково это, когда взрослые отнимают у тебя обычные для всех вещи!

— Отнимают?

— Современные технологии позволяют удалять конкретную информацию из мозга, не повреждая сами нервные клетки. Технически, возможность восстановления существует, но, полагаю, единственная, кто действительно способен на это — Пятый номер Академ-Сити.

У неё гудело в голове.

Всё тело пылало изнутри, вышибая воздух из лёгких.

И когда она кричала на него, на глазах проступали слёзы.

— Но если направить в определённый участок мозга колоссальный объём информации, чтобы перезаписать его, и повторять это снова и снова, это станет необратимым. Это известно как метод сигнального смещения. Мой разум был оптимизирован для использования этой силы. Путем удаления всего лишнего!!

И потому она была неспособна на это.

Всё ради того, чтобы сконцентрировать нервные импульсы исключительно на указательных пальцах.

Теперь она не могла выполнить действие, которое прежде давалось ей легко — то, что доступно даже дошкольникам.

— Хочется смеяться, не правда ли?

Её губы расслабились.

Но не потому, что она улыбалась.

Есть дети, которые не умеют писать или умножать. И столкнувшись с преградой, которую остальные проходят без труда, они не могут двигаться дальше и сходят с рельсов школьной жизни.

Она была такой же.

И, в ужасе от того, что скажут люди, если узнают, она хранила это в секрете.

— Всё, чего я хочу, — это просто наслаждаться едой с друзьями, не думая ни о чём. Всё, чего я хочу, — это сидеть в ресторане, не сгорбившись от страха, что все на меня смотрят. Я хочу лишь этого, но в один момент я обнаружила, что погрязла в трясине, из которой невозможно выбраться!

Послышался свист рассекаемого воздуха.

Она резким взмахом пальца запустила в цель осколок стекла, лежавший у её ног.

Её предел веса превышал сто тысяч тонн.

Но теперь, после двух целых небоскрёбов, она применила прозрачную иглу всего в несколько миллиметров.

Человеческое восприятие адаптируется к раздражителям и автоматически корректирует их, без участия сознания. Обычный человек не успел бы приспособиться к столь внезапному изменению масштаба — и игла пронзила бы его лоб, прежде чем он осознал происходящее.

— Понятно.

— !?

Это было странно.

Парень не дрогнул.

Внезапно его правая рука взметнулась вверх, обращённая к ней обычной ладонью — и этого оказалось достаточно. Стеклянный осколок, что должен был пронзить цель с расстояния в несколько метров, беспомощно рассыпался, так и не долетев.

Он разорвал его.

Он сокрушил его.

Он уничтожил саму её способность — ту самую, что была подобна невидимому фуникулёру.

И всё же он ничего не сказал об этом.

Но не потому, что хотел скрыть свой козырь.

Скорее это было похоже на то, что ему было важно сказать нечто иное.

— Ну что, теперь тебе чуточку легче?

— А?

Она не понимала.

Но его слова, казалось, с силой врывались в пустоту её сознания.

— Просто ты столько времени не могла никому рассказать об этом, а сейчас высказалась. И как? Может, это было больно и унизительно, может тебя распирало желание топнуть ногой и забиться в конвульсиях, но почувствовала ли ты хоть каплю облегчения, выплеснув всё это?

Почему он говорил так, словно знал это на собственном опыте?

Люди, которые делают вид, что понимают твою боль, должны вызывать самое сильное раздражение — но его слова попали точно в цель.

Подумав некоторое время, она ненадолго замолчала.

У неё не было объективных доказательств, но могло ли это быть правдой?

— Ты... тоже?

— …

— Ты тоже что-то потерял? Нет, у тебя тоже что-то отняли!?

Она догадывалась, что правая рука этого парня была особенной. И сейчас он использовал именно её.

— Мои воспоминания.

— Нет…

— Я потерял всё, что было до этого лета. Целых 15 лет жизни.

Он говорил без особой громкости.

Не было ни широких жестов, ни драматических интонаций. Будь в его речи хоть капля наигранности — такая профессионалка, как она, мгновенно бы это распознала. Но ничего подобного она не увидела. Именно поэтому его слова обрели такую весомость.

Этот реалистичный звук словно заставил воздух застыть, словно лёд.

Правда не была милосердной.

Она, погружённая в тёмную сторону ради самозащиты, знала это слишком хорошо. Более того — она понимала, что голая правда может стать оружием, способным наносить раны человеческой психике.

— Хотя, судя по всему, это касалось лишь эпизодической памяти, так что, в отличие от твоей ситуации, это не влияет на мою повседневную жизнь. И я не могу этого объективно доказать — совсем как в твоей истории с палочками для еды.

Разве так бывает?

Как такое возможно?

У неё были свои опоры в жизни. Даже убивая людей во время работы на тёмной стороне, она цеплялась за необходимость защищать свои связи с другими. Именно эти связи заставляли её стыдиться своих неумений, лгать, чтобы скрыть их, и погружаться всё глубже в трясину.

Но.

Разве она хотела сдаться лишь потому, что было трудно? Нет.

Сколько бы ни разрывало сердце — она никогда не хотела терять воспоминания, связанные с этими людьми. Именно эти связи давали ей силы двигаться сквозь тьму. Она так хотела сохранить в себе этот маленький огонёк.

И это... отняли у него?

— Тогда как?

Слова сорвались с её губ.

Она всеми силами избегала этого вопроса с самого начала, но теперь сама искала ответ.

— Как ты вообще продолжаешь жить!? Твоя ситуация куда ужаснее, и ты не можешь вернуть утраченное, как ни старайся! Неужели не проще просто возненавидеть тех, кто это с тобой сделал!? Как!?

Он был обычным парнем.

Может, он и привык к ненормальным сражениям, но в глубине души оставался слишком уж наивным.

Она, погружённая в тёмную сторону, чувствовала это слишком явно. Само наличие у него другого пространства жизни делало его фундаментально иным по сравнению с ней.

Кто это с ним сделал?

Ответ, по правде говоря, не имел значения. Когда ты теряешь нечто важное, это словно даёт тебе разрешение ненавидеть весь окружающий мир. Ведь никто не заметил происходящего, никто не защитил тебя, и теперь уже слишком поздно. Можно кричать об этом, оправдывая любые свои поступки. Ему фактически вручили абсолютное право жертвы.

Но.

Парень покачал головой.

— Это не было бы проще.

— …

Он жил в другом мире.

— Этот путь полон боли. Я бы не выдержал. Поэтому я так долго скрывал потерю памяти. Хотя это был отчаянный и полный дыр поступок, так что некоторые всё равно догадались. Но именно поэтому я больше не буду полагаться на неосязаемые вещи вроде воспоминаний. У нас ведь целый мир перед глазами. Я бы многое упустил, если бы не наслаждался им вместе со всеми. Улыбаться и бегать вместе — куда более лёгкий путь.

Их ценностные ориентиры были фундаментально различны.

И потому они не могли понять друг друга.

— А как насчёт тебя?

И всё же его голос не покидал её сознание.

Те слова не имели для неё никакого смысла, но она не могла изгнать их из головы.

— Мы потеряли разное и разными путями, поэтому я спрашиваю: разве так уж комфортно навсегда оставаться в плену своей потери? Да, ты не умеешь пользоваться палочками, и этого не изменить. Но разве ты не хочешь стать человеком, который способен посмотреть на это и сказать: "ну и что?"

— Я не могу.

— Можешь.

— Это не так просто!! Нельзя просто взять и заполнить пустоту чем-то новым!! Это не простая арифметика, где один плюс один равно два!! Одинаковый объём данных не означает одинаковое содержание. Это должно было и тебя истощить, так что хватит пытаться насильно всё исправить. Я не могу даже представить, каково это — потерять воспоминания. Это куда ужаснее, чем неумение пользоваться палочками! Ты должен быть куда более мёртвым внутри, чем я!!!!

— Я потерял воспоминания, и они не вернутся. Ну и что? Я всё же дошёл до этого момента, хоть и потратил на это время. А где сейчас находишься ты? Какая часть этого долгого пути кажется тебе самой комфортной?

Тогда в чём же дело?

Где пролегла разница между ними?

Это были не слова постороннего, не понимавшего её боли.

Нашелся тот, кому пришлось хуже, чем ей.

Но как тому парню удалось прийти к такому решению?

— Не то чтобы у меня была причина.

— …нись

— Я что-то потерял. У меня что-то отняли. Да, это больно, но это не даёт мне права делать что угодно. Вообще, дело не в том, что весело, а что болезненно. Я просто не хочу становиться таким человеком.

— Заткниииииииииииииииииииииииииись!!!!!!

Рёв раздался не в воздухе, а под ногами. Асфальт вздыбился прямо рядом с Майдоно Хосими. Но на этом всё не закончилось. Это был лишь катапультный запуск. Следом из-под земли был вытолкнут целый туннель. Пути метро взлетели на поверхность.

Без всякого предупреждающего свистка.

Судя по всем датчикам и сенсорам в передней части, это был, вероятно, поезд без машиниста. Возможно, грузовой состав с рождественскими товарами, но даже будь он пилотируемым — это уже не имело значения.

Восьмивагонная металлическая махина, изгибаясь и разрывая воздух, неумолимо устремилась к Камидзё Томе. Если говорить исключительно о чистой физической разрушительной силе — это превосходило мощь Рейлгана, #3 Академ-Сити. И достигалось это не её силой. Поезд двигался исключительно на собственной электрической тяге.

Но.

Однако.

— Я повидал многих людей — даже потеряв память

Он сместился на метр вправо.

Всё, что он сделал, — это один лёгкий шаг.

Он просто вышел за пределы предопределённых рельсов.

Не обращая внимания на оглушительный рёв разрушения, он не отводил от неё взгляд.

— Я видел элитных Пятых Уровней и тех, кто забросил учёбу, сколько ни бились над задачами. Я видел курящего мага, не сумевшего защитить самого дорогого человека, и Святую, которую неизменно преследовала трагедия, хотя сама она была ни в чём не виновата. ...Таких не двое. Каждый несёт в себе боль, которую не понять другим, но все стискивают зубы и продолжают бороться. Этот мир недостаточно мал, чтобы разрывать его на куски лишь из-за наших личных причин!!

Тогда.

И что же ей оставалось делать?

Переосмысление своего отношения к миру не заставило бы его внезапно начать благоволить ей.

Жестокая реальность останется прежней.

После всего содеянного пути назад с тёмной стороны для неё не существовало. Один лишь взгляд на кровавый след, оставленный ею, вызывал тошноту. Ей необходима была эта горечь — та, что убеждала в оправданности её поступков. Лишь безоглядно устремляясь вперёд, она могла верить, что достигнет того нелепого будущего, где однажды будет смеяться с друзьями, не обременённая всеми этими тяготами.

Хотя в глубине души она понимала: это стало невозможным с момента, когда она впервые убила человека.

В глубине души она сдалась ещё тогда, и с каждым новым убийством — со вторым, третьим — это давалось всё легче.

— Да.

Донесся странный звук.

Звук исходил не от её силы. Она вообще ничего не сделала.

— Так что если ты собираешься мучиться этим в одиночестве, если ты собираешься транжирить данные тебе возможности, позволяя неосязаемым вещам сковывать себя…

Тогда что же издало звук?

Она подняла взгляд и увидела, как тот парень тихо, но с силой сжимает правую руку.

Она увидела, как его пальцы сомкнулись в кулак.

И услышала его слова.

— Тогда я разрушу эту чёртову иллюзию — до последнего клочка.

Часть 7

Один шаг.

Камидзё Томе требовалось лишь мужество сделать этот единственный шаг — и битва могла бы завершиться.

Его бок был распорот, и небрежные швы Мисаки Имото едва ли могли считаться полноценной помощью. Затем он вынужденно выкручивал тело, уворачиваясь и защищаясь от атак Майдоно. Он боялся даже представить, что творится под его одеждой сейчас. Возможно, рана выглядела ещё ужаснее, чем в момент самого удара.

Но.

Даже так.

(Я положу этому конец.)

Он должен был спасти Ласт Ордер, чего бы это ни стоило.

Его потерянные воспоминания и неумение Майдоно пользоваться палочками — не вина Ласт Ордер.

Он должен был остановить Майдоно Хосими.

Продолжение накопления её преступлений не вернёт ей то, чего она жаждет. После этой битвы её ждёт всё та же безжалостная реальность. Но если она не остановится сейчас — обратного пути не будет. Он не мог позволить ей отдалиться ещё дальше от мира, о котором мечтала.

Место для уловок кончилось.

Оба понимали позицию друг друга. Попытки завлечь противника новыми речами стали бессмысленны. Ему оставалось лишь бросить вызов в лобовом столкновении.

Он понял её. И она поняла его.

Этого понимания было более чем достаточно.

И потому.

Им не нужен был сигнал к началу.

— Клянусь, я положу этому конец! Здесь и сейчас!!

Она нацелила на него оба пальца-пистолета.

Это был безнадёжный противник.

Они жили в разных мирах.

Но почему-то казалось, что она улыбается. Её лицо исказилось, готовое разрыдаться, и всё же он видел на её губах подобие улыбки.

Наконец-то.

Впервые.

Словно она нашла того, кому могла показать свою уродливую и жестокую правду.

— Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!!!!!!

— Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!!!!!!

Они кричали в унисон.

Камидзё Тома, сжимая правую руку в кулак, ринулся вперёд, а Майдоно Хосими обрушила на него два своих телекинетических пальца, что могли сдвинуть с места целый атомный авианосец.

Земля вздыбилась, обнажая повреждённые трубы.

Вокруг него взрывались пламя и ударные волны, но парень, пригнувшись и стиснув зубы, рванулся сквозь них, в то время как огромный экран, установленный на стене здания, обрушился вниз подобно гильотине. Стекло и металлические осколки разлетелись во все стороны, и на щеках Майдоно проступили алые царапины. Она и сама не ожидала этого, но теперь ей было уже всё равно. Экран врезался в землю, разлетелся на куски, изогнулся и отскочил вверх, а она снова «ухватила» его двумя указательными пальцами. Она развела пальцы в стороны — и ЖК-панель размером с туристический автобус разорвалась легче, чем тост, а его половинки взметнулись, словно кулаки великана.

Серое пылевое облако заполнило воздух.

Оно угрожало скрыть всё, но этого не произошло.

Камидзё Тома на полной скорости ринулся к девушке-Санте, исчезающей за серым занавесом.

Её должно было поглотить незримое тёмное течение, унося за пределы досягаемости.

Он отказался позволить этому случиться.

Он двигался, словно стремясь воплотить свои мысли в действия.

— Ты что, бессмертный?! — крикнула она, хотя, вероятно, понимала, что это не так.

Она нанесла прямой удар правой и хук левой. Эти руки могли бы отшвырнуть автомобиль на крышу небоскрёба, но Камидзё избежал их, лишь уклонившись всем телом.

Здесь не было никакой особой способности. Он не полагался на удачу или божественное провидение.

Он будет защищать.

Он спасёт.

И это относилось не только к похищенной Ласт Ордер, но и к самой Майдоно Хосими. Если всё, что требовалось, — протянуть руку к находящемуся перед ним человеку, он мог заставить ноги не дрожать. В конечном счёте, у него был лишь этот правый кулак. Чтобы положить конец этому, ему нужно было сблизиться. И он сделает это. Мощные взрывы, острые осколки стекла и металла, летящие вокруг, не имели значения. Если нельзя спасти, не достигнув её, он добьётся этого, преодолев всё. Он стиснул зубы и проглотил боль.

Да.

Само собой разумеется, он был весь в крови.

Он не выйдет из этой схватки невредимым. Рана в боку была не единственной. Его сотрясали ударные волны, пронзали острые, как лезвия, осколки. Тёмно-алая кровь сочилась по всему его телу, но он с самого начала решил: он сделает этот шаг. Это решение позволило ему двигаться. И в этом не было никакой тайны.

— Не бойся.

Неважно, осталось ли десять секунд, пять или всего одна.

Ему нужно было всего лишь заставить своё тело слушаться чуть дольше.

Если ему это удастся, он разорвёт цепь трагедий, что завлекла Майдоно Хосими в паутину!

— Возможно, ты так и не научишься пользоваться палочками, возможно, у тебя отнимут всё, и, возможно, тебе предстоит провести жизнь в тюрьме, но я никогда не оставлю тебя!

Глухой, оглушительный удар — куда более сокрушительный, чем можно было ожидать, — прокатился по разрушенным улицам.

Его правая рука обрушилась на неё.

Что почувствовала эта убийца с тёмной стороны, когда тяжёлый удар обжёг её щёку?

Она не издала ни звука.

Та, что жаждала быть обычной сильнее всех на свете, безвольно рухнула на землю.

Часть 8

Насколько надёжно нужно обездвижить могущественного эспера — вопрос чрезвычайно сложный, но в данном случае ответ был очевиден: всё заключалось в её указательных пальцах. Камидзё подобрал валявшийся поблизости рулон монтажной ленты — вероятно, закатившийся со стройки, — сложил кисти бессознательной Майдоно Хосими в кулаки и туго обмотал лентой до самых запястий. Затем он убрал её руки за спину и скрепил их там.

(Майдоно…)

Присев на корточки, он внимательно всмотрелся в её лицо.

Та девушка не могла сделать то, что доступно большинству.

Окажись Камидзё зацикленным на своих утраченных воспоминаниях, он мог бы стать таким же, как она.

(Чем вообще такой обычный старшеклассник, как я, может ей помочь?)

— Тома!!

— Вааа! Это же не костюм Санты, так почему ты весь в красном!?

Тем временем, остальные девушки собрались вокруг.

Мисака Микото, держа на руках Индекс, спускалась по стене здания.

— Меня больше всего впечатляет то, что ты остался без единой царапины. Да и как-то выбрался наружу, когда лифты не работают.

— Фу, как испачкались волосы и пальто. Надеюсь, в этом здании не использовали асбест. Мы ничего не могли поделать с полуразрушенным бетоном, а сочетание порванных газовых труб и силовых кабелей было просто адской смесью! Пришлось повозиться, взламывая систему умной башни и отключая газ. Не будь этого, я бы появилась здесь чуть раньше.

Мисака Имото тоже вернулась, таща за собой робота-уборщика, обвязанного жёлто-чёрным строительным шнуром.

— Ласт Ордер там? — спросила Микото.

— Предположительно, да, но мы не можем безрассудно вскрывать робота, не проверив его на неэлектронные ловушки с помощью стеклянного предохранителя, сообщает Мисака, демонстрируя свою полезность.

Похоже, этот клон успел перенять те же риторические уловки, что и офисные работники, стремящиеся уклониться от реальной работы.

Как бы то ни было...

— Разберись с этим, ладно?

Камидзё перебросил им телефон, найденный у Майдоно, но, по неизвестной причине, две девушки с одинаковыми лицами начали ожесточённо спорить из-за него.

— Это деликатная задача, где максимальная мощность не имеет значения, поэтому ты оскорбляешь Мисаку, намекая, что она будет бесполезна, заявляет Мисака, старательно подчёркивая, что она совсем не похожа на невоспитанный Оригинал.

— Тогда, может, устроим соревнование по кибератакам? Можешь даже подключиться ко всей Сети Мисак, если хочешь. И кого это ты назвала невоспитанной?

— Тогда призом будет один из тех модных пончиков. Мисака закажет его через велокурьера, и посмотрим, кто взломает устройство до его прибытия, предлагает Мисака.

— Договорились. Но разве смысл этих пончиков не в том, чтобы их украшали твоим собственным "счастливым цветом"?

Они продолжали препираться, прижавшись щека к щеке и уставившись в экран телефона. Возможно, они и соревновались, кто первым взломает пароль, но выглядели скорее как две подружки-сестрёнки.

Тут сбоку вмешалась Индекс.

— Разве не 58051?

— Нельзя же просто взять и угадать число наугад в надежде, что... эээ!? Ты шутишь! Почему мой анализ тоже показывает 58051!?

— Предоставим оккультной девушке похвастаться её мистическими способностями, заявляет Мисака, содрогаясь от этого паранормального явления. Мисака слышала, что астрология и гадания используют математику и статистику, но что именно произошло здесь?

— Ура, пончик мой☆ — прокричала Индекс.

Пончик подозрительного вида, обильно покрытый взбитыми сливками, был доставлен велокурьером и в мгновение ока оказался в желудке Индекс. Теперь и она была на их стороне. Их беззаботная рождественская атмосфера была слишком ослепительной для парня с торчащими волосами, наблюдающего из тени.

Телефон — настоящий кладезь информации.

Они ничего не знали о Майдоно Хосими, включая её настоящее имя.

Если бы она действовала в одиночку, на этом всё бы и закончилось. Но если у неё были сообщники, угроза для Ласт Ордер ещё не миновала. Могут ли они сдать эту девушку в Анти-Навык, облегчённо вздохнуть и вернуться к празднованию Сочельника — или им нужно оставаться настороже? Даже будучи любителями и тратя силы на эти размышления, они не могли успокоиться, не выяснив этого.

Однако.

Микото, не глядя на экран, бросила ему телефон.

— Держи.

— ?

— Я не знаю, что там произошло, но только у тебя есть право это смотреть.

Было ли это правдой?

Ему хотелось верить, но он и сам не был уверен.

Копаться в чужом телефоне — занятие недостойное. Больше всего выделялись ссылки на книги и видео о правилах этикета. Скорее всего, они были связаны с использованием палочек для еды. Она, похоже, избегала книг для маленьких детей — вероятно, это слишком ранило её самолюбие.

Сквозь эти строки обычного цифрового текста проступала сама суть ранимой человеческой натуры подростка.

В альбоме было немало фотографий, но, что странно, блондинка ни на одной из них не присутствовала. Сначала он подумал, что это просто снимки её друзей, но вдруг осознал: она скрывала свою настоящую внешность под париком и цветными линзами.

Когда он присел на корточки и снял парик с бессознательной девушки, перед ним предстала удивительно миловидная девушка с каре.

Именно она чаще всего оказывалась в кадре на всех фотографиях из альбома.

В телефоне, казалось, не было указано её настоящее имя, но установить личность, возможно, удалось бы, проанализировав людей и объекты на фоне снимков. Впрочем, он не видел ни единой причины делать это.

— …

Все девушки на фотографиях улыбались.

Но все эти сцены были лишь фасадом, созданным, чтобы скрыть её комплекс.

Майдоно Хосими, должно быть, — вымышленное имя.

Она жила подобно тому, кто вынужден всегда подбирать одежду, скрывающую давно сделанную татуировку. С той лишь разницей, что в эту ситуацию её навязали другие.

(Всё это... невозможно передать, полагаясь лишь на кулаки.)

— Мисака.

— ?

— Я просмотрел почти всё, но там слишком обыденно. И, кажется, у неё не было другого телефона. Я не особо представляю, как устроен тёмный мир, но для работы там нужен какой-то инструмент для связи, верно? Должно быть, в этом телефоне есть скрытый раздел.

— Я проверю, но есть ли места, с которых стоит начать?

— В журнале вызовов и адресной книге ничего нет. Я просто хочу знать, с кем она контактировала.

— Поняла, — ответила школьница, буднично принимая телефон и задание.

И вскоре…

— Здесь действительно ничего нет.

— В смысле?

Его удивило, что Микото так легко сдалась.

Но почему-то она ухмылялась.

— Проще говоря, этот телефон используется только для подключения к специальному серверу, который работает как удалённое цифровое хранилище для всех её рабочих документов и контактов. Так что даже если она потеряет телефон или его украдут, достаточно разорвать это единственное соединение — и утечки информации не произойдёт.

— Значит, мы в тупике? Похоже, она отправляла Ласт Ордер куда-то, значит, должен быть кто-то, кто должен был её забрать.

— В обычной ситуации — да.

Микото подмигнула и потрясла взятый телефоном.

Раздался монотонный гудок.

— Мы проникли. Ладно, теперь твоя очередь.

— Нет, сомневаюсь, что там есть что-то из её личной жизни. Да и если это рабочая информация, то тут ничего странного.

На телефоне отображался незнакомый экран со списком файлов. Даже расширения в конце названий были ему незнакомы. Он попробовал открыть несколько, но текст внутри оказался совершенно непонятен. Это не походило на юридические контракты, которые подписывают взрослые, но уровень непонимания был сопоставим. Столько специфичных терминов и витиеватых формулировок, что он не мог осмыслить ни единого абзаца.

— Стоит ли Мисаке обобщить информацию?

— Пожалуйста.

— Если кратко, то это связано с председателем правления, сообщает Мисака.

— С ним?

Камидзё прозвучал смущённо.

Под «ним» подразумевался не человек по имени Алистер, а тот, кто занял его пост после ухода Алистера.

Этот человек имел тесную связь как с Мисакой Микото, так и с Мисакой Имото.

И, что важнее, — с Ласт Ордер.

— Да, если этому файлу можно верить, — Микото мягко кивнула. — Здесь говорится, что новый председатель правления начал уничтожать тёмную сторону Академ-Сити, но те, кто привык к тени или не может из неё вырваться, выступают против этого решения. Поэтому им нужен эффективный козырь.

— …

План председателя правления, должно быть, был куда проще на словах, чем на деле.

Даже объявив о столь идеалистической цели, нельзя было гарантировать, что дрожащие от страха люди решатся выступить со свидетельствами, а другие и вовсе могли быть против самой этой идеи. И если бы всё рухнуло и попытка провалилась, первой мишенью для возмездия стал тот, кто поднял знамя и возглавил атаку.

И он сразу показал, насколько далеко готов зайти.

— Для начала он обнародует собственные преступления, — продолжила Микото.

— Что?

— Похоже, он не шутит. Он собирается раскрыть всё, что совершил: в первую очередь убийство более 10 000 клонов в ходе того эксперимента. Так он покажет, что исключений не будет. Похоже, он считает, что только так можно вытащить запуганных скептиков на свет. ...И он уже сдался властям в участке Анти-Навыка.

— Он сам сдался?!

— Он уж точно не производит впечатления человека, способного на такое, но, судя по всему, это правда.

Наказание его не смягчилось бы из-за условий и своевременности этого поступка. Как только преступления всплывают, за них приходится платить. И, похоже, ему уже не суждено вновь выйти на свободу из-за решётки.

Мисака Имото склонила голову набок, просматривая файлы.

— Значит ли это, что новый председатель правления покинет пост ещё до конца года? Спрашивает Мисака. И какой смысл в этих усилиях, если следующий председатель вернёт всё на круги своя?

— Председатель правления имеет право уйти в отставку и выбрать преемника, но система не позволяет никому ниже него сместить его с должности. Точно так же, как голосование учителей в учительской не может привести к увольнению директора или председателя попечительского совета школы.

Академ-Сити был гигантской образовательной системой, созданной Алистером для достижения собственной цели, поэтому он не стал бы строить его так, чтобы другие могли вмешиваться в его действия.

Что означало...

— Так он думает, что сможет управлять городом из-за решётки, используя свои полномочия председателя правления? — предположил Камидзё.

— Похоже, он намерен довести начатое до конца. Что это за тенденция у людей на вершине власти в этом городе — заточать себя за толстыми стенами?

Так или иначе, теперь им стала ясна причина, по которой кому-то понадобилась Ласт Ордер.

Одна сторона желала уничтожить тёмную сторону Академ-Сити, а другая — помешать этому.

— Разве это всё?

Даже не задумываясь, Камидзё Тома начал искать врага.

— Неужели нет кого-то ещё? Например, того, кто стоит за всем этим!? Если это лишь разрозненные атаки одиночек, то мы не сможем ни секунды отдыхать!

Экран внезапно заполонили сообщения об ошибках.

Кто-то их заметил.

Но вместо разрыва соединения было похоже, что сами данные начали уничтожаться.

— Весь этот гнев направляет один человек. И держу пари, именно он обеспечивает деньгами и оружием для действий.

Но это не остановило Микото.

Их не интересовали доказательства, которые можно было бы представить в суде.

Им нужно было лишь имя того, кто стоял за всем происходящим. А поспешное удаление данных с сервера лишь подтверждало их достоверность.

И тогда Мисака Микото стала вслух зачитывать информацию, даже несмотря на её исчезновение.

— Неока Норито. Один из двенадцати членов Совета директоров.

Часть 9

С глухим щелчком Мисаке Имото удалось снять круглую крышку с верхней части пойманного ею робота-уборщика в форме барабана. Видимо, она не обнаружила никаких ловушек, которых опасалась. Камидзё удивился, что они так открываются — казалось, для этого требовалась специальная отвёртка нестандартного типа, но она, по-видимому, применила магнетизм, чтобы провернуть винты напрямую.

Внутри оказалось почти полое пространство, достаточное, чтобы внутри мог поместиться маленький ребёнок, свернувшись калачиком. Но поскольку внутри не было мусора, это должен был быть один из роботов, подготовленных (точнее, украденных) Майдоно Хосими для транспортировки Ласт Ордер.

Впрочем...

Ласт Ордер была без сознания, но, казалось, не пострадала, когда Мисака Имото подхватила её за подмышки и вытащила наружу.

Её конечности и рот были стянуты специальным управляемым шнуром, но это не выглядело ловушкой. А с таким электронным устройством Микото справилась бы без труда.

— Хм? Но если клон вроде неё не смог освободиться от этого электронного шнура, значит, я действительно превосхожу её в кибератаках??

— Почему неудача высшего номера ставит под сомнение качество Мисак в целом? Вопрошает Мисака, содрогаясь от нежелательных предположений. Высшему эшелону лучше бы усвоить урок.

К счастью, Ласт Ордер, должно быть, была слишком ценной заложницей, чтобы наносить ей повреждения — на ней не было заметных травм. Даже если её планировали использовать в гнусных целях, это всё равно была удача, учитывая масштабные разрушения, которые Майдоно Хосими причинила рождественскому городу.

Индекс, не снимая ситцевого кота с головы, задала вопрос.

Она спросила о решающем выборе, перед которым они стояли.

— Тома, что теперь?

— Хороший вопрос.

Если честно, простой старшеклассник вроде него не мог охватить всю картину происходящего.

Он предполагал, что это связано с интересами взрослых и балансом сил в городе, но это не означало, что он понимал конкретные детали. Нельзя провести операцию или обезвредить бомбу, руководствуясь смутным «ну, вроде бы понимаю». Вероятно, сейчас ему было не подойти к верному ответу чисто логическим путём.

— Для начала я бы хотел узнать, что за человек Неока.

Камидзё Тома не был из тех, кто запоминает, кто именно управляет городом или даже имя директора собственной школы. Это не имело ничего общего с потерей памяти — он просто никогда с ними не пересекался. Он знал о существовании тех двенадцати ультра-ВИПов на вершине Академ-Сити. Возможно, они были чем-то вроде кабинета министров при главе государства, но именно поэтому он не имел ни малейшего представления, кто они такие. Люди склонны запоминать разве что самого президента или премьер-министра на самом верху.

В обычной-то жизни ему бы никогда не понадобилось их знать.

— Согласно официальной информации, он является крупной фигурой в сфере безопасности, — пояснила Микото. — Среди таких шишек, как члены Совета директоров, большинство людей в возрасте, но он, на самом деле, довольно молод для этой группы. Впрочем, всё равно не ровня нам, детям.

— Понятно. У таких важных людей, наверное, есть список достижений на правительственном сайте или вроде того?

— Чёрт, у него даже есть свой аккаунт в соцсетях.

Камидзё уже начал терять нить рассуждений. Разве подобные криминальные вдохновители не должны были прятаться в глубинах подземных секретных баз, окутанные завесой тайны?

Но когда он взглянул на телефон Микото, то увидел страницу с очень официальным оформлением. Всё было настолько аккуратно, упорядоченно и стерильно, что совершенно не ощущалось человеческого тепла. Даже вывеска перед входом в корпоративный штаб казалась более живой.

Молодой человек хорошо смотрелся в костюме, но в нём не чувствовалось облика делового человека.

Скорее он походил на известного предпринимателя или киноактёра. Возможно, дело было в его чрезмерно молодом для костюма и ранга исполнительного лица виде, а возможно — в мускулатуре, видной даже сквозь пиджак. Впрочем, кто мог сказать, насколько отредактированы фотографии в его соцсетях? Не исключено, что на снимках вовсе не он, а двойник.

— Что подразумевается под "сферой безопасности"? Это другой способ сказать, что он продаёт оружие? Спрашивает Мисака, мило склонив голову набок.

— Угомонись, хитруля, — отрезала Микото. — И нет, всё не так. Похоже, он работает в сфере пожарной безопасности и предотвращения катастроф. Жертвует крупные суммы на благотворительность и волонтёрские программы... Конечно, всё это может быть камуфляжем, скрывающим его истинную сущность.

Это был не случай, когда добро подавляет зло.

И уж тем более — не попытка создать зло, превосходящее силу справедливости, чтобы обрести мнимое спокойствие.

Истинно безнадёжные люди примыкают к добру и справедливости. Они манипулируют этими понятиями в своих интересах, а когда этого недостаточно — переписывают сами системы.

— Пожарная безопасность и предотвращение катастроф на первый взгляд не таят угрозы, но при злоупотреблении эти системы способны на ужасные вещи, — пояснила Микото. — Роботы-спасатели могут быть переоборудованы в оружие, а можно и вовсе искусственно создавать катастрофы.

Так или иначе, он был одним из двенадцати ВИПов, управляющих Академ-Сити.

Майдоно Хосими была лишь авангардом.

У него наверняка были свои козыри. Он находился на вершине Академ-Сити, управляющего всей мировой наукой и технологиями, а значит, располагал всеми мыслимыми диковинными технологиями.

Он входил в Совет директоров.

На деле же они лишь притворялись, что понимают, с кем имеют дело, основываясь на слухах и информации из сети. Ибо сражаться с неведомым было слишком страшно. В худшем случае эта битва могла оказаться бесконечной, сколь бы яро они ни сражались.

Нельзя было бросать ему вызов сходу.

Следовало избегать контакта с ним любой ценой.

Но…

— Если он обходит систему, значит, его положение позволяет ему это делать.

— Тома?

— Мы не "видим" всей этой политической власти, иерархии и баланса сил среди взрослых, и нам не под силу сразу это прочувствовать. Но мы точно знаем, что Неока Норито жил припеваючи благодаря этой незримой силе. И он наверняка применит её, прежде чем сожмёт кулак. Он использовал грязные приёмы, разбрасывался деньгами, злоупотреблял властью и привёл в движение столько людей. Но этого оказалось недостаточно. Вот почему он в итоге прибег к насилию.

Это было очевидно.

Самая банальная истина, но применение насилия сопряжено с рисками. Директор Неока мог использовать насилие для защиты своего положения, но для него терялся смысл, если бы его действия раскрылись и он оказался под давлением общества. Этот злодей явно сражался за себя, а потому не стал бы приносить мир Академ-Сити ценой собственной жертвы.

Что означало…

— Мы будем бороться, — таково было решение Камидзё Томы. — Если позволить событиям идти так и дальше, неизвестно, когда это закончится. Враг будет атаковать снова и снова, и мы погибнем, едва утратив бдительность на мгновение. Мы не можем допустить, чтобы одна ошибка стала роковой. Так что сейчас наш единственный шанс. Мы не видим баланс сил среди взрослых, и никто из нас не может сказать, сохранятся ли условия, дающие нам этот шанс, завтра или послезавтра.

Они не могли позволить этому случиться с Ласт Ордер. Как, впрочем, и с Майдоно Хосими. И, вероятно, то же можно было сказать о следующем невидимом противнике, который нападёт после, и о том, кто придёт за ним.

Неока Норито.

Эта мразь превратил благотворительность и волонтёрство в собственное оружие, примкнул к добру и справедливости, чтобы творить бесчисленные трагедии, не пачкая собственных рук. Его искажённая чистоплотность лишила стольких людей возможностей и исковеркала их судьбы.

Тёмная сторона.

Если уж он так стремился защитить эту теневую утопию, пусть сам встанет на линию огня.

Майдоно не умела пользоваться палочками для еды.

Камидзё представил её лицо — стиснутые зубы, слёзы, что она сдерживала, скрывая боль, которую никто другой не мог понять.

Подобно тому, как Акселератор дорожил Ласт Ордер, у Майдоно Хосими был свой комплекс — палочки для еды.

Этот отвратительный взрослый использовал их как щит, манипулируя детьми по своей воле. Он не сжимал кулаков, не сталкивался с врагом воле против воли, не вступал в битву вообще. Он крал человеческие жизни и использовал их для собственных целей, считая это проявлением собственного интеллекта и не видя необходимости утруждать себя общением с ними.

Трагедии не прекратятся, пока его не остановят.

Во что бы то ни стало.

— Давай покончим с этим.

Враг сейчас уязвим.

Правила взрослых здесь не сработали, и он вынужден был опуститься до детских, насильственных методов. А значит, он выбрал похищение юной Ласт Ордер и использование её в качестве заложницы.

Но если он спустился со своей недосягаемой башни из слоновой кости и теперь до него можно дотянуться...

— Мы должны схватить его за воротник, пока он снова не вознёсся в недосягаемую высь, — таков был ответ и вывод Камидзё. Возможно, этот шанс выпадет только сегодня. Он ослаблен, потому что кто-то там наверху уже противостоит ему, но мы не знаем, когда он восстановит силы. Так что давайте используем этот шанс и завершим то, что начал кое кто другой. Иначе мы вернёмся на круги своя. Ласт Ордер снова окажется в плену, план Акселератора рухнет, а чья-то жизнь будет украдена, чтобы стать новой пешкой на месте Майдоно. И единственным, кто будет смеяться тогда, окажется этот псих-чистюля, Неока!

— Мисака не против, говорит Мисака, выражая своё согласие, — бесстрастная девушка в защитных очках продолжила. — Оставив в стороне вопрос, как вы планируете найти и атаковать Неоку, честно говоря, это чудо, что ситуация упростилась до разрешения силой. Принудительное завершение конфликта сегодня, вероятно, окажется куда более эффективным и оптимальным выбором, чем упустить этот шанс и возобновить попытки, когда условия осложнятся политикой и экономикой, говорит Мисака, разъясняя свою позицию.

— И это всё наше подкрепление? — спросила Микото. — Если считать спящую здесь Ласт Ордер, нас всего пятеро. А, шестеро, если включить кота у тебя на голове. Он, несомненно, станет огромной помощью.

— Э? Я просто рад, что на этот раз я не один, — сказал Тома. — Я не привык к такой поддержке.

— …

— …

Почему-то и Индекс, и Микото уставились на него с упрёком. Давление было нешуточным.

Быть одному — так тоскливо.

И…

— Насчёт этого, — Мисака Имото подняла руку. — Поскольку Неока Норито пытался захватить командный центр, разве не будет самоубийством брать её с собой? Вне зависимости от формы противостояния, Мисака считает, что следует держать Ласт Ордер подальше от происходящего, предлагает Мисака.

— Но разве оставлять её одну не будет не менее опасно? — ответила Микото. — Мы не знаем, сколько людей Неока расставил по городу, и её могут снова похитить, пока мы будем сражаться.

— Именно поэтому Мисака перечислит необходимые действия. Во-первых, нам нужны бойцы, чтобы победить директора Неоку Норито. Но если командный центр эвакуируется, её нельзя оставлять без защиты. Значит, нам также понадобятся бойцы для её прикрытия, разъясняет Мисака, поднимая два пальца. Так не логичнее ли разделиться на два отряда?

Звучало просто, но кто будет в какой команде?

Камидзё мог нейтрализовать любые сверхъестественные способности, а Индекс обладала непревзойдённым умением перехватывать магические атаки, но оба были уязвимы для обычного огнестрельного оружия. Мисака Имото была устойчива к пулям и холодному оружию, но не могла противостоять экстремальным сверхъестественным силам. Микото обладала, казалось бы, всемогущей способностью, но её уход с передовой снижал их шансы против Неоки Норито. Вместе они были сбалансированной командой, но их сильные и слабые стороны становились очевидны при разделении.

Однако у Мисаки Имото нашлось решение.

— Мисака считает, что будет оптимально использовать её в качестве телохранителя командного центра, говорит Мисака, указывая на себя.

— А? Тебя? — отозвался Камидзё.

— Твоё недоверие задевает Мисаку, поэтому она напомнит о своём мастерстве в обращении с любым огнестрельным оружием и способности управлять городскими системами безопасности с помощью электрических способностей.

— Но сможешь ли ты так победить кого-то уровня Майдоно Хосими? — спросила Микото. — Не сможешь, ведь правда?

— Ну-ка разбуди эту мразь сию же секунду. Мисака устроит ей взбучку в два счёта, говорит Мисака, закатывая рукава с боевым энтузиазмом.

Её рвение оказалось чрезмерным, и Камидзё поспешил её удержать. Кулаки, не способные защитить чью-то улыбку, не имели никакого смысла.

Девушка массового производства бесстрастно сопротивлялась (всё ещё будучи обхваченной сзади), но при этом продолжала говорить.

— Что важнее, Неока Норито не хочет обнародования преступлений нового председателя правления, то есть проекта, частью которого были Мисаки, верно? Мисака может сражаться, используя себя как заложницу. Мы обе являемся клонами, и командный центр, и обычный серийный экземпляр, так что если Мисака будет привлекать внимание стрельбой и способностями "Радиошума", это доставит им проблемы, перечисляет Мисака предполагаемые условия боя.

Она была права.

Камидзё, безусловно, соглашался, что им нельзя брать Ласт Ордер на линию фронта. Выставлять эту «приманку» перед глазами похитителя было бы крайне безрассудно.

Но этого всё ещё было недостаточно.

Логика Мисаки Имото работала лишь в предположении, что сторона Неоки Норито пытается разрешить ситуацию в тайне, и потому нападавшие отступят, а не будут рисковать разоблачением перед обществом. Например, они прекратят атаку, увидя прямую трансляцию с места событий с камер телеканала или мобильного стрим.

Однако...

(Он предоставил Майдоно Хосими такую свободу действий.)

Да, они не могли полагаться на это предположение.

Каким бы масштабным ни стал конфликт, всё можно прикрыть, имея достаточно власти. Так что если Неока решит, что должен прорваться любой ценой именно сегодня, план Мисаки Имото не сработает. Даже перед телекамерами или в прямом эфире его люди будут готовы убить или похитить убегающих девушек.

Следовательно, им нужно нечто большее.

Им требуется разыграть другой мощный козырь, способный остановить противника.

— Это может быть полным отрицанием его работы и усилий, но мы не обязаны подыгрывать.

— Тома?

— Мисака Имото, мы оставим Ласт Ордер с тобой, но могу я предложить направление для отступления?

— Мисака, возможно, не воспользуется им, но ты можешь предложить.

Камидзё Тома сделал вдох-выдох.

И с улыбкой разрушил чьи-то планы.

— Акселератор засел в участке Анти-Навыка, верно? Доставь Ласт Ордер туда и укрепись там вместе с ней. Тогда сильнейший Академ-Сити будет отбиваться от войск Неоки за вас.

#1 не мог покинуть своё убежище.

Он доверится способности Академ-Сити к самоочищению.

Всё это хорошо, но речь шла лишь о создании условий, при которых Акселератор мог бы защищать Ласт Ордер, не покидая заключения. Он мог оставаться в том же здании и сражаться, отражая атакующих. И если по пути он случайно спасёт оказавшегося поблизости гражданского? Что ж, это всего лишь совпадение.

Камидзё Тома не понимал всех этих хитросплетений взрослой политики.

Он считал председателя правления невероятным за то, что тот покинул мир чистого насилия и сражался в этом более сложном мире.

Но.

Даже так.

Именно Акселератор должен был защищать эту девочку. Даже не считая вопросы эффективности и логики, так было задумано. Камидзё Тома лишь временно присматривал за Ласт Ордер, но существовал иной мир, где ей суждено было бегать с раскинутыми руками, наслаждаясь свободой. Он должен был обеспечить соблюдение этого правила. Во что бы то ни стало.

— М-м..., — простонала Ласт Ордер, не открывая глаз.

Если подумать, всё это было странным с самого начала.

Неужели она покинула своё обычное место и отправилась на поиски оригинала, Мисаки Микото, потому что осознала происходящее и пришла за помощью? Было ли в её детском, остром восприятии нечто, что уже утратили Камидзё, Микото и остальные — нечто, что видела только она? Возможно, да, а возможно, и нет. Вполне вероятно, она лишь ощутила смутный страх и бежала без определённой цели. Подобно ребёнку, который ворочается с подушкой после кошмара.

Но какая разница?

Что менялось от того, коренилось ли это в жестокой реальности или в беспочвенной грёзе?

Камидзё не хотел бросать тех, кто был напуган и страдал. Они с остальными нашли её — а значит, должны были заметить, что с ней происходит, и действовать согласно этому. Возможно, они не могли спасти весь мир сразу, но могли спасать тех, кто был прямо перед ними, одного за другим.

Где-то там существовал человек, который сделал ставку на то, что чаши весов всего мира качнутся хоть на немного, если каждый попытается сделать то, что даже он способен совершить. Когда все добрые и дурные части мира будут взвешены, он поставил на то, что равновесие сместится — пусть чуть-чуть — к светлой стороне.

И они докажут ему, что мир, на который он надеялся, действительно существует.

В мире, о котором мечтал #1 Академ-Сити, возможно, больше никто не будет сбит с пути чужой волей, как Майдоно Хосими. И даже если это случится — они смогут создать общество, достаточно доброе, чтобы дать им второй шанс. Нельзя было просто надеяться, что это сделает кто-то другой. Камидзё и остальные должны были стать одними из тех маленьких шестерёнок в Академ-Сити, что помогут этому свершиться.

Они должны были верить.

Им предстояло сделать собственную ставку — точно так же, как сделал он.

Камидзё Тома обвёл взглядом каждого: Индекс, Мисаку Микото, Мисаку Имото и Ласт Ордер. И затем бросил короткое объявление войны.

— Зададим им жару.

Часть 10

Внезапно поднялась суматоха.

Ёмикава Айхо, до этого беседующая с Акселератором в секретной комнате для допросов на участке Анти-Навыка, теперь связывалась с кем-то ещё.

Слегка щелкнув языком, он сидел напротив, закинув ноги на прозрачный стол.

— И в чём дело?

— К главному входу только что прибыла девочка с Ласт Ордер. Вдобавок, она тащит с собой одну из подопечных Неоки, которая без сознания.

Он едва не грохнулся на пол вместе со своим дешёвым стулом

Планшет Ёмикавы показывал запись с камер наблюдения — стало быть, это не была шутка. Вместо стационарной камеры под потолком это была съёмка с нагрудной камеры одного из офицеров.

Бесстрастная девушка, по неизвестной причине демонстрирующая двойные «Виктории», заявила о цели своего визита.

— Бум. Мисака предоставляет физические и электронные доказательства незаконной деятельности директора Неоки Норито. Сам сервер был очищен, и в этом телефоне остались лишь незначительные следы данных, но их анализ должен выявить информацию о его штаб-квартире, разъясняет Мисака с исчерпывающей подробностью, чтобы даже идиот понял. Ура.

— Ты сказала всё, что хотела сказать Мисака! Говорит Мисака, в шоке глядя на вора реплик.

— Все Мисаки — одна большая Мисака, в конце концов. Но не ошибись. Эта Мисака в команде Нулевого Уровня, говорит Мисака, подмигивая и принимая позу с поднятой правой рукой. Пиу☆

#1 простонал, стиснув зубы так, что казалось, они вот-вот треснут.

— Эти клоны вообще не умеют чувствовать атмосферу?

— Но они привели всё в движение, — Ёмикаве, должно быть, надоела излишняя формальность, потому что она сняла чёрную куртку. — Анти-Навык не может вышвыривать людей, ищущих защиты, и мы будем очень признательны за получение убедительных доказательств против Неоки. Это позволит нам перейти в наступление вместо пассивной обороны.

— Не всё будет так просто. Мы имеем дело с главной сволочью, глубоко укоренившейся в тёмной стороне. У него наверняка есть козырь в рукаве.

— Предполагаешь, что у него есть другие эсперы, подобные той, что только что к нам доставили?

— …

— Если так, то напомню: спасение этих детей — часть нашей работы. Мы не можем просто проигнорировать это.

Акселератор выдохнул через нос.

— Тупица, — проворчал он.

— О чём ты вообще? Это ведь ты сделал ставку на то, что такая сила может существовать среди всей тьмы Академ-Сити. И я не собираюсь тебя в этом разочаровывать.

Со снятой курткой в левой руке Ёмикава Айхо поставила каблуки вместе, выпрямилась и отдала честь правой рукой.

— Начальник Анти-Навыка Ёмикава Айхо. Приступаю к срочному выезду для завершения операции.

— Делай что хочешь.

Часть 11

Наступил вечер.

Согласно информации, полученной из телефона Майдоно Хошими, база Неоки Норито располагалась в гигантском здании в Районе 15 — крупнейшем торговом районе Академ-Сити. Небоскрёб, символизирующий богатство и влияние, объединял торговый центр и кинотеатр на нижних этажах, престижные офисные помещения в средней части и роскошные апартаменты на верхних. Самые верхние этажи занимала резиденция директора.

— Прямо как сильные мира сего в старые времена, — Мисака Микото уперла руки в боки, глядя снизу на 70-этажное здание. — Глупый правитель, взирающий на город с высоты своего замка. Или, может, он мечтает жить в тех древних временах.

— Не совсем понимаю, о чём ты, но я всегда думал, что коррумпированные богачи очень осторожны в вопросах собственной безопасности, — сказал Камидзё. — Как защищают такое место? С таким высоким зданием разве он не боится оказаться в ловушке при пожаре или атаке?

— На крыше у него личный СВВП. Там пространство как на взлётной палубе вертолётоносца, так что места хватает. Он может также запустить несколько дистанционно управляемых аппаратов вместе со своим, чтобы затруднить наведение на него зенитных ракет.

— Ну и богат же он.

Индекс, державшая ситцевого кота на руках, озиралась по сторонам.

— Я видела этого человека раньше, — сказала она.

— Индекс?

— И ту женщину тоже, и того, кто ест мороженое. Но раньше на них была другая одежда.

— Значит, Анти-Навык начал действовать, — заключила Микото.

Безупречную память Индекс было не обмануть. Сотрудники Анти-Навыка, должно быть, занимали позиции в районе, уклоняясь от механического наблюдения за счёт частой смены одежды и макияжа. Поскольку технологии были доступны как добру, так и злу, теперь окружение цели, оставаться незамеченными, стало задачей крайне сложной.

Это здание, без сомнения, было замком Неоки Норито, но принадлежало не только ему. Торговый центр на нижних этажах, офисы в средней части и апартаменты наверху означали постоянный поток обычных людей, что позволяло практически любому подняться почти до самых верхних этажей.

На пути стояли массивные двери, а лифты были защищены многоуровневой системой безопасности, но они всё же могли проломить потолок с нижнего этажа, чтобы добраться до него. Вряд ли Анти-Навык планировал ограничиться атакой через главный вход.

— Так что же нам делать? — спросил Камидзё.

— Можем позволить Анти-Навыку подниматься снизу, как обычно. Мы вряд ли достигнем большего, если пойдём тем же путём, — Микото указала прямо вверх. — Если он и будет спасаться бегством, то только на своём СВВП с крыши. Так что если мы заранее займём крышу, это окажет огромное влияние на общую ситуацию. И никто не заметит нас, если мы поднимемся по стене с помощью магнетизма. Так что…

Мгновением позже из окон верхних этажей здания, на которое она указывала, вырвалось пламя взрыва.

Они ахнули, не понимая, что только что произошло.

Это необъяснимое событие едва не ввергло разум Камидзё в пустоту — подобно компьютеру, пытающемуся принудительно прочитать повреждённый файл. Неожиданное происшествие яростно вгрызалось в его сознание, поглощало мысли и пыталось утащить в смертельные глубины вод.

Неока Норито.

Ему удалось мельком увидеть суть этого человека ещё до реальной встречи. В отличие от Майдоно Хосими, этот человек явно был тем, кто создаёт волны самостоятельно. Крошечные волны, которые ребёнок вроде Камидзё мог поднять, собрав всё своё мужество и волю, были бы с лёгкостью раздавлены.

Однако…

— Чт…?

— Не стой на месте, Мисака!! Стекло падает!!

Он заставил себя продолжать действовать.

Что бы ни случилось, всё было кончено, если они остановятся и шестерёнки разума заклинит. Время безжалостно уйдёт вперёд, и эта задержка заставит их принять ужасающий исход.

И потому.

Его слова подействовали как пощёчина.

После его крика Микото лихорадочно начала действовать. Используя магнетизм, она принудительно сдвинула рождественские декорации — гигантские носки и огромные подарочные коробки — и разместила их над площадью и главной дорогой перед зданием. Кто знает, сколько крови пролилось бы там на землю среди толпы, не сделай она этого.

Прямого ущерба удалось избежать, но началась паника. Кто-то в костюме снеговика беспомощно кубарем покатился по обочине, а девушка-олень, продававшая пончики ядовитых цветов из фудтрака, второпях перекрыла газ, опасаясь последствий возникшей суматохи.

— Ч-что это было? — растерянно спросила Индекс.

Камидзё закусил губу — в голову ему пришла ужасная догадка.

Как и в случае с Майдоно Хосими, это был трюк фокусника. Этот взрыв должен был отсечь преследователей, идущих обычным путём.

— Неока предугадал, что Анти-Навык появится у его замка.

— Так он поджёг свой дом!?

— Именно когда Анти-Навык уже был здесь. Что, если в итоге окажется, что Анти-Навык не пострадал, а вот он сам стал жертвой пожара в собственном доме?

Он никогда не общался с членами Совета директоров, но видел фрагменты их методов.

Они были извращёнными чистюлями, никогда не желавшими пачкать собственные руки, поэтому всегда держали наготове «щиты», позволявшие им безопасно побеждать.

И если взглянуть на ситуацию под этим углом...

— Он использует закон как щит. Это самый эффективный метод против тех, кто призван защищать порядок. Он собирается полностью перевернуть всё с ног на голову и выставить себя жертвой. Анти-Навык ничего не сделал, но что будет, если он укажет на них и заявит, что они едва не убили его, ворвавшись в его дом в рамках необоснованного расследования без достаточных доказательств? Вся вина ляжет на Анти-Навык, расследование прекратится, и он останется на свободе, чтобы уничтожить все неудобные улики!

Методы, призванные усиливать добро, обернутся против самого добра.

А сотрудникам Анти-Навыка и так не платят достаточно, чтобы месяцами преследовать злодея, который, возможно, даже не существует.

Ещё не встретившись с ним лицом к лицу, они уже понимали, насколько грозный противник перед ними.

— Но... но мы же передали Майдоно Хошими в руки Анти-Навыка, — возразила Микото. — В её телефоне были настоящие улики, разве Анти-Навык не действует в рамках процедуры, прибыв сюда?!

— Именно поэтому ему нужно выиграть время, чтобы устранить Майдоно Хосими, теперь, когда она вырвалась из тёмной стороны.

Камидзё не ждал и секунды, прежде чем ответить, и даже Микото побледнела и замолчала, услышав его слова.

Неока действовал не в одиночку. В его распоряжении было множество бойцов уровня Майдоно Хосими, и он наверняка выпустил их в город. Нечто должно было двигаться к участку Анти-Навыка, куда отправились Мисака Имото и Ласт Ордер. Первый номер был там, и потребовались бы огромные силы, чтобы прорвать эту защиту, но нельзя было гарантировать, что у Неоки не найдётся таких сил.

Они не могли позволить его плану осуществиться.

Они не понимали баланса сил среди взрослых, поэтому должны были покончить с этим сегодня, пока это снова не стало проблемой. Иначе они уже не смогли бы ничего изменить.

(Думай.)

Камидзё стиснул зубы.

Они не могли позволить хаосу захлестнуть их. Должен был существовать способ вернуть инициативу.

Они не должны были поддаваться страху.

Не нужно ограничивать себя на этапе размышлений. Следует строить планы, исходя из идеальной версии себя — будто они голливудские звёзды или загадочный спецотряд.

Ответ должен был скрываться за этим скачком логики.

Особенно в Академ-Сити, где безумные идеи могли стать реальностью благодаря технологиям.

(Если он собирается вывернуться при помощи дешёвого спектакля, ему нужно сделать это убедительно. В терминах сценической магии это трюк иллюзиониста-эскаписта. Сбежать из ящика до взрыва — это хорошо, но зрители не будут впечатлены, если он просто окажется стоящим в другом месте.)

— Он рядом.

— ?

— Неока Норито где-то здесь поблизости!! Указывать на Анти-Навык и обвинять их будет наиболее эффективно перед большой аудиторией, поэтому он покажет нанесённые себе повреждения и использует их как щит, чтобы обрушить на них обвинения, приписав это к их нападению!!

В таком случае ответ практически очевиден.

Если замысел Неоки заключался в том, чтобы повлиять на общественное мнение, поменять атакующего и жертву местами, привлечь людей на свою сторону и посеять хаос в расследовании, то ему нужно было показать Анти-Навык совершенно невредимыми, тогда как сам он будет в крови. А значит, ему пришлось бы нанести себе повреждения. Но сможет ли дилетант сделать это с собой как следует? Вряд ли он захочет случайно потерять слишком много крови, а сотрудники Анти-Навыка и врачи это эксперты в оценке травм. Они наверняка распознают нанесённые себе раны, предназначенные лишь для спектакля.

Так чего же ему больше всего нужно прямо сейчас?

Рана на боку Камидзё заныла, напоминая о себе.

Для этого не требовалось специальных знаний. Ему нужно было лишь прислушаться к собственному опыту.

Именно.

— Медицинское учреждение, — сказал Камидзё.

Он понимал, что не способен нанести себе подобное ранение в качестве маскировки. Если случайно задеть важную артерию или орган, травма быстро станет смертельной.

Конечно, он был в ужасе.

Ему бы хотелось положиться на профессионала.

Неока, судя по всему, был экспертом в пожарной безопасности и предотвращении катастроф, но это касалось его полномочий как члена Совета директоров. Подобно тому, как начальник полиции — не лучший офицер, он мог и не обладать реальными навыками в этих областях. И даже если бы обладал, вряд ли он захотел бы зашивать свою рану грязной иглой и леской, валяющимися под рукой. Это могло привести к заражению. Частичные знания рождают страх, и он бы попросил помощи у кого-то другого, чтобы восполнить пробелы.

Итак...

— Если он собирается нанести себе травму, ему понадобится стерильная обстановка и врач с соответствующими знаниями. И всё это нужно сделать в абсолютной тайне. Это здание является целым комплексом, так что здесь наверняка есть клиника, медицинский кабинет для оказания помощи… — взгляд парня остановился на конкретной точке. — Или хотя бы аптечка первой помощи!! Подземная парковка есть? Там постоянно случаются мелкие травмы, например прищемляют пальцы дверью машины, роняют багаж на ноги при погрузке. Так что вместе с огнетушителями и АНД должны быть специализированные средства для экстренной помощи!

Он бросился бежать, не успев договорить.

Это не обеспечивало стерильных условий, но для Неоки могло оказаться ценным возможность получить мобильное оборудование, которое можно унести с собой или удалить с места происшествия.

Камидзё сбежал по наклонному съезду в бетонное пространство размером больше футбольного поля.

Однако.

— З-здесь ничего подобного нет, — сказала Индекс, оглядываясь по сторонам.

У основания бетонной колонны стоял огнетушитель, а на стене в металлическом ящике висел АНД, но...

— Здесь нет аптечки. Неужели он уже унёс её?

— …

Неужели Камидзё ошибся?

Вполне возможно, что столь невероятно богатый человек, как Неока, держал при себе личного врача. Или же он был настолько отчаян, что решил нанести себе ранение, несмотря на риск.

Но Микото подняла взгляд.

— Возможно, дело не в аптечке.

— Что ты имеешь в виду?

— Я же говорила, что крыша похожа на вертолётную палубу! Значит, там может находиться санитарный вертолёт. В некоторых из них оборудовано больше, чем в обычном медицинском кабинете!!

Зачем он начал со взрыва на верхних этажах?

Потому что это выведет из строя лифтовые механизмы, сделав лифты бесполезными и задержав прибытие Анти-Навыка. Тем временем он сможет нанести себе контролируемые травмы в санитарном вертолёте, после чего просто улетит. Конечно, для этого потребуется изменить данные управления аэропорта. Звучит абсурдно, но он не позволил бы Майдоно Хосими устроить такой хаос, если бы думал, что его могут поймать. У него определённо есть возможности для этого. Когда измождённые офицеры Анти-Навыка доберутся пешком до 70-го этажа, он, весь в крови, сможет указать на них и произнести магические слова: «Как вы могли!? Эти травмы — ваша вина!»

— Он определённо продумал это, но недостаточно тщательно, — заявила Микото, выбивая ногой дверь лифта на подземной парковке.

Лифт не приехал бы, сколько бы они ни жали кнопку, но для неё это не было проблемой. Она с яростной ухмылкой уставилась в зияющую, подобную адской пасти шахту лифта, уходившую высоко в небо.

— Он что, забыл, что мы в Академ-Сити? Я могу разорвать этот жалкий барьер, словно он ничто!

Да.

Она была #3 Пятым Уровнем Академ-Сити — Рейлган. Магнетизм был лишь побочным проявлением её силы, но даже его хватало, чтобы взбираться по стене небоскрёба.

Часть 12

Это заняло считанные мгновения.

Шахта лифта была со всех сторон окружена массивными стальными балками, и карабкаться с помощью магнетизма здесь было даже проще, чем по стенам из железобетона. Лифты, чьи тросы лопнули, упали вниз, но, к счастью, не мешали подъёму. Под парковкой, как выяснилось, располагались котельная и другие технические помещения.

Мисака Микото, удерживая Камидзё и Индекс, ринулась прямо вверх, словно на аттракционе.

Здание насчитывало около 70 этажей, но на подъём ушло меньше минуты.

Взламывать дверь лифта на крыше не потребовалось — взрыв уже выгнул её наружу вместе с редуктором.

Снаружи их ожидала вертолётная площадка.

Серый асфальт покрывал пространство размером с футбольное поле и был испещрён белыми линиями, образующими схему, в которой непосвящённый с трудом мог разобраться. Микото сравнила её с палубой вертолётоносца, но Камидзё она скорее напоминала взлётную полосу.

Как она и предполагала, здесь находились несколько СВВП — три истребительных аппарата, словно сошедших с киноэкрана, стояли на краю крыши. Белые линии образовывали вокруг них большие прямоугольники — не были ли это подъёмниками ангаров, подобными тем, что используют на авианосцах?

Микото говорила, что ими можно управлять дистанционно, и их чистая огневая мощь пугает.

Однако группе Камидзё нужно было сосредоточиться на другом.

Рядом с серыми военными машинами стоял белоснежный аппарат. Этот вертолёт был значительно крупнее четырёхместных моделей, используемых телегруппами. Если последние можно сравнить с обычным автомобилем, то данный больше напоминал микроавтобус.

Перед ними был санитарный вертолёт.

— Мисака!!

— Это ключевая улика, так что давайте действовать с умом.

Глухой хлопок — и чёрный дым вырвался из основания несущего винта. Видимо, она нарушила частоту вращения, чтобы повредить двигатель. Если аппарат не может летать самостоятельно, его нельзя убрать с места. А окровавленные медицинские приборы, оставшиеся на борту, сильно усложнят директору его дешёвый спектакль.

Группа Камидзё пересекла похожую на авианосную палубу крышу и приблизилась к белому вертолёту.

Раздвижная дверь была открыта, и внутри с улыбкой их ожидал кто-то.

— Пожалуй, мне следовало нанести себе травму до взрыва. Но тогда у меня не было бы объяснения, откуда рана, если бы взрыв не сработал, так что я хотел сначала убедиться в успехе.

— Вы Неока Норито, не так ли?

— Для вас — Директор Неока Норито. Я всё-таки член Совета.

Лицо мужчины исказилось улыбкой, пока он сидел на носилках, протягивая запястье стоявшей рядом женщине-врачу.

Это был тот же человек, что и на фотографиях со странно безупречной страницы в соцсетях.

Значит ли это, что он не редактировал снимки и не использовал двойника?

На вид ему было лет тридцать. Теперь, лицом к лицу, он определённо ощущался как взрослый, но скорее напоминал доброго классного руководителя, к которому тянутся ученики, чем директора или завуча. На нём был дорогой костюм, и он производил впечатление молодого предпринимателя, знавшего лишь успех и богатство с самого рождения.

В нём также угадывался тот самый извращённый тип чистюли. Возможно, из-за увиденного с Ласт Ордер и Майдоно, но он не производил впечатления человека, посвятившего себя благотворительности и волонтёрству.

Микото сравнила его с сильными мира сего прошлого.

Или с тем, кто мечтал бы жить в те времена.

Пожилые всегда твердили, что молодым поколениям живётся слишком легко, но в какой-то момент эти комментарии прекратились. Этот мужчина был одним из власть имущих новой эпохи.

Воздух затрещал, и высоковольтные искры рассыпались из чёлки Мисаки Микото.

— В любом случае, мы рады, что успели до того, как ты успел нанести себе травму. Ты же понимаешь, что это мат? Даже если ты взорвал свою комнату с помощью настоящего снаряжения Анти-Навыка, полученного нелегально, тебе не отвертеться от подозрений с этим санитарным вертолётом здесь. Какую бы хитрую речь ты ни подготовил для пресс-конференции, тебе будет сложно объяснить, почему тебе оказали первую помощь в вертолёте, который просто случайно оказался на крыше до взрыва.

— Вероятно, так и есть, — он фыркнул. — Что означает, что мне придётся убить всех вас. Вы могли избежать этой участи, если бы не вломились сюда. С другой стороны, несколько мёртвых детей, которых можно повесить на Анти-Навык, наверняка помогут легче привлечь на мою сторону скучающую толпу.

— И как ты собираешься это сделать? Я #3, так что не надейся, что обычная пуля хоть чего-то добьётся.

Неока казался ошарашенным, что она вообще предположила такое.

Всё так же сидя на носилках, он склонил голову и ответил ей.

— Ну, например, я могу сделать так.

Ещё один ужасающий взрыв раздался рядом, но на этот раз его мишенью была Мисака Микото.

Всё произошло так внезапно, что она физически не успела бы отреагировать.

Если бы Индекс не дёрнула её за руку изо всех сил, а Камидзё не подставил свою правую ладонь вперёд, её тело могло бы быть стёрто с лица земли без следа.

Но что это было?

Что только что произошло?!

У него в руках не было никакого оружия, но что-то определённо случилось.

— Назад!!

На этот раз Мисака Микото поместила игровую монетку на большой палец правой руки.

Это был Рейлган.

#3 Пятый Уровень Академ-Сити получила своё прозвище благодаря этому приёму. Не нужно было объяснять, что произойдёт, если металлический снаряд, выпущенный втрое быстрее звука, поразит человека из плоти и крови, но девушка, возможно, упустила этот очевидный факт из виду. Она решила, что человек перед ней достаточно опасен, чтобы оправдать это.

И она не совсем ошибалась.

Если бы не тот факт, что даже этого оказалось недостаточно.

— Сконструируй фиктивный порт между Au и Cu, он же Путь 14.

В ушах зазвенело, мир поплыл.

Элита из Совета директоров оказалась на мгновение быстрее благодаря отсутствию колебаний.

Он произнёс всего одно слово.

— Фойерель.

На этот раз.

На этот раз что-то и впрямь пронеслось со сверхзвуковой скоростью, разрывая душу Мисаки Микото.

Её оружие было уничтожено.

Что активировала эта голосовая команда? Игровая монета на её большом пальце, призванная производить сокрушительную мощь, была поражена чем-то массивным и расплавилась до оранжевого свечения.

Атака пролетела в сантиметре от её щеки, опаляя воздух.

Камидзё наблюдал за происходящим со стороны, но так и не успел разглядеть, что именно пронеслось мимо.

(Что?)

Неока.

Неока Норито всё ещё не поднялся с носилок.

(Что только что произошло!? Члены Совета директоров — элита, управляющая Академ-Сити, так что у него что, есть какая-то технология, способная подавить нас!?)

— Что ж.

Мужчина медленно поднялся с носилок. Снял дорогие часы, отложил их в сторону и надел пиджак, который протянула врач.

Никто не мог пошевелиться.

Чудовище неспешно сошло на землю с трапа санитарного вертолёта.

Одним лишь словом он подчинил своей воле нечто незримое и согнал нечто незыблемое. Казалось, он говорил, что будет играть по детским правилам — таким, как у Камидзё, — пока не преподаст им урок с помощью насилия.

В чём заключалась его наука?

Камидзё не мог понять, что это была за наука.

— Что ты сделал?

Он застыл с всё ещё выставленной вперёд правой рукой.

Не только таинственная атака застала его врасплох — его рука отразила первую из них. Так что бы это ни было, Неока Норито использовал сверхъестественную способность.

Теперь он понимал, почему Майдоно Хосими оставалась в пучине тьмы, обладая такой силой.

По крайней мере, Неока Норито не был тем, кого укусит его же собственная собака. Он мог подавить Эспера пятого уровня силой и надеть на него цепь!

Молодой директор пожал плечами.

— Вы набрасываетесь на меня с готовностью атаковать, а затем возмущаетесь, когда я даю отпор?

— Что ты сделал!? Я думал, развитие способностей эсперов в Академ-Сити работает только на детях!!

Чудовищ Академ-Сити можно разделить на две основные категории.

Первая — дети с мощными способностями, такие как Акселератор и Мисака Микото.

Вторая — взрослые, нашедшие военное применение передовым технологиям, опережающим остальной мир на 30 лет.

Но этот человек был иным. Неужели он не принадлежал ни к одной из категорий?!

— Всё просто, — произнёс он, непринуждённо раскинув руки, словно приветствуя противников. — Фойерель. Сконструируй фиктивный порт между Au и Cu, он же Путь 14.

— ?!

Мощное пламя возникло из ниоткуда, затем закрутилось спиралью и сконцентрировалось вокруг правой руки мужчины.

Была ли это сила эспера?

— Нет!

— Вассерель. Сконструируй фиктивный порт между Hg и Ag, он же Путь 20.

На этот раз энергия сфокусировалась вокруг его левой руки. Вода, судя по всему, была сильно сжата для повышения давления — её движение сопровождалось скрипом, словно натягивался старый канат.

Положение становилось опасным.

Камидзё не понимал, что происходит, но чутьём ощущал — ничего хорошего!

Затем мужчина совершил небрежное движение. Он соединил ладони перед грудью — почти как будто хлопнул единожды, чтобы привлечь внимание слушателей.

И провозгласил.

— Они различны, но суть их едина. Так позвольте объединить их для обретения нового решения.

Этого оказалось достаточно, чтобы чудовищный взрыв водяного пара, способный сварить куриное мясо за три секунды, охватил крышу клубами обжигающего пара.

Стоявшие на краю крыши СВВП истребители скрипели, а санитарный вертолёт, который он недавно покинул, повалился набок. Температура пара, должно быть, многократно превышала 100-градусный барьер, и любой, кто оказался бы в нём без специальной защиты, сварился бы заживо, словно в паровом шкафу.

— Виндель. Сконструируй фиктивный порт между Pb и Fe, он же Путь 8.

Очищающий вихрь закружился вокруг, позволив Неоке Норито стоять в эпицентре взрыва, не моргнув и глазом.

И...

— Понятно. Так вот он какой, этот знаменитый Imagine Breaker.

— !!

Камидзё, защищая обеих девушек, стиснул зубы, выставив вперёд правую руку.

Это было уже слишком.

Взрослый, использующий силу эспера, сам по себе нарушал правила, но он один за другим применил огонь, воду и ветер. «Одна способность на человека» было абсолютным законом, но неужели он преодолел и этот барьер, став теоретически невозможным носителем Двойной Способности?! Была ли его сила настолько огромной, что ему пришлось разделять её с помощью голосовых команд?!

— Неужели это так удивительно? — тот, кто сломал все барьеры, улыбался, произнося это так просто. — Это не более чем Теория Минимального Столкновения.

— ?

— Например, при воздействии на атом азота мощным альфа-излучением количество протонов может измениться. В результате мы получим совершенно другой элемент — например, водород или кислород. Нет нужды полагаться на Персональную Реальность, чтобы управлять видимыми явлениями.

Значит, это было творение науки?

Оно не выходило за эти рамки?

Камидзё всё больше запутывался, но...

— Как бы сложно ни был устроен мир, всё можно упростить, "разрезав" его до управляемого размера. Подобно тому, как элементарные частицы состоят лишь из ограниченного набора компонентов. И подобно тому, как свет существует лишь в двух состояниях — волны или частицы. Я всего лишь упростил реальность таким образом, чтобы видеть структуру всего сущего под иным углом. С помощью Теории Минимального Столкновения.

(Нет.)

Это звучало как объяснение, но не являлось им.

Пример с азотом не был связан с тем, что он продемонстрировал. Он насильно запихивал всё в одну большую коробку, но была ли такая классификация действительно точной?

Не пытался ли он втиснуть нечто совершенно иное в другую коробку?

Кроме того, силы эсперов Академ-Сити были способом насильственного смещения восприятия реальности через призму ценностей, существовавших лишь в собственном сознании.

Это может звучать всесильно, но такая система предоставляла лишь один фильтр. Так, эспер, управляющий огнём, не имел фильтра для воды, а эспер, управляющий водой, — фильтра для ветра. Попытка одновременно использовать два фильтра лишь уменьшала степень «сдвига» в восприятии, делая невозможным проявление любой из способностей.

Это не было тем, что можно переключать голосовой командой. Персональная Реальность оставалась с человеком на всю жизнь. Даже сам эспер с трудом контролировал её, и многим детям не удавалось полностью развить свою. Даже сильнейшие психологические способности #5 не позволили бы свободно переключать её. Если бы она могла это сделать, её, вероятно, знали бы под другим именем — ведь в таком случае она развила бы не только психологические силы.

Другими словами…

— Ты не используешь Персональную Реальность?

— Кажется, я уже говорил об этом.

— Я понимаю! Суть не в этой «коробке», что ты для себя создал!

Коробка была явно ошибочной.

Но было ли её содержимое даже силой эспера?

Взрослый использовал сверхъестественные способности, доступные лишь детям. Игнорировал правило «одна способность на человека», свободно переключаясь между разными силами.

Или дело было не в этом?

Может, он и не был эспером Академического Города? Тогда ограничения для взрослых и множественные способности теряли смысл. Но в таком случае зачем он разделял элементы по химическому признаку, чтобы управлять любым классическим элементом по желанию?

Теория Минимального Столкновения.

Что это было за явление, которое он ошибочно назвал этим термином?

— Водород♪ И гелий♪

Камидзё услышал напевный голос. Он принадлежал той, кто должен был оставаться в стороне, — белой монахине. Или она просто повторяла ту научную песенку, что слышала в городской толпе?

Или…

— Au, Cu, Hg, Ag, Pb, Fe.

Даже эти мельчайшие элементы способны были образовывать связи.

И в данном случае эти связи рождались из знаний, хранящихся в гримуарах этой девочки.

— Золото — это Солнце, медь — планета Венера, ртуть — планета Меркурий, а серебро — Луна. Нет, этот процесс не является манипуляцией металлами. 6, 7, 8, 9, 3, 5. Разве их не соотносят с 10 Сфирот, чтобы достичь 22 каналов, связывающих их, и таким образом управлять Древом?

Мысли покинули разум Камидзё.

Но всё сходилось.

Это объясняло все странности, которые они здесь наблюдали. Объясняло, почему взрослый вроде Неоки мог использовать сверхъестественную силу, и почему он игнорировал иерархию Академ-Сити, подавляя Мисаку Микото.

Но это должно было быть табу.

Люди в этом городе не могли использовать нечто подобное.

Это, должно быть, было частью тех правил, которых Камидзё никогда не видел воочию. Но то соглашение было заключено между Алистером Кроули и Лолой Стюарт, и обоих теперь не было.

Неужели это?

Неужели?

Неужели?

— Ты используешь магию!?

Часть 13

Положение и без того хуже некуда.

Но у Камидзё Томы была причина не отступать.

Перед тем как отправиться сюда, он обменялся парой фраз с кое-кем.

— Мисака хочет кое-что сказать, можно?

Идея была поистине абсурдной.

Когда-то перед ним предстали девочки-клоны. Узнав об эксперименте, призванном уничтожить все 20,000 из них, он пришёл в ярость и рискнул жизнью, чтобы остановить его. Но даже он лишь мельком видел тёмную сторону Академ-Сити — он не чувствовал, каков тот мир на самом деле.

Что означало сокрушить его и уничтожить полностью?

— Можно Мисака кое о чём попросит?

Но, возможно, дело было не в этом.

Девочку поймали, лишили сознания и связали так туго, что на коже остались синяки, но прежде чем начать тереть покрасневшие участки, дрожа от страха или рыдая, Ласт Ордер сказала нечто важное.

Поэтому ему не нужно было выбирать между двумя вариантами.

Достаточно было одного.

— Ты будешь сражаться, чтобы спасти его? Спрашивает Мисака, умоляя тебя!

Камидзё не знал, как это спасёт того парня.

Даже если он победит этого подонка из Совета директоров, Акселератор останется в заключении по собственной воле. Возможно, это было правильным решением, но такой путь никогда не стал бы счастливым. Камидзё не мог не задаваться вопросом: не пришлось бы Акселератору делать этот выбор, найдись тогда хоть один человек, всерьёз попытавшийся его остановить.

Но.

Даже так.

Он не знал, было ли это правдой, потому не хотел сразу отвергать решение другого. Это был путь, обретённый кем-то самостоятельно, и он чувствовал бы себя неправым, растоптав его. Возможно, Акселератор передумал бы, останови его кто-то тогда, но некоторые варианты будущего могли так и не наступить, останови он его.

Камидзё понимал: Акселератор осознавал, что путь будет нелёгким, но всё равно был готов пройти его.

Тогда не могло быть исключений.

Как у Камидзё и Индекс был свой путь, так и у Акселератора с Ласт Ордер был свой.

Это будет непросто, но не стоило заморачиваться об этом.

Ему нужно было лишь положить весы перед собой.

Соберёт ли он сейчас мужество и проживёт оставшуюся жизнь с гордо поднятой головой, или выберет безопасность, чтобы затем всю жизнь сгорбиться под грузом стыда?

Что бы он предпочёл?

Ответ был очевиден.

— Так, э-э... как бы сказать... Да, я знаю, что делать.

И потому парень улыбнулся и ответил.

Ведь он всегда хотел стать тем, кто способен улыбаться в такие моменты.

— Мы отправимся к этому негодяю и выбьем из него всю дурь, так что ждите хороших новостей.

Он не мог не сдержать это обещание.

Великая политическая сила и военная мощь позволяли людям попирать любые правила.

Но истинная человеческая сила заключалась в ином.

И потому Камидзё мог это сделать.

Волевое усилие простого парня могло помочь другому человеку не сбиться с выбранного пути.

Он понимал, чего хотел #1 Академ-Сити и новый Председатель Правления.

Пришло время защитить мечту Акселератора.

Между строк 4

В Совете директоров Академ-Сити под председателем правления состояло 12 членов.

Каждый из них обладал собственной сферой влияния и постоянно пытался вторгнуться на территории других. Сложная и враждебная структура, которую они формировали, породила бессчётное множество разработок — от новых видов вооружений до технологий, использовавшихся как официально, так и в тени. И под «вооружениями» здесь подразумевались не просто клинки или огнестрельное оружие. Для тех стариков и старух, сражавшихся за больший кусок пирога в этом взрослом мире, справедливость и филантропия были лишь расходными пулями.

— Вот чёрт. Похоже, один идиот сумел выдавиться наверх.

В тени прошептала старшеклассница.

Она не входила в состав Совета директоров. Она была «мозгом», работавшим на одного из тех стариков.

— Бывший элитный спасатель, да? Не знаю, где его так занесло, но готова поспорить, он куда спортивнее, чем выглядит.

В суматохе, вызванной вмешательством Акселератора в качестве нового председателя правления, замечание её нанимателя, где он упоминал о «молодом человеке», пытавшемся перехватить инициативу во время отсутствия прежнего председателя Алистера, осталось незамеченным.

Неужели он пошёл на такой смелый шаг, потому что у него была причина, вынуждающая его действовать?

Работа спасателя была изматывающей, а в Академ-Сити — и вовсе невыносимой. В этом густонаселённом мегаполисе таились невероятные риски: химикаты, бактерии, электромагнитные излучения, странные технологии следующего поколения и вышедшие из-под контроля силы эсперов.

Разумеется, ничто из этого не просачивалось в новости. Академ-Сити оставался на плаву лишь до тех пор, пока выглядел идеальным городом, где родители могли без опасений оставлять своих детей. Никто не поставил бы подпись на договоре, если бы в нём открытым текстом указывалось, что город не несёт ответственности в случае гибели детей.

И всё же находились те, кто постоянно бросал вызов этим скрытым угрозам.

Как же он свернул в мир денег и политики, вознёсся над другими монстрами, занял одно из 12 мест в Совете директоров и до одержимости погрузился в тёмную сторону, где столь многие исчезали в пучине трагедий? Будучи коллегой по Совету, Кайдзуми обладал равными с тем человеком полномочиями, но даже его компьютер не мог найти ответы на эти вопросы.

— Что ж, — вздохнула старшеклассница. — Мне предстоит составить отчёт о плюсах и минусах вмешательства и невмешательства в эту ситуацию. Хотя, как обычно, ни один из вариантов не кажется верным. Оба пути несут боль, так что по сути остаётся выбрать, какая из них тебе больше по вкусу.

Новый председатель правления желал уничтожить тёмную сторону.

Когда остальные члены Совета услышали об этом, они оценивали лишь то, как это повлияет на их личные интересы. Разумеется, каждый из этих 12 ВИПов был в той или иной мере связан с тёмной стороной. Пожилая женщина по имени Ояфунэ Монака была самой мягкой из них и избегала нечестных сделок, но даже она ограничилась лишь тем, что закрывала глаза на существование тёмной стороны в целом. Однако поскольку степень их вовлечённости различалась, ущерб от ликвидации теневых структур для каждого был разным.

Те, кто пострадал бы незначительно, приветствовали этот шаг; те же, кому угрожали серьёзные потери, — яростно противились.

Им было в принципе всё равно, увенчается ли попытка уничтожения тёмной стороны успехом. Их интересовало лишь одно: атаковать других директоров, когда великая волна потрясёт их устои.

В этом смысле Неока Норито оказался самой крупной мишенью.

Он слишком сросся с тёмной стороной в погоне за личной выгодой. Если эта инициатива уничтожит его экономическую основу, ему будет нечем поддерживать свой социальный статус. И как только он ослабнет, остальные члены Совета набросятся на него. Они вцепятся в него, разорвут на части и поглотят. Между этими двенадцатью директорами не было и намёка на товарищество.

— Эти двенадцать сил слишком заняты взаимными атаками, чтобы помешать попытке уничтожения тёмной стороны.

Для стороны Неоки Норито эта битва изначально была обречена на тяжелейшее противостояние.

Вероятно, он считал этот шаг единственным способом восстановить позиции. Даже если его теория была безосновательной, а сам он не был настолько глуп, чтобы всерьёз верить в её успех.

— Хотя я не ожидала, что он решит объединиться с организацией за пределами города. Это уже квалифицируется как привлечение внешней угрозы. Интересно, как он планирует выйти из ситуации?

Неока Норито использовал технологию, которую ни она, ни Кайдзуми не могли до конца понять.

Но её монополией он не обладал.

Процессы уже были запущены.

(Интересные события имеют обыкновение случаться в сочельник, не правда ли?)

На приставном столике рядом с кожаным диваном, на котором она расположилась, стояла выпечка и чашка крепкого кофе.

— Индивидуальный пончик, украшенный в твой "счастливый цвет" на основе дня рождения, группы крови и прочего, да?

Обычно подобным оккультным глупостям не находилось места в этом городе.

Но вместо этого они породили безумный тренд.

Не было и намёка на продвижение со стороны корпораций, как в случае с традицией дарить шоколад в День святого Валентина, однако ситуация здесь приняла извращённый оборот.

В целом Академ-Сити придерживался атеистических взглядов и стремился объяснять всё научными формулами, но, возможно, не столь уж удивительно, что в этот день оккультное всё же просочилось внутрь.

Сам пончик не был частью заговора.

Скорее он напоминал лакмусовую бумажку, призванную измерить состояние людских сердец.

Если столь нелепый продукт мог распространиться с такой скоростью, значит, жители города были способны ухватиться и за нечто иное, обычно им несвойственное.

Сердца людей поддавались влиянию.

Подобно тому, как это происходит при виде торжественной религиозной живописи или собора, или при наблюдении за гигантским метеором, падающим с небес. Полагаться лишь на собственные глаза — второсортная защита. Это всё равно что признаться: тебя легко очарует любая оккультная идея, стоит лишь подать её в зримой форме.

Другими словами...

— Вербовать местных через интернет? В каком же мерзком веке мы живём.

Девушка нажала клавишу на специальном компьютере размером с чертёжную доску — слишком большом, чтобы называться ноутбуком, — и вывела на ЖК-экран размером со средний телевизор изображение.

— R&C Occultics. Новый IT-гигант, специализирующийся на магии, да?