Недалеко от кишащей жизнью площади, где во всю велась стройка деревянных стен, наблюдала за плывущими облаками рыжеволосая, пытающаяся игнорировать сильнейшую боль в желудке, пожирающим сам себя.

Не так давно, удививший её своим мастерством речи дал ей поручение: «Сделать друга полезнее», а точнее сделать из него марионетку, но…

— Не хочу использовать его… — тихо под нос произнесла она. — Есть ли другой способ?

В размышлении она отодвинула шторку шатра, наблюдая как её знакомый все также лежит на импровизированной деревянной кроватки-гамаке, даже не думая прикоснуться к принесенной ею остывшей еде.

— Он не ел уже порядка двух дней… Будет плохо, если он продолжит в том же духе.

Бросать на самотек было не самой лучшей идей, потому зеленоглазая решила действовать слегка решительнее, пусть у неё и самой на душе было паршиво.

— Гон вставай! — она быстро подошла к своему другу и руками попыталась его растолкать. — Кушать!

— Отстань.

— Ну… Подъем, я так старалась, чтобы раздобыть эту еду! — будто по наитию слова девушки приняли милый оттенок. — Не дай ей испортиться, позязя!

— Жанн… — наконец-то пошел на контакт парнишка, все также смотрящий в белую стену палатки. — Разве ты меня не ненавидишь?

— Почему ты так решил?

— Из-за меня твой парень…

— Гон… Ты мой лучший друг… Не могу тебя ненавидеть, — взгляд зеленых глаз опустился вниз. — Если и тебя не станет, то какой смысл жить мне.

Но друг ничего не ответил…

Молчание стало нестерпимым для бестии, и та покинула стены палатки…

У неё не было ни малейшего плана что делать, как помочь своему другу и как убедить бледного мальчишку стать её учителем и наставником в этом паршивом мире.

До этого она ни разу не думала о чем-то таком просто наслаждаясь веселыми деньками и тем, что зовется юность… Но сейчас, сейчас все было иначе.

Опрометчивый поступок пойти в подземелье привел в отчаянное положение, с которого она не видела выхода.

— Та красная… — на глаза попалась Мия — Королева Кровавого Сада, что вместе с толпой мужиков таскала бревна до уже почти завершенного частокола. — Она его правая руки или что-то в этом духе?

Подождав пока очередное тяжелое бревно было отнесено к строителям рыжеволосая бестия подошла к красноглазой, уже хотевшей отправиться за следующей партией.

— Прошу прощение.

В ожидании узнать зачем незнакомка подошла к Мии, та пристально на неё посмотрела.

— Вы же знаете Рума, верно? Как… Как мне его задобрить?

— Если хочешь что-то попросить, то поговори с ним напрямую, — отрезав эту фразу, она уже уходила.

— Я уже пыталась, но… То, что он предложил взамен… Я не могу этого сделать.

— Тогда поищи другие варианты. Рум — не тот, с кем можно связываться при наличии других вариантов.

— Нет! Мне нужен именно он! Другой никто не способен мне помочь!

— Знаешь, — призадумавшись. — Расскажи о ситуации, может смогу чем-то помочь?

— … Мое тело очень слабо, потому я хотела бы обучиться мастерству управлять людьми.

— Ты-то? — ухмыльнувшись, она наблюдала как неуверенная в себе девушка заявляет такое. — Так в чем проблема?

— Он хочет, чтобы я воспользовалась своим другом, сделав его полезным… Но я так не могу.

— Хочешь задобрить Рума другим способом? — вновь призадумавшись. — Как насчет… Покажи свою полезность для счетоводов и попроси их убедить Рума тебя обучать.

— Э? — удивилась рыжеволосая.

— На конфликт с ними идти он явно не желает. Может пойдет на уступки.

— Тогда наведаюсь к ним! — девочка уже собралась уходить, как её желудок подал сигнал, заставивший ту немного скрутиться и сморщить лицо.

— Ну и ну, протяни свой браслет, — рыжая бестия последовала наказанию Королевы Кровавого Сада и на её счет поступило 500 кредитов. — Купи себе поесть.

— Но…

— Что толку если от голода скопытишься?

— Спасибо, — девушка низко поклонилась, а после направилась в столовую, ведь чувство голода становилось все сильнее, да так, что мысли вскоре будут заняты лишь едой.

Красноволосая же еще пару секунд наблюдала вслед рыжей бестии, а после вздохнув направилась к авантюристам, валящим лес.

После покупки пары булочек с мясом Жанна двинула к палатке-шатру главного счетовода, где как раз застала того развеивающим парящие в воздухе символы и встающим из-за стола чтобы передохнуть.

— Прошу прощение.

— Банум Жанна, если не ошибаюсь? — зеленоглазая кивнула. — Чем обязан?

— Могу ли я чем-то быть полезной для счетоводов?

— Едва ли. С твоими характеристиками и навыками ты явно не годишься для этого похода.

В который раз она слышит о своей бесполезности, но не может ничего возразить…

Неспособная сражаться, неспособная помочь… Даже вне врат она только и могла прятаться за спины и делать все возможное, чтобы с ней дружили… Ведь иначе…

— Если на этом все, то лучше тебе не тратить мое время на отдых перед волной.

Мораль девушки стремилась в бездну…

— Простите…

«Бесполезная» — единственное, что заполнило её голову, после набитого брюха.

Чувство неполноценности в купе с загнанностью в угол не позволяли ей ясно мыслить, как и увидеть хоть один путь…

Ей ничего не оставалось, кроме как безвольно наблюдать за уходящим днем и появляющейся надписью: «Волна началась».

Весь лагерь тут же переполошился, из палаток повыходило с десяток до зубов вооруженных авантюристов, и все двинулись к свежа созданному частоколу, чтобы встретить надвигающуюся толпу.

В дали раздались взрывы, а в небе замаячило две фигуры одной из которых был Рум, а второй счетовод. Похоже они обсуждали что-то важное.

— Нужно проведать Гона…

Понадобилось около десяти минут, чтобы добраться до нужной палатки, но…

Еда была съедена, а самого парнишки и след простыл, его кожаная экипировка и меч исчезли вместе с ним.

— Неужели? — в девушки смешались чувства радости и беспокойства. — Но когда? И куда?

***

Стоило падшему с небес развернуться и броситься на утек от ходячей горы, как уже через пару минут послышалась спокойная, расслабляющая песня женского вокала.

— Это еще что за чертовщина?

Бывший диктатор развернулся, чтобы понять откуда слышан источник звука, как заметил идущий на снижение отряд: они уснули прямо во время полета.

— Твою мать!

Рик разогнался и тут же подхватил двоих: на большее у него не хватило ни времени, ни сил, ни управляемости — перчатка будто потеряла часть силы.

Остальные приземлились плашмя в корнах желтых деревьев, осыпав золотистую листву на землю.

Нести вес трех человек артефакт полета не был способен, потому бледный юноша пошел на снижения, наблюдая нелицеприятную картину.

Некоторые из уснувших налетели на острые как лезвия ветки деревьев, пробив свою грудь, живот, и голову, некоторых так и вовсе размозжило по земле.

— Какого хрена вообще произошло?!

Из десяти человек, за пару секунд, осталось лишь трое: двое, вовремя подхваченный Риком и третий в угоду высоких характеристик не сильно ощутил падение.

Но все они были погружены в глубокий сон и любые попытки их разбудить ни к чему не приводили, подобно человеку, впавшему в обморок.

— Бросить их что ли? — задумался бывший диктатор, чья жизнь была для него самого на первом месте. — Так уже и улететь не смогу.

Сквозь тяжелое песнопение падший с небес расслышал слизкие звуки, а когда обернулся к трупам своей команды — тех уже облепили тысячи белых личинок, вгрызающихся в плоть мертвецов.

Быстро среагировав, он попытался ухватить троих выживших и воспарить над землей.

Сделал он это вовремя, так как на месте, где лежали даже живые, уже начали из-под земли вылазить плотоядные черви, с превеликим счастьем предвкушающие вгрызться в плоть еще живых людей.

Перчатка так и вовсе не работала как прежде.

То ли разрядилась, то ли повредилась, но сейчас она лишь и позволяла на максимальной скорости сделать высокий прыжок и паря, спуститься назад.

Из-за чего Рику приходилось постоянно прыгать.

В то же время перчатка позволяет сделать двойной прыжок, но после этого не запускается пока ноги не коснуться земли…

— Чертов балласт, но и в одиночку в случае засады меня лишь и ждет смерть.

В голове бывшего диктатора тут же промелькнули воспоминания остроклювых летучих мышей: против них он вряд ли чего сможет сделать, а ведь лес полон и другой агрессивной живностью…

Пораскинув головешкой, он повесил трех выживших за шиворот на острые и довольно прочные ветки и убедившись, что их не снесет ветром направил свой взор в сторону откуда звучала песня без слов.

Благодаря легкости коей того наделил сломанный артефакт полета он сумел встать на листву деревьев, чтобы попытаться увидеть источник… Звук шел прямиком от ходячей горы.

— Черт бы его побрал.

Тяжело вздохнув, падший с небес не придумав ничего лучше двинулся вперед прямиком по золотистым кронам: похоже мир, в котором он оказался, не любит трусов, ведь у того не осталось не единого выбора, кроме как ломануться на встречу горе.

Его приближение тут же было замечено летающими голубыми монстрами, которые войдя в пик закружились подобно синему ежу из очень старых игр, подготовив острые наросты на спине к удару.

Это колобок при единственном лишь попадании завершит сказочное приключение бывшего диктатора… Но тот оставался спокойным.

Потеряв хладнокровие — потеряет тот единственный шанс на выживание.

Дождавшись момента, когда его настигнет ежик, он сделал короткий рывок в бок, а потом, в момент, когда тот пролетал мимо, оттолкнулся от закрутившегося монстра, уйдя от трех таких же атак, игнорирующих крепость ветвей и их остроту запросто уничтожив необычные деревья, а после вновь взлетев в небо готовясь повторить нападение.

— Нельзя мешкать!

Бывший диктатор направился в строну горы, пытаясь двигаться по ломанной прямой, чтобы избежать безумных атак летающих птичек.

Но даже это удавалось сделать с трудом, ведь бежать по мягкой листве опасно…

Единственные отступление и преследующие его птички превратят механическое тело в груду хлама, а ведь за врагами он даже не мог следить: все внимание забирал на себя бег.

— Добежать-то может и добегу, но подняться как? — размышлять не было ни времени, ни сил, потому падший с небес решил сделать то, что первое пришло в голову.

Дождавшись нападение птицы, тот вновь оттолкнулся от неё, взяв направление вверх и дождавшись еще одного нападения, сделал двойной прыжок уклонившись от прямой атаки, а после вновь оттолкнулся от синего монстра.

Подобное по началу было сложно провернуть, но уже потом летучих стало настолько много, что по ним буквально можно было подняться…

— Блять! — отчаянно выкрикнул падший с небес, когда окруживший его рой начал наносить беспрерывные удары, один из которых прошелся по правой руке с клинком в ней.

Очевидно, та не выдержала и отлетела от хрупкого механического тело, разорвав и так порядком натерпевшуюся запачканную гноем одежду.

Благо Рик тут же сориентировался несмотря на то, что попадание закружило его самого подобно юле, он сумел открыть кольцо-хранилище и сныкать потерянную конечность там, а после вновь оттолкнуться от очередной атаки и вернуть себя в нужное направление.

— Хорошо хоть боли не чувствую.

Приноровившись следить за окружением, с каждым прыжком падший с небес вновь возвращался в небо, даже не думая дать бой монстрам.

В отличии от их зараженных версий эти куда прочнее и опаснее…

Несмотря на это, ему удалось достичь вершины ходячей горы, находившейся выше облаков, где на зелёной полянке расположился тот самый источник приятной, но крайне губительной песни.

Зеленоволосая нагая девушка, чья неимоверно длинные локоны давно вросли в мох под ногами, а из одежды, если таковую можно так назвать, были лишь лианы и цветы прорастающие прямо из-под кожи.

В молитве и на коленях она сомкнула руки в замок и закрыла глаза, будто надеясь на спасение.

Около же девушки расположился некто неизвестный, одетый во все черное с лицом закрытым капюшоном и бандитской повязкой.

Зелено-коричневые глаза незнакомца распахнулись в удивлении, но ненадолго. Тот материализовал из воздуха серебристый клинок и был готов дать бой неоткуда появившемся незнакомцу.

— Не знаю кто ты, но не смей мешать планам его высочества! — вскрикнул он и хотел было двинуться вперед, но у запачканного гноем бледного юноши не было времени чтобы хоть в чем-то разобраться, ведь злобные голубые ежики уже летели на него.

Тем более, чем выше поднимался падший с небес, тем все хуже работала перчатка и вот теперь, когда он прямо у источника песни она и вовсе перестала реагировать.

Раздраженно хмыкнув, бывший диктатор сделал то, что Мотус попросил делать лишь при крайнем случае.

Из кольца-хранилища было призван черный как смоль камень, а после и клинок, что вовремя потери конечности оказался в хранилище.

Ржавый меч вознесся к небу и засеял подобно невиданной в мире этом звезде.

Взмах.

Белая ударная волна разрубила не успевшего среагировать одетого в черное парня, а после в темном небе среди облаков засеял полумесяц.

Всего на пару секунд, но мрак был освещен фальшивым отголоском иного мира, видимый каждому во вратах.

[Уровень заряда достиг нуля.] — уведомила система, за мгновение, прежде чем намертво отключить механическое тело.