Глава 33

Я усмехнулась и снова перевела взгляд на карту. Растянув большой и безымянный пальцы, я прикинула расстояние и, постучав по карте, сказала:

— Если мы обогнем эти горы, то по времени как раз успеем.

— Не лучше ли будет пересечь провинцию Фрейя? Нам всё равно нужно следить за новостями о поисковых отрядах, чтобы вовремя менять маршрут. К тому же, все думают, что вы дважды были похищены монстрами, поэтому ищут вас в горах и лесах. Вряд ли кому-то придет в голову, что вы так быстро вернетесь в цивилизацию.

В словах Зенона определенно был смысл.

Самуэля с его непонятным радаром в расчет не берем, но поисковые отряды Роамов и императорского двора — дело другое. Нужно постоянно держать руку на пульсе.

А главное, сейчас такое время года, когда в городах полным-полно народу, и затеряться в толпе будет гораздо проще.

«Скоро повсюду начнутся праздники урожая...»

Они же не сумасшедшие, чтобы наводнять солдатами празднующие города и портить атмосферу.

Императорская семья и дом Роам будут заняты торжествами в столице, да и у Великого Храма наверняка запланированы свои мероприятия. Так что, возможно, поиски на какое-то время приостановят.

— Отличный план.

Я посмотрела туда, куда указывал палец Зенона. Огромные равнины Фрейи были обозначены на карте простыми значками.

Это самый плодородный регион империи, ее главная житница и источник самых крупных налоговых поступлений. Масштабные гуляния, которые там устроят, — идеальное укрытие для нас.

И самое главное — поисковые отряды понятия не имеют о моей конечной цели.

А значит, они не смогут проследить никакой логики в моем маршруте.

***

Максель, едва закончив изнурительное совещание, переступил порог своего кабинета и застыл. Внутри его ждал незваный гость.

— Мне показалось, мы так давно не виделись...

Лилия, одетая в яркое, светлое платье, радостно поднялась ему навстречу.

— Лилия.

— Знаю, что вы заняты. Я приехала во дворец навестить ее Величество Императрицу и решила забежать на минутку, просто чтобы взглянуть на вас.

Лилия теребила подол платья, а на ее щеках играл легкий румянец.

Максель, сначала немного опешивший от ее присутствия, подавил усталость и мягко ответил:

— Прости. У меня столько дел с праздником урожая, а тут еще и поисковые отряды на мне. Одно совещание за другим.

Услышав это, робкая улыбка на лице Лилии слегка померкла.

— Вы про... императорские поисковые отряды? Которые ищут Воскресшую?

— Да.

Лилия широко раскрытыми глазами посмотрела на Макселя и, нервно сглотнув, пробормотала:

— Я думала, вы поручили это рыцарям.

— Они проводят сами поиски, но общее руководство на мне.

— Но у вас ведь и так полно забот. Вы могли бы перепоручить это кому-нибудь другому.

— Это слишком важное дело.

Спокойно ответив, Максель подошел к рабочему столу. Ничего секретного на нем не лежало.

Но всё же, пускать кого-то, пусть и невесту, в кабинет наследного принца без предупреждения... Нужно будет устроить слугам хорошую взбучку.

Привычным движением Максель сгреб несколько бумаг со стола и убрал их в ящик. Лилия подошла поближе и бодрым голосом предложила:

— Дом Роам тоже собрал поисковый отряд. Если я попрошу отца, он наверняка с радостью будет сотрудничать с вами.

Поисковый отряд Роамов? Максель слегка нахмурился, но тут же взял себя в руки и повернулся к ней с непроницаемым лицом.

— Аристократка Империи получила пророчество и воскресла. Императорская семья, как правящий дом, обязана была организовать официальные поиски. И это никак не связано с инициативой Роамов.

— Но если это должна быть императорская семья... почему бы не поручить это... ах да. Первому принцу? Я слышала, он недавно вернулся в свой дворец. У него же всё равно нет никаких дел.

При упоминании Генриха нервы Макселя натянулись, как струна. И без того после их недавнего разговора в коридоре у него на душе было неспокойно.

Стиснув зубы, Максель резко сменил тему:

— Лилия.

От его строгого тона щебечущая Лилия замолчала и удивленно захлопала глазами.

— Скоро начнутся торжества по случаю праздника урожая. Ты готовишься?

— Что?

— Как невеста наследного принца, ты должна заранее ознакомиться с программой. Тебе ведь предстоит в них участвовать.

В ее больших глазах промелькнула растерянность. Моргнув, она неуверенно начала:

— Я же говорила, что мне... неуютно на таких официальных мероприятиях...

— Мы не можем откладывать это вечно. После свадьбы у меня не будет времени возиться с тобой, так что тебе нужно начинать вникать в главные события уже сейчас, пока мы можем посещать их вместе.

— Поэтому я и ищу себе толковых помощников.

— Не помощники, а ты сама должна быть готова.

В доме Роам его заверяли, что ее обучают всему необходимому.

Поскольку эта семья с самого начала готовила будущую императрицу, он поверил им на слово. Но, судя по лицу Лилии, она была абсолютно не готова.

Заметив, как помрачнел Максель, Лилия закусила губу. Ее брови жалобно опустились, и она срывающимся голосом произнесла:

— Я только-только вырвалась из тени средней сестры! Вы же знаете, как тяжело мне жилось в особняке Роамов! Знаете, что она со мной делала!

В ее теплых зеленых глазах заблестели слезы.

— Знаете, как я испугалась, когда узнала, что она воскресла? В каком страхе я живу каждый день? Она ненавидела меня до самой своей смерти. Если она вернется, весь этот кошмар повторится...

Лилия закрыла лицо руками и сжалась в комочек. Казалось, воспоминания о прошлом наполнили ее первобытным ужасом.

И только тогда Максель вспомнил о тех издевательствах, которым Анелли подвергала Лилию.

Ведь именно тот инцидент, когда она изорвала спину Лилии кнутом, и стал последней каплей, после которой Анелли отправили на эшафот.

И даже без этого у Лилии было множество причин бояться ее.

— Мне так страшно. Наверняка она до сих пор таит на меня злобу.

— Анелли и пальцем тебя не тронет. Я этого не допущу.

Максель обнял Лилию и принялся успокаивающе гладить по спине. Лилия уткнулась лицом ему в грудь. Он чувствовал, как дрожат ее плечи.

— Если бы я знал, что ты так переживаешь, я бы уделял тебе больше внимания. Прости.

Максель искренне сожалел. С тех пор как он услышал о воскрешении Анелли, он сам был словно в тумане. Его захлестнули эмоции, природу которых он и сам не мог до конца понять.

Он был так поглощен этим непонятным чувством, что даже не замечал, в каком ужасе живет его собственная невеста.

— Пожалуйста, поручите поиски кому-нибудь другому! Вспомните, как она была одержима вами, мне до сих пор не по себе.

Лилия, вцепившись в камзол Макселя, подняла на него глаза, полные слез.

Ее умоляющий голос всегда обезоруживал его. Что бы она ни просила, он всегда соглашался.

Но эта просьба выходила за рамки его полномочий.

— Это прямой приказ Его Величества. Я не могу просто взять и отказаться.

— Но у вас же столько подчиненных! Зачем вам лично заниматься тем, что доставляет вам такой дискомфорт? Его Величество наверняка поймет.

Лилия говорила так, словно искренне не понимала причину его отказа. И в этот момент Максель выпалил, даже не успев толком обдумать свои слова:

— Мне это не доставляет дискомфорта.

— Как это «не доставляет дискомфорта»?

Услышав в ее голосе подозрение, Максель мгновенно пришел в себя. Он взял Лилию за плечи и мягко отстранил от себя.

— Лилия. Сейчас это не главное. Я бы очень хотел проводить с тобой больше времени, но, как я уже сказал, у меня много работы перед праздником урожая. Это дела, которые нельзя отложить.

Сделав пару шагов назад, Лилия поджала губы. Но в конце концов она нехотя кивнула:

— Я поняла.

— Ты с охраной?

Лилия молча покачала головой.

— Я приставлю к тебе сира Стерна. Пусть он сопровождает тебя.

Сир Стерн был одним из самых доверенных и искусных рыцарей Макселя, отвечающим за его личную безопасность. То, что Максель отдал его ей, было знаком величайшей заботы, поэтому Лилия покинула кабинет с чуть более светлым лицом.

Стерн, ожидавший за дверью, перехватил взгляд Макселя и молча последовал за Лилией.

Оставшись в кабинете один, Максель стянул удушающий галстук. Тяжесть в груди никуда не делась, и он невольно вздохнул.

Всё словно полетело кувырком. Абсолютно всё.

«Почему бы не поручить это первому принцу? У него же всё равно нет никаких дел».

От наивного предложения Лилии на душе стало еще паршивее.

Его старший брат Генрих жив, но по факту он всё равно что с отрубленными конечностями. Все его сторонники либо мертвы, либо в тюрьме, либо в ссылке.

Он и сам прекрасно это понимает, поэтому и сидит тише воды, ниже травы. Даже тогда, в коридоре, если бы Максель его не окликнул, он бы просто юркнул в свой дворец, как крыса.

И такому человеку поручить поиски Анелли?

«Представь, как она клянется мне в вечной любви перед алтарем. Как она счастлива в моих объятиях. Как она целует меня, смотрит только на меня, живет ради меня и позволяет называть себя по имени только мне».

Вспомнилась ухмылка на лице Генриха. И его наглые, самоуверенные слова.

Всё, что наговорил Генрих — не более чем нелепые фантазии. Максель с самого начала бросил ему этот невозможный сценарий просто как насмешку.

И Генрих, прекрасно это осознавая, просто подыграл, сделав вид, что это и правда может случиться.

Так что нужно просто выкинуть всё это из головы.

«Всё то, что когда-то могло принадлежать тебе, но теперь навсегда потеряно для тебя».

То, чем он когда-то обладал, но теперь потерял навсегда.

Чушь. Этого не может быть. Если бы Анелли питала к Генриху хоть каплю симпатии, это бы давно всплыло.

Взгляд Анелли всегда был прикован только к Макселю, и такие чувства не исчезают по щелчку пальцев.

Возможно, то, что она его лишилась, только усилит ее одержимость. Зная Анелли Роам, она, скорее всего, из чистого упрямства будет цепляться за Макселя еще сильнее.