Глава 32

— Я же сказал, мы терпеть друг друга не можем! Если он увидит меня, то из принципа не станет помогать.

— Просто скажи мне, где он живет, и я схожу к нему одна.

— А если он вас сдаст?

— Ну, тогда придется пригрозить ему перед этим.

Даже самый смелый человек станет куда сговорчивее, если ему пригрозить дюллаханом.

Услышав мой беспечный ответ, Зенон так скривился, словно у него зубы заболели.

Я, между прочим, очень даже умею угрожать, зря он так.

— Нет, ну правда. Вам так уж необходимо с ним встречаться?

— Ты сам сказал, что маги, способные создать такое подпространство, на вес золота.

Крыть ему было нечем, и Зенон упрямо поджал губы. Но недовольное выражение никуда не делось с его лица.

— Что тебя не устраивает?

— Да так, ничего. Вечно я один тут странный, да. Один я.

— Если не скажешь, я не пойму.

— Да даже если скажу, вы всё равно не поймете.

— А это мы еще посмотрим. Говори.

Я мягко поощряла его высказаться, не понимая, на что он так обиделся. Зенон нехотя отвернулся и пробормотал, хотя голос его стал немного мягче:

— Человек вам четко и ясно говорит, что у нас плохие отношения, а вам хоть бы хны...

— Но ведь это у вас с ним плохие отношения, а не у меня.

— Так и знал.

Зенон покачал головой. А что, я не права?

— Я что, маленькая? Если ты с кем-то в ссоре, я тоже должна делать вид, что не знаю его?

— Дело не в этом. Вы не могли бы хотя бы для вида встать на сторону человека, который вам ближе? Что, так трудно?

— Я с ним даже не виделась, когда мы успели поссориться? Чью сторону мне принимать?

Мой вопрос заставил Зенона замолчать. Тяжело вздохнув, он повернулся ко мне спиной.

— Извините, я просто более чувствителен, чем большинство людей, вот у меня настроение и скачет. Не обращайте внимания. Давайте просто поедим.

«Хватит. Пытаться найти у тебя понимание было моей ошибкой. Не бери в голову».

Его слова внезапно пробудили в памяти голос, который я старалась забыть.

Голос из далекого прошлого. Лицо Макселя тогда было очень похоже на лицо Зенона сейчас.

Или даже еще хуже?

Максель, устав от моей эмоциональной холодности, просто отказался продолжать разговор. О чем мы тогда спорили?

— Госпожа Анелли?

Кажется, это было в тот день, когда я пришла во дворец наследного принца, узнав, что один из рыцарей Макселя получил тяжелое ранение в бою с монстрами.

После назначения наследным принцем Максель стал слишком самонадеянным. Я же всегда была настороже, опасаясь, что проигравшие конкуренты могут попытаться ему отомстить.

Поэтому, услышав новость, я сразу пошла к нему, чтобы предупредить о бреши в его защите из-за отсутствия рыцаря.

— Вы не будете есть?

Раненый рыцарь был одним из приближенных Макселя.

Он всегда находился рядом с ним, и я настаивала на том, что его нужно как можно скорее заменить.

Максель отчитал меня, сказав, что люди не винтики, и нельзя вот так просто выбросить человека, который верно ему служил.

— Госпожа Анелли? Вы меня слышите?

Тот рыцарь больше не мог выполнять свои обязанности. Он уже получил щедрую компенсацию и должен был уйти в отставку.

Слова Макселя о том, что он оставит его место вакантным, чтобы не ранить его чувства, были верхом нерациональности.

В конце концов, Максель — наследный принц. Ему нельзя терять бдительность ни на секунду.

«Он был мне как брат. Я еще не готов отдать его место кому-то другому».

«Но, Максель...»

«Довольно. Ты всё равно не поймешь, так что дальнейший разговор бессмыслен. Возвращайся к себе, Анелли».

Для меня его безопасность была важнее всего. Я просто хотела, чтобы человек, которого я люблю, не подвергал себя риску из-за нелепой сентиментальности. Но Максель посмотрел на меня с разочарованием.

А позже я узнала, что Лилия утешала Макселя, расстроенного потерей рыцаря.

И что Максель был глубоко тронут тем, как Лилия рыдала и сокрушалась из-за ранения человека, которого даже никогда не видела.

— Госпожа Анелли!

В мое поле зрения внезапно вторглось чье-то лицо. Долго и тупо смотря на него, я наконец осознала, кто передо мной.

А, Зенон.

Верно. Я умерла и воскресла, а Макселя больше никогда не увижу.

— О чем вы так задумались?

— Ни о чем.

— Из-за того мастера артефактов?

Вместо ответа я подошла к еде, которую он приготовил. Воспоминания, всплывшие так некстати, обдали голову холодом.

— Я свяжусь с ним, не переживайте. Я просто поворчал немного, я же не говорил, что не провожу вас к нему.

Заметив мое помрачневшее лицо, Зенон заговорил со мной, как с ребенком. Когда я промолчала, он начал корить себя за мелочность.

— Я понимаю, что в нашей ситуации нельзя поддаваться эмоциям. Признаю, повел себя по-детски.

Как странно.

Генрих извинялся за то, что не смог оказать мне помощь, о которой я даже не просила. А теперь Зенон сам додумывает скрытый смысл моих слов, которого там и в помине нет, и просит прощения. А ведь тот, от кого я действительно хотела понимания, просто бросил меня.

Глядя на Зенона, я спокойно взяла столовые приборы и ответила:

— Я буду на твоей стороне.

— Поэтому... что?

— Я отлично умею различать, кто мне ближе, а кто нет.

Стряпня Зенона, как всегда, не разочаровала. Стоило мне отправить в рот первый кусочек, как проснулся аппетит, о котором я уже и забыла, а в животе заурчало.

Молча жуя, я вдруг осознала, что вокруг слишком тихо, и подняла глаза. Несси, оторвавшись от своей порции мяса, немигающим взглядом смотрел на меня. Надав и Жигор тоже замерли, уставившись в одну точку.

Проследив за их взглядами, я вздрогнула. Зенон, с лицом, полным невыразимого благоговения, стоял с дрожащими губами.

— ...Ты плачешь?

— Я не плачу. Я просто тронут.

Не понимаю, с чего бы ему вдруг так растрогаться, но одно я знала наверняка.

[Пф, слабонервный самец.]

[Верный слуга.]

[Босс, я буду служить вам еще вернее!]

Какое счастье, что Зенон не понимает язык животных.

***

Даже путешествуя с Зеноном, я находила время, чтобы уединиться и пообщаться с Жигором или Надавом.

Надав был уверен, что Жигор обладает обширными знаниями, и я тоже втайне надеялась, что он сможет прояснить для меня некоторые моменты.

Однако, вопреки нашим ожиданиям, Жигор лишь уныло сидел на макушке Надава.

[Простите, Босс. Как я ни старался, вспомнил только примерное местонахождение одного из рыцарей.]

— Ну, что поделать.

[Зато когда мое крыло заживет, я буду лететь в авангарде и первым замечать врагов!]

— ...Нет. Не нужно тебе в авангард.

На макушке Надава ты смотришься куда гармоничнее.

Более того, Жигору, кажется, очень даже нравилась густая грива Надава. Надав был крупнее обычной лошади, так что для крошечного Жигора его грива вполне могла казаться уютным гнездом.

Как ни крути, жизнь синички подходила Жигору куда больше, чем жизнь дюллахана.

— Значит, надо продумать маршрут.

Тот рыцарь, о котором вспомнил Жигор, был родом из прибрежного города. Жигор помнил, как тот жаловался, что в детстве переел морепродуктов и теперь терпеть не может рыбу.

Если говорить о прибрежных городах с развитым рыболовством, где люди могли досыта наесться рыбы, то на ум приходило только одно место.

Раз уж я нашла Жигора по подсказке про виверну от Надава, то и зацепка Жигора наверняка указывает на следующего дюллахана.

Похоже, мне так и придется собирать этих рыцарей, переходя от одного к другому по цепочке.

Вот только загвоздка заключалась в том, что дорога к морю и дорога к мастеру артефактов лежали в абсолютно противоположных направлениях.

— Думаю, сначала всё-таки стоит забрать артефакт подпространства.

Кто знает, что за монстр ждет меня на побережье? Лучше не рисковать и сначала обзавестись подпространством, куда я смогу запихнуть всю эту звериную гвардию.

А то появится какой-нибудь монстр, с которым по улицам не походишь, и что мне с ним делать?

Я изучала карту, пытаясь проложить маршрут так, чтобы передвигаться максимально скрытно, когда вернулся Зенон.

— Госпожа Анелли, он сказал, что это займет около двух недель.

— Как-то долго.

Может, Зенон специально связался с ним и попросил тянуть резину? Говорила же, сама с ним поговорю, а он всё упрямился.

— ...Сделать артефакт подпространства за две недели — это уже безумие. На такую работу уходит минимум месяц, и это если ни на что не отвлекаться. А вам же нужно не на одну зверушку, а на десять! ...Знаете, скольких трудов мне стоило его уломать?

— Обычно за такие деньги мастера не задают лишних вопросов.

— Ха... Этот тип не из таких. В любом случае, раз уж это необходимо, придется ехать, но, уф...

Зенон устало взъерошил волосы. Видимо, разговор дался ему нелегко.

Ну да, раз уж они терпеть друг друга не могут, то даже за большие деньги обращаться к нему было неприятно.

— И что ты ему наплел?

— ...Вы только не злитесь, ладно?

Его серьезный тон заставил меня насторожиться. Я посмотрела на него и кивнула. Зенон неловко кашлянул и отвел взгляд.

— Я сказал, что вы — сумасшедшая фанатичка, помешанная на животных.

— Фанатичка?

— Ага. Так что, когда приедем, вам придется вести себя как одержимая защитница животных. Обязательно как сумасшедшая фанатичка.

— ...А просто любительница животных не подойдет?

— Обычные любители животных не тратят баснословные суммы на артефакты подпространства для своих питомцев.

В его словах была доля логики. Вряд ли кто-то, кроме одержимого коллекционера или сумасшедшего фанатика, стал бы вливать такие деньги в подобную прихоть.

Его аргументы звучали на удивление убедительно, поэтому я подавила легкое раздражение и согласилась.

Я — сумасшедшая фанатичка животных.

Знали бы обитатели особняка Роам, как меня теперь называют, в обморок бы попадали. Жаль, что я не увижу их вытянувшихся лиц.