Глава 29

Лилия частенько подбирала бездомных животных.

Принесет, бывало, в особняк дрожащего раненого зверька, причитая, как ей его жалко, а все слуги вокруг только умиляются ее доброму сердечку.

Она усердно мыла их, кормила, лечила раны. А когда набравшиеся сил собаки или кошки носились по дому, разбивая украшения и пачкая чистые комнаты и коридоры, она лишь смеялась, приговаривая, что с такими проказниками ничего не поделаешь.

Как-то раз щенок, которого она притащила, пробрался в мою спальню. Он устроил там погром, и я во весь голос орала, требуя немедленно вышвырнуть эту псину.

Мой младший брат Сейри, обожавший зверушек Лилии, попытался меня утихомирить, но в итоге сам испугался моих криков и спрятался за материнскую юбку.

Лилия бросилась утешать плачущего Сейри, и тот зарыдал еще громче, сквозь слезы выдавая:

«Сестра Лилия говорила, что те, кто не любит животных — плохие! Значит, средняя сестра — плохая?»

Не знаю, что там Лилия лепетала, успокаивая Сейри. Меня так достал весь этот шум, что я просто заперла дверь своей спальни.

Мне просто неинтересно то, с чем нельзя договориться, кому нельзя четко донести свою волю, и что, как следствие, невозможно полностью контролировать.

Когда все вокруг охали и ахали над щенком Лилии, умиляясь и жалея его, я единственная оставалась равнодушной.

Правильнее будет сказать не то, что я ненавидела животных, а то, что они были мне безразличны. Хотя это не значит, что я не находила их милыми. Особенно детенышей — их очарование я вполне признавала.

На самом деле, я не такая уж бессердечная к зверушкам, как кричал Сейри. Я просто хочу, чтобы они находились в подходящей среде под должным контролем.

А сейчас меня окружает самая что ни на есть дикая природа. Поэтому тот факт, что ситуация не поддается контролю, меня не особо раздражает.

[А ну-ка, мелочь, ведите себя прилично с папиной подругой!]

Несмотря на строгий окрик отца-орла, пушистые серые птенцы продолжали щебетать, уставившись на меня. Это были какие-то нечленораздельные звуки вроде «Ва-а», «У-у» и «Кья-я».

Наверное, они еще слишком маленькие, и речь у них не развилась. Поняв, что нормального диалога не выйдет, я просто покивала им в ответ. Но даже этого хватило, чтобы птенцы радостно захлопали крылышками.

[Кто бы мог подумать, что я снова увижу Анелли! Знал бы, что придешь — поймал бы для тебя жирненькую лису!]

— Боюсь, я бы всё равно не смогла её съесть.

Неловко усмехнувшись, я огляделась. Я находилась в орлином гнезде, свитом в углублении на крутом склоне скалистой горы.

На склонах этой горы повсюду ютились гнезда хищных птиц, а виверна, как оказалось, жила в огромной пещере у самого ее подножия. Доставив меня сюда, мой крылатый транспорт тут же скрылся в своей пещере.

Кто бы мог подумать, что логово монстра и гнезда хищных птиц могут мирно сосуществовать на одной скале.

Виверна, встретившая меня у обрыва, была безумно рада меня видеть, а заодно поведала о делах папаши-орла, который, как оказалось, живет по соседству.

Она даже любезно предложила передать орлу весточку от меня, если я захочу. Видимо, то место обитания мелких монстров, которое я показала ей в прошлый раз, пришлось ей очень по вкусу.

Я пообещала выдать координаты еще одного пастбища мелких монстров, и виверна с радостью согласилась подбросить меня до гнезда.

Конечно, я воспользовалась услугами виверны вовсе не ради того, чтобы повидаться с орлом. Но, честно говоря, я была рада нашей встрече.

[Я всё гадал, что за бессмертный человек осмелился вторгнуться на территорию брата-виверны, а это оказалась ты, Анелли!]

— Знай я, что ты здесь, прихватила бы с собой мяса.

У тебя тут такой выводок. Наверное, нелегко всех прокормить.

[О, а вот и жена вернулась! Дорогая! Это та самая подруга, о которой я тебе рассказывал!]

Орел захлопал крыльями, призывая кого-то. В следующую секунду рядом с ним приземлилась орлица — огромная, с пронзительным взглядом хищника.

[А, та самая человеческая подруга?]

[Ага! Правда, моя жена красавица?]

Я тут же взяла свои мысли назад. Похоже, папаше-орлу живется не так уж и тяжело.

Орлица превосходила своего мужа и в размерах, и в свирепости, и выглядела так, словно могла бы притащить сразу с десяток зайцев в мгновение ока. Какая впечатляющая стать.

[Спасибо, что возишься с моим непутевым муженьком, человеческая подруга.]

— Да что вы, это он мне во многом помог. Кстати...

Гнездо было просторным. Хоть оно и было завалено перьями и пропахло диким зверем, что мне не особо нравилось, здесь было достаточно места даже для меня.

Но сколько я ни оглядывалась, того, что я искала, здесь не было.

— Я тут случайно узнала от Брата-виверны... Вы, кажется, недавно кого-то нашли и теперь выхаживаете?

На мой осторожный вопрос ответила орлица.

[А, ты про того парня в пещере. Безголового!]

Да, именно об этом и говорила виверна.

Лес у скал — ее территория, поэтому обычные монстры туда не суются, но пару дней назад там внезапно появился раненый дюллахан.

Виверна собиралась его сожрать, но орел вызвался за ним присматривать, поэтому она оставила его в покое. А потом до нее дошел слух, что появился еще один дюллахан, вот она и прилетела проверить.

Когда виверна призналась, что хотела прикончить нас на месте, заподозрив, что дюллаханы собираются отвоевать ее территорию, у меня сердце в пятки ушло.

Какое счастье, что у нее хорошая память. А то бы нас сожрали прежде, чем мы успели бы пискнуть.

[А, этот-то? Он напомнил мне моих деток, вот я и взяла его под опеку. Совсем еще кроха, а так сильно ранен.]

[Ага, этот мелкий монстрик. Если бы мы оставили его в лесу, стая ворон склевала бы его.]

[Вороны боятся соваться на эту скалу, поэтому я перенесла его сюда.]

Погодите, кроха? Мелкий монстрик? Склевали бы вороны?

— Вообще-то, монстр, о котором я говорю — это дюллахан.

[Ну да! Сначала он был дюллаханом!]

— ...Сначала?

[Ага!]

— А сейчас?

[А сейчас он птенчик!]

...Разве у дюллаханов бывают птенцы?

Я хотела было расспросить подробнее, но в итоге просто поднялась на ноги. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Моя решимость требовала немедленных действий.

Но я тут же об этом пожалела. Ах да, мы же на отвесной скале.

— Извините, не могли бы вы попросить Брата-виверну подкинуть меня до того монстра?

Ничего не поделаешь. Придется слить еще одну локацию с мелкими монстрами.

На склоне горы чернела неглубокая пещера, в которую едва мог бы протиснуться человек. Видимо, ее выбрали специально, чтобы обезопасить раненого от крупных хищников.

Хотя оставался один вопрос: как в такую крошечную пещерку втиснулся здоровенный дюллахан?

[Он ранен, поэтому агрессивный! Будь осторожна, Анелли!]

Напутствуемая орлом, я осторожно шагнула внутрь.

— Ты здесь?

Я загораживала собой свет у входа, поэтому внутри было темно. Ни звука, ни малейшего шороха. Я напрягла зрение до предела.

Но каким бы острым ни стало мое зрение после воскрешения, разглядеть что-то в кромешной тьме было сложно. Пещера казалась неглубокой, но я никого не видела.

— Эй?

Тишина. Я затаила дыхание, прислушиваясь. В сухом воздухе пещеры послышалось чье-то прерывистое, хриплое дыхание.

— Рыцарь Круглого стола? Безголовый дюллахан? Это ты?

Я наобум сыпала фразами, которые слышала от Надава, когда вдруг прямо передо мной что-то зашуршало.

Я замерла и напряженно вгляделась во мрак.

[Вы...]

Слабый, дрожащий голос эхом отдался от каменных стен. Я немного отодвинулась в сторону, позволяя свету проникнуть вглубь пещеры.

На самом краю полосы света я увидела черные коготки. Над ними — черные перышки. И черные глазки-бусинки.

[...Босс?]

В голосе слышались слезы. Узнав меня, существо вышло на свет. Абсолютно черная...

[Босс...]

Длиннохвостая синица. Крошечная синичка-бэпсе, размером меньше моей ладони, смотрящая на меня полными слез глазами.

...С каких это пор из длиннохвостых синиц вырастают дюллаханы?

Пока я стояла, потеряв дар речи, птичка подскочила ко мне. Она попыталась взмахнуть крылышками, но тут же болезненно сжалась. Похоже, крыло было сломано.

Разговаривать с этой крохой высоты моего роста было неудобно, поэтому я наклонилась. Я сложила ладони лодочкой и протянула их вперед. Переводя взгляд то на мое лицо, то на руки, синичка снова запрыгала.

Даже две ладони не понадобились. Кроха легко уместилась в одной.

[Двенадцатый рыцарь, Жигор, блуждающий в поисках утраченной головы, приветствует вас.]

— М-м-м...

[Простите, что предстал перед вами в таком недостойном виде. Мое крыло ранено, я не могу летать...]

— Э-э...

[Но теперь, когда я встретил Босса, я быстро поправлюсь! Я исцелюсь и снова взмою в небо!]

— П-прости, что перебиваю.

В итоге я не выдержала и вклинилась в этот поток красноречия. Черный клювик послушно захлопнулся.

Синичка, свернувшаяся пушистым комочком на моей ладони и преданно смотрящая на меня снизу вверх.

Хотя я никогда не питала особой любви к животным, от этого зрелища в груди почему-то екнуло.

Это какая-то непредвиденная, убийственная доза милоты. Что вообще происходит?

— ...Ты точно дюллахан?

[Так точно! Я гордый рыцарь из числа двенадцати за Круглым столом! Я почувствовал пробуждение Босса, но без головы не смог найти к вам дорогу!]

Ну да, конечно. Эта раненая пушистая синичка на моей ладони — дюллахан. Кто бы сомневался.

— Значит, этот облик — твоя маскировка?

[Да, так точно! В этом маленьком и проворном теле я могу вести разведку быстрее кого бы то ни было! И с другими поручениями тоже справлюсь!]

Да что бы я тебе ни поручила, у меня будет чувство, будто я издеваюсь над младенцем.

[А другие рыцари уже здесь? Вы уже кого-то встретили? Кто-то нашел Босса раньше меня?]

Ее черные глазки-бусинки снова наполнились слезами. Это уже было выше моих сил. Вот если бы я сначала встретила его в образе дюллахана, а потом увидела трансформацию, всё было бы не так страшно!