На следующий день зал совещаний гудел от разговоров.

— Абсолютно не согласен! Как это возможно , чтобы женщина получила титул? Есть ли в этом вообще смысл?!

— Именно! Не знаю, о чем думал император.

— Должно быть, им его телом кто-то завладел. Если нет, то как ему могло прийти в голову присвоить титул женщине?

— Что за чушь такая? Разве император еще не изменил решения?

— Зачем он это сделал? Я говорю так, потому что я не понимаю.

Голоса становились все громче.

— Тихо. Будь спокойны.

Затем молчаливый герцог Кроу открыл рот. Пара слов одного из самых могущественных людей в империи и дворяне сразу же закрыли рты.    Ситуация была не в пользу герцога Кроу, все набирая обороты и постепенно выходя из-под контроля, а всё из-за выходки наследного принца. Сообщили, что император даже пригрозил лишить его престола, если тот не сможет даровать титул женщине.

Герцог Кроу не мог позволить какой-то девчонке носить титул, но также не мог просто наблюдать, как племянник уступает место наследного принца, даруя возможность Руйдену стать следующим императором.

— У меня болит голова.

Был ли наследный принц глуп и эгоистичен, это не имело значения. Он мог бы продолжать так жить, если бы стал императором и укрепил свою власть. Однако, какой же идиот! Как он мог попасть в подобную неразбериху.

Наследный принц сбежал сразу после инцидента. Никто не пытался его искать, хоть он и отсутствовал на императорском собрании.

Герцог Кроу уставился на второго принца и бесстрастного герцога Кайена, сидящего напротив него. Это доставляло ему такую головную боль, потому что он не знал, что может сотворить этот хитрец.

Возникла возможность того, что второй принц станет императором. Герцог Кроу следовало принимать решение, учитывая то, что тот не упустит этот шанс.

В конце концов, у него не было выбора, кроме как присвоить этой женщине титул. Лучше позволить ей это, чем отказаться от трона. Придётся сделать исключение в этот раз. Позже правила охотничьего соревнования должны быть изменены, чтобы такого больше не повторилось.

— Ваше Величество Император входит.

Камергер объявил о прибытии императора.   Император сел на трон и спокойно оглядел лица знати, присутствовавшей на собрании. Холод в его глазах заставил дворян, которые встретились с ним взглядом, опустить головы. Встретившись взглядом с герцогом Кроу, тот лишь мгновение смотрел на него с непонятным выражением, но вскоре отвёл глаза.

— Давайте начнем собрание.

При словах императора дворяне только переглянулись. Некоторые поглядывали на герцога Кроу, надеясь, что он будет представлять их интересы. Однако герцог Кроу не мог этого сделать. Всё потому что интересы герцога и аристократов разнились.

В конце концов, Руйден, который все это время расслабленно молчал, открыл рот первым.

— На повестке дня, как вы все знаете, присуждение титула Арианне Борнс, победительнице охотничьего соревнования, которое состоялось буквально вчера. Если у вас есть мнение, по этому поводу, пожалуйста, высказывайтесь.

В конце слов Руйдена маркиз Гуд открыл рот.

— Мы абсолютно не можем позволить этому случиться! Что вы подразумеваете под женщиной, получающей титул? Этого не может быть!

— Верно. Как, черт возьми, граф Борнс воспитывал свою дочь, раз допустил такую ситуацию?

Ответа от графа Борнса не последовало. Так как мужчина отсутствовал на сегодняшнем экстренном имперском совещании.

С опозданием услышав новость, граф Борнс понял, что птица в клетке, которую он считал послушной, начала кусать кормившую ее руку. Хотя ее хитрость и дотошность напоминали его собственную, граф был в ярости из-за того, что его репутация ухудшилась.

В тот день распространились слухи о кричащем приведении в поместье графа. А так же стало известно, что он будет отсутствовать на собрании из-за болезни.

— Вы можете судить об их манерах уже по тому, что он не соизволил явиться на собрание.

Виконт Уэльс, обычно ревниво относившийся к власти графа Борнса, начал принижать последнего.

— Результат охотничьих соревнований должен быть аннулирован!

— Вот именно!

Граф Мерионус увидел отличную возможность, когда услышал об аннулировании результатов охотничьего соревнования.

— Есть ли необходимость аннулировать результаты? Почему бы просто не сменить победителя?

— Граф Мерионус, вы говорите так, имея в виду своего сына?

Граф Мерионус пожал плечами в ответ на слова маркиза Гуда.

— На самом деле, если бы не леди Арианна, разве победа моего сына не была бы несомненной? Давайте посмотрим… Что поймал лорд Робин? Ах! Это был всего лишь олень?

— Кхм, — маркиз Гуд отвёл взгляд.

— Правда, что ваш сын, сам поймал трёх волков? Разве он не разделил эту добычу со вторым сыном семьи Уэльс?

Услышав слова маркиза Гуда, граф Мерионус спросил виконта Уэльса:

— Это правда, что лорд Халтебан помогает ему?   Виконт Уэльс на мгновение заколебался, прежде чем ответить.

— Нет, мой сын сказал, что это правда. Лорд Друд поймал их сам.

— Граф Уэльс подтвердил. У вас есть ещё причины сомневаться, что мой сын поймал всё в одиночку?

Лицо маркиза Гуда покраснело от слов графа Мерионуса, который откровенно дразнил его, и был готов напасть в любой момент.

— И почему лорд Робин участвовал? Даже в случае бездействия, он получит титул маркиза. Не слишком ли вы жаден, раз решили прибрать к рукам и эту награду?

— Хотите сказать, что он участвовал в охотничьем соревновании только ради титула? Он участвовал ради чести!

— Вы намекаете на то, что он участвовал, потому что у вас её нет?

— Это...!

Граф Мерионус рассмеялся над умолкшим маркизом Гудом.

Все выходило просто прекрасно, при таком раскладе его сын станет победителем.

Он не мог перестать улыбаться, когда думал об этом.

Друд был сыном, ушедшим на второй план. Мужчина никогда он не думал о таких достижениях своего чада. Женщина не могла получить титул, поэтому он мог бы просто сделать сына победителем.

— Верно. Было бы правильно, если бы победителем стал второй сын графа Мерионуса.

— Согласен. Мы не можем отдать титул женщине!   Дворяне начали принимать сторону графа Мерионуса. Победа лорда Друда, казалось, была предопределена.

— Кстати, говоря о лорде Друде… Я слышал одну интересную историю, — Руйден, спокойно наблюдавший за разговором, вновь заговорил.

Когда имя его сына слетело с уст второго принца, граф Мерионус посмотрел на того с озадаченным выражением. Маркиз Гуд также взглянул на Руйдена, гадая, что же происходит.

— Волки. Правда, что лорд Друд поймал их?

На слова Руйдена граф Мерионус ответил, нахмурившись.

— Я не знаю, что ваше высочество имеет в виду, говоря это. Поскольку мой сын сказал, что поймал их, конечно, я ему верю.

Руйден провел указательным пальцем по краю чашки, что стояла перед ним, приподнял уголки рта и сказал:

— Версия событий лорда отличается от того, что я слышал. Говорят, он украл чью-то добычу...

Граф Мерионус, наконец, не выдержал и закричал:

— Что это за беспочвенные обвинения! Как Вы можете подрывать честь моего сына такими абсурдными словами. Можете ли вы взять на себя ответственность за сказанное?

Руйден оглянулся на графа Мерионуса и сказал:

— А может ли граф ручаться за свои слова?

— Конечно! Это Вашему высочеству придется взять на себя ответственность за оскорбление моего сына!

Не в силах сдержать смех, Руйден прикусил губу и прикрыл рот рукой. Увидев поведение принца, граф Мерионус вскочил и закричал:

— Вы что, смеётесь надо мной?! Ваше величество! Вы собираетесь оставить всё это без внимания?    Разъяренный граф Мерионус в конце концов повысил голос на императора.

Император и герцог Кроу, которые до этого спокойно наблюдали за сражающимися дворянами, нахмурились. В эпоху, когда императорская власть достигла своего пика, никто не осмеливался повышать голос на правящего монарха. Именно император Бейрут и герцог Кроу добились такого могущества, а теперь какой-то ничтожный вассал повысил голос на Его Величество.

Неприемлемое поведение.

Граф Мерионус увидел выражение лица императора и запоздало осознал свою ошибку. Но пути назад уже не было. Он ничего не мог с этим поделать. У графа не было другого выбора, кроме как оправдываться, ссылаясь на второго принца.

— Ваше величество, прошу вас простить меня. Мои глаза застилала ярость, и я сам не понял, как поднял голос. Ваше Величество, то, что сказал Его Высочество, не что иное, как оскорбление моего сына, а также всей семьи Мерионус. Как я мог просто оставить это?

Император, пристально глядя на графа Мерионуса, стоявшего с опущенной головой, сказал принцу Руйдену:

— Руйден, то, что ты сказал, правда? Можешь это доказать?

Низкий голос императора выдавал напряжение. Услышав слова императора, Руйден поднялся со своего места и вежливо произнес:

— Как я могу солгать на священном императорском собрании? У меня есть свидетель.

— Свидетель? Тогда можешь ли ты привести этого свидетеля сюда?

Руйден ответил на слова императора без промедления:

— Он уже в императорском дворце. Этот человек сразу же направится в конференц-зал.

Император кивнул головой, позволяя ему эту хитрость.

Пока слуга ходил за свидетелем, граф Мерионус начал паниковать. Свидетель? Что, черт возьми, это значит?

Дворяне, собравшиеся в зале заседаний, начали перешептываться. Все близилось к концу, и победителем должен был стать лорд Друд. Тем не менее, ситуация становилась все более запутанной.

— Свидетель прибыл, — через некоторое время объявил слуга.

— Пусть войдёт.

По указанию императора дверь в зал заседаний открылась, и появилась красивая женщина с серебристыми волосами.

— Это..! Это! Что это такое!

В конференц-зале воцарился хаос.

Свидетелем была Арианна Борнс.