Эрин Старленс

— Итак, раз все успокоились, я объясню правила турнира, — начала Алея, её голос, глубокий и уверенный, заполнил арену.

Выросшие ранее растения стали быстро исчезать, втягиваясь обратно в землю. Всего через несколько мгновений арена вернулась к своему привычному виду, оставив лишь фиолетовое и изумрудное свечение, а также темное небо, усеянное разноцветными огоньками.

Одновременно с этим в воздухе над ареной начал формироваться огромный синеватый куб. Его полупрозрачные грани светились, напоминая гигантский голографический экран.

— Для начала я расскажу о правилах ведения боя, — продолжила Алея, и на гранях куба появился текст, отображающий сказанное.

***

Правила схватки

1.     Бой начинается по сигналу главного судьи.

2.     Бой завершается, когда один из участников:

·        Потерял сознание.

·        Был вынужден сдаться.

·        Не может продолжать бой по решению судьи.

3.     Разрешено:

·        Использовать личное оружие.

·        Применять магические артефакты, предварительно проверенные судьями.

4.     Применение магии и манипуляций аурой разрешено. Исключение: Запрещено использовать магию без ауры. Нарушение приведет к немедленной дисквалификации.

5.     Выйти за пределы защитного барьера — это автоматически считается поражением.

6.     Запрещены удары, направленные на зрителей или судей. За нарушение следует немедленная дисквалификация.

***

Алея сделала паузу, давая участникам и зрителям время осмыслить написанное.

— Как видите, особых сложностей нет. Единственное, на чем я хотела бы акцентировать внимание, это травмы. Допускается даже смерть. Пока бой проходит честно и в рамках правил, семья не станет вмешиваться, — её тон стал жёстче, а взгляд сосредоточился на участниках.

Её слова заставили трибуны замереть. Атмосфера стала ощутимо напряжённой.

Это именно то, о чём мне рассказывал господин.

В этом турнире вероятность гибели была вполне реальной. Для семьи Эрхарт, чья гордость заключалась в воспитании сильнейших рыцарей, такой подход был логичен. Но для участников, включая меня, этот факт становился дополнительным грузом.

— Теперь о распределении пар, — голос Алеи вновь прозвучал над ареной.

Голограмма сменилась, и на экране отобразилась турнирная сетка: 32 пары, 64 участника.

— Деление было произведено заранее, поэтому все участники уже знают своих противников, — продолжила она.

Даже поверхностного взгляда на турнирную сетку хватало, чтобы понять — баланс среди участников отсутствовал напрочь. Обычным кадетам предстояло сражаться с такими противниками, как телохранители господина Люциуса и госпожи Авроры, а также с членами семьи Эрхарт.

Смерть в этих обстоятельствах выглядела не просто возможной, но закономерной. Единственной надеждой для слабейших оставалась быстрая сдача, если, конечно, они успеют это сделать.

Ещё пять лет назад я бы тряслась от одного лишь осознания, что могу оказаться на месте этих несчастных. В прошлом я была намного слабее и неувереннее в себе. Тогда мысль о схватке с элитой семьи или телохранителями её представителей казалась мне чем-то за гранью возможного.

Но теперь всё иначе.

Я наполнилась решимостью, которую никто и ничто не могло пошатнуть. У меня была цель, что горела ярче страха.

Я не сражалась ради славы, титулов или признания.

Я сражалась ради Рафаэля — моего друга, моего господина.

— Всего будет шесть этапов. Сегодня пройдут первые два, завтра — третий и четвёртый. Полуфинал и финал будут проведены в отдельные дни, чтобы дать участникам время на подготовку, — Алея добавила последние слова с едва уловимой улыбкой.

— Раз уж все всё поняли… Да начнётся турнир! — громко провозгласила Алея. В небе снова раздался салют.

Члены семьи Эрхарт, включая патриарха, поднялись на трибуны и разместились в VIP-ложе, рядом с другими важными гостями и королевскими семьями. Алея осталась на арене, где она исполняла роль главного судьи турнира.

По команде Алеи на арену вышли первые участники. Это были два пятнадцатилетних кадета, лица которых казались мне смутно знакомыми. Мы находились в разных секциях из-за разницы в возрасте, поэтому их имена так и не запомнились. Раньше они не выделялись особыми навыками, по крайней мере, за те редкие моменты, когда я могла наблюдать за ними, будучи ещё обычной кадеткой пять лет назад.

Однако, видимо, упорные тренировки позволили им достичь основного этапа турнира.

— Итак, правила вы помните. По сигналу начинайте, — объявила Алея, отходя на безопасное расстояние. — Три, два… один! Начали!

Сразу после сигнала парни ринулись в бой. Оба были мечниками, поэтому не использовали сложных тактик. Они не владели магией, из-за чего их битва свелась к чистому мастерству обращения с мечом и применению ауры.

Бой оказался довольно захватывающим. Они использовали разнообразные приёмы, комбинируя рукопашный бой с мечами и аурой. Время от времени участники задействовали окружающую среду: укрывались за деревьями, чтобы скрыться от атак, или замедляли друг друга, заходя в озеро.

Я пристально следила за каждым их движением, стараясь запомнить детали. Как говорил господин Рафаэль, мои глаза могут стать моим величайшим даром благодаря способности к «идеальному копированию». Хотя я не до конца понимала, что он имеет в виду, я доверяла его словам и упорно старалась запечатлеть в памяти каждый бой.

Но если я наблюдала с интересом, то Рафаэль, сидя рядом, выглядел откровенно скучающим. Он облокотился на руку, другой рукой лениво почесывая спящую у него на коленях Харуми.

Похоже, ему действительно скучно…

Тео же, напротив, выглядел крайне нервным. Он не мог усидеть на месте, то и дело бросая взгляды на арену. Их бой с Рафаэлем был следующим, поэтому я могла понять его напряжение. Но даже так, его поведение казалось мне каким-то странным.

Отбросив мысли о Рафаэле и Тео, я вновь сосредоточилась на битве кадетов. Она уже приближалась к финалу. Бой длился около двадцати минут. С одной стороны, это не так много, но я знаю по себе, что большинство поединков редко затягиваются дольше этого времени. Только единицы могут выдерживать схватку, длящуюся часами.

Когда один из кадетов направил меч, наполненный аурой, на своего противника, тот мгновенно упал на землю, уклоняясь от удара. Не теряя ни секунды, он резко взмахнул ногой, выплеснув в воздух капли воды из озера, что на мгновение отвлекло атакующего.

Пользуясь этой заминкой, он направил свой меч на соперника, пытаясь нанести колющий удар. Но противник оказался внимательнее. Когда атакующий расслабился, уверенный в своей победе, кадет парировал удар горизонтальным движением, отбив клинок в сторону.

Затем, мгновенно наполнив свой меч и руку аурой, он развернулся и нанёс сильный удар, заставив противника потерять равновесие и упасть на землю. Встав над ним, он направил клинок на лежащего, недвусмысленно показывая, что бой завершён.

— Итак, победитель первого матча определён, — объявила Алея, подходя к участникам.

Сразу после её слов на арену спустились медики, которые поспешили осмотреть обоих бойцов. Победитель, закончив осмотр, вернулся в ложу, где находились остальные участники турнира, а проигравший ушёл через двери в раздевалку.

Вот так, не успев как следует проявить себя, его путь на турнире завершился. Более того, учитывая, что это событие проводится лишь раз в десять лет, это, вероятно, был его первый и последний бой.

— Теперь мы приступаем ко второму поединку, — раздался голос Алеи, прерывая мои размышления.

— А этот матч обещает быть интересным… — с лёгкой улыбкой добавила она, оглядывая трибуны.

Краем глаза я заметила, как Рафаэль аккуратно опустил Харуми на диван рядом с собой и встал, заправив руки в карманы штанов и достав свой любимый леденец. В это же время Тео начал подниматься со своего места, на его лице явно читалось напряжение.

— В этом поединке сойдутся младшие члены семьи Эрхарт! — восторженно провозгласила Алея. — Прошу спуститься на арену Тео Эрхарта, а также Рафаэля Эрхарта, известного как «Юное дарование Эрхартов».

На мгновение Рафаэль замер, услышав последнее заявление Алеи, но быстро взял себя в руки. Вместе с Тео он спустился вниз, заняв позицию напротив своего оппонента.

Даже с нашего места было заметно, как враждебно настроен Тео. Его взгляд буквально прожигал господина. Этот бой точно не станет обычным. Рафаэль же сохранял спокойствие, безмятежно глядя прямо в глаза своему противнику и жуя конфету.

Вокруг гремели овации и восторженные возгласы зрителей. Даже королевские семьи, сидевшие в своих ложах, наблюдали с неподдельным интересом за участниками — а точнее, за моим господином, который, кажется, заинтриговал всех присутствующих.

— На всякий случай напомню, — мягко заговорила Алея, глядя на братьев. — Желательно не убивать друг друга, так как вы оба члены семьи. Но если не будет иного выбора…

— Да-да, всё понятно! Давай уже быстрее объявляй начало! — прервал её нетерпеливый голос Тео.

— …

Наступила гробовая тишина. Даже мои собственные мысли остановились. Я всегда старалась сдерживать своё мнение о членах семьи Эрхарт, избегая негатива, но сейчас... Я не могла удержаться.

Он совсем ебанутый?

Так разговаривать с Рыцарем Круга, человеком, к которому даже Эдриан и старейшины относятся с уважением… Это нечто за гранью здравого смысла.

Тем не менее Алея, похоже, не придала его словам значения. Она стояла с той же мягкой улыбкой, никак не реагируя на грубость Тео.

— …Хорошо, — коротко ответила она. — Тогда по сигналу начинайте.

Алея отступила на безопасное расстояние, развернувшись к участникам лицом, и начала отсчёт:

— Три, два… один! Начали!

Тео рванул вперёд, не теряя ни секунды. На его лице застыла зловещая улыбка, полная самоуверенности. Взмахнув мечом, он выпустил в сторону Рафаэля массивные волны огненных лезвий, похожих на когти дикого зверя. Масштаб этой магии выглядел странно, особенно учитывая, что, насколько я знала, развитие Тео сильно уступало другим членам семьи.

Рафаэль, не выказывая ни малейшего беспокойства, спокойно достал свою рапиру из ножен. Расстояние между ним и Тео составляло около двадцати метров, а летящие огненные лезвия уже приближались к отметке в пятнадцать. Однако его лицо оставалось безмятежным, словно его и вовсе не заботила эта странная сила брата.

Лёгким движением левой руки Рафаэль взмахнул вперёд, и в тот же миг из земли вырвался ледяной уступ. Остроугольные глыбы разной длины и формы сплелись в подобие горки с хаотично расположенными выступами. Это зрелище напоминало вмешательство самой природы в ход поединка.

Огненные лезвия с грохотом ударились о лёд, но мгновенно рассеялись, словно их и не существовало. Лицо Тео исказилось от раздражения, его брови сурово нахмурились.

Вокруг арены раздались удивлённые возгласы. Зрители ахнули, наблюдая воочию магию льда Рафаэля Эрхарта — магию, которая прежде была лишь предметом слухов. Но теперь стало всё очевидно всего после первого применения: её мощь и изящество превосходили все ожидания.