10 июля 1437 года. Сверкающий палац. 10 дней до начала Турнира.

Мия Эрхарт

— Идём быстрее, а то опоздаем, — поторапливал меня старший брат.

Мы шагали поспешно по длинному коридору нашей резиденции. Тёплые лучи раннего летнего солнца проникали сквозь окна, рисуя на полу и стенах замысловатые тени от деревьев в саду.

С улицы доносился шелест листьев, и лёгкий сквозняк, пробравшийся через приоткрытые двери, мягко касался моей кожи, оставляя приятное ощущение прохлады. Я на мгновение задумалась, как хорошо было бы остановиться и насладиться этим моментом чуть дольше, но времени на это не было.

Эрик поднял меня на рассвете, заявив, что нас вызвал один из старейшин на какую-то важную встречу. Он добавил, что моё присутствие необходимо ради блага Тео и моего собственного.

Сколько раз за последние годы я слышала подобные слова? Наверное, уже больше сотни. Тем не менее, вместо того чтобы спорить, я просто поддалась уговорам брата.

Спустя несколько минут мы подошли к массивной двери, ведущей в чей-то кабинет. Так как я никогда особо не интересовалась планировкой дома, мне было неизвестно, кому принадлежит эта комната. Но одно было ясно — именно здесь нас ждали.

Брат легонько постучал в двери, но никто не ответил. Мы стали ждать и приблизительно через полминуты до моих ушей донесся звук шагов с другой стороны. Дверь открылась, за ней стоял рыцарь из отряда Гримвейв.

Меня это насторожило. Разве весь отряд не должен быть занят войной в Солярисе? Почему один из них находится здесь, где, на первый взгляд, не было никакой необходимости?

Рыцарь жестом пригласил нас войти. Эрик, не раздумывая, последовал за ним, жестом показывая, чтобы я тоже шла.

Когда мы вошли, перед нами раскинулся просторный и хорошо обустроенный кабинет. По обе стороны комнаты высились массивные стеллажи, забитые книгами, а в центре находился уютный диван. Ближе к окну стоял стол, за которым сидел мужчина средних лет.

— Рад вас видеть, господин Эрик, госпожа Мия, — вежливо обратился он к нам.

— Мы тоже, — кивнул Эрик.

Я молча ответила кивком, не произнеся ни слова.

— Прошу вас, присаживайтесь, — мужчина указал на диван.

Эрик без лишних раздумий сел, я последовала его примеру.

— Желаете чего-нибудь? Алкоголь? Сок? — с лёгкой улыбкой предложил мужчина.

— Нет, благодарю. Если возможно, мы бы хотели побыстрее обсудить вопросы и вернуться к тренировкам.

Мужчина ничем не выдал недовольства от такого ответа, лишь продолжал мягко улыбаться.

— Конечно, я понимаю. Вам предстоит турнир, подготовка к которому требует времени и сил.

Он сел в кресло напротив нас, внимательно оглядывая, словно оценивая.

— Чтож, перейдём к делу. Меня зовут Нэван Блудридж, я один из старейшин семьи и секретарь совета.

Эрик кивнул, давая понять, что информация понятна.

— Сегодня я здесь по поручению заместителя главы совета. Мне было поручено помочь вам в вашей, скажем так... сложной ситуации.

Мужчина тщательно подбирал слова, но это не помешало раздражению на лице Эрика проявиться более явно. Однако Нэван не обратил на это внимания и продолжил:

— Как вы знаете, турнир Посвящения — одно из самых крупных событий на континенте. На него соберутся многие влиятельные гости.

Он сделал паузу, словно давая сказанному осесть в нашей памяти.

— Рафаэль Эрхарт, ваш сводный брат, станет центром внимания всех этих гостей.

Краем глаза я заметила, как скрипнули зубы Эрика при упоминании младшего брата. Однако я сама осталась невозмутимой. Видимо, Нэван пытался вызвать у нас эмоции, играя на имени Рафаэля.

Когда он заметил реакцию Эрика, на его лице мелькнула колкая улыбка, исчезнувшая так же быстро, как появилась. Возможно, он сам этого не осознал, но я уловила это мимолётное выражение.

— С одной стороны, это может вызвать у вас, как у старших, раздражение. Но с другой стороны, это может оказаться вашим преимуществом, — спокойно продолжил Нэван.

Эрик приподнял голову, словно зацепившись за смысл этих слов, и обратил на старейшину всё своё внимание.

— Что вы имеете в виду?

Нэван снова легко улыбнулся, его взгляд излучал уверенность.

— Если Рафаэль действительно добьётся успеха, он станет героем семьи, даже если не победит турнир. Но... что если он проиграет в первом же бою?

Эрик склонил голову, задумавшись над словами старейшины.

— Тогда... он станет позором семьи...

— Именно! — с воодушевлением подтвердил Нэван. — Для поднятия вашего с Тео престижа нам необходимо поражение Рафаэля в первом или втором раунде.

План старейшины звучал логично. Если Рафаэль, в которого было вложено столько усилий, проиграет сразу, внимание, реклама и надежды, связанные с его именем, обернутся против него. В то же время это даст возможность другим членам семьи показать себя. Но мне почему-то казалось, что старейшины явно недооценивают способности Рафаэля.

— И как вы собираетесь заставить младшего брата проиграть?

— К сожалению, турнир — это важное событие для семьи, и потому мы не можем действовать открыто, — ответил Нэван.

Он извлёк из своего пространственного кольца лист бумаги и развернул его на столе перед нами. Это был пергамент с турнирной сеткой, которая официально ещё не должна была быть обнародована. Очевидно, старейшины воспользовались своими связями, чтобы получить её заранее.

На схеме было два блока, в каждом из которых находилось по 32 участника. Рафаэль был в первом блоке, туда же входили его телохранительница, Тео, а также телохранители Авроры и Эрика. Во втором блоке значились я, Эрик, телохранитель Люциуса — Седрик, и мой собственный телохранитель.

Но больше всего привлекала внимание первая пара участников: Рафаэль и Тео. Это означало, что их столкновение произойдёт уже в первом раунде.

— Получается, Рафаэль и Тео сразятся буквально сразу, — проговорил Эрик, разглядывая пергамент.

— Да, — подтвердил Нэван, — и это наш лучший шанс. Если господин Тео одолеет Рафаэля, то не только снизит его значимость, но и сам возвысится.

— Согласен, но... насколько это реально? — Эрик бросил на Нэвана взгляд, полный сомнений.

Его скептицизм был вполне обоснован. Мы, те, кто находился ближе всех к Тео всё это время, знали его способности лучше, чем кто-либо. Откровенно говоря, я сильно сомневалась, что Тео сможет даже заставить Рафаэля вспотеть.

— Я понимаю ваши сомнения, и поэтому у меня есть кое-что, — сказал Нэван, извлекая из пространственного кольца небольшой флакон с багровой жидкостью и ставя его на стол перед нами.

— Дайте это господину Тео перед началом боя, и он сможет одолеть Рафаэля, не беспокоясь о поражении.

Мой взгляд остановился на флаконе. Я пыталась понять, что в нём. Судя по виду, это был стимулятор, усиливающий физические и магические характеристики человека. Однако без детального анализа трудно было что-либо утверждать.

— Это безопасно для Тео?

— Конечно, можете не переживать, — с лёгкой улыбкой заверил Нэван. — Единственное, возможно, Рафаэль останется калекой на всю жизнь после боя.

Лицо Эрика мгновенно озарилось широкой улыбкой. Желание брата избавиться от Рафаэля, который забрал себе всё внимание семьи, а порой и самого Люциуса, теперь могло осуществиться.

— Отлично, — произнёс Эрик, беря флакон в руку. — Так и поступим.

Его настроение было заметно приподнятым.

— Я рад, что смог вас порадовать, — отозвался Нэван. — Однако будьте осторожны. Если кто-то узнает об этих манипуляциях, последствия могут быть весьма серьёзными.

— Конечно, не переживайте, — отмахнулся Эрик.

Я молчала на протяжении всего разговора, но одна мысль не давала мне покоя, и я решила спросить:

— Что если Рафаэль даже с этим сможет победить Тео?

Нэван и Эрик удивлённо обернулись ко мне, словно пытаясь понять, о чём я говорю. Первым ответил Нэван:

— Не волнуйтесь, госпожа. Это зелье обладает достаточной мощью, чтобы помочь господину Тео преодолеть свои лимиты. Каким бы талантливым ни был Рафаэль, он всего лишь ребёнок. Он не сможет тягаться с опытом и силой ученика академии, особенно с таким усилением.

Я молча кивнула в ответ не удосужившись сказать, что-то еще.

Они даже не задумывались о запасном плане на случай провала. Даже поверхностно взглянув на турнирную сетку, я могла сказать, что если Тео проиграет, Рафаэль без особого труда дойдёт до полуфинала. А там его соперником станет телохранитель Авроры.

Такой исход стал бы не просто провалом для старейшин, Эрика и Тео. Это была бы безоговорочная победа Рафаэля и мощный удар по их репутации.

Тем не менее, я решила не углубляться в эти рассуждения и не поднимать тему.

— Хорошо, тогда мы пойдём. Ещё раз спасибо за вашу помощь, — сказал Эрик, вставая с места.

Я тоже поднялась, последовав за братом.

— Всё ради блага семьи, — с улыбкой произнёс Нэван, провожая нас. — Желаю вам удачной тренировки.

— Благодарю, до свидания, — ответил Эрик.

Мы вышли из кабинета и направились по коридору в сторону своих покоев. Пройдя некоторое расстояние, брат наконец заговорил:

— Пойдём к Тео?

В его голосе слышалась нетерпеливость. Эрику не терпелось отдать Тео флакон с таинственной жидкостью и обрадовать его новостью о ещё несостоявшемся поражении Рафаэля. Но меня это не интересовало.

— Иди сам, брат. Я хочу нормально позавтракать, — ответила я равнодушно.

Эрик нахмурился, но промолчал, явно недовольный моим решением.

— Делай, как знаешь, — бросил он, развернувшись и уходя в противоположную сторону.

Оставшись одна, я решила изменить маршрут. Вместо покоев я направилась в сад, который находился во дворе резиденции. Погода была слишком хороша, чтобы игнорировать её. Хоть ненадолго я хотела насладиться покоем, который чуть было не лишили меня эти «псевдогении», полагавшие, что смогут одолеть Рафаэля столь примитивным способом.

Усевшись на свободной лавочке, я облокотилась на спинку, позволяя солнцу согревать мои щеки. Ветер играл с листьями, создавая мелодичный шелест, который наполнял мои уши и помогал расслабиться.

Я достала из пространственного кольца леденец, сняла с него обёртку и положила в рот. Приятная кислинка разлилась по языку, наполняя рот свежестью.

Пару дней назад я выпросила этот леденец у Алисы, узнав, что Рафаэль регулярно делится ими с ней. Мне стало любопытно, что именно так привлекает младшего брата в этих сладостях. Теперь я поняла. Вкус был действительно неплохим, и я начала понимать, почему он так их любит.

Позади меня раздались шаги, но я не стала оборачиваться.

— Госпожа, вы звали меня? — раздался знакомый голос.

— Да, — ответила я, не меняя позы. — В полуфинале ты должен выложиться полностью.

— Я сдержу своё слово, но и вы не забывайте о своём.

Я слегка приоткрыла глаза и посмотрела на голубое летнее небо, раскинувшееся над всем вокруг.

— Конечно. Если ты победишь Рафаэля, я помогу тебе сблизиться с Авророй.

— Хорошо. Тогда я могу идти?

— Да, — коротко ответила я.

Его присутствие исчезло, как и звук шагов, свидетельствуя о том, что он ушёл.

До турнира оставалось десять дней. Что же сможет показать на нём мой младший брат?

Закрыв глаза, я вновь погрузилась в наслаждение этим тихим, спокойным утром.