1 июля. 1437 год.

Рафаэль Эрхарт

За окном кареты, в которой я сидел вместе с Эрин, простирался живописный пейзаж. Лесные звери мелькали между кустами, сопровождая нас по дороге, а вдали виднелись холмы, возвышавшиеся то тут, то там. Мой взгляд скользил по этим образам, пока мысли заносили меня к предстоящему турниру.

До начала Турнира Посвящения оставалось около трёх недель, и мы направлялись в столицу наших владений — город Сибриз. Именно там должны были состояться поединки. Турнир, который будет длиться две недели, уже собирал всех кадетов и зрителей из разных уголков континента.

— Насколько я знаю, предварительные этапы для кадетов уже начались, — тихо нарушила тишину Эрин.

— Да, скорее всего, — подтвердил я, слегка улыбнувшись.

Эрин, хотя сама ещё недавно была кадетом, теперь говорила о них так, будто уже была выше всех этих рангов. Это заставило меня невольно улыбнуться.

Наверное, ход ее мыслей верен, теперь она уже не просто кадет.

Будучи моим телохранителем, она избежала участия в отборочных этапах и сразу была допущена в основной турнир вместе с Эрхартами.

Я откинул голову на спинку кресла, пытаясь переварить всё, что произошло за последнюю неделю.

Недавно вернулась Аврора, покрытая кровью, и сообщила о том, что нашла в лесу следы ужасных экспериментов с красными кристаллами. Это вызвало бурю в замке. Семья Эрхартов, известная своей силой и влиянием, была оскорблена до глубины души — проводить такие эксперименты на наших рыцарях, создавать из них монстров, да ещё и в лесу, буквально в нескольких километрах от замка, было вопиющим актом неуважения и провокации.

Сразу было созвано экстренное заседание Хранителей и Совета Круга, на котором присутствовали старейшины, патриарх и матриарх, а также рыцари Круга. Решение было однозначным — провести жесткое расследование с привлечением лучших сил семьи, включая третьего из рыцарей Круга, что только подчёркивало серьёзность ситуации.

Аврора рассказала мне об этом сама, чего я совсем не ожидал. Хотя она знала, что я интересуюсь красными кристаллами, раньше она никогда не делилась со мной подробностями. Вся информация, которую я знал, поступала через преданных мне рыцарей и слуг, которых я завоевал за последние пять лет. Но теперь она доверилась мне, спросила моего мнения.

Я был потрясён её откровенностью, но, даже несмотря на это доверие, я не мог раскрыть ей всего.

Не мог же я сказать ей, что это моя вторая жизнь и что мне известны исходы событий.

В конце концов, даже мои знания о красных кристаллах не выходили за пределы того, что уже было известно Авроре. В прошлой жизни эти эксперименты действительно увенчались успехом — они смогли внедрить кристаллы в людей, но результаты были неполными, и этот процесс оказался одноразовым, поскольку те, кто принимал участие, жертвовали своими жизнями.

Мы вместе обсуждали возможные причины, пытались разобраться в мотивах и нашли очевидный вывод — в семье есть предатель. Но кто? Это оставалось загадкой.

Аврора заверила меня, что займётся этим вопросом, и попросила не переживать. Однако я не мог так просто отмахнуться от этого. Предатель имел прямое отношение к смерти Эрин и моей в прошлой жизни. Но я знал, что Тео не был основателем "Чёрного лотоса", той загадочной организации, чья повязка с изображением лотоса была найдена на руке женщины, с которой столкнулась Аврора.

Тео слишком молод и, что уж там, слишком туп для таких сложных схем.

Тяжело вздохнув, я решил оставить эти мысли в покое. Как сказала Аврора, сейчас я не могу ничего с этим поделать. Предательство, красные кристаллы, организация "Чёрный лотос" — всё это вопросы, которые должны решаться другими, пока я сосредоточусь на более насущных делах. А именно на Турнире Посвящения и подготовке к нему.

С этими мыслями я закрыл глаза, стараясь расслабиться и очистить разум от беспокойства. Постепенно мысли рассеивались, погружаясь в туман беспамятства. Не успел я и заметить, как начал медленно проваливаться в сон.

Состояние дремоты накрыло меня, как мягкое покрывало, унося прочь все тяжёлые размышления, всё, что так давило на разум последние недели. Во сне, хотя бы на мгновение, я мог отдохнуть от реальности, наполненной интригами и переживаниями.

***

Лёгкий толчок в плечо разбудил меня. Сквозь туман сна я увидел Эрин, которая, похоже, пыталась разбудить меня и что-то говорила.

— Гос...подин...

Её слова были смутными, так как я ещё не до конца проснулся. Я помотал головой, чтобы окончательно стряхнуть с себя сон, и поднялся на сиденье.

— Прости, ты что-то говорила? — спросил я.

Эрин недовольно надула щёки, её раздражение было очевидно. Я снова почувствовал желание ущипнуть её за щёки, но сдержался.

— Повтори, пожалуйста, ещё раз.

— Мы прибыли в Сибриз, господин, — ответила она, уже спокойнее.

Я повернул голову к окну и взглянул на вид за его пределами. Мы действительно въехали в город. По обеим сторонам дороги тянулись кирпичные постройки, от двух до пятнадцати этажей. Из некоторых зданий виднелись трубы, из которых шёл дым, а вдали мелькали механизмы с шестернями, шум которых смешивался с разговорами людей на улицах.

Всё как я помнил.

Сибриз был сердцем наших владений — большим, строгим индустриальным городом с невероятно красивой архитектурой, которая создавала контраст. Его улицы были вымощены брусчаткой, а в воздухе витал запах заводов и железной дороги. Здесь переплетались промышленная строгость и деловые районы с высокими жилыми домами.

На улицах было полно людей самых разных классов: от тех, кто был одет в дорогие брендовые одежды, до бедных, одетых в поношенные и залатанные вещи. И всех их объединяла одна особенность — дисциплина. Куда бы ни посмотрел, везде были патрули с синими нашивками и гербом Эрхартов, которые поддерживали порядок. Уровень преступности в Сибризе был минимальным, уступая разве что только столице Федерации Атрейя — Консолии.

Когда мы ехали через город, люди на улицах то и дело оборачивались, стараясь рассмотреть, кто едет в карете, сопровождаемой фамильными рыцарями. Но благодаря тонированным стёклам им не удавалось ничего разглядеть — или, по крайней мере, я надеялся на это.

Карета свернула на центральную площадь, и перед нами предстала статуя первого патриарха Эрхартов, выполненная из чёрного металла. Ворон, сидящий на его плече, придавал образу мрачной величественности. Статуя была гордостью города, символом силы и непреклонности семьи. За ней возвышался Сверкающий Палац — огромный особняк из белого мрамора с колоннами, поддерживающими массивные двери. Это была центральная резиденция Эрхартов, не только место проживания членов семьи, но и важный дипломатический узел, куда часто приходили знатные гости.

Когда мы въехали на территорию резиденции, ворота распахнулись перед нами, и я осмотрелся вокруг. Множество рыцарей патрулировали внутренние дворы, внимательно следя за порядком. За воротами, за забором, толпились люди, пытаясь поймать хоть взгляд на жизнь, которой им не суждено было принадлежать. Их взгляды горели жаждой прикоснуться к этому миру, но их отделяли от нас высокие стены и контраст между ухоженными газонами и обычной городской жизнью.

Карета плавно остановилась у центрального входа, и вскоре дверь открылась.

— Добрый день, 11-й сын Эрхартов. Рафаэль Эрхарт, — приветствовал меня дворецкий, приглашая выйти.

Я взял в рот леденец, молча кивнул и вышел из кареты. Как только я ступил на землю, солнечные лучи ослепили меня, и я прищурился. Но когда мои глаза привыкли к свету, я увидел своих старших братьев и сестёр, стоящих по обе стороны дороги, ведущей к Палацу. Габриэль, Аврора, Люциус и Эдриан — все они ждали меня. На самой верхней ступени стоял Алонзо, наш патриарх, с ожидающим взглядом.

— Ого, вас действительно ценят, — тихо проговорила Эрин, стоявшая рядом.

— Похоже на то, — ответил я, скрывая за улыбкой лёгкое недоумение.

Такого торжественного приёма я не ожидал. Аврора упоминала, что будет участвовать в турнире, но я не думал, что здесь окажутся Люциус и Эдриан — они ведь должны быть в Солярисе.

Неужели моё присутствие на турнире так важно для семьи?

Я двинулся вперёд, стараясь не обращать внимания на лишний пафос. Проходя мимо своих братьев и сестёр, я начал подниматься к Алонзо, когда почувствовал лёгкий вес на плече. Это была Харуми в форме лисы, которая, воспользовавшись моментом, запрыгнула ко мне. Я мягко почесал её за ушком, одновременно наблюдая за реакцией патриарха.

Алонзо не показал явного удивления, но я уловил, как атмосфера на мгновение изменилась. Он явно был слегка сбит с толку, увидев моего питомца вживую. Харуми выделялась на фоне остальных контрактных зверей семьи.

Я продолжил подниматься по ступеням, наслаждаясь этим моментом. Когда я оказался на расстоянии метра от патриарха, я опустился на одно колено, выражая уважение.

— Рафаэль Эрхарт прибыл для участия в Турнире Посвящения.

Я почувствовал на себе напряжённые взгляды всех присутствующих — братьев, Авроры и самого Алонзо.

— Рад тебя видеть, сын, — одобрительно сказал патриарх. — Вставай.

— Благодарю, — ответил я, поднимаясь с колена и встречая его взгляд.

Я не мог удержаться и спросил:

— Патриарх, могу ли поинтересоваться, почему такой торжественный приём?

Алонзо улыбнулся криво, его взгляд наполнился хитростью.

— А как же встречать «Юное дарование Эрхартов»?

Мои внутренности сжались от раздражения. Опять этот титул.

Господи, да вы же сами это придумали, почему ты теперь кривишь лицо?!

— Я... понял, — сдержанно ответил я.

— Ахаха, ладно, шучу, — его смех был искренним, и он явно наслаждался ситуацией, развлекаясь за мой счёт.

Ну, хотя бы один из нас весело проводит время.

— Итак, — продолжил он, оглядывая Харуми, — это тот самый чудный зверёк, о котором говорила Аврора?

Я мельком взглянул на сестру, но она лишь молча кивнула.

— Да, патриарх, это Харуми, моя лисица. Мы заключили контракт.

Алонзо внимательно изучал Харуми, а она, заметив его пристальный взгляд, инстинктивно вцепилась в мою кофту.

Эй, не порти мне одежду!

— Понятно, — задумчиво проговорил Алонзо. — Она будет с тобой участвовать в турнире?

— Нет, я планирую участвовать в одиночку.

— Хорошо. А это, вероятно, твоя телохранительница, Эрин Старленс?

Он перевёл взгляд на Эрин, стоящую позади меня. Она склонила голову в знак уважения.

— Да, патриарх. Для меня большая честь встретиться с вами лично, — сдержанно ответила она.

На моём лице мелькнула гордая улыбка. Она действительно повзрослела. Её уверенность и манеры впечатляли.

— Понятно, — сказал Алонзо, снова обращаясь ко мне. — Думаю, вы устали с дороги. Наши горничные проводят вас в ваши комнаты.

— Благодарю, — склонив голову, я ответил с вежливостью.

Тот же дворецкий, который открывал дверь кареты, взял наши вещи и повёл нас в резиденцию. Мы молча последовали за ним, но моё внимание внезапно привлёк силуэт в одном из окон дома. Это была девушка с длинными волосами, выглядывающими из-под штор. Её волосы имели зеленоватый оттенок характерный для эльфов.

Кто это?

Я задержал взгляд на окне, но она тут же исчезла, оставив лишь вопросы в моей голове.