Щупальце рывком дернуло назад пробитую конечность поволив на землю неудачливого беглеца.

Получено - 2 урона. 5\310

Тут же Китара поволокло по земле, а затем одним лишь движением подняло над землей, крестьянскими домиками, бегущими прочь людьми, наверное заботясь о том чтобы он не умер слишком рано, прямиком в лапы отвратной твари, что некогда было местным священником.

И вот Китар подвешенный за пробитый ахилл вниз головой, смотрел в десятки глубоко посаженных глаз, что вновь заставило его извергать из себя густую темную субстанцию которая лишь оказавшись на земля начинала ползти в сторону Апостола, становясь с ним единым целым.

Лука больше не улыбался, да и вряд ли бы смог, его рот превратился в пасть с рядом острых и кривых зубов, что при закрытии впивались бы в нёбо.

一 Бесподобная защита, что стоило ожидать от перерожденца, 一 проговорила тварь, однако для Китара эти слова больше походили на то как кто-то совал ему в ухо заточенный нож.

Слова казались искаженными и не правильными, заставляя еще сильнее извергать темную жижу.

一 Но даже несмотря на это, ты не спасешься, 一 Лука протянул свою когтистую руку ко лбу Китара, легко стукнув по нему.

Мгновение и на том самом месте появился маленький светло-фиолетовый разлом, затем Апостол сделал тоже самое с собой, коснувшись лба меж двух короне подобных рогов, создав второй разлом выпускающий из себя воинственно настроенную темноту так и рвущуюся наружу. Тьма тут же стала прокладывать подобие моста к голове Китара, вскоре достигнув фиолетовой трещины.

Каждый из глаз Апостола приобрел замутненный оттенок, как и очи Китара, что впал в подобие гипноза, вместе с тем три дополнительных рта проявили себя, но не издали ни единого звука.

Вдруг пасть с правой щеки исчезла, глаза Апостола приобрели четкий оттенок и забегали в разные стороны, словно выискивая что-то.

Затем пропала пасть с горла, с левой щеки, а тело Леонарда обмякло.

Тут же Лука отпустил, тело упавшее на землю, и перекрыл канал.

一 Странно… 一 проговорил про себя Апостол.

一 Мен… Нет, хер тебе! 一 клыкастая пасть вдруг появилась на шее, попутно разорвав голосовые связки священника.

Затем еще одна пасть на затылке,  левой глазнице и лбу.

Рты одновременно загоготали в истерическом припадке, они не могли поверить,  что сумели пробраться в тело Апостола.

Однако тот не выглядел даже немного взволнованным, пасть на шее тут же стала зарастать рубцовой тканью, из рта на затылке вырос дополнительны рог, а две пасти на лице, Апостол просто вырвал вместе с плотью.

一 Интересная особенность, и она даже не прописана в Титулах и Навыках, 一 с тем же постоянным искажением проговорил Лука, 一 однако глупо думать, что у меня нет способа избавиться от загрязнения.

Лука раскрыл пасть, горло задребезжало и подобно некогда Китару, Лука выплюнул изо рта густую жижу с четырьмя ртами, что с безумнейшим рвением поползли к брошенному телу, забравшись в рот.

Глаза трупа приобрели живой огонек, Китар оперся о землю желая хоть как-то исправить ситуацию, а если говорить точнее то сбежать.

Однако его быстро обхватили щупальца Апостола и вновь придвинули к своему лицу.

一 Рвение жить достойно похвалы и будь мы в других обстоятельствах, может ты бы и получил ее от меня, но к твоему сожалению это не так.

Глаза твари забегали.

一 Что-то я затянул, 一 еще сильней здавив тело Китара проговорил Лука.

Апостол отрастил очередное щупальце и придвинул его к лицу Китара.

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

一 Что ж прощай, 一 иллюзорное щупальце бросилось к слабому черепу и с треском раздробило его…

Глаза искаженной твари при каждом убийстве продолжали двигаться в самые разные сторону, не повторяясь ни разу, пока они все одновременно не застыли на тяжело идущей фигуре.

Персона была одета в светлый балахон, капюшон которого был скинут назад не смея закрывать лысеющую старческую голову, старик выглядел поистине древним, но в его глазах все так же, как и в лучшие из его лет горели золотым пламенем. Он шагал рука об руку с какой-то сильно заразительной грустью.

Старец щелкнул пальцами, в небесах раздался гром и золотая молния пала на землю, прямо на место, где стоял Апостол, однако тот не бежал, лишь резким движением поднял над головой ныне цело тело Китара.

Молния тут же раздвоилась огибая пленника и его мучителя.

一 Что ваше святейшество забыло в такой глуши? 一 с крайне насмешливой аурой проговорил Лука.

一 Хочешь чтобы я пошутил или воистину не знаешь? 一 продолжая идти говорил старик.

一 Думай как хочешь, 一 проговорил Апостол в очередной раз разорвав Китара…

一 Как хочешь, 一 проговорил Апостол в очередной раз разорвав Китара…

一 Как хочешь, 一 проговорил Апостол в очередной раз разорвав Китара…

一 Как хочешь, 一 проговорил Апостол в очередной раз разорвав Китара…

一 Как хочешь, 一 проговорил Апостол в очередной раз разорвав Китара…

Старик покачал головой.

一 Виновник тысячи смертей, давай не будем продолжать заведомо бессмысленный конфликт, отдай мне Героя и можешь идти, я не буду тебя преследовать.

一 Хмф, 一 Лука усмехнулся, 一 а если бы я был тем безумцем твое предложение было бы в силе?

Старик не ответил.

В этот момент Китар поменялся местами с Леонардом.

一Эх, ладно святоша забирай, 一 проговорил Апостол бросая меня в сторону старика, что с удивительным для него проворством подхватил меня и тут же уложил на землю.

Вдруг из его рук стало исходить приятное тепло.