Прогуливаясь по коридору своей башни, Шикамару потягивал вино и раздумывал о каком-нибудь интересном занятии.

«После стольких ночей с Мей, она скорее всего уже не сможет развлекаться как в начале. Её телу нужен отдых, да и вообще у неё полно дел в своей деревне. Может дать ей пилюлю? Мысль не плохая, но, давно ли я такой щедрый?» — усмехнувшись, он закурил сигарету и продолжил свой путь, шагая прямиком к тренировочному полигону:

«Хм, а я ведь ещё хотел заглянуть к Темари. Думаю, Гаара ещё не стал Казекаге, но... Может что-нибудь потребовать с них? Они ведь напали на Коноху... Хотя, лень... Я бы лучше навестил Темари и просто расслабился с ней. Обито сейчас точно не станет действовать, а Акацуки не такая уж угроза. Можно провести экзамен на Чууина...»

Выдохнув дым, он прислонился к стене и проворчал:

— Да уж, а какой смысл? Хочу отдохнуть, потренироваться, а после хорошенько подраться. Вот так времена...

Медленно обернувшись, Шикамару удивлённо вскинул бровь:

— Саске?

— С-сэнсэй? — на другой стороне коридора стоял парень и как-то радостно поглядывал в его сторону:

— Ты вернулся?

— Ну да, — Шикамару глотнул вина, отошёл от стены, а затем неспеша подошёл к ученику, и похлопал его по плечу:

— Как ты?

— Всё хорошо сэнсэй, хотя... Тебя искала Кушина, и она была немного...

Шикамару с усмешкой опустил глаза к ученику:

— Раздражённой? Импульсивной?

— Да-а... — парень ухмыльнулся: — Она стала невыносимой, я хотел потренироваться с Наруто, но... Из-за неё, этот дурак вообще перестал тренироваться.

Шикамару присел у стены и затянувшись, выдохнул дым, а после поднял глаза к Саске:

— А Сакура?

— Хм... — парень неуверенно постоял на месте, а затем сел напротив учителя и наконец ответил:

— Она стала сильнее, ваша пилюля творит чудеса... Но, Цунаде взяла её в ученики, так что вся наша команда кажется распалась. Я тренируюсь с Хаку иногда, но он уже не поспевает за мной, даже без Шарингана. В общем, мне кажется, я топчусь на месте.

Шикамару с усмешкой спросил, выдыхая дым:

— Тебя это так беспокоит? Зачем тебе сила? Я думал, ты оставил вопрос о мести...

— Так-то оно так, но... Я всё ещё хочу... Я не собираюсь ему проигрывать! К тому же, я ваш ученик... Я должен быть сильным. Сэнсэя, я всегда, всегда... Я буду на вашей стороне несмотря ни на что! Вы тот, кто дал мне надежду, вы даже отомстили за мой клан и... И я больше не чувствую всей той боли и одиночества.

В конце, голос Саске стал подрагивать. Вероятно, эти слова дались ему не просто. Было не ясно, почему он вдруг перешёл к этому...

— Ты меня засмущал, — Шикамару чуть улыбнулся, такие слова ему немного польстили, а потому он вытянул кулак и раскрыл ладонь с маленьким шариком в центре.

— Э-это... — Саске удивлённо моргнул: — Пилюля? — он отлично помнил эффект таблеток сэнсэя, ведь одна из таких позволила ему пробудить Мангекьё Шаринган! Даже если Саске отказался от мести и нашёл покой благодаря матери и Шикамару, он всё ещё хотел сразиться с Итачи и победить его, как сильнейший Учиха. Он совсем не хотел проигрывать, а так как с Куроцучи они не особо дружили, ему и тренироваться было не с кем.

Шикамару, впрочем, не особо заботили такие вещи, но проигнорировать стремления ученика он всё же не мог. Этот взгляд... Саске смотрел на него почти также как влюбленная Кушина, в какой-то степени Шикамару это льстило, но в то же время...

В любом случае, он не мог ему отказать.

— Это усилит твою родословную до нужного состояния. Ты, и так, гений, а с этой штукой, ты превзойдёшь талант своего брата в разы. Я собирался дать такую ещё и Наруто в будущем, так что, если ты ещё видишь в нём соперника, прими её одновременно с ним, чтобы между вами не возникло слишком большой пропасти. Хотя, с твоим Мангекьё это уже не просто... В общем, делай как считаешь нужным.

Недолго думая, Шикамару бросил ученику пилюли и сделал пару глотков вина. Пока Саске недоумённо осматривал маленький шарик, он добавил:

— Однажды ты встретишься с братом, а пока... — поднявшись, он махнул рукой:

— Пойду, найду себе занятие. Помнится, Кохару хотела меня видеть...

— Кохару? — Саске резко вздрогнул, убрал пилюлю в карман и сам поднялся. Наблюдая как спина учителя всё сильнее отдаляется от него, Учиха наконец не выдержал:

— Сэнсэй!

— Мм? — Шикамару удивлённо обернулся:

— Что такое?

— С-сэнсэя, я... — Саске опустил голову и как-то робко прошептал: — Спасибо...

— Ха, не бери в голову, — Шикамару махнул рукой и уже собирался уйти, как вдруг...

Силуэт Саске размылся и он моментально оказался напротив.

— Что ты...

— Сэнсэй! — Учиха вдруг поднял покрасневшее лицо, его брови дрожали, но он отчётливо произнёс:

— Я сделаю всё для вас, сэнсэй! Всё что угодно! Если вы хотите, то я... Даже моя жизнь, всё что хотите... Я... — вся его уверенность, казалось, начал улетучиваться, он сжал кулаки и опустил голову:

— Всё... Для вас я готов на всё... Хаку хоть и парень, но... Если вам так не нравиться что я тоже, то... То я найду способ и...

— Ты это о чём? — Шикамару занервничал, ведь у Саске на лице всё было написано!

— О чём ты вообще думаешь? Я же тебе уже говорил, мой ученик не...

— Я не согласен! — резко возразил парень, ответ Шикамару его возмутил:

— Почему?! Чем я отличаюсь?! Чем я хуже, сэнсэй?!

Во взгляде Саске промелькнуло что-то зловещее, он резко протянул руку к своей футболке и начал её стягивать:

— Т-ты... — Шикамару сделал шаг назад, он поверить не мог что это пацан вдруг начал раздеваться! Какого чёрта?! С каких пор Саске стал таким?! Да, он и раньше был не совсем нормальным, порой эмоции могли затмить его разум, он действовал импульсивно, непокорно и часто бунтовал, но разве это не закончилось как он встретил свою мать?

— Саске, довольно! — Шикамару больше не мог позволить этому продолжаться! После того случая на горячих источниках, у этого мальчишки словно крыша поехала.

«Эти Учиха... Они все такие? Чёрт...»

Руки Саске вдруг задрожали, он отбросил футболку и тихо прошептал:

— Но почему... Почему?! — резко, его аура изменилась, он заскрипел зубами и зарычал: — Этот Хаку! Это всё из-за него?!

Как только Саске поднял голову, Шикамару вздрогнул. Его Мангекьё смотрел пронзительно, но... Он плакал не смыкая глаз. Слёзы стекали по щекам и никак не останавливались. Ученик неотрывно пронзал учителя своим взглядом! В нём читалась непримиримая обида, он словно готовился сражаться за свои слова.