Закончив со всем, Хаку отправился к палате Микото, как неожиданно столкнулся с Кушиной.

— Привет, — улыбнулась куноичи.

— Мм, — мальчик кивнул и задумчиво осмотрел милый наряд девушки. На смену прежнему яркому кимоно пришло более темное, зеленого оттенка. Кушина повязала волосы в высокий хвост и выглядела чрезвычайно очаровательно.

Обычно Юки относился ко всем холодно, но этой красавицей он по-настоящему восхищался. Её сила, привлекательность, даже голос, всё это вызывало в нём легкую зависть...

«Даже в нём она такая красивая, понятно почему он решил вернуть её к жизни... Хотя, не ясно чего он ждет. Не надеется же он, что она сама набросится на него?» — чуть улыбнувшись, мальчик подумал:

«Хотя, вместо неё на том горячем источнике оказался я...»

— Хорошее настроение? — внезапно спросила Кушина, подобравшись к Хаку. Этот мальчик нравился ей своим спокойным характером и заботливы поведением. Он никогда не спорил и спокойно слушал, к тому же о тех пациентах он заботился искренне. Кушина всегда удивлялась как этот милый паренёк оказался в руках Шикамару, этого таинственного человека с множеством секретов. Почему же он выбрал Хаку...

Юки чуть покраснел, отмахнувшись от ненужных мыслей и вернул себе прежнее сосредоточенное выражение:

— Шикамару приходил, я думаю, стоит попросить его помочь тем людям.

— Мм, — Кушина кивнула: — Это правильно, когда я узнала о Микото и о том что он сделал для неё... Возможно у него есть способ, он может помочь и тем бедняжкам... — девушка издала печальный вздох:

— Я до сих пор не могу поверить, что она жива... Одно мое возрождение кажется таким удивительным, а теперь ещё и Микото. Сколько у этого человека секретов...

— Ты можешь и сама спросить, — с легкой усмешкой ответил Хаку.

— Я... — чуть замешкавшись, Кушина нервно прикусила губу: — Я не могу. Ты ведь должен знать о моей проблеме, да?

— Может быть, — парень пожал плечами и подошёл ближе. Чуть задумавшись, он отвёл глаза и сказал:

— Я всегда сторонился своей скрытой натуры, даже если мне нравилось одеваться в женскую одежду, я всегда стыдился... Но, с ним всё иначе. Я вижу, тебе тяжело... Просто хочу сказать, что нужно принять себя и свои чувства, — нежно улыбнувшись, Юки прошёл дальше, говоря напоследок:

— Он показал мне, что я могу не стыдится себя, от этого так легко на сердце...

Проводив его задумчивым взглядом, Кушина криво усмехнулась:

— Я думаю о нём постоянно... Принять это? Как я могу... Я видь должна думать о другом, но, почему всё так... — поджав губки, куноичи опустила голову:

«Прости Минато, умом я понимаю, что не должна, но моё сердце... Да и теперь, я даже не могу назваться той самой Кушиной, которую ты любил. Меня пугает что, вспоминая тебя, я не ощущаю ничего кроме уважения и даже, может, какой-то симпатии, вот только совсем не той самой любви... От этого на душе такое неприятное чувство. Эмоции будто умерли вместе со мной, в тот раз...»

Она уже не могла врать себе...

«Как он и сказал, если я не проникнусь к нему чувствами, может всё пройдёт стороной. Но, я всегда думаю о нём, вижу его поступки, слышу его имя из уст Хаку и Саске, даже Карин восхищается им... И как мне не думать, как мне не влюбляться...»

Скрипнув зубами, на уголках глаз Кушины собрались капельки слёз, она горько вздохнула и подняла голову к потолку:

«Прости Минато, но... Твоя Кушина давно умерла, любящая жена умерла в тот день с тобой... Теперь я не понимаю кто я, а это странное чувство в груди... Оно одновременно делает меня счастливой и самой несчастной... Я хочу поскорее увидеть его и наконец убедится во всём, я больше так не могу, это сводит с ума...»

Решив на этом, Кушина вытерла слезы и с блеском решимости в глазах отправилась в свою комнату. Теперь осталось только найти способ встретиться с ним, и решить всё раз и навсегда!

Между тем, Хаку осматривал состояние Микото. Девушка уже находилась в сознании и с интересом следила за действиями мальчика. Даже если она не могла говорить, ей легко удавалось понимать каждое сказанное им слова.

С момента своего пробуждение, куноичи менялась на глазах. Её болезненная бледность спала, оставляя после себя только нежную и чистую кожу. Прекрасное улыбчивое личико и темные глаза, сверкающие любопытством. Её темные длинные волосы водопадом спадали на подушку, в отличие от грязных и поломанных в прошлом, они превратились в идеально послушные локоны, сияющие жизнью.

Иногда девушка мило хихикала и совсем не выглядела несчастной или больной. Для неё мир казался таким новым, и таким удивительным — ей хотелось узнать абсолютно всё и наконец найти способ говорить.

Саске сидел неподалёку и тоже внимательно слушал. В отличие от счастливой девушки, вид парня хоть и лучился радостью, но от него ещё исходила усталость вперемешку с легкой печалью. То, что родная мать не узнала его, стало очень болезненной новостью. Саске хоть и привык, но, всё равно всё ещё грустил из-за этого.

Любопытно моргая, Микото слегка приоткрыла ротик и завороженно слушала Хаку, подобно маленькому ребёнку, внемлющему мудрым словам взрослого:

— Вы всё ещё слабы, вам лучше пока не вставать с постели, — обернувшись к обеспокоенному Саске, который не сводила взгляда с матери, Юки добавил:

— Тебе тоже стоит поспать, твоя мама никуда не убежит.

— Н-но...

— Никаких «но»! — Хаку нахмурился и уверенно соврал: — Это приказ твоего сэнсэя, тебе нужно тренироваться.

— Угх, — опустив голову, Учиха вздохнул, всё же в его жизни было то, против чего он не мог поспорить. Но вдруг, Микото протянула свою тоненькую ладонь и нежно погладила сына по голове. Парень сразу поднял глаза и счастливо заулыбался, отвечая на ласковую улыбку матери.

— Я понял мама, тогда, пойду, скоро вернусь!

Как только Саске покинул палату, Юки благодарно улыбнулся:

— Спасибо, он только вас с Шикамару и слушает...

Заметив заинтересованное выражение лица куноичи, мальчик усмехнулся:

— Я понимаю... Он скоро придёт. Шикамару очень заинтересован в вашем состоянии, — отвечая на вопросительный взгляд девушки, Хаку добавил:

— Именно он спас вас, сейчас у него есть кое-какие дела, но, обещаю, он вернется и возможно поможет вернуть вам память.

Микото сразу заулыбалась, ведь сейчас она желала этого больше всего, у неё и самой щемило в сердце, когда Саске так грустно смотрел на неё. Как мать, разве она могла забыть свое дитя? Она хотела помнить, хоть что-то...

«С нетерпением жду встречи с ним... Он, наверное, должен быть хорошим человеком. Мой сын такой взрослый, я даже поверить не могу в то, что он мне рассказал. Но, он определённо что-то скрывает от меня... Я уже так устала молчать. Надеюсь и вправду смогу говорить как остальные»

Заметив немного грустное выражение девушки, Хаку сразу подбодрил её:

— Не беспокойтесь — всё будет хорошо, здесь вы в безопасности и уже скоро вам можно будет выйти из это палаты. Поверьте, вам очень понравится на свежем воздухе.

«Этот мальчик так добр ко мне...» — Микото заулыбалась и кивнула, чётко понимая каждое сказанное им слово. Она не возражала побыть здесь ещё немного, хоть и сгорала от любопытства встать с кровати и прогуляться во внешний мир, посмотреть на всё то, о чём ей рассказывали. Теперь, нужно лишь немного потерпеть...