Сегодня выдался продуктивный день. Мито освободила меня от тренировок и ускакала в резиденцию к Хирузену, которому понадобился хороший мастер печатей. Я в это время хуи не пинала и решила сделать то, что откладывала неделю-две. Прибраться в доме. Что в этом мире, что в том, я не любила убираться, — с этим ничего не поделаешь. Так что придётся мужика брать в охапку, который не привередничает и может убираться сам. А таких я знаю только в каноне, и то. Один — нукенин, другой — в гробу лежит, третий — порнокнижки читает, а четвёртый — со скалы прыгнул. Пипец. Быть мне старой девой.

В доме я уже прибралась. Решила что-нибудь приготовить, а дома мышь повесилась. Мда. Так и живём: просыпаемся, теоретические уроки, физуха, пошла поела к Мито, пришла — тренировки, душ, спать. Никакой личной жизни!

***

С того разговора с Цуной прошло шесть месяцев. Она думала над моим предложением несколько дней, но так и не ответила… Ушла на миссию по сопровождению.

Когда я уже и не надеялась на то, что она согласится на мою идею, она пришла ко мне после миссии, и все-таки подписалась на это. Правда, только после того, как я начну ходить на занятия, а до тех пор она будет разрабатывать свой стиль тайдзюцу и будет упрашивать Мито кое-что ей поставить. Хотя я догадываюсь что…

Возвращаясь к тому, почему она пойдёт на курсы только после моего поступления в академию, я не догнала. Поэтому спросила напрямую. Ну она и ответила, что на курсы берут только с первого года обучения в академии, а она не хочет одна ходить, а то усидчивость только в минус уйдёт. Покивав ей с умным видом, решила принять её выбор. Ей нужен стержень рядом — тот, ради кого она будет учить медицинские техники. С этим я согласна, когда что-то полезно и стимула учить это нет, но от этого зависит жизнь твоих близких, учиться становится проще.

Подойдя к рынку, я выбирала продукты, когда с серого неба начал моросить дождь. Скоро осень, как никак. Ладно, переходя к другой теме… Я уговорила Мито записать меня в академию в пять лет. Мой День рождения двадцать первого марта. А зачисление в апреле и декабре, а учитывая что сейчас конец августа, я попадаю под декабрьский призыв. После этого, у меня будет в два раза больше нагрузок. Надо поскорее изучить теневое клонирование. В госпиталь на курсы его не отправить: медики хорошо чувствуют клонов из-за составляющей чакры, а вот в академию — самое то. На первых двух годах обучения маленькая нагрузка. В основном теория, и то — неуглублённая. Так, подготовка к настоящей учёбе. Хотя и там не сильно блещут.

Голова может поболеть, конечно. Но кто мне не разрешал оставлять ещё одного клона дома? Чтобы снимать усталость, он будет спать. А тот, что в академии — зарабатывать репутацию умницы, отличницы, хорошей подружки, пока я, оригинал, буду корпеть над свитками с медициной. Я решила, что да. Надо. Я поставила цель спасти всех, кого мне жалко, — а жалко мне многих. Подарить детство нескольким личностям тоже надо, но это уже в материальные расходы углубление.

Вздохнув, поняла, что я какая то мать Тереза, но уже ничего не попишешь, это моя цель, мечта и все в таком духе.

Расплатилась с улыбчивым продавцом и пошла по центральной улице к кварталу. Дождь не усилился, а приятно обдает кожу прохладной влагой. Люди гуляют, дети веселятся на прохожей, а у меня начинает вопить интуиция.

Интуиция — способность человека понимать и проникать в смысл событий и ситуаций посредством единомоментного бессознательного вывода: инсайта и озарения.

Добавление от системы. Как и ещё несколько.

Вспомни солнце — вот и лучик.

Открыв систему, не останавливаясь, читаю. Это какой-то квест:

«Ссоры сближают».

Не дайте разругаться Джирайе и Цунаде. Иначе:

Награда: Репутация +5,000. Отношения с Джирайя +200. Отношения с Цунаде Сенджу +500. +10,000 Рё.Провал: Смерть Орочимару. Отношения с Джирайя -1000. Отношения с Цунаде Сенджу -1000.

Остановившись, я почувствовала головную боль. Нарастающую головную боль. Вздохнув, открыла карту, где показывались четыре цветных огонька разных цветов. Цунаде — коричневый, Джирайя — красный, Орочимару — жёлтый, Хирузен — зелёный.

Открыв их состояние, я увидела, что HP Орочимару стремительно уменьшается, Джирайя с Цунаде паникуют, а Хирузен корит себя. Мда… Вот это свинью мне подложили. Добежав до дома, кинула на террасу пакет и, развернувшись на пятках, поскакала по дороге, по пути запрыгивая на крышу и скрывая чакру. Недавно научилась, а вот бегать с чакрой нельзя на дорогах гражданских. По пути к больнице чуть не сбила пару шиноби, что бежали в другую сторону, — но тут это нормально. Хотя есть что-то вроде дорожного движения на крышах.

Приземлившись возле входа, я увидела на протоптанной тропинке к главному входу пятно крови, что уже смешалось с песком. Ладненько. Всё серьезнее, чем я предполагала.

Раскрыв двери, пошла не сворачивая к точкам на карте и уже от регистратуры услышала яростный крик Цунаде и не менее злой — Джирайи. Что, блядь, делает Сарутоби? Попкорн жрёт, смотря на представление?

Подойдя к ним, я посмотрела на ругающихся ребят, а потом перевела на бездействующего Хирузена взгляд. Тот мрачный, что прям пиздец. Вздохнула, убирая нервозность. Ладно, хорошо. Сейчас будет сеанс психотерапии и для сенсея, и для учеников, но сначала — ученики.

Пройдя вплотную к учителю команды семь, вопросительно выгнула бровь, когда он поднял на меня взгляд:

— Здравствуй, Ми. Как ты так быстро узнала, что мы тут? — видно, что для галочки интересуется. Ладно, напугаю чутка.

— Пришёл дух Орочимару, что коньки спустил, и сказал, что вы тут ругаетесь. Шутка, — в конце добавила, видя, как расширяются глаза Хирузена и он становится бледнее.

— Не шути так, Ми. Он чуть не умер на задании, защищая Джираю. От меча шиноби-отступника.

— А, так вот что произошло, хорошо, — развернувшись, пошла к команде. Почувствовала вопросительно-сомнительный взгляд Хирузена. Представление начинается. — Итак, ребят. Успокойтесь, пож…

Меня перебил громкий крик Джирайи, что орал в ответ Цунаде:

— Да знаю я, хватит орать на меня. Всё с ним будет в порядке! — всплеснул руками в стороны, чуть не задев мой нос.

— Ребят… — повторила я попытку, но меня снова перебили. Что-то мне это напоминает.

— НЕТ, ты не понимаешь! Он прикрыл тебе чёртову спину, пока ты, дятел, повернулся спиной к шиноби-отступникам! И даже не раскаиваешься! Он умрет из-за тебя, — в глазах говорившей появились слезы.

— Нет, не умрёт! У меня всё было под контролем! Он зря подставился.

—Хватит! Сколько можно! — крик стоял на всю больницу, что даже выглянула голова медсестры из-за регистратуры.

Стояла тишина, пока на меня взирали четыре шокированных взгляда. Последний — та самая медсестра.

— Ара, как дети малые, — пробормотала я, закрыв рукавом губы. — Итак, во-первых, что вы тут устроили? Вам тут не балаган, а больница, где лежат пациенты и проводятся сложные операции. Успокаивайтесь.

— Что ты здесь… — начал беловолосый, но я, как и он меня ранее, перебила:

— Слушай и не перебивай, беловласка, — нахмурив брови раздражено посмотрела на него, чтобы заткнулся. — Во-вторых, всё с Орочимару будет нормально. За него взялись А-ранговые врачиВ больнице Конохи, именно в моей работе, за открытые, серьезные раны берутся врачи B-ранга, и A-ранга. S — ранга в больнице пока нет., и у него всего лишь ранена спина и треснул позвонок, ничего не сломано даже. В-третьих, специально для седых индивидуумов, ты как раз таки и ошибся в своих словах. Если бы ты следил за обстановкой, не поворачиваясь спиной к врагу, Орочимару бы не стал прикрывать твою спину и закончил бы со своими противниками. Но вместо того, чтобы закончить, он пошёл спасать тебя, — бесцеремонно ткнула ему в грудь, смотря прямо в глаза. — А те враги, что остались — и твои, и Орочимару, — остались на вашем сенсее и Цунаде, что тоже могла пострадать, видя сцену с Орочи и тобой. Ты, конечно, должен полагаться на сокомандников, но немного в другом плане. Думаю, это донесёт до тебя твой сенсей, — мельком взглянула на Хирузена, — тот странно на меня посмотрел и кивнул. Перевела взгляд на Цунаде, что заливалась слезами: — А ты распустила нюни, вместо того чтобы собраться и сосредоточиться на ранах своих сокомандников, — загнула палец показательно, на уровне её глаз, — решила поспорить с и так уставшим человеком, который чуть не лишился друга, с которым дружит большую часть своей жизни. И о своих нервах не подумала, — пожав плечами, добавила: — Я же тебе говорила, что ирьёниндзюцу понадобится, а ты меня решила дождаться. В этом твоя ошибка.

Выдохнула. Все стояли молча, пока я подошла к скамейке и села на неё. Придётся ждать, пока операция закончится. В любом случае ссору я остановила, так что Орочимару должен выкатиться на койке живой.

Джирайя первый отошёл от моего монолога и, повернув голову к тоже уставшей сокоманднице, заговорил:

— Прости, вы обе правы. Я не подумал о том, что надо следить за территорией. Я сильно полагался на вас, вместо того чтобы решить проблему самостоятельно, — неловко почесав щёку, он прикрыл глаза. Цунаде, видя наконец его раскаяние, выдохнула облегчённо, наскоро вытерев лицо от влаги.

— Ты тоже прости, я не подумала о твоём и Хирузен-сенсея состоянии, — немного поклонилась. После, разогнувшись, подошла ко мне и, сев рядом, положила голову на моё плечо, выдохнув. Джирайя сел прямо параллельно нам, с Хирузеном.

— Ты была права насчёт того, чтобы стать медиком. Я не думала, что такой казус произойдёт так скоро, — взяв мою руку к себе в ладонь, она потёрлась носом о моё плечо.

— Я всегда права, — невозмутимо ответила я. Послышался смешок от Джирайи. А потом звук выполненного задания от системы.

— Да-да, знаю. Такая маленькая, но такая сообразительная. Но зато теперь уже точно пойдём на курсы вместе, — под конец она подняла руку, которая в некоторых местах находилась то в грязи, то в крови.

Выгнув вопросительно бровь, прищурила взгляд.

— Ну, запись на курсы начинается каждые полгода. В октябре и апреле. В остальное время они идут только у тех, у кого есть учитель. — Да, согласна. У нас нет нормального медика, что решит учить двух малолеток. Ещё и забесплатно.

Кивнув, я вздохнула. Значит, всё-таки идём вместе.

***

Стоя на главном дворике академии, я вполуха слушала занудную, как и всегда, речь Хирузена. Он не меняется! Опять пропагандирует волю Огня и всё такое.

Сзади, возле ворот, стоят родители или опекуны. Некоторые дети пришли одни. Со мной пришли Мито, Цунаде, Орочимару, которого недавно отпустили с больницы, и Джирайя.

Спустя ещё двадцать минут, пропаганда закончилась и вышли чуунины-учителя, что пришли забрать свои классы в аудитории.

Услышала я сначала класс С, потом В, потом шёл А класс. В последнем как раз состояла я. Там одни наследники или гениальные, сильные детишки. Косо взглянула на Мито, что поймала мой взгляд и подмигнула. Я вздохнула. Значит, там будут одни напыщенные индюки, что решат, что они одни пупы земли. Хотя я была приятно удивлена, что у нас в кассе как-то затесались трое бесклановых. Хотя опять же, гении, наверное.

Махнула рукой Мито, что кивнула и пошла на лавочку вместе с ребятнёй из команды семь. Я зашла в академию, идя с остальной толпой в кабинет.

— Итак, дети. Меня зовут Котонэ, что означает «звучание арфы». С этого момента и следующие шесть лет я ваш классный руководитель и учитель. Можете меня звать Котонэ-сенсей, — как только мы расселись по местам, начала представляться наш сенсей и вводить в курс дела на первый год обучения. Хотела бы я сесть, как главный герой всех аниме, на последнюю парту у окна, но, к сожалению, за ней дрались какой-то мальчик и какая-то девочка. Я решила не вмешиваться, а то загрызут и не подавятся. Села на последнюю парту третьего ряда, что возле выхода. Удобное место: и списать, если что, можно, и выйти первой из аудитории могу, и всё с доски видно. Лепота. — Сейчас, выходя к доске перед классом, каждый из вас должен представится, сказать, что он или она любит, что — не любит, и что-нибудь от себя, — в это время продолжала наш сенсей. Нда, вижу, это затянется. — Далее я вам выдам расписание на предстоящий год — и вы можете быть свободны, — взяв планшет, видимо с нашим списком класса, она перевела взгляд на первую парту первого ряда: — Выходи.

Выйдя перед классом, девочка лет шести с треугольниками и беспорядком на голове заговорила:

— Меня зовут Мичи Инузука, мне шесть лет, люблю собак и черешню. Не люблю кашу. Хобби — коллекционирую раскраски, — повернув голову на кивнувшего учителя, она пошла к своему месту. Так было до моей очереди. Что могу сказать о своих новых одноклассниках? Ну, во-первых, как я и предполагала, часть из них высокомерные только из-за того, что показали отличные либо хорошие результаты у себя в клане, — они смотрели друг на друга свысока. Были также ребятишки, что смотрели равнодушно, но с капелькой заинтересованности. Некоторые, как я, не отсвечивали.

Посмотрев на меня, учитель кивнула на середину класса, как бы намекая, что мой черёд представляться.

Подойдя к примерному центру аудитории, увидела, как большинство взглядов сосредоточилось на мне. Скорее, на моих волосах. Так получилось, что у Узумаки в академию пошла только я — то было прискорбно. Хотя я не встречала детей моего возраста в клановом квартале.

— Ара, меня зовут Ми Узумаки. Мне пять лет, люблю кошек и немного готовку. Не люблю высокомерных идиотов, что из-за одного хорошо показанного результата задирают нос до орбиты земли. Хобби отсутствует, — поклонившись классу, я пошла к месту, провожаемая немного раздражёнными взглядами и хмыками. Ну конечно, они поняли, что я про них, — вот и обиделись. Подавив в себе улыбку, села на место. Нам должны были, вроде, сейчас выдать листочек с расписанием…

***

— Ну что, как тебе одноклассники? — спросила Мито, когда я вышла к ним. Пожала плечами.

— Обычные высокомерные засранцы, которые загрызут тебя и не подавятся, если ты сделаешь лишнее движение в их сторону. А так — нормально, — послышались смешки от Джирайи и Цунаде, а Орочимару просто улыбнулся краешком губ.

— Так я и поняла по твоему лицу. У меня такого не было, все дети в Узушио понимали что к чему. Да и ребятам повезло, у них выпуск нормальных, не считая некоторых индивидуумов, — хмыкнула красноволосая под тяжкие вздохи троицы сзади.

— Считаю, что это будет трудное время, вплоть до выпуска, — покачав головой, прикрыла губы рукавом и стрельнула заинтересованным взглядом в принцессу Сенджу: — Кстати, Цуна, ко скольки завтра подойти к больнице?

Пожевав губу, Цуна задумчиво взглянула на небосвод:

— Часам к двенадцати, у тебя как раз уроки заканчиваются к одиннадцати. Там будет только вводный курс, как в академии сегодня. Только там ещё тест напишем, — покивав в знак подтверждения, утащила сокомандников к ларьку со всякой всячиной.

— Завтра ты бы могла сказать главному врачу, что ответственна за курсы и своё расписание в академии, а там он тебя пристроит куда-нибудь, — покрутив пальцем в воздухе, женщина вдумчиво замолчала, чтобы потом встрепенуться: — Ах да, вроде как говорилось в руководстве больницы, что до получения звания генина ты можешь быть медиком D-ранга. Не больше. Не знаю, что это за устои, но если это ввели, значит, так надо, — пожав плечами, Мито отправилась дальше в тишине, оставив меня переваривать информацию.

— Согласна, детей до звания генина лучше не подпускать к операционной, а то натворят чего. — Посмотрев на сумку, что расположилась на плече, я вспомнила расписание на неделю. Дни более-менее загружены, но только первая половина дня. Дальше идут всякие кружки, от которых меня освободили по просьбе Мито, которую попросила я. Мне надо учиться важным знаниям, а не икебане и тому подобному.

Зайдя в квартал, дочка главы предупредила, чтобы я была на полигоне через десять минут, и уплыла к себе в дом.

***

Неспешным шагом идя по главной дороге до академии, я лениво просматривала окружение.

Разной формы здания, люди с лёгкими улыбками на лицах, парочки, выглядывающие из окон ресторанчиков, семьи на лавочках. Сегодня был тёплый день, что очень удачно совпало с моим выходом в свет. Я давно хотела погулять, а так как сегодня какой-то там фестиваль, нас отпустили пораньше. Мимо пронеслась маленькая собачка, с радостным лаем, которую догоняла маленькая девочка с прикольными хвостиками на затылке. Посмотрев на сию картину, поняла, насколько Хаширама был прав. Он полностью был прав в создании мирной деревни. Если бы не его мечта, неизвестно сколько бы ещё длились межклановые войны… И опустим то, что после создания деревень начались войны между ними. Хмыкнув данному факту, прищурила глаза.

В глаза слепило яркое весеннее солнце, что сейчас стояло почти над головой. Над кустами летали милые бабочки, а вишня цвела красивыми бутонами, иногда осыпаясь лепестками розового цвета.

Эта деревня просто нечто! Я ей не восхищалась так, даже когда видела с экрана мобильного, телевизора или компьютера. В нос ударил приторный запах пыльцы цветка. На кончик моего носа села бабочка. Я не сильно разбираюсь в их видах, так как жила в центре Сибири в прошлой жизни, и там можно было редко видеть их, кроме капустницы или павлина, однако сейчас, когда иногда почитывала книги, я могла сказать, что за чудо на меня село. Неловко замерев на месте, скосила взгляд на чешуекрылую бабочку. Дунув струю воздуха под нос, тем самым давая вспорхнуть с меня, я проводила паникующе улетающую бабочку взглядом.

Потянув краешек губ вверх, пошла дальше. Посмотрев вниз, увидела новый наряд. Комбинезон коричневого цвета с белой широкой футболкой под низом. И кофта. Мягкая и большая, специально выпросила у Цуны её кофту, что она больше не носит. Решила надевать кимоно только по настроению, хотя от хаори не отказалась, или в принципе от длинных рукавов. Поправив капюшон, удовлетворённо улыбнулась, когда почувствовала мягкость ткани. Да, именно такая одежда мне по вкусу. Мягкая и большая. Идя мимо переулков, собиралась свернуть на другую улицу, чтобы сократить путь. Ходить вместе с Учихами на подготовительные курсы та ещё морока. За ними толпами бегают девочки, что сбивают прохожих с ног, а это больно между прочим, говорю не понаслышке. Устало цокнув, спряталась в мимо находящимся переулке, под пяткой почувствовав что-то более менее твердое. Нахмурившись, выглянула наружу, чтобы посмотреть, как далеко эти дикарки убежали и, удостоверившись, что на пути в академию никого нет, расслабленно выдохнула. Теперь можно посмотреть, на что же я наступила. Вряд ли на улицах деревни будет лежать что-то опасное. Хоть и скрытой военной деревни. Тут постоянно шпыняют патрули АНБУ или полиция Учиха, так что тут более менее безопасно. Опустив взгляд вниз, наткнулась на коробку с надписью. Кривую и, можно сказать, небрежную. Большими иероглифами виднелось словосочетание: «В ДОБРЫЕ РУКИ». Скептически хмыкнув, прищурила взгляд, чтобы в полутьме увидеть, что там или, скорее всего, кто там находился. Вытянув шею, опустилась на корточки, опасливо отодвигая крылья помятой, чуть грязной коробки. Оттуда сразу показалась одна пара чёрных бусинок, что опасливо поглядывали на мои пальцы, что отодвигали край коробки. Мои брови поднялись, когда я следующим увидела другого котенка, что сейчас спал, сжавшись возле чёрного комка шерсти, что до сих пор смотрел на меня, трясясь.

— Ками, — прикрыв рот ладошкой, пробубнила под нос. Медленно выпустив коробку из пальцев, притронулась к трясущемуся от ветерка котенку.

— Кто вас таких маленьких оставил на улице? Изверги. «Люди в обоих мирах не меняются», — недовольно произнесла я, увидев, как котёнок, что понюхал сначала палец, а потом начал ластиться ко мне, прикрыл глаза. Выдохнув, сложила губы в тонкую полоску и, заглянув в инвентарь, посмотрела на едва накопленные деньги. Мне сейчас нужно экономить каждую копейку, а не кормить кого попало. Посомневавшись немного, побеждённо повесила голову, и поднявшись с корточек пошла в ближайший магазин. Отыскав там воду и фарш, быстрым шагом пошла обратно. Завернув за знакомый угол, взглядом приметила ту самую коробку, что сейчас стояла с открытым верхом, из-за того что я её открыла. Подойдя ближе и сев на исходное положение, я пыталась открыть металлическую баночку с фаршем. Пыхтя себе под нос, почувствовала капельку пота, что текла по щеке от силовых непредусмотренных нагрузок. Попыхтев минут пять, всё же смогла открыть, однако теперь у меня саднили пальцы на руках из-за сильного воздействия давления на них. Подумав о том, что еду некуда положить, а из банки неудобно есть, решила, что руки потом можно будет помыть, а вот малыши больше голодать не могут — неизвестно сколько они тут торчат! Вывалив себе на руки немного еды, я взяла чёрного котёнка в другую руку и вынесла из коробки. Тот, насторожившись другой обстановке, мяукнул, на что я ткнула ему в нос ладонь с едой. Обнюхав руку, он несмело начал кушать, иногда облизываясь. Под конец начал есть очень активно. Позже, когда черныш поел, я легонько ткнула следующего котёнка, что до того судорожно спал, свернувшись в калачик. Осоловело открыв глаза, котёнок осмотрел место «проживания» и мяукнул, не найдя своего… Брата, или сестру. Черныш сидел у меня на сгибе локтя, греясь о тёплую кофту. Неловко подняв светлого новорождённого грязной рукой, поставила на асфальт, что был каким-то липким и неприятно пах. С новой силой задрожав от холода и неожиданной гостьи в виде меня, он сильнее свернулся, стоя на четырёх лапках, иногда моргая и смотря на меня. Выдохнув, отбросила выпавшую из причёски прядь, резким кивком головы, а потом, для закрепления дунув, зачерпнула ещё фарша для котёнка и поднесла к его пасти.

Светленький новорождённый сначала ничего не предпринимал, однако через секунд тридцать начал принюхиваться забавно шевеля носиком, и мелкими шажочками дошёл до заветной хавки у меня в руке. В общем, через минуту он уже активно поедал корм, иногда поглядывая мне в сгиб локтя, где взглядом всё-таки нашёл — родственника. Пока котята хлебали воду, я неловко топталась рядом, иногда подливая жидкость в крышечку от бутылки.

Не выдержав, я всё-таки погладила по их маленьким головкам, где шерсти было раз, два и обчёлся.

— Ну и как мне вас назвать? — пробубнила я под нос, промочив губы шершавым языком. Смотря на то, как котята аппетитно едят, аж самой захотелось кушать…

Выдохнув, перемещала взгляд то на одного, то на другого родственников. Хотя они выглядели вообще параллельно противоположно. Остановив глаза на чёрненьком котёнке, мысленно остановилась на одном варианте, что слышала в прошлом мире из аниме:

— Будешь у меня Мявкой… — кивнув в подтверждение и теперь смотря на котёнка в полосочку, задумалась над его именем…

— А ты у нас… «Суторайпу», — взглянула в небо на перистые облака. Если перевести на русский, значит полосатый. — Хм… Если сократить твоё имечко, будет мило. Рай-Рай.

Неловко посмотрела я на котят, что сейчас, закончив есть, разглядывали меня, как мне показалось, со скепсисом, изредка мяукая. Улыбнувшись им, я достала из инвентаря платок и, вытерев ладони от еды, взяла новоиспеченных Мявку и Рай-рай на руки. Встав наконец с корточек и выйдя из переулка, я осветила своё лицо лучами солнца, что прыгали по стёклам домов, изредка спускаясь на уровень глаз прохожих.

Сегодня прекрасный денёк, хотелось бы с Цуной увидеться… Она в последнее время совсем с полигонов не выходит… Мы договорились, что не будем мешать друг другу тренироваться. Как никак, мы ниндзя — на этом построена наша жизнь, у нас нет другого выбора. Дерись или умри. А если мы не будем тренироваться, умрём при первой же вылазке из деревни. Я её поддержала.

Идя обратно к дому, я время от времени прижимала котят ближе, когда они начинали трястись от разных резких шумов, мяукая.

Зайдя в один зоомагазин на всю деревню, купила латки и еду для них. Вышло в копеечку. Я потом долго жаловалась на большие цены Мито, у которой, оказывается, аллергия на шерсть.

Дойдя наконец до своей обители, поставила на деревянный пол ушастых, чтобы они всё обнюхали, аккуратно передвигаясь вперёд. Я же в это время быстро сняла сандалии, ставя в сторону от прохода, и забежала в туалет, ставя латки, а далее — на кухню, убирая корм. Дальше пришла к новым хозяевам моего скромного дома, смотря, чтобы они нигде не укололись, не навернулись, не поцарапались. Конечно, пару раз мне пришлось их ловить, однако в остальном всё проходило относительно хорошо.

Когда они обследовали добрую часть дома, я решила их помыть. Остальные углы дома они обследовать и потом могут, а вот неприятный запах я терпеть не намерена. Набрав самую малость воды в ванну и принеся полотенца, положила их на тазик. К сожалению, стиральной машины и всех остальных прибамбасов ещё не придумали, но я знаю, что во времена Минато они уже были. Осталось подождать буквально с десяток лет. Потерпеть…

Жалобно выдохнув, зажмурила глаза, пока намывала Рай-Рай. Никогда не любила стирать. Тот пискнул и повернулся ко мне попой, поднимая хвостик. Так я и узнала, что Рай-Рай и Мявка мальчики…

Завернув уже помытых и сверкающих котят в тёплые полотенца, направилась к кровати.

Так и произошла встреча меня и моих верных котят…