21 глава.  Друг или враг?

— Что делать?! Уходить надо. Здесь оставаться опасно!

Кричал пожилой Узумаки.

— Куда уходить? Здесь наш дом. Предки веками здесь жили!

Крикнул другой.

— А что ты предлагаешь?! Ждать здесь, когда нас всех добьют?!

Было ему ответом.

— Да и куда уходить?

Задумчиво произнес более молодой мужчина.

— Куда-нибудь, неважно. Главное - спрятаться от врагов.

Уже около часа мы сидели в шатре на площади, возле здания Узукаге, со всеми соклановцами и спросили о том, как жить дальше.

Я спокойно поедал недавно сваренный суп, пока вокруг развивались дискуссии.

— Молокосос, ты себя слышишь? Спрятаться? Ха-ха. Где? У нас враги повсюду.

— А Коноха? Они не участвовали в нападении.

Спросил одна из выживших куноичи.

В основном спорили гражданские, шиноби почти ничего не говорили. Даже Хидео, сидя на стуле, в глубине шатра, словно на троне, молча смотрел, положив свой меч себе на колени.

— Пф, ага, конечно. Хоть Лист и не участвовал в нападении, они ничего не сделали, чтобы помочь. Более чем уверен, что все это происходило с молчаливого согласия Конохи.

Фыркнув, в спор вступил один из гражданских, который до этого молчал.

— А что Коноха могла сделать? Им, чтобы действительно помочь, нужно было бы привести сюда армию. А этот процесс далеко не быстрый.

Произнес один из шиноби.

— А как тогда тридцать тысяч врагов так быстро смогли прийти?! А?

С возмущением спросил гражданский.

— Формирования вражеской армии происходило постепенно. Они собирались частями в течении двух недель.

Ответил Ивао, а после добавил.

— А что касаемо преданность Конохи... Не думаю, что в ней можно сомневаться. Как не крути, но в Листе живут Сенджу, да и Мито. Они не допустили бы агрессии со стороны Конохи по отношению к нам.

— Мито ?! Ей плевать на клан! Она предала нас, когда сбежала в Коноху.

Невежество сказал один из стариков.

Мито - младшая сестра прошлого Узукаге. Ее не очень любят в клане, так как она, в отличие от Кушины, добровольно покинула деревню и уехала в Коноху.

Многие Узумаки не очень хорошо приняли тот факт, что Мито покидает деревню из-за любви. На протяжении многих лет существования клана, ещё никогда члены главенствующей семьи не покидали деревню. И, когда Мито так поступила, она, тем самым, вызвала огромный резонанс.

Одно дело, когда это обычный соклановец, но совершенно другое, когда из деревни уходит член главной семьи. Многие посчитали, что это предательство и плевок в лицо своей же семье. Бабушка рассказывала, что из-за этого такой скандал поднялся, что спор Сенджу и Учих покажется лёгкой шуткой.

Впрочем, я буду обманщиком, если скажу, что не разделяю взгляды несогласных.

Я понимаю, что это больше политический брак, нежели любовный. Но! Мито знала много секретов клана и отправлять ее в Коноху с этими знаниями - не самое умное решение. Боюсь она могла из-за любви что-нибудь рассказать. Хотя, я не могу это утверждать. Я видел Мито в манге лишь мельком и судить о том, какой у нее характер и на что она способна - будет не самое умное мое действие.

— Это точно!

— Нет!

— Что ты вообще несёшь? Так надо было сделать.

— Предать клан? Это надо было сделать!?

Поднялся шум. Узумаки поделились на два лагеря, кто-то защищал Мито и ее решение, кто-то был ярым оппозиционером и категорически выступал против ее ухода.

Узумаки упёртые. Хоть этот вопрос и был закрыт ещё лет пятьдесят назад. Но все равно, при любом упоминание Мито, поднимались споры и крики.

— Достаточно.

Произнес Хидео, используя печать усиления голоса, а после выпустил свою КИ.

Гражданские задрожали. А шиноби успокоились.

По моему телу пробежались мурашки.

Его сила... Конечно не дотягивает до Казекаге или Узукаге, но он хорош.

— Не забывайте, что она такая же Узумаки, как и вы. Она не предатель и никогда бы им не стала.

Конечно, с этим аргументом можно легко поспорить. Но ни я, ни кто другой не станет это делать.

Кто-то из уважения, а кто-то из-за совести. Все-таки Хидео внучатый племянник для Мито. Не красиво будет продолжать оскорблять родственника главы клана. Да и потом. Нелюбовь к Мито была вызвана больше не опасениями клана за секреты, а, скорее, это просто была обида на то, что она бросила свой клан.

Но это сейчас не важно, тем более, когда клан в такой ужасной ситуации, последние, что надо делать, это вспоминать старые обиды.

Повисла неловкая тишина, которую, почти сразу, разорвал Хидео.

— Выхода у нас как такового нет. Клан не выживет один в мире, рано или поздно про нас прознают и тогда же придут добить. Поэтому, я принял решение.

Глава встал со стула, а после, окинув серьезным взглядом соклановцев, сказал.

— Я свяжусь с Мито и Третьим Хокаге. Попрошу дать нам возможность поселиться в Конохе.

Такие слова вызвали гнев почти сразу. Никто не хотел идти в Коноху. Узумаки даже близко не рассматривали вариант, что придется переехать в деревню, где живут другие кланы. Им придётся быть на ровне со всеми. Сама эта мысль бесила их до глубины души.

— Зачем нам прогибаться под Коноху!?

— Точно! Они сначала нас пропустят, а потом будут требовать печати и секреты.

Крики гражданских начали уходить не в то русло.

— Тем более. Для нас это унижение! Просить лист о помощи... Что за вздор!

Хидео снова выпустил КИ.

— Ваша гордость нас всех в могилу сведёт...

Процедил сквозь зубы Хидео.

— Клан не будет принижен в своих правах. Обещаю. Я договорюсь об этом.

Глава осмотрелся, а после продолжил.

— Это вопрос выживания. Как вы это не понимаете? Ну ладно мы... Но дети, среди нас их достаточно много. Вы хотите, чтобы они умерли вместе с нами?

Хидео нашел, куда давить. Для Узумаки нет ничего ценнее родных. Напоминание о жизнях их детей - хороший аргумент в споре.

Все молча слушали главу, понимая, что другого выбора просто нет, но гордыня так и давила.

— Глава, вы же понимаете, что Коноха будет в праве что-то требовать после?

С намеком произнес рьенин, который лечил меня.

Джиро-сан. Хах, как я узнал, он очень уважаемый человек в клане. Один из самых могущих мастеров рьюниндзю.

— Я это понимаю.

Ответил серьезно Хидео.

Опасение Джиро-сана были очень логичными, всё-таки Коноха - деревня с множеством кланов, и каждый из них что-то делает для деревни. Другие Узумаки могут это не понимать, но не я, как человек, который прочитал всю мангу, я обязан осознавать, о чем хочет сказать Джиро-сан. Вот, например, Учихи. Они являются полицией Конохи. Или Ямонаки. Учитывая их способности, я просто уверен, что дознание полностью висит на них.

Ещё немного послушав разные споры.

Хидео встал, а после отдал приказ, чтобы все гражданские разошлись.

— В деревне есть ещё пару мест, где мы спрятали наши вещи. Надо их достать. Поэтому, Ивао, расставь караульных. На входе в деревню и на стену, с каждой стороны. В случае опасности, сообщить мне. Все остальные пойдут за свитками.

Ивао, услышав приказ, кивнул, а после произнес.

— К воротам надо двоих. Есть желающие пойти на пост?

Конечно не очень хотелось куда-то идти и что-то делать, особенно, после последних событий, но выбора не было. Вернее был, но оставаться и копаться в развалинах мне было уже просто морально тяжело.

— Я и Катсу пойдем.

Сказал я, чуть выйдя вперед.

Ивао кивнул, а после произнес.

— Тогда отправляйтесь к главному входу. И... Будьте внимательны.

Поклонившись, мы двинулись в сторону ворот.

Катсу последние два дня почти ничего не говорил. Связанно это с тем, что в какой-то момент поисков нашлись тела его родичей и Лины.

— Эй, Катсу, ты как?

Спросил я, устав от молчания.

Мой друг посмотрел на меня с грустью в глазах, а после произнес.

— Я... Мне сложно принять действительность. Эта деревня, родители. Ещё неделю назад здесь было так замечательно, а сейчас...

И то верно, атмосфера этого места уже давила, я сам пытался принять все и смириться со случившимся. Но это было сложно, особенно, когда ты ходишь по деревне, и все здесь напоминает о случившемся.

— Я понимаю, что надо жить дальше и как-то все это принять. Но... Я не могу. Моя сестра, она была беременна и...

Катсу сам узнал о смерти сестры, я не смог ему сказать.

Испугался? Возможно.

Я просто не хотел, чтобы Катсу не почувствовал то, что почувствовал я, когда узнал о смерти брата.

— Хикару и Лина явно этого не заслужили. Если бы этого всего не было, они бы стали семьёй и создали бы свою ячейку общества.

Серьезно сказал я, разводя руки в стороны.

— Но, ты же понимаешь, что слезами тут ничего не решить.

Остановившись, сказал я.

— Мы должны отомстить. Может не сейчас и не завтра, и не через год. Но когда-нибудь... Мы уничтожим тех, кто пытался уничтожить нас.

Последние фразу я сказал почти шепотом.

Катсу вытер лицо рукавом, а после, серьезно кивнув, сказал.

— Я согласен. Мы должны отомстить.

Дальше мы в тишине продолжили путь к воротам. Добравшись, я и Катсу, забравшись на арку, заняли позиции и начали всматриваться в даль.

Время шло достаточно быстро, почти незаметно. Перекидываясь фразами, мы и не заметили, как день перешёл в вечер. Солнце начало медленно уходить, а небо окрашиваться в красно-оранжевые цвета.

— Когда нас уже сменят, я есть хочу!

Жаловался Катсу, сидя рядом со мной.

Услышав это, я улыбнулся, а после открыв печать достал два бенто.

Протянув другу руку с едой, я кивнул.

Катсу только и успел сказать спасибо, как его руки вцепились в бенто.

Ухмыльнувшись, я уже хотел открыть еду, как увидел в дали чакру, которая двигалась в направлении деревни. С каждой секундой все больше и больше огоньков появлялось в зоне моего восприятия.

Отложив еду, я встал, а после с серьезным лицом посмотрел вдаль.

Из-за холмов и деревьев, которые располагались чудь дальше поля, где раньше было засеяно все пшеницей, я не мог увидеть тех, кто сюда направляется.

Катсу, который сидел и поедал, судя по всему, очень вкусный бенто, поднял голову и серьезно посмотрел на меня.

Глянув ему в глаза, я активировал связную печать, а после четко и громко произнес.

— Ивао-сан, кто-то приближается к деревне. На двенадцать часов от ворот.

Катсу, услышав мои слова, подорвался на ноги, а после начал вглядываться в направлении, которое я назвал.

— Шинигами! Сколько их? И кто это?

Выругавшись, спросил Ивао.

Посмотрев ещё раз, я обомлел. По-началу было не понятно, сколько их, так как, число постепенно росло. И первое время, казалось, что не больше ста. Но, когда я снова посмотрел, то увидел что мою зону восприятия уже пересекло, около полторы тысячи человек.

— Полторы тысячи человек. Кто это не понятно, не видно.

— Ясно, ждите дальнейших распоряжений. Как покажутся, скажите кто это.

— Понял.

Ответил я, а после снова попытался рассмотреть, кто сюда идёт.

— Нилл, что говорит Ивао-сан?

Спросил серьезно Катсу.

— Приказал ждать.

Ответил я.

— Но!

Катсу хотел возмутиться, как я его перебил.

— Успокойся. Они ещё не подошли.

После этих слов, я достал печать подавления чакры и поставил на себя.

Катсу, заметив, что я сделал, повторил мои действия.

Скрывшись за небольшой преградой, которая находилась на стене, мы стали ждать.

Я слегка высунул голову, чтобы всё-таки узнать кто же пришел.

Из-за холма начали появляться шиноби. Зеленные жилеты... Коноховские? Хоть протекторы и не видно, то, что это шиноби Листа стало понятно практически сразу.

Интересно... Зачем они пришли? Судя по всему, они не собираются сражаться. Наверняка их сенсоры почувствовали чакру меня и Катсу, когда мы еще не успели активировать печати. Возможно, хотят показать, что они с миром? Да и не заметно, что они собрались атаковать. Вон, белый флаг даже показали.

Прикоснувшись к печати связи, я произнес.

— Шиноби Листа, не проявляют враждебности. Даже белый флаг показали.

— Принял, оставайтесь на позиции, постарайтесь не пропустить их через ворота, если почувствуйте неладное - бегите. Выиграйте время, я и глава скоро придем. О каждом шаге сообщайте мне.

— Понял.

Ответил я, выслушав все указания Ивао.

Повернув голову в сторону Катсу, я увидел, что он смотрит на меня взволнованным взглядом.

Понимая, чего он ждёт, я произнес.

— Ждём. Задача - не пропускать их через ворота. Тянем время до прихода Ивао и Хидео.

Катсу сглотнул, а после, посмотрев на меня серьезным взглядом, кивнул.

Мы спрятались.

Смотря на чакру, которая приближалась медленно к нам, я стал вслушиваться в топот и разговоры, которые становилось слышно все громче и громче.

Аккуратно выглянув, я увидел небольшую армию. Судя по жилетам, почти все шиноби были в звание чунин и выше. Они медленно приближались к воротам, переступая через ямы и кратеры, которые были оставлены какими-то техниками во время осады.

Внезапно, человек, который шел первый, поднял руку. Армия остановилась в метрах пятнадцати от ворот.

Присмотревшись к человеку, я увидел мужчину лет тридцати на вид, у него были серебристые волосы, стянутые аккуратно в хвост.

За его спиной был небольшой танто, по ножнам можно понять, что, скорее всего, он именной.

Обратив внимание на лицо, я увидел добродушный взгляд, что было, весьма, несвойственно для шиноби. А тем более для бывалого шиноби.

Стоит прояснить, что под бывалым шиноби можно считать любого, кто перешёл планку чунина.

В этот же момент, в мою голову ударили воспоминания из манги.

— Хатаке Сакумо...

Почти шепотом произнес я.

Вот это да. Не думал, что увижу этого шиноби здесь. В манге о нем почти ничего не упомяналось, говорилось лишь, что он хороший шиноби, а также очень добрый, справедливый и чувствительный человек. Сомневаюсь, что такого бы послали добить почти уничтоженный клан.

Впрочем, сомневаться можно в чем угодно. Факт в том, что он опасен. Нет... Чудовищно опасен.

— Хатаке-сан, я точно уверен, что здесь было два очага чакры.

Сказал один из шиноби, который стоял рядом с Сакумо. Судя по глазам, он шиноби клана Хьюга.

С ним надо быть аккуратнее. Я не до конца помню, как работают эти глазки, возможны проблемы. Но, вроде, все не так плохо, по крайней мере он нас не видит.

— Странно...

Приложив руку к подбородку, сказал Хатаке.

— Трупов почти нет, а деревня уничтожена. Шиноби тоже нигде не видно, при чем не Узумаки, ни из пяти великих деревень. Что-то не складывается.

Проговорил Хатаке, а после, махнув рукой отдал приказ.

— Подготовить несколько групп, надо проверить деревню.

Это плохо. Ивао сказал не пропускать их через ворота.

Сжав кулак, я посмотрел на Катсу, а после сказал.

— Будь здесь.

Понимая, что надо потянуть время до прихода Ивао и Хидео, я решил пойти на риск.

Выдохнув, я спрыгнул с рамки ворот. Сделав тройное сальто, я аккуратно приземлился на расстоянии пяти метров от Сакумо и его людей, тем самым, перекрыв вход в деревню.

Положив руку на меч, я выдохнул, а после грозно, на сколько это было возможно, произнес:

— Зачем вы здесь?

Ниндзя Конохи мое появление удивило. У каждого на лице читалось недоумение и удивление от того, что они даже не почувствовали мою чакру, находясь в непосредственной близости. Кроме Хатаке, который сначала прищурился, а потом слегка улыбнулся.

В рядах шиноби прошлись лёгкие шепотки.

— Где его чакра? Почему я ее не чувствую?

— Что за... Как?

— Печати?

Сакумо прошёлся по мне оценочным взглядом, а после спокойно произнес:

— Успокойся, парень, мы не враги. У Конохи с Узушио торговые и дружеские отношения.

— У тех, кто был здесь до вас, тоже были с нами дружеские отношения...

Съязвил я.

Хоть я и видел, что они здесь больше с миром, нежели с враждой, мне все равно было тяжело говорить с ними. Тем более, после последних событий, вера в людей как-то сильно упала, а уж в договоры о мире и подавно.

— Хватит так говорить с Хатаке-саном! Ты лишь генин! А возомнил из себя...

Вперед, из толпы шиноби листа, вышел ниндзя без каких-либо отличительных клановых знаков. Скорее всего обычный гражданский шиноби.

— Ещё один шаг и я тебе ногу отрежу.

Сказал серьезно я, слегка вытянув меч из ножен.

Угрожать джонину было слишком неразумно... Но это отлично тянет время. Если бы хотели сражаться, то уже бы напали, но они все ещё стоят, а это значит, что они и вправду с миром. Поэтому можно ещё немного поиграть в настороженность.

Главное не переборщить...

— Малец, ты...

Шиноби заскрипел зубами, когда Сакумо положил ему руку на плечо.

— Успокойся, судя по разрушениям, выжившие Узумаки пережили многое, это нормально, что он так относится к нам.

Сказав это, Хатаке посмотрел на меня, а после слегка улыбнулся и сказал.

— Нас послал Хокаге, помочь в обороне Узушио.

— В таком случае вы опоздали, Хатаке Сакумо.

Сказал я, сделав акцент на вторую часть предложения, давая понять, что знаю, кто передо мной стоит.

Брови Сакумо слегка подпрыгнули, когда он спросил.

— Ого, так ты знаешь меня?

— Сложно не знать человека, который сделал себе имя на поле битв во второй войне шиноби.

Ответил я.

Наступила тишина, которую через секунду разорвал сам Сакумо.

— Прости, мы опоздали.

Грустно улыбнувшись, сказал Хатаке.

— Не извиняйтесь, даже если бы вы пришли во время, от вас бы было мало толку. Врагов было слишком много.

Сакумо несколько секунд потупился взглядом на меня, а после заговорил.

— И все же...

Не успел договорить Хатаке, как возле меня появился Хидео и Ивао.