Насмотревшись на небо, я только сейчас заметила что с этого цветочного холма можно разглядеть столицу Элелата с её стенами. Тучи сгущаются, вероятно, скоро пойдет дождь если не гроза.

Вытащила часы, взглянула на них: всего лишь 11:28. Выкинула их от себя по дальше, перед падением погрузив в многомерность.

Положила левую ногу на колено правой ноги. Видимо все привыкли к фриковатости авантюристов, посему меня никто не спросил почему я бегаю без обуви. Мои ноги слишком грязные... Их стоило бы омыть. Села лотосом и достала солдатскую фляжку, открутила крышку. Взяла её в зубы и время от времени наклоняю голову чтобы вода текла на ноги, оттераю ладонями грязь.

Тут же мне вспомнилась история, которую я не записала в дневник. На поверхности шатающиеся пьяницы бывает употребляют спирт в фляжках. Когда я примкнула к своему отряду авантюристов после детонации термоядерного оружия то была удостоена посмотреть на быт выживших военных временно примкнувших к Канору. Подавляющее число комиссаров имперских войск проводят беспощадные казни над теми кто употребляет спирт. Алкоголь есть сатанинский катализатор, и склониться к его употреблению - преступление.

Вероятнее всего комиссар в момент казни считает что избавляет здоровое тело в виде имперской армии от раковой клетки в виде пьющего.

Омыв обе ноги, я удостоверилась в их чистоте и вновь улеглась на травку. Из-за ветра мокрым ногам весьма прохладно. На удивление трава не такая уж и длинная, шелестит в сторону. От свежести воздух кажется разряженным.

Как я и думала, начался дождь судя по вкрапинкам воды редко падающим мне на лицо. Встала на ноги и поправила капюшон на голову, ухожу с цветочной поляны в сторону леса, еще дальше от города.

Спустя час ходьбы я обнаружила собор находящийся на другой стороне реки. К нему ведёт хоть и незамысловатый но вполне надёжный мост через реку. Прошлась по нему, время от времени касаясь ладонью перил.

Постояла перед входом решаясь зайти, а после открыла дверь, вступив внутрь. Внутри его стены кажутся даже еще выше чем снаружи. Прошла вперед, сев на скамейку. Священника не видно, однако есть монашка что по всей видимости прибирается. Иду к ней. Она отвлеклась на меня уже до того как я дошла, выглядит очень красивой и милой, у неё золотые завивающиеся волосы. Говорю: – Доброго дня, а как мне поговорить со священником?

Её голос лапает мое существо: – Доброго. Мне позвать?

Кивнула ей.

Она отошла, а после вернулась уже с батюшкой. Он тоже блондин, побрит, одет в простое и лаконичное облачение.

Священник заговорил тяжелым но бодрым голосом: – Здравствуйте. Я вас слушаю.

Говорю: – я Мия. У вас есть задания? Можно ликвидаторского толка.

По стояв за плечем у священника, монашка вернулась к повседневности.

Мужчина хмурился в раздумьях, а после сказал: – Есть. Неделю назад пять деревень подверглись нападению зомби, полчища стремительно движутся с востока на столицу. Позавчера ко мне вернулась храмовница с разведки, сообщив, в сторону собора отбилось приблизительно 60 - 120 особей от основной массы. В твоих силах вывести из строя эти груды мяса?

Выслушав батюшку, я ответила: – Да.

Батюшка отклонился, сложив ладони: – Помоги тебе Господь.

Я решила не спрашивать о награде, деньги мне пока что ни к чему, а связь с церковью уже весомая причина помочь.

Еще некоторое время прибывала в храме сидя на скамейке. Встала и направилась к выходу, по пути вложив три серебрянных монеты в копилку для пожертвований. Выйдя из Божьего дома, я впервые за свою жизнь перекрестилась повторяя за монашкой, а после ушла в сторону откуда движется нежить.

* * *

838/7/6 08:37

Доброго времени Господь.

Решила вести дневник. В общей сумме прошел день после того как я взяла задание на уничтожение зомби движущихся к собору. Оказывается, столица уже выделила на защиту храма двадцать одного имперского война, и я решила скооперироваться с офицером.

До того как обнаружить небольшой привал солдат, я установила каскадную растяжку по периметру. Один зомби зацепиться, а двадцать четыре гранаты сработают друг за другом. Я сделала её таким образом дабы полчище залезло по глубже в зону поражения взрывов, то есть обматывала проволокой не все гранаты, а только шесть, остальные должны сработать по цепочке. Однако помимо гранат я установила взрывчатку в ту же самую цепочку взрывов, дабы удостовериться в мощности связки.

Когда рассказала о ловушке солдатам, то они были удивлены и спросили название этого пиротехнического замысла. Я растерялась но ответила: "Мияно гостеприимство".

В дальнейшем обменялась контактами с офицером и настроила свой коммуникатор на частоту группы.

На данный момент позиционно группа разделилась на два отряда, каждый находится в четыреста метров друг от друга: с северной стороны и южной. Я нахожусь одна между ними. Пишу в дневник разлёгшись на пулеметной точке, к слову. Вероятнее всего даже с пулеметом моей огневой мощи будет не достаточно, посему разложила сангвини в трёх метрах от себя.

Я уже делала замечания об этом, но снаряга имперцев бомба. Бывает буквально, в случае смертников. Серые шлема, противогазы с красными линзами, темно-серая униформа, бронежелеты, черные штаны, обувь охватывающая ахиллово сухожилие - берцы. Надёжные автоматы.

* * *

От письма меня отвлек офицерский голос из коммуникатора: – Держать стойку, враг в ста пятидесяти метрах. – он решил примкнуть к северному отряду, что вбирает вместе с ним одинадцать солдат. Коммуникатор передал звук передернутого автоматного затвора, наверняка рядом стоящего сержанта.

Прибрала дневник в многомерность.

Навряд ли толпы зомби бегут далеко друг от друга. Если на север напали одни, то в скором времени подтянутся и другие. Слышится заветная пальба, как с коммуникатора так и с севера.

Проволока растяжки охватила лишь запад (центр) и юг, посему пиротехника еще не сработала. Впрочем, как я и предполагала, это продлилось не долго. Раздались взрывы гранат, а за ними и взрывчатки. Вместе с землей сотрясается мое сердце.

Высматриваю зомби на мушке креста, есть, в двухсот метрах от меня. Коммуникатор вновь трещит командой офицера, словно она последняя в его жизни: – вскинуть штыки!

Застегнув ленту противотанковых патрон крышкой отсека креста, я открыла огонь на подавление. Сто метров, удивительно стойкие груды мяса неумолимо сокращают дистанцию. Чувствую запах пороха и вижу пламя из дула от череды. Мушка слетает с одного зомби на другого. Пятьдесят метров, скоро закрутятся стволы сангвини. Тридцать метров, выхватываю штык нож из лежащей кобуры и вылезаю из пулеметной точки, бросаясь вперёд. Десять, пять...

Зарядила ножом в горло и перевернула тварь через колено, упал, по инерции вспотрошившись шеей. В коммуникаторе слышится крик. Отпрыгнула назад и резко сократила дистанцию, полоснув ножом по горлу второго. Очередь сангвини прошлась веерообразно, и мне пришлось горизонтально отпрыгнуть, плюхнувшись спиной в корни дерева

Делаю кувырок, увернувшись от третьго мертвеца. Набираю скорость и влетаю в него, сверху потрошу его лежащего и дёргающегося.

Встаю, вытаскиваю пистолет из под ленты накидки, чувствуя прилив жестокости. Казнила двух зомби в пятнадцати метрах от себя, что отбились от стаи. Последний труп упал мне в ноги.

Подняв левую руку, я воскресила все трупы вопреки порушенной жизнедеятельности, а после сжала кулак, тем самым взорвав нейронную кинетику, окончательно уничтожив мерзость лежащую передомной.

Побрела к пулеметному гнезду и улеглась, вальяжно закинув локоть на край индивидуального окопа. Я его выкопала на спех сапёркой, не столь глубоким.

Коммуникатор трещит голосом сержанта, по моему южного: – Враг уничтожен, один солдат ранен, оказываем помощь.

Раздался уже офицерский голос: – Миссия выполнена. Возвращаемся в столицу. Не забудьте похлопать Мию по плечу если увидите, её гостеприимство помогло нашим солдатским попочкам не умереть сегодня.

Услышав это, я полежала некоторое время скрестив пальцы в затылке, а после встала и убрала вещи в многомерность, собираясь идти отчитываться в собор. Подошла к сангвини и похлопала ладонью по турели, дернула за рычаг, тем самым вернув орудие в сложенный вид, погрузила в многомерность.

Некромант не сможет воскресить тех с кем я сражалась, но сможет тех с кем сражались солдаты если приспичит. В этом случае напасть на собор будет не такой сильной как до нашей обороны, ведь мертвецов будет меньше ещё и из-за слишком сильной повреждённости некоторых особей со стороны солдат. Те кто не подлежат восстановлению могут использоваться максимум как материал для скелетов.

Иду вдоль не очевидной тропы к собору. Вытащила пистолет из многомерности, осматривая его не останавливаясь в поступи. Серый с бордовым. Вытащила один патрон из него и убрала пистолет за ленту накидки. Разбираю патрон ногтём прямо на ходу и тщательно осматриваю каждую деталь, включая порох на ладони.

Стряхнула все с ладони, пистолет вернула на предохранитель и возвратила в карман накидки.

Спустя не определенный промежуток времени я вижу боковую сторону собора. Обхожу его и захожу внутрь.

Дождалась момента когда перед глазами появится батюшка, а после заговорила: — Здравствуйте. Зомби уничтожены. Вам на подмогу столица солдат послала, я всего лишь помогла им. От награды отказываюсь, всё в мире принадлежит Иисусу Христу... Правда, можно обнять монашку? – покрылась легким румянцем взглянув священнику в глаза.

Священник ответил: – Большое спасибо за твое мужество, дитя. Я скажу Софие твою просьбу.

Простенько села на скамейку и сложила ладони на коленки, робко приступая ждать. Спустя некоторое время подходит та блондинка которую я видела когда впервые вступила за порог. Осознала, что я всегда находилась в соборе без головного убора. Она села с лево от меня рядышком, затем сказала: – Просила, получишь.

Мое сердце забилось чаще, я подсела ближе и обняла Софию за талию, а щекой прижалась к её солнечному сплетению ближе к сердцу. Слышу и чувствую стук в её груди. Медленно и плотно начинаю тереться щекой. Такая тепленькая и расслабленная... Я тихо прошептала: – Спасибо... – монашка гладит меня по голове.

Я сказала ей в грудь: – Прости что замарала тебя гнилой кровью, – София в ответ поцеловала меня в голову и стряхнула застывшие коростки крови с задней стороны моей накидки. Я слегка отстранилась и взглянула. Её облачение обляпано... Вернулась обниматься и даже потискала Софию.

Вдоволь нагладившись и наобнимавшись, я поблагодарила девушку и отпустила её. Наверняка в скором времени она придёт прибираться в зал, после того как разберется с собственным облачением. Я спросила её, могу ли в будущем ещё приходить за объятиями? Она сказала что могу.

Вернулась на цветочную поляну. Дни дождливые в последнее время и трава мокрая. Разлеглась звездочкой, а капли дождя бьют мне в лицо. Смотрю в небо на дождь...

...

Слишком хорошо. Да, я насквозь промокла, местами холодно, но это того стоило.

Смотрю на часы, уже четырнадцать часов.

Села в позу лотоса и сложила ладони на колени, дождь идеально подходит для раздумий. Отсекаю те мысли что по моему мнению не богоугодны. Логика создана Богом и тот кто впервые обратил её против Него это дьявол человеконенавистник.

Странный мир.

Прошло порядка восьмиста лет с момента великого упадка. Из слухов я знаю что мир кишит аномалиями после оружия что применялось в той войне.

По моим ощущениям прошло уже минут двадцать. В голове ветер. Дождь не утихает. Встала и медленно побрела в сторону города, рассматривая пейзажи.

Стражники стоят даже под дождем. Их доспехи кажутся латными. У правого в руке автомат а за спиной алебарда, тогда как у левого стражника наоборот, уже алебарда в руках.

Прохожу мимо стражи в ворота. На удивление, люди не все по прятались. Хоть и по меньше, но даже в такой ливень по улицам бодренько ходит приличное количество людей.

Иду в трактир жилого района. Захожу. Моя накидка изрядно промокла, и вода прямо льется из под неё, однако никого это кажется не смутило. С моих волос так же капает. Прохожу к бармену и говорю: – Здравствуйте. Мне пожалуйста чай с медом, хлеб, суп, – дала два серебрянника. Развернувшись, я пошла к столику, но тут бармен окликнул меня: – Опять сдачу забыла? – взглянула и сказала – Оставляйте себе всегда.

Он пожал одним плечем и вернулся к извечному циклу протерания посуды.

Села за столик в непримечательном месте.