Пока Альфи был в соседней деревне, бабушке, приехавшей приехала к герцогу, чтобы увидеть его, пришлось уйти. Сама того не осознавая, Люсьена шагнул вперед и остановила ее.

— Мадам, если не возражаете… не хотите ли зайти ненадолго?

Остановившись, дама медленно покачала головой.

— Как я могу? Если и ребенка нет, то мне пора уходить.

И когда она снова повернулась, Люсьена не смог просто стоять и смотреть. Ведь, хоть Альфи и был уверен, что бабушка его ненавидит, на ее лице не было ни капли злобы или ненависти. Напротив, казалось, ей было тревожно. Люсьена пыталась найти предлог, чтобы удержать ее.

— Знаете, дворецкий обучает меня. Поэтому…

К счастью, ее внезаная реплика, привлекла внимание, и дама посмотрела на нее.

— Если вы не против, мне бы хотелось рассказать вам о дворецком!

Старушка с радостью выслушала рассказ Люсьены об Альфи. Ближе к полудню она сказала, что ей нужно на мессу, и поднялась с места, но добрая няня быстро подготовила маленькую карету.

— Извините, мадам. Если вы не возражаете, могу ли я пойти с вами?

— Как я могу отказать тебе, раз ты попросила. Если у тебя есть дела в городе, поехали вместе.

— Нет, не в этом дело, — Люсьена посмотрела ей в глаза и осторожно заговорила, — Я… хотела бы помолиться вместе с вами.

Люсьена волновалась, что ей откажут, поскольку она незнакомка. Случайно или нет, но она получила драгоценный медальон и хотела участвовать в мессе в память о матери Альфи. Он также хотела помолиться, чтобы его друг, дворецкий, скорее вернулся.

— Конечно, пойдем. Я буду только благодарна.

Люсьена быстро поклонилась и, получив разрешение от няни, села в карету вместе с бабушкой.

Когда месса закончилась, у церкви собрались родственники дамы, в том числе и Картер. На вопросы семьи о том, где она была утром, дама ничего не ответила и направилась к могиле дочери. Люсьена осталась в церкви, чтобы не мешать семье проводить время вместе и вспоминать усопшую.

Сидя у окна, освещенного теплым солнечным светом, Люсьена думала о том, когда же Альфи сможет вернуться в поместье.

— Надеюсь, он не опоздает.

В этот момент кто-то открыл дверь церкви, и Люсьена обернулась, увидев мать с ребенком. Они выглядели очень дружно. За ними следовал кучер из герцогского дома – тот самый, что обычно сопровождал Альфи!

Люсьена вскочила и спросила у него, вернулся ли Альфи.

— Если вы о дворецком, то он в карете.

Люсьена тут же выбежала наружу, но когда заглянула в слегка приоткрытую дверь кареты, Альфи уже было. Люсьена интуитивно поняла, куда тот мог пойти.

— Может, мама услышала мои молитвы!

Она бросилась к могиле, не замечая ничего на своем пути. Она не заметила, что с другой стороны кто-то бежит.

Бум! Люсьена упала из-за внезапно удара. Но прежде чем почувстовать боль, она поняла, что выронила драгоценный медальон из рук.

"Надо было положить его в карман!"

Она быстро подняла глаза, чувствуя то же самое, что когда-то Альфи. Округлый медальон, покатившись по земле, остановился у чьих-то ног.

— А!

Инстинктивно вскрикнув, Люсьена подняла голову и увидела перед собой Альфи.

— Это…. — сидя на земле, Альфи долго смотрел на медальон, словно не веря своим глазам, — Это сон?

— Это не сон!

Люсьена, понимая, что Альфи не может взять медальон, протерла его края своей одеждой и бережно положила его в ладони Альфи.

— Похоже, медальон вернулся к вам!

Люсьена притворилась, что ничего не знает. Альфи, смотревший на медальон пустыми глазами, поднял голову.

— Как?

Он задал вопрос, на который у Люсьены не было ответа, и она просто пожала плечами.

— Не знаю. Но сейчас, пожалуйста, наденьте его на шею или положите в карман.

Альфи взял медальон с цепочкой трясущимися руками. Когда он надел длинную цепочку на шею, медальон, как будто обретя свое место, слегка покачнулся, словно радуясь.

По крайней мере, так показалось Люсьене.

— Теперь вы сможете сдержать обещание, верно?

В этот момент их накрыла тень. Альфи первым поднял голову, и в его глазах на мгновение промелькнул страх. Позади него стояла его бабушка. Закрыв глаза, Альфи отвернулся, как будто ожидая оскорблений.

— Ты не поранился?

Но к нему обратились лишь с тихим, обеспокоенным вопросом. Люсьена просто смотрела, как Альфи моргает, искренне удивившись.

— Где-то болит?

Альфи слегка покачал головой, будто не мог найти слов.

— Это очень хорошо.

Ее морщинистая рука опустилась на его рыжие волосы. Она медленно погладила его, а Альфи кусал губы, словно от боли.

— Я… виноват.

Для Альфи это были слова, словно удар по сердцу, ведь он признавал, что повинен в смерти своей матери.

— Боже мой.

Бабушка схватила его лицо обеими руками, как будто защищала своего драгоценного внука от злых сил.

— Не говори так!

Но даже после ее слов Альфи отчаянно мотал головой. Он не считал себя достойным прощения. На самом деле, он сам не мог простить Альфи Белла – упрямого маленького мальчика.

— Ты ни в чем не виноват.

— Но мама…

— Она защитила тебя. Разве это не невероятно?

В конце концов, голос бабушки стал дрожать, потому что она сама тосковала по дочери и чувствовала вину перед долго скитавшимся внуком.

— Я слышала, что ты отлично справляешься со своими обязанностями. Люсьена мне все рассказала. Я была так рада.

Она крепко взяла Альфи за руки и помогла ему подняться. Медальон, найденный Люсьеной, закачался у него на груди.

— …Это.

— Мама попросила меня передать его тебе… Я не знаю, как извиниться за такую долгую задержку.

— Извиняться должна я. Моя дочь, доверив тебе это, словно просила меня заботиться о тебе. Но я не заботилась должным образом все эти годы… прости меня.

— Нет.

Альфи сразу снял медальон и протянул его ей.

— Все это произошло, потому что я все время убегал. Я поклялся, что никогда не вернусь сюда…

— Спасибо тебе.

— Что?

— Чтобы вернуться туда, где поклялся не появляться, требуется немало смелости. Спасибо тебе, Альфи.

Бабушка слегка подтолкнула медальон обратно к нему.

— И теперь, я передаю его тебе.

Альфи обеспокоенно посмотрел на бабушку, пытавшуюся веогуть кулон, и прикусил губу.

— Не знаю, могу ли я...

— Ты ведь единственный сын моей дочери. Где же найти более веское основание, чем это? А если не веришь, то пойдем и спросим у нее самой.

— Что?

— Пойдем, спросим у моей дочери. Она ведь здесь, разве не так?

— Я… я…

Альфи не решился вырваться из крепко державших его рук бабушки. Только когда Люсьена поднялась и, собравшись с духом, подтолкнула его вперед, он осмелился шагнуть за бабушкой.

— Идите.

— ....Люсьена.

— Ты так долго скучал по ней, разве не так?

Альфи тяжело вздохнул и, наконец, подчинился, последовав за бабушкой. Люсьена осталась чуть поодаль, наблюдая, как они направляется к матери.

— Как ты посмел сюда явиться!

Заорал на Альфи смотритель конюшен Картер, как только увидел его. Но бабушка одним движением отвесила Картеру подзатыльник, и тот мгновенно прекратив перепалку.

— Ты же ему дядя, и это все, что можешь сказать своему милому племяннику?

— Мама!

— Немедленно извинись перед моим дорогим внуком!

Картер, словно проглотив горькую пилюлю, был вынужден извиниться перед Альфи. Наконец, Альфи оказался перед своей матерью.

Люсьене показалось, что он вот-вот расплачется.