Надо как-то выбираться, но как? Ни проверила входную дверь, но она была заперта. Выбить ее без силы Ловов не получится. Сквозь щель под потолком, из которой пробивался свет, Ни не пролезла бы даже в худшие свои времена. Никаких скрытых ходов не нащупалось. Она покопалась энергией в замке и спустя, как ей показалось, целую вечность, все же взломала его. Но дверь не поддавалась все равно. Скользнув потоком энергии, Ни попыталась приподнять засов. «Тяжеленный!» Повозившись и уплотнив золотистую дымку, Ни смогла сдвинуть массивный брусок. Он с грохотом упал на пол, отдавшись эхом в коридоре. Сердце замерло. «О Ловы!»

Ни с усилием приоткрыла дверь и выглянула в наружу. По тесному коридору, едва освещенному бледными серыми огнями, к ней шел вчерашний полусогнувшийся сектант с подносом еды в дрожащих руках. Завидев ее, он довольно ловко повалился на пол, поддерживая над собой поднос, и поприветствовал:

— Доброе утро, госпожа. Никчемный Айар принес завтрак…

Ни нахмурилась.

— Там опять снотворное?

— Госпожа, это обычная пища. Не гневайтесь, молю… — сектант забился лбом о каменный пол, не расплескав, впрочем, с подноса ни капли, несмотря на крупно дрожащие руки.

— Перестань. Поднимись, — вздохнула Ни.

Сектант встал, подошел чуть ближе и, не поднимая головы, протянул ей поднос. От аромата пряной похлебки и лепешек с травами предательски забурчало в животе.

— Милостивая госпожа, поешьте.

Ни закусила губу, не зная, как поступить. И откуда взялся забытый за месяцы отравления аппетит? Изголодавшееся дыхание Иста не стало ждать. Оно выпустило из ее тела блеклый краешек и с аппетитом начало гноить еду. «Эй! А как же мне?!»

Ни беспомощно смотрела, как вся еда на подносе обратилась в маленькие лужи гнили.

— Ничтожный служитель принесет еще, госпожа, — попятился сектант.

«Такой лживо-покорный…» В голове родилась идея.

— Айар, покажешь мне все здесь?

— После завтрака. Только если собираетесь на прогулку, оденьтесь подобающе, госпожа, нижайше прошу вас, Покровитель будет недоволен… — закланялся он.

Ни смутилась. Халат, конечно, длинный и закрытый, но Айар абсолютно прав. Разгуливать так совершенно неуместно.

Грохотнула дверь, лязгнул засов, и щелкнул ключ в замке. Ни наконец-то очнулась.

«Точно, я же собиралась бежать! Какая разница, в чем я?! И форма так-то не нашлась. Хотя, может, еще поискать?»

Ни решительно попробовала вскрыть дверь снова, но та больше не поддавалась: похоже, что поверх накинули укрепляющую печать.

«Да что же это такое?! Опять этот сектант обдурил!»

Кровь вскипела от ярости. «Обманули, как ребенка!»

Ни подошла к двери и предложила дыханию Иста сгноить запор. Дыхание колебалось. Кажется, оно хотело это сделать, но не решалось.

«Не можешь выпускать нас отсюда?» — мысленно обратилась Ни.

Дыхание колыхнулось, будто подтверждая.

Повисла мучительно долгая тишина, нарушаемая только возмущениями пустого живота, раздразненного аппетитным запахом. «Предатель!» — мысленно вздохнула Ни.

Наконец послышались гулкие шаги, засов грохнул, и дверь вновь открылась. На пороге стоял все тот же ссутуленный сектант с подносом в крупно трясущихся руках. Он поставил еду на сундук и почтительно склонился, почти касаясь земли.

— Приятного аппетита, госпожа. Я зайду позже.

— Благодарю, Айар. Можешь не запирать меня?

— Не могу. Просто позовите, и я сопровожу вас, — покачал тот головой.

— Отчего столько недоверия?

— Нельзя без сопровождения. Вокруг небезопасно.

— Где мы? — с подозрением уточнила Ни, уже догадываясь, каким будет ответ.

— В Гнилом лесу.

Ни вздрогнула. Запретная зона, настоящее царство нежити! Она покосилась на щель в потолке.

— Никто не найдет убежище, госпожа. Внутри мы в безопасности. Еда остывает. Поешьте и оденьтесь, я приду позже.

— Благодарю.

Ни вздохнула, услышав грохот запираемой двери. Наружу уже совершенно не хотелось. «Карн, какого?! Неужели в скрытом доме не безопаснее?!»