Эден удивился, услышав мои рыдания.

— Эй.

И все же, я не хотела, чтобы меня утешали.

Дело не в том, что я плакала не от грусти. Все было слишком сложно. Казалось, что мой разум закрутили венчиком.

Я резко огрызнулась:

— Не оборачивайся. Просто продолжай ехать.

Эден не знал, прислушаться ли к моим словам или попытаться меня утешить. Он замолчал.

— Вперед!

Однако, когда я выкрикнула слова сквозь слезы, он сказал "Ладно" и продолжил ехать. Я тоже тронулась, выдерживая ледяные порывы ветра, безжалостно бившие мне в лицо и пытавшиеся сорвать капюшон. Мороз кусал кончики моих ушей, но я не останавливалась и не предлагала сбавить скорость, а просто продолжала ехать.

Звезды начали опускаться с небес.

Внезапно мне захотелось закричать.

— Ааааааа!

Я издала громкий, дикий крик из самых глубин своего желудка, и Эден удивленно обернулся ко мне. Он осмотрелся, но поблизости не было ни домов, ни людей.

Как бы громко я ни кричала, некому было сделать замечание.

Я закричала снова:

— Ааааааа!

Спустя мгновение мой крик, унесенный непрекращающимся ветром, растворился в пустоте.

Без особых препятствий, которые могли отразить звук, он исчез, растворившись в воздухе. Несмотря на жар, охвативший мое тело, кожу покалывало от холода. Я продолжала кричать все громче, словно освобождаясь от накопившегося напряжения. Лошадь, ведомая порывом адреналина, мчалась вперед, не обращая внимания на мои крики.

Спустя время мой голос охрип.

Я рассмеялась.

Как ни странно, чувство совершенно освежало. Покинуть Актилус, взяв с собой лишь несколько вещей, и мчаться по холодным просторам равнин... Это по-настоящему освобождало. Хоть я и не знала, что произойдет в будущем, вместо того чтобы тревожиться, я ощущала в сердце легкость.

— Хия!

Я поехала вперед, обгоняя Эдена.

— Эй!

В панике он ускорился.

Слезы вновь навернулись на глаза, но на этот раз они появились не из-за внутреннего хаоса. После моих криков в пустоте где-то внутри начала подниматься невыразимая волна освобождения.

Я отчаянно хотела выжить.

Я цеплялась за каждый миг, словно моя жизнь висела на волоске. До этого момента я всегда была осторожна, сосредоточена на преодолении испытаний. Но теперь не имело значения, кричала я или мчалась вперед.

Впервые я почувствовала свободу.

В прошлой жизни и даже в этом новом мире меня постоянно несло от одной трудности в другую.

Однако теперь я почувствовала освобождение, пришедшее от того, что я отпустила все. Холодный, пронизывающий, но бодрящий воздух врывался в ноздри. Я замолчала и подняла взгляд к небу. Оно растянулось над нами, удивительно ясное, украшенное бесчисленными звездами, которые словно падали с небосвода в отсутствие луны.

— Приятно.

Я пробормотала, словно зачарованная.

Эден, осадивший свою лошадь рядом со мной, тоже посмотрел в небо.

— Рад, что тебе так кажется.

˚ ·: * ✧ * :· ˚

Сисен и Сильвия всю ночь не могли уснуть.

Они беспокоились, что Эдена и Анжелику поймают во время побега. Глядя в окно, Сильвия нервно кусала губы, а в это же время Сисен опустилась на колени, сложила руки и начала неистово молиться неизвестному божеству.

Ночь тянулась мучительно долго, каждая минута казалась вечностью.

Только с первым рассветным лучом, озарившим небо, обе женщины смогли облегченно вздохнуть. С восходом солнца прибыл слуга с тележкой припасов.

Сисен вышла принять продукты, в которые входили яйца, молоко, хлеб и сушеное мясо.

Слуга, прибывший из резиденции графини, любопытно вытягивал шею, пытаясь заглянуть в виллу, словно ему поручили убедиться, что с Анжеликой все в порядке. Уловив его интерес, Сисен намеренно встала так, чтобы он не смог увидеть пустые стойла и ничего не заподозрил.

— Как себя чувствует Императрица? Я бы хотел увидеть ее.

На эти слова она ответила холодно и пренебрежительно:

— Думаете, Императрица показывает свое лицо кому попало? Знайте свое место и ведите себя соответственно.

Несмотря на недовольство, слуга вынужденно согласился с ее словами. Бормоча что-то под нос, он неохотно забрал тележку и уехал. Как только слуга ушел, Сисен вернулась в дом, крепко сжимая корзину.

Закрыв за собой дверь, полностью измотанная она обессиленно опустилась на стул.

Сильвия помогла ей встать и спросила:

— Что он сказал?

— Хотел убедиться, что с Ее Величеством все в порядке.

— Это хорошая новость. Похоже, они еще не знают, что Императрица и паладин вчера пересекли ворота.

Сисен согласилась.

План уехать через неделю после отъезды Эдена и Анжелики разработали, чтобы у них появилось алиби. Сисен и Сильвию должны были создать видимость присутствия Императрицы на вилле, так можно было сбить с толку поисковые операции и помешать установить точное время исчезновения.

Перед отъездом Анжелика настойчиво убеждала Сильвию и Сисен сделать все возможное, чтобы сбежать.

Она яростно настаивала на том, что они должны были тщательно скрываться и не оставлять никаких следов. И хотя обе женщины в присутствии Анжелики торжественно поклялись соблюдать ее указания, в душе их царили совсем другие настроения.

Сильвия спросила, забирая корзину из ее рук.

— Ты знаешь, что нам нужно сделать, да?

Сисен кивнула.

— Мы должны стать приманкой.

Практически невозможно, чтобы обе группы остались целы. Кто-то из них неизбежно попадет в ловушку. И если так случится, то Сисен и Сильвия должны быть теми, кто попадет в плен.

Анжелика должна была безопасно сбежать.

…Во имя верности Сисен, ради мести Сильвии.

Притворяясь, что продолжают служить сбежавшей Императрице, Сильвия и Сисен разыгрывали целое представление. Когда графиня Тосино выразила желание посетить их, они вручили посыльному письмо, написанное Анжеликой перед отъездом.

⌜ Прошу прощения за мое печальное состояние, давай встретимся позже. Может быть, через неделю? ⌟

У графини Тосино было достаточно политической проницательности, чтобы разгадать послание Анжелики.

Ответь она Императрице письмом, в котором восхваляла ее: "Внешние достоинства Вашего Величества всегда выше всяких похвал", несмотря на ее неподобающий вид, такое послание выглядело бы неискренним и неуважительным. К тому же Анжелика не отвергла встречу напрямую, а согласилась встретиться через неделю.

В конце концов, у графини Тосино не оставалось иного выбора, кроме как ответить согласием на просьбу Императрицы.

Ответ был кратким.

⌜ Благодарю за понимание. ⌟

Три дня спустя после обмена письмами, Сильвия и Сисен также завершили подготовку к побегу.

У них тоже был запасной пропуск, украденный Эденом, но они так и не воспользовались им. Потому что они пошли не через ворота, а через секретный проход, которым пользовались знатные люди этой территории. О существовании этого прохода Сисен узнала от нищего, которому однажды дала золотую монету.

В их багаже было много вещей Императрицы.

Когда было необходимо, Сисен показывалась на публике. Посольку она всегда находилась рядом с Анжеликой, любую женщину, виденную рядом с ней, легко могли принять за саму Императрицу. Более того, они спошли дальше и, когда им нужны были деньги, использовали вещи Императрицы в качестве платы.

Теперь поисковая группа будет следовать за ними.

˚ ·: * ✧ * :· ˚

Несмотря на предупреждение Эдена о том, чтобы я не давала волю эмоциям и не забывала, что все еще не кончилось, его слова оказались мимолетны. Спустя пару дней после того, как мы прошли ворота, даже он не мог удержаться и не вздохнуть от облегчения.

— С этого момента нам нужно поддеррживать свое физическое состояние.

Я согласилась.

Путешествие зимой отнимает много сил. Более того, мы сознательно решили свести контакты с другими к минимуму. До тех пор , пока не уедем достаточно далеко от Актилуса. Если ослабить бдительность слишком рано, позже это может стать серьезной проблемой.

Мы наткнулись на поляну со сложенными стогами сухой травы на следующий год, и решили остановиться, чтобы накормить лошадей. Воспользовавшись возможностью, мы решили отдохнуть пару часов и разгрузили мою лошадь.

Мы решили отдохнуть пару часов, и я спешилась. Вскоре мы молча жевали сухой паек, которые взяли с собой.

Путешествие проходило гладко.

Пусть у меня не было практических знаний о выживании, Эден был прекрасно осведомлен в таких вопросах, так как паладинов Тунии обучали определять положение солнца днем и ориентироваться по звездам ночью.

При отсутствии наземных ориентиров, паладины Тунии полагались на небесные светила, чтобы вернуться с дальних миссий.

Эден сказал, что мы доберемся до храма Тунии за десять дней. Как только мы достигнем территории храма, добраться до самого храма займет день или два.

— Эден, но что насчет твоего изгнания? — я выпалила.

Сейчас о его волосах нельзя было сказать, что они коротко подстрижены. И все же, я не могла понять, прошло ли достаточно времени.

Эден пожал плечами, продолжая жевать вяленое мясо.

— Теперь, когда сменилось время года, думаю, что да.

— Ты довольно агрессивен. Я должна была понять еще тогда, когда ты встал на колени.

— Это было слишком?

— Разве нет? В битве или во время миссии по подавлению монстров... стать тем, кого звери будут считать матерью, требует большого мужества.

— Я хотел побыстрее попасть в старое святилище.

— Я гадала, как ты сможешь попасть в Актилус, но оказалось, что тебя изгнали…

Размышляя о том, что он мог сказать, чтобы его изгнали, я подошла ближе в надежде получить отовет. Однако он хранил молчание.

— О чем думает Серафина?

Он перестал жевать и посмотрел на меня. Он заговорил спустя мгновение.

— Прекрати гадать, о чем думает Серафина.

— Почему?

— Станет больно пользоваться моментом, как только начинаешь эмоционально вникать в ситуацию.

— …

— Даже не думай о том, что случилось с Императором.

— Потому что будет больно вспоминать?

— Да.

Эден убрал оставшееся вяленое мясо в багаж.

— Если у тебя были какие-то теплые чувства к нему, ты будешь страдать, независимо от того, что сделаешь, чтобы выжить.

— Но я не буду сожалеть.

— Даже если не пожалеешь, боль все равно будет.

Я сжала губы.

Его слова были отчасти правдивыми, и это создало некое напряжение в воздухе. В этот момент я ощутила странное чувство, словно все волосы на моем теле встали дыбом.

"Проверь оружие."

Одновременно с этим в голову пришла неожиданная мысль.

"…Кто-то идет."