Шёл осенний дождь, капли мягко стучали по глади воды в бассейне, создавая рябь на её поверхности.

Большие банановые пальмы тряслись на ветру. Широкие листья заслоняли свет, оставляя тени на полу за стеклянной дверью.

Ранним утром комната Розы была холодной и тихой. Ночная антикварная лампа горела всю ночь. Когда начался день, в комнате стало немного теплее.

Ян Чен, которого уже переодели в светло-голубую пижаму, лежал на кровати. Он всё ещё спал, а его брови все так же были нахмурены.

Простыни цвета кофе были похожи на большую плитку шоколада и были все сильно измяты, словно человек, лежавший на них, всю ночь переворачивался с боку на бок.

В это время в комнату тихо вошла Роза с тарелкой супа. Она была в молочно-белой пижаме. На ее лице застыло выражение печали и переживаний. Она тихо подошла к Ян Чену и поставила тарелку. Потом она потянулась, чтобы прикрыть получше Ян Чена одеялом.

Роза смотрела на спящего в ее постели человека со смешанными чувствами. Она не спала всю ночь, обзвонила всех частных врачей, которых знала, и только, когда они сказали, что его состояние стабильно и он вне опасности, она отлучилась, чтобы разобраться с тем, что произошло на банкете.

Они стали оперативно решать судьбу Западного Союза, после чего Роза вернулась и заботилась о Ян Чене до утра.

Этот человек снова её шокировал, и снова она ощутила, насколько сильно они всё ещё далеки друг от друга!

Розе не нравилось это чувство, у неё было много вопросов к Ян Чену, которые она задаст, когда он проснётся.

Пока Роза предавалась этим мыслям, Ян Чен глубоко вздохнул и проснулся.

Восприятие Розы было достаточно острым, чтобы сразу это понять. Она схватилась за руку Ян Чена:

— Муженёк, ты проснулся?

— Сколько времени? — спросил Ян Чен, глупо улыбаясь.

— Ещё рано, только семь утра. Не хочешь ещё поспать?

Глядя на бледное лицо Ян Чена, Роза ощутила горечь внутри, но она заставила себя улыбнуться:

— Ты напугал меня до смерти, когда это началось. Я не спала всю ночь!

Ян Чен использовал все силы и обе руки, чтобы приподняться, и поцеловал в щёку Розу.

— Теперь я в порядке. Что было после того, как я потерял сознание?

Роза сразу поняла, что Ян Чен тактично намекает, что он не собирается ничего объяснять по поводу того, что было вчера.

— Вчера, после того как я отвезла тебя в больницу и тебя быстренько осмотрели, сказали, что с тобой ничего страшного, и заметили, что судя по частоте сердцебиения ты был переполнен адреналином. После того, как тебе дали транквилизаторов, ты стал спокойнее. Потом я привезла тебя сюда и, позвав своего личного врача, сказала, чтобы он вколол тебе успокоительное. Вот почему ты так спокойно до сих пор спал.

— Да?… Я этого не помню, — сказал Ян Чен, смущённо улыбаясь и почёсывая голову. На самом деле он чувствовал лишь острую боль в голове, от которой было такое ощущение, что голова взорвётся.

Он не думал, что после года тренировки и ещё полугода отдыха ему придётся убить несколько десятков людей и будет так же сложно контролировать свою силу, как и в прошлом.

К счастью, он научился контролировать это странное боевое искусство, и он смог сказать Розе, чтобы она его вырубила. Иначе…

Ян Чену было немного страшно. Кажется, ему повезло в этот раз, но это значит, что в будущем он не должен напрягаться, а его разум и нервы должны хорошо отдохнуть. Он не может позволить себе снова напрягаться. Иначе, если он потеряет контроль, или не возьмет себя под контроль хоть на некоторое время, то он никогда не сможет компенсировать ошибки, которые может совершить.

Роза продолжила рассказ:

— В банкетном зале выжили лишь Сыту Минцзе и четверо его охранников. Я уже заперла Сыту МинЦзе. Западный Союз теперь в панике, так как все самые влиятельные его фигуры были убиты тобой. Мою люди сейчас вместе с Чжан Ху разбираются с Западным Союзом. Ещё много задач, но скоро он окончательно падёт. А потом произошло нечто забавное. Этот старый лис Чжоу Гуаннянь, услышав новости, сразу прислал письмо с предложением жить в мире.

Ян Чен кивнул и спросил:

— Что планируешь делать с Сытцу Минцзе?

Глаза Розы вспыхнули, она поколебалась и, вздохнув, сказала:

— Я не знаю, но пока что думаю отправить его в маленькую страну в Европе, дать ему денег, пусть живёт жизнью пенсионера.

— Ты не убьёшь его?

Ян Чен был немного удивлён. Он думал, что у неё есть потенциал стать хладнокровной императрицей преступного мира.

Роза посмотрела на Ян Чена со смешанными чувствами:

— В прошлом я бы убила его. Но теперь, когда я встретила тебя, я не могу убить его.

— Почему? — Ян Чен не мог этого понять.

Роза печально улыбнулась:

— На самом деле, мой отец сказал мне одну верную вещь: не важно, человек он или зверь, половина его крови во мне, и этого ничто не изменит. Он мой отец, и так будет всегда, даже если я убью его. Только благодаря ему и моей матери я смогла появиться в этом мире, и поэтому я подумала, что если дочь убьёт отца — это будет непростительная ошибка…

— Прямо как… — Роза пристально посмотрела на Ян Чена и продолжила. — Прямо как, если бы у нас были дети в будущем, я не могу представить, как наш ребёнок убьёт тебя — своего отца….Даже если я умру, моё сердце всё равно разобьется.

Ян Чен безучастно посмотрел на неё и, неодобрительно улыбнувшись, сказал:

— Кажется, не стоит нас сравнивать. Как я могу быть, как Сыту Минцзе? Мои дети не будут ненавидеть меня, и уж тем более хотеть моей смерти.

— Сыту Минцзе также не хотел, чтобы я его ненавидела, и точно не хотел, чтобы я желала его смерти, когда я родилась, — тихо произнесла Роза.

Ян Чен задумался и ответил:

— Тогда это хорошо, делай, что ты считаешь правильным, я буду всегда рядом с тобой и помогать тебе.

Роза сразу заулыбалась и поцеловала Ян Чена, а потом игриво лизнула его в щёку своим нежным языком:

— Муженёк, спасибо за все, что дал мне.

— Не за что меня благодарить, я просто делаю то, что мне нравится, — сказал тронутый Ян Чен.

— Я решила рассказать тебе секрет, — внезапно выпалила Роза. — Сначала я хотела сохранить это в секрете на всю жизнь, но теперь я чувствую, что должна им поделиться, иначе это будет безответственно в наших отношениях.

Ян Чен приподнял брови, продолжая молчать.

Роза глубоко вздохнула и начала:

— На самом деле, есть ещё одна причина, почему я отпустила Сыту Минцзе, помимо того, что я перестала его ненавидеть.

«- Муженёк, ты же помнишь, что я поразительно похожа на мать, особенно когда та была молодой… — сказала Роза.

Ян Чен кивнул, он помнил, как об это упоминал и сам Сыту Минцзе, когда он пришёл в бар.

— Когда я была ребёнком, Сыту Минцзе уже был лидером Западного Союза. Когда он возвращался, от него всегда пахло алкоголем и кровью. Когда у него было хорошее настроение, он хорошо заботился обо мне и матери, словно он был лучшим отцом и мужем во всём мире, он обожал мою мать и делал в такие дни, всё что она хотела. Он так же любил меня, заставлял меня смеяться, когда я плакала, крутил меня по кругу и подкидывал в воздух…

— Однако, если он слишком много выпивал, или убивал слишком многих, он возвращался в плохом настроение и был совершенно другим человеком…. Он становился безжалостным и диким, без намёка на человечность. Когда он был дома в таком настроении, то по малейшему поводу избивал мою мать. Иногда используя при этом бутылки вина, чтобы бить её. Бывало такое, что он даже…. он даже делал эти вещи прямо на моих глазах…

— Подожди. — Ян Чен немного запутался и спросил. — Разве ты не говорила, что твоя мать оставила тебя, когда ты была ребёнком?

— Это ложь, что я всегда говорила Сыту Минцзе, — Роза болезненно улыбнулась и продолжила говорить…

— Я была слишком маленькой и не понимала, что происходило между взрослыми, но понимала, что у Сыту Минцзе был горячий темперамент. Находясь рядом с ним, нельзя быть уверенным, что он не убьёт тебя через минуту.

Роза остановилась, вспоминая прошлое. Она вытерла слёзы и продолжила:

— Однажды я услышала, как мама спорит с Сыту Минцзе. Я уже была в младшей школе и понимала, о чём они говорят… У моей матери был любовник, это был один из подчинённых Сыту Минцзе. Они хотели уйти от этого человека…

— В этот день Сыту Минцзе и мама так громко ругались, что я думала, что дом обвалится. Я пряталась за дверью и хотела сбежать, но у меня не было на это сил.

— Потом я услышала крики мамы в доме, она звала на помощь. Тогда я была так напугана, что не знала, что делать, кроме как плакать…

— Когда в доме всё затихло, Сыту Минцзе открыл дверь и вышел. Он увидел меня плачущей перед дверью и, пнув меня, пошёл дальше…

Роза кусала свои красные губы:

— Муженёк, ты знаешь: первая смерть, что я видела, была смерть моей матери…

— Моя мать умерла дома, забитая Сыту Минцзе. Всё её тело было в кровоподтеках. Она погибла прямо на моих глазах. Мне до сих пор снятся кошмары, как моя мать, забитая до смерти, лежит передо мной с открытыми глазами. Она смотрела на меня, словно ненавидела, ненавидела за то, что я не спасла её, не остановила его… но…. но что могла сделать десятилетняя девочка….

Ян Чен спокойно слушал, не произнося ни звука. Всё, что он помнил о своей семье, это его имя. Но слушая грустное прошлое Розы, он ей действительно сопереживал. И всё, что он пока мог сделать, это тихо слушать.

— Я росла, но и постепенно, отношение ко мне Сыту Минцзе не изменилось. Кажется, он забыл, что убил мою мать, его жену. Он так же улыбался мне, когда был счастлив, и бил меня, когда у него было плохое настроение…

— Я потеряла маму, но я продолжала убеждать себя в том, что она предала папу и заслужила такой конец. Поэтому я никогда не восставала против Сыту Минцзе и верила, что в глубине сердца он точно любил меня.

— Пока…. мне не исполнилось 18… — слёзы на глазах Розы высохли, а её голос стал холодным и ясным. — Этой ночью, после того как с другими лидерами Западного Союза мы отпраздновали мой день рождения, мы вернулись домой. Он внезапно вошёл в мою комнату посреди ночи. Он стал о многом говорить со мной. Он говорил о времени, когда он был моложе, о бизнесе, о детях в других семьях…

— Я не понимала, почему он такой словоохотливый, но я продолжала слушать…. В конце он стал говорить о моей матери. О ней мы до сих пор не говорили…

— Он говорил, что скучает по маме, что сожалел, что не сдержал эмоции и избил её до смерти. Он надеялся, что я не виню его, ведь он страдает больше, чем кто-либо…

— На самом деле ко многим вещам начинаешь относиться спокойнее со временем. Хотя мне было грустно и я сильно на него обижалась, но видя, как он плачет от горя передо мной, я не могла обвинять его. Он же был моим отцом.

— Однако… — сердцебиение Розы участилось. — Однако внезапно он сказал… сказал, что я очень-очень похожа на мою мать, когда они впервые встретились. В его глазах была бесконечная тоска, перемешанная с вожделением. Он спросил меня, готова ли я развеять его сожаления и занять место моей матери в Западном Союзе, в виде его любовницы!

— Он хотел, чтобы его дочь стала ему любовницей!!

Казалось, последнее предложение, что она произнесла, высосало из неё последние силы:

— Я не знаю, о чём я тогда думала, я просто вытолкала его из своей комнаты и проплакала всю ночь по одеялом…. Понимая, что я больше не в безопасности, я решила оставить его…

Ян Чен даже не мог подумать, что Сыту МинЦзе был таким отцом и что между ними произошло такое. К счастью, он не переступил черту, откуда нет возврата. Глядя на Розу, которая в любой момент может упасть, он обнял её и сказал:

— Это должно было быть большим бременем для тебя. И такой бессердечный человек, как я, отлично подходит, чтобы разделить бремя женщины.

Роза прижалась к его груди и. улыбаясь, ответила:

— Да, я чувствую себя намного уютнее в душе. Но я пока что не могу смотреть на тебя, не чувствуя вины, муженёк.

— Тебе не стоит чувствовать себя виноватой. Ты была жертвой.

Ян Чен не думал об этом.

Роза внезапно повернулась и посмотрела в глаза Ян Чену. С глубокой озабоченностью она спросила:

— Муженёк, не должен ли ты мне рассказать о своём прошлом? Или хотя бы расскажи, что случилось с тобой прошлой ночью?