Пролог: Зловещее пророчество

Диана Сол была ведьмой. Точнее сказать, она была молодой девятнадцатилетней ведьмой, которая только два дня назад закончила обучение. В мире магии считалось, что талантливые люди становятся самостоятельными в возрасте восемнадцати лет, при достижении совершеннолетия. Но те, кто выпускался только в девятнадцать, как правило, не имели особых успехов в будущем. Диана Сол не отличалась выдающимся талантом, но, к счастью, и бездарностью её назвать было нельзя.

—  Ох, Диана. Я думала, ты останешься ещё ненадолго, —  с тревогой сказала учительница Дианы, Барбара Джайлз.

Она была известной ведьмой и главой дома «Хитрые Джайлз», типичный дом магии в Инграме. Диана была сиротой, однако ей посчастливилось учиться долгое время у Барбары.

—  Мне жаль. Я обещала сестре, что встречу её в Уокингеме.

Диана медленно опустила глаза в знак сожаления. Барбара сжала её руку и с неохотой спросила:

—  Седрик будет здесь через два дня. Он специально освободил график, чтобы проводить тебя… Неужели не увидишься с ним перед уходом?

—  Уверена, Вы знаете как сильно я соскучилась по сестре.

—  Ну… Думаю, этого стоило ожидать, ведь она твоя единственная семья. —  Барбара огорчённо добавила, —  Я знаю, какой упрямой ты можешь быть. Не послушаешь, что бы я не сказала.

—  Понимаю, что мне не сравниться с Вашей славой, учитель, но, прошу, не сочтите это за неблагодарность. Я никогда не забуду Вашу заботу обо мне в течение стольких лет, —  решительно сказала Диана. Барбара едко усмехнулась.

—  Знаю. Я знаю лучше всего, что ты добрейшее дитя в этом мире. Не волнуйся обо мне и иди. Ты опоздаешь на поезд.

—  Я обязательно напишу письмо как только приеду в Уокингем.

—  Хорошо.

Тонкая рука Барбары коснулась головы Дианы в последний раз.

—  Пусть яркий свет Каллисто будет всегда с тобой.

Диана с полной готовностью покидала объятия Барбары Джайлз. Она стала ученицей в возрасте семи лет и, наконец, обрела самостоятельность спустя только двенадцать лет. Пришлось задержаться на один год из-за нехватки таланта, но за это время ей всё же удалось стать настоящей ведьмой. Теперь, как и хотела, она будет с любимой сестрой.

С каждым шагом становилось всё легче на сердце. Дейзи, хитрая кошка Барбары, пошла за ней, в то время как она почти летала по дороге.

—  Куда ты направляешься, Имбирь? [1] —  спросила кошка с широким зевком. Диана ответила, не оборачиваясь:

—  На встречу с сестрой.

—  Когда вернёшься?

—  Не вернусь.

Кошка застыла на середине дороги.

Барбара Джайлз была не из тех, кто мог долгое время оставаться на месте. У Дианы не осталось воспоминаний об особняке в Таксбери, в который они переехали около двух месяцев назад. Она взяла с собой большой чемодан для одежды и маленькую наплечную сумку для мелочей.

После прощания с учительницей, которая растила одинокую сироту больше десяти лет, её уже ничего не тревожило. Одна только мысль, что больше не придётся иметь дело с тремя детьми дома Джайлз делала Диану настолько счастливой, что она вот-вот могла улететь.

Город Таксбери находился в северной части Инграма, и там было очень шумно. Не сравнить с Бенневисом, где музыканты играли на улицах в любое время суток, но громче, чем в том же Неттлтоне, дома которого располагались в двух часах ходьбы друг от друга. Как и полагается шумному городу, единственная его проблема заключалась в безответственных людях, не умеющих следить за пешеходами.

—  Боже мой!

Стоило Диане свернуть за угол, как на неё чуть не налетел разносчик газет на велосипеде. Она надулась, глядя ему в спину. То, как он без всяких извинений медленно удалялся из поля её зрения сильно обижало, но если она беспричинно воспользуется магией прямо перед домом учительницы, то тут же будет схвачена.

«Ведьмы прощают трижды», —  успокоила себя Диана, вспомнив древнюю пословицу. Обычно она скептически относилась к окружающему миру, но сегодня она наконец обрела свободу, о которой мечтала всю жизнь. Маленькая неприятность —  ничто, по сравнению с этим.

Небо было особенно ясным. В последние дни погода не переставала удивлять, но Диана впервые за долгое время наслаждалась лучами солнца, ибо ведьмы редко покидают свои дома.

Опустив тяжёлую сумку, она встала и начала разминаться. Её лицо расплылось в кошачьей улыбке.

Вдруг перед ней остановилась странная карета. Искусно украшенная дверь открылась сама по себе.

—  Давно не виделись, Диана. Вижу, твои волосы всё такие же рыжие, —  послышался нежный женский голос из кареты.

Диана с опаской отступила на шаг и начала вглядываться в мрачный салон кареты.

—  Честерти?

—  Почему бы тебе не зайти? Твой багаж выглядит тяжёлым.

Брови Дианы нахмурились. Честерти Джайлз была приёмной дочерью её учительницы и второй из трёх детей Джайлз, которых Диана на дух не переносила. В обычной ситуации Диана никогда бы не послушалась слов Честерти.

Однако сейчас дела обстояли иначе. Не только из-за тяжести багажа, как заметила Честерти, но и из-за большого расстояния до станции. Кроме того, Диана была незнакома с окрестностями Таксбери и могла опоздать на поезд, если не проявит осторожности. Диана на мгновение замешкалась, прикидывая, сколько времени у неё осталась, прежде чем сесть в карету.

Внутри кареты царила кромешная темнота, потому что плотная шторка закрывала окно. Диана с подозрением прищурила глаза, глядя на Честерти.

— Зачем ты здесь?

—  Вижу, ты не растеряла своей робости.

Дверь закрылась, как только Честерти указала на неё. Карета громко тронулась.

—  Слышала, что ты наконец сдала экзамен. Естественно, я пришла поздравить тебя, —  продолжила Честерти.

—  Учитель сказала тебе?

—  Конечно нет. Даже тебе должно быть известно, что моя мать не настолько дотошна.

—  Тогда кто это мог быть?

—  А кто же, как не наш милый маленький Седрик?

Честерти тихо посмеялась. Диана широко раскрыла глаза.

—  Не может быть, зачем тому змею говорить тебе?

—  Твоё право, верить мне или нет. Но я пришла лишь, чтобы поздравить тебя с обретением независимости.

—  В это я тоже не верю.

Диана холодно добавила:

—  Ты не из тех, кто делает что-то без скрытого умысла. Уверена, даже собаки снаружи посмеялись бы над твоей обходительностью сейчас.

—  Я лишь проявляю учтивость к сестре, которая наконец научилась твёрдо стоять на двух ногах… Не стоит высмеивать мою искренность.

—  К сестре? Я никогда не была сестрой для «Хитрых Джайлз».

Честерти улыбнулась словам Дианы.

—  Знаю, твоя единственная и неповторимая сестра —  это “Мудрая Хестер”.

—  …Чего ты хочешь?

Диана не стала скрывать беспокойства. Честерти медленно потягивала дым из трубки, неспешно переходя к делу.

—  Ничего особенного… Просто недавно мне приснился странный сон.

Черты лица Дианы вмиг ожесточились. Честерти была печально известна сомнительной родословной и неистовым характером, но ещё большую славу ей принесло кое-что другое.

Честерти Джайлз могла видеть будущее. За это её прозвали «Ведьмой-провидицей».

—  П-постой. Достаточно. Я не хочу больше слушать.

—  Но я проделала такой длинный путь, почему бы тебе не послушать?

— Каждый раз меня ждало несчастье, стоило услышать твоё предсказание. Ты ведь пришла, чтобы снова проклясть меня?

—  Проклясть? Это немного жестоко.

Честерти хихикнула. Диана прищурила глаза, отгоняя дым из трубки.

—  Многие люди готовы отдать миллион золотых, лишь бы услышать будущее. Кто знает? В этот раз оно может оказаться полезным.

—  Даже если услышу твоё предсказание, всё равно не смогу ничего сделать. Ты ведь говорила, что будущее уже предопределено.

—  Хм-м, это верно. Но я могу видеть будущее только отрывками. Даже мне не под силу узнать, что именно тебя ждёт.

Честерти отправила короткие пряди за ухо, когда в её глазах появился странный свет. Она продолжила:

—  …К примеру, я понятия не имею, что случится с поездом, на который ты сядешь.

—  Эй!

Щёки Дианы заалели от гнева, как только она услышала предсказание. Честерти язвительно усмехнулась, выдыхая дым из трубки. Сквозь белую пелену послышался жуткий голос:

—  Твоё путешествие может немного затянуться.

***

[1] — с английского Ginger переводится как “Имбирь”, но также так называют рыжий цвет волос. (Читатели “Добродетеля злодейки” вошли в чат, кек)