— ... и потом... он... моя м-мама... — голос Кая дрожал, и было очевидно, что ему трудно подобрать слова, чтобы продолжить последнюю часть. В конце концов, блондин тяжело выдохнул, и этот звук разнёсся по камере, отразившись от стен.

Гэри понимал, что конец этой истории даётся Каю тяжело. Следующая часть наверняка была последним кусочком пазла, который объяснял, как примерный Кайл стал тем самым Каем, которого он знал. И всё же он чувствовал, что не должен торопить друга, ожидая, пока тот сам будет готов продолжить.

— Знаешь, это даже забавно... я злился на тебя раньше, потому что ты оказался здесь из-за того, что часто действуешь сгоряча и бросаешься вперёд, не подумав. Но после того как я рассказал тебе о своём прошлом, я вдруг осознал, что тогда поступил точно так же. — Кай сухо усмехнулся, доставая небольшой нож с красной рукоятью. — Этот небольшой нож — всё, что у меня осталось от матери. Именно им она убила моего сводного брата Саймона, спасая меня, но обрекая при этом себя...

Между ними снова повисла тишина.

— Я... я так и не узнал, сколько был без сознания... как и не узнал, что Саймон собирался со мной сделать, — продолжил Кай. — Я знаю только то, что вскоре после того, как я очнулся, увидел, что мама спасла меня, сделав то, на что я сам не решился. Всё, что произошло дальше, случилось слишком быстро, чтобы кто-то из нас успел что-то сделать. Поскольку никто не ответил ему, Дамиан выбил дверь и ворвался внутрь.

— И, ну... выглядело всё хуже некуда. Он вошёл, увидел своего любимого сына на полу и опустился рядом. Не нащупав пульс, он повернулся к моей матери, которая всё ещё держала нож в руке. Он задал один единственный вопрос, кто сделал это с его сыном.

Я не знаю, зачем он вообще спрашивал, учитывая всё происходящее, но в тот момент я не понял, почему моя мать сказала ему правду... что это она убила Саймона, чтобы спасти меня... Это был первый раз, когда я увидел, как он ударил её, и... на этом он не остановился...

Я не знаю, сколько времени я смотрел, как он вымещает на её беззащитном теле всю свою ярость и разочарование. Он словно превратился в настоящего монстра, который продолжал даже после того, как она перестала двигаться. В тот момент был так ранен, что был не в состоянии что-то сделать... по крайней мере, так мне хотелось бы думать. — Кай поправил себя, глядя на свои руки, словно именно они были испачканы кровью его матери.

— Правда в том, что я просто боялся его. За один день я уже слишком много раз был на грани смерти и не осмелился рискнуть ещё раз... даже чтобы просто крикнуть этому ублюдку, чтобы он остановился... поэтому я видел всё... включая её последний вздох... и то, что было после...

Как бы это ни было трагично, Гэри почувствовал странное облегчение от того, что наконец узнал прошлое Кая, пусть и при таких обстоятельствах. Это определённо сблизило их. Теперь подросток точно знал, что ненависть Кая к Аутсайдерам ничуть не меньше его собственной, а тот факт, что он был сыном Дамиана, только усиливало его презрение к лидеру.

Крепко сжимая нож, Кай не заметил, как его рука соскользнула чуть дальше рукояти, оставив небольшой порез. Ладонь начала кровоточить, но его мысли сейчас были далеко, зато кое-кто другой сразу уловил запах свежей крови.

Словно что-то овладело Гэри, но его тело резко рванулось вперёд, цепи натянулись до предела, рот широко раскрылся, и слюна потекла вниз прямо перед Каем, вырывая того из закромов разума.

Двое подростков оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга, и старшеклассник мог видеть острые зубы во рту Гэри, совсем не похожие на человеческие. И всё же он стоял неподвижно, без страха, только сейчас замечая состояние своей руки.

— Ты так реагируешь на кровь? Я думал, это только вампирам свойственно, так что даже удивительно. — пробормотал Кай.

Понадобилось несколько секунд, но Гэри всё же смог взять себя в руки, заставляя себя отступить, внутренне борясь с желанием попытаться снова. Понимая, что это может стать проблемой, Кай оторвал кусок ткани от своей рубашки и перевязал рану.

— Прости, я не хотел этого, — извинился блондин. — На чём я там остановился... Ах да. После того как мою мать убили, Дамиан даже не попытался поговорить со мной о том дне, почему я вообще там оказался и что произошло, чтобы в итоге привести к тому, к чему привело. Вместо этого он дал понять только одно: я должен заменить Саймона.

Мне сказали, что я стану наследником Аутсайдеров. Мне приказали тренироваться каждый день, изучать жизнь банд, как всё устроено, как ведутся дела... и я ненавидел каждую секунду всего этого. Но я решил полностью погрузиться в тренировки, потому что дал себе обещание — я отомщу за мать.

Что касается Мари и Кики, он, похоже, просто забыл о них... или не хотел видеть их рядом, потому что они напоминали бы ему о Саймоне. В любом случае, они больше не были связаны с Аутсайдерами. Но Тётя Кики чувствовала огромную вину за всё произошедшее, и с тех пор они всегда были рядом со мной.

Кай больше ничего не сказал и снова подошёл к решётке.

— Прости за всё, что случилось, — наконец произнёс Гэри, всё ещё тяжело дыша. — Прости, что ворвался сюда, не подумав. Теперь я понимаю... понимаю причину твоей ненависти к Аутсайдерам.

Старшеклассник замолчал, не найдя нужных слов, чтобы утешить друга в его положении. У них была одна цель, но разные причины. Гэри сражался, чтобы защитить свою семью, а Кай — чтобы отомстить за свою.

— ...Ты говорил, что Дамиан ждёт кого-то, кто займётся мной, так что нам стоит сосредоточиться на том, как выбраться отсюда. Раз ты пришёл сюда сразу, как узнал, что я здесь, значит, у тебя есть план, верно?

Кай повернулся, и вместо привычной уверенной улыбки на его лице теперь было сомнение. — Есть, но у меня есть ощущение, что тебе он не понравится. После того, что я рассказал, думаю, ты понимаешь, почему я хочу отомстить Дамиану своими собственными руками... Часть меня надеялась, что смогу хотя бы ранить его в той моей стычке с ним, но, к сожалению, я сильно недооценил его силу. И будто одного этого оказалось мало, но Аутсайдеры каким-то образом достали огромное количество Анти-Альтерного оружия, куда больше, чем ты сможешь выдержать... но если ты обратишь меня, мы сможем их подавить.

Глаза Гэри расширились после этих слов. — О-обратить тебя?! Я-я не могу!

— Почему нет? — спросил Кай, и теперь на его лице уже открыто читалось недовольство. — Ты обратил Билли, а Оливия сама сказала, что ты обратил и её. Что мешает тебе сделать то же самое со мной? Ты мне не доверяешь?

— Нет, ты не понимаешь, дело не в доверии... это не так просто, как ты думаешь! Ты можешь умереть! — закричал Гэри. — Ты сам видел, что с Билли это был почти несчастный случай, а Оливии просто повезло! Мне было всё равно, выживет она или нет, но я не смогу жить с мыслью, что ты умер по моей вине!

Подойдя ближе, Кай остановился прямо у границы досягаемости Обортня.

— ...Да, как я думал, этот план тебе не по душе. Ты хороший парень, Гэри... но в этом мире хорошие долго не живут. — даже не дав Гэри времени среагировать, блондин сорвал повязку с раны и шагнул вперёд, резко сунув руку прямо в пасть голодному Оборотню.