Этот день ничем не отличался от других.

Закончив со своими утренними тренировками, Тацуми и Верс собирались пообедать с Кальцедонией на их обычном месте. Но по пути туда:

—П-простите… В-вы случайно не Тацуми Ямагата?..

Услышав за спиной тихий голос молодой девушки, Тацуми обернулся, и увидел молодую девушку — его ровесницу или даже младше. У неё были светло-каштановые волосы и большие серо-голубые глаза. Она и так была довольна симпатична, а этот смущенный вид делал её ещё более красивой.

—Э? А, да. Это я, но?..

Судя по её одежде она была одной из младших жриц; Тацуми и Верс занимали такое же положение в храме. И хотя она и обратилась к нему, Тацуми её не знал.

—Ох, слава богу… Я знала, что у вас тёмные волосы и глаза, но боялась ошибиться… — Девушка вздохнула с облегчением. И будто вспомнив что-то важное, её лицо стало сосредоточенным. — Прошу прощения за грубость. Меня зовут Холи, я — младшая жрица. Я пришла по поручению её святейшества леди Кальцедонии.

—Чиико...эм, Кальцедонии?..

Холи резко кивнула.

Сегодня Кальцедония очень торопилась, она направилась в особняк кого-то из знати. Похоже, она когда-то помогла одной женщине из того особняка. И получив запрос на лечение от слуги знати, Кальцедония пошла к женщине. Поэтому вместо Кальцедонии пришла Холи, которую хорошо знала сама Кальцедония, для того чтобы передать, что Кальцедония не сможет пообедать с ними.(1)

“Понятно, здесь нет ни мобильных телефонов, ни почты, в случае изменения планов, вы можете рассчитывать только на личное общение”, — Может и была магия телепатии, но про неё не знали ни Джузеппе, ни Кальцедония. Если бы она была, то зная Кальцедонию… Тацуми бы очень быстро освоил эту магию. Также была вероятность, что хоть такая магия и существовала, но была попросту не открыта.

—А ещё она сказала отдать вам это… — Сказала Холи и передала корзинку от Кальцедонии, в которой она носила обеды. — Леди Кальцедония, сказала, что пообедает в доме старейшины, так что пусть милорд Тацуми обедает без неё.

—Спасибо. Холи, да? Мы оба младшие послушники, поэтому не надо называть меня «Милордом», зови просто по имени.

Отдав корзину, она сильно замахала руками перед лицом в знак протеста:

—Н-ни за что! Разве милорд Тацуми не будущий муж леди Кальцедонии? Его святейшество Хризопраз лично вас обучает. Все об этом знают! Даже если мы оба младшие послушники, в будущем вас ждёт более высокий статус! По сравнению со мной… разница очень большая!

—Что? Так вот что про меня думают!..

Слова Холи очень удивили Тацуми. Он посмотрел на Верса, который лишь пожал плечами и громко вздохнул:

—Ты наверное единственный, кто не знает об этом. Вокруг вас двоих ходит очень много слухов: Верховный Жрец Храма Саваива пригласил иностранца, чтобы тот был женихом его дорогой внучки, лично наставляемый верховным жрецом, в будущем он наверняка займёт руководящую должность в храме, возможно даже будет преемником его святейшества; у него было невообразимое количество маны, в будущем он может стать легендарным «Архимагом»; он был хорош не только в магии, его навыки фехтования также были на высоте. В будущем он мог бы быть Главнокомандующим Рыцарей Храма; он победил Морганича, возлюбленного Кальцедонии, на дуэли, и увёл её у него! И так далее и так далее. Очень преувеличенные слухи, придуманные слухи, и куча всего намешанного, что расходилось не только по храму, но и по всему Левантесу.

Похоже, что кто-то из королевской родни и высшей знати хотели через Джузеппе встретиться лично с Тацуми.

—Похоже, что прямо сейчас ты самая популярная личность, во многих кругах, — Верс, ухмыляясь, подколол Тацуми, которого будто окатили из ведра.

—Прости меня, дитя. Я знаю, что всё не так плохо, но всё же я послала за тобой слугу… — Лежащая на кровати старая женщина, с тёплой улыбкой говорила с Кальцедонией.

—Нет, всё в порядке. Госпожа заботилась обо мне с детства. Если с вами что-нибудь случится, сразу же сообщайте мне. Я сделаю всё что смогу.

Кальцедония прочитала «Исцеление Болезней», и женщина, почувствовав себя лучше, села на постели. Ее звали Элиша Кулотт. Она бывшая глава дома Кулотт и жена почившего герцога Кулотт. После того как её сын наследовал титул герцога, она отошла от дел. Теперь она просто наслаждается оставшимися ей днями. И хотя она отошла от дел, она по-прежнему очень влиятельный человек среди знати королевства Ларгофили. Особенно у женской половины: дочек и жен аристократов. Её влияние было настолько велико, что говорят: "Если бы бывшая глава дома Кулотт захотела, то даже королева могла бы лишиться головы." Её уважала и боялась вся женская часть аристократии королевства. Но для Кальцедонии она была лишь “доброй бабушкой”, которая всегда её безумно любила и баловала с тех пор как она была ребёнком. Элиша была старым другом её Джузеппе, который сам по себе был очень общительным.

—Твоя магия как всегда эффективна. Кстати… Улыбка Элиши стала хитрой. — Я слышала, что ты решила остепениться.

—Боже, неужели до вас дошли слухи? — Кальцедония удивилась, но её глаза и улыбка лучились счастьем, и Элиша заметила это.

—Да... И говорят, что у тебя очень хороший спутник. Хотя, по правде говоря, я бы хотела, чтобы ты вышла за кого-нибудь из моих внуков… — Элиша множество раз предлагала это Кальцедонии, и предлагала не только своих внуков, но и парней из благородных домов, чтобы быть уверенной в светлом будущем Кальцедонии. Она делала это не для того, чтобы породниться со знаменитой «Святой Девой», а потому что она волновалась о Кальцедонии, которая почти вышла из брачного возраста. Кальцедония и Джузеппе также понимали её мотивы, поэтому им всегда было немного неловко отказывать Элише, в отличии от других случаев.

—Глядя на тебя, я не думаю, что он жестокий человек. Дитя моё, почему бы тебе не рассказать мне о нём? Я хочу знать каков он; человек, с которым ты решила связать свою жизнь.

—Да!

И Кальцедония с большим удовольствием стала рассказывать Элише о своём будущем муже.

Сначала Элиша слушала Кальцедонию с улыбкой, но постепенно улыбка увяла, и на лице Элиши проступило удрученное выражение. Кальцедония очень долго рассказывала про Тацуми.

Поблагодарив Холи, Тацуми и Верс ушли. Они направились не на своё обычное место, а в столовую. С ними не было Кальцедонии, поэтому они решили в кои-то веки поесть в столовой, как и другие парни.

Они вошли в столовую, неся корзинку с приготовленной Кальцедонией едой. Был обед, поэтому в столовой было много людей. Но несмотря на это было несколько свободных мест. Пока они размышляли куда сесть, к ним подошел заметивший их человек.

—Хм? Уж не Тацуми ли это с Версом? Разве вы не будете, как обычно, обедать с леди Кальцедонией?

Обернувшись на голос, они увидели три знакомых лица.

—Ниез, Сарго и Щеро? Так вот вы где.

Они, можно сказать, были их одноклассниками — последними, кто вместе с Тацуми и Версом, прошел базовый курс тренировок у Одина. Эти трое были похожи друг на друга, как две капли воды, хотя и не были близнецами, они были просто братьями. У них были тёмно каштановые волосы и карие глаза. Ниезу было семнадцать, Сарго — шестнадцать и Щеро — пятнадцать лет. Они — уважаемые, второй, третий и четвертый, сыновья мелкого купца и не были послушниками храма. Они приходили каждый день, лишь для прохождения тренировок, чтобы стать Рыцарями Церкви.

В такое время, которое гораздо опаснее современной Японии, даже обычные люди хотели иметь силы, чтобы защитить себя. Храм преподавал боевые искусства для таких людей. Но людей приходящий в храм ради этого было мало, так как Саваив всё-таки был богом браков и урожая. Практически все те, кто хотел научиться сражаться, шли в храмы Бога Солнца и Света — Голайва, защитника закона и порядка, который также был и богом войны.

Поэтому такие ребята, как Ниез и братья, приходящие ради тренировок в храм Саваива, были редкостью.

Дело отца унаследует старший сын, так что они подумали, что стоит стать Рыцарями Церкви, а если бы у них не получилось, то они бы пошли в охотники на монстров. И поэтому они решили пройти обучение.

А храм Саваива вместо храма Голайвы, они выбрали из-за близости к дому. К тому же в храме Саваива была «Святая Дева». Как и у любого подростка, у них были свои... мотивы… И благодаря дружбе с Тацуми они таки смогли стать ближе к Кальцедонии.

Тацуми и Верс сели на свободные места рядом с Ниезом и братьями.

—Так что стряслось? Почему вы без леди Кальцедонии?

—Похоже у Чиико был срочный вызов: она очень спешила. Поэтому сегодня она не здесь, — Тацуми объяснил им причину отсутствия Кальцедонии, пока доставал обед из корзинки. Но его проигнорировали: братья молча пожирали глазами его обед. Обед состоял из сделанных лично Кальцедонией сэндвичей и нарезанных фруктов, напоминающих яблоки. Сэндвичи были простые: два длинных и тонкий куска хлеба, вроде французской булки, между которыми лежали копчёное мясо и овощи. Тацуми и Верс очень их любили, а Кальцедония отлично их готовила.

—Как всегда, благодарю вас за эту вкусную еду, леди Кальцедония. Обещаю никогда не поднимать голову в вашем присутствии, — хлопнув в ладоши, Верс начал молиться. Но молился он не богу, а «Святой Деве». Помолившись, Верс взял сэндвич и начал есть его.

Братья внимательно наблюдали за ними. И у них буквально текли слюни.

—Аа... Если хотите, то может возьмете по сэндвичу?

Тацуми протянул им несколько сэндвичей, от чего лица братьев засверкали:

—ДАЙ!!! — Они выкрикнули это синхронно. Не менее синхронно они втроём, как голодные звери, накинулись на предложенные сэндвичи.

—Э-это приготовила сама леди Кальцедония...

—Объедение!!! А факт, что их сделала сама её святейшество, делает их ещё вкуснее!!!

—Спасибо, Тацуми!!! Нет, ЛОРД Тацуми!!! Если я смогу есть такую вкусную еду каждый день, то я не прочь стать твоим рабом!... Хотя нет, лучше рабом леди Кальцедонии!

—Ни мне ни Чиико пока рабы не нужны...

На внезапный ответ Тацуми Верс и трое братьев громко рассмеялись. Немного погодя Тацуми тоже начал смеяться вместе с ними.

Жизнь с Кальцедонией привнесла счастье в его жизнь. Их с Чиико дом, был уютным и удобным. Его это очень успокаивало.

Но иметь друзей вроде Верса и трёх братьев, разговаривать ни о чём и радоваться всякой ерунде, имело своё очарование, отличное от счастливой жизни с Кальцедонией. Да, было похоже будто он в Японии, в классной комнате школы, весело общается с одноклассниками. Если подумать, то их пятеро имели приблизительно одинаковый возраст. В Японии они как раз были бы в старшей школе. И если бы они были старшеклассниками, то такие разговоры были бы нормой.

—Йо, вы в курсе, что наш одноклассник начал встречаться с девушкой?

—Девушка-идол из журнала такая сексуальная!!! Вот бы прикоснуться к живой!

—Я тут недавно нашел новую закусочную с раменом по пути домой, они неплохо готовят. Может заскочим после школы?

—Эй, эй, чувак, ты же хотел признаться той девчонке? Давай, дерзай смелее! — Для старшеклассников такие разговоры были бы нормой, но у Тацуми не было такого опыта. Его почти призрачное существование в школе не позволило ему завести друзей. Но теперь, даже несмотря на то что это другой мир, у него была компания, с которой он мог весело провести время.

“Верс, Ниез с братьями, только благодаря призыву Чиико в этот мир, я могу общаться с ними”, — друзья, которых у него не было в прошлом мире. Тацуми поблагодарил Кальцедонию ещё раз за то, что она дала ему шанс познакомиться с ними, и продолжил дальше наслаждаться разговором с его новыми друзьями.

—...Спасибо. Думаю я полностью поняла, кем является твой партнёр… — Элиша сказала это не пряча усталого выражения лица.

—Я-я очень извиняюсь... Как же глупо с моей стороны, я перегнула палку... Говорить так долго о Хо- Тацуми... не обращая внимание на ваше состояние… — У Кальцедонии поникли плечи, и она была очень подавлена.

—Не извиняйся. К тому же благодаря этому, я полностью поняла кто этот парень. Хм, спасибо за рассказ.

—...Ууууу...

Элиша хитро, но счастливо улыбнулась, глядя на покрасневшую Кальцедонию, которая прикрыла руками свои алые щёки.

После Кальцедония пообедала с Элишей, они разговаривали о том и этом. Закончив обед, Кальцедония попрощалась и покинула особняк.

Провожая взглядом удаляющийся экипаж, Элиша размышляла о Тацуми, которым Кальцедония, казалось, была очарована. Элиша знала её с самого детства. Поэтому она знала и про «Мальчика из её снов», о котором Кальцедония постоянно говорила; у неё получился призыв «Мальчика из её снов». Элиша знала про работу Кальцедонии над магией призыва, но подумать только, что у неё получилось! Даже Элиша едва не уронила на пол челюсть, когда услышала об этом. Она собиралась сохранить в тайне, то что Тацуми был призван.

Не стоит и говорить, что если люди узнают, о получившемся призыве при помощи  легендарной магии, то помимо прочего Кальцедония привлечёт к себе слишком много внимания.

Элишу очень заинтересовал этот "призванный" Тацуми. Из того, что она знала, выходило, что у Кальцедонии не было никакого любовного опыта. И любой более-менее опытный мужчина сможет запросто управлять влюблённой в него Кальцедонией. Элиша очень переживала за эту её влюблённость в «Мальчика из её снов». Но могло выйти и так, что её подозрения беспочвенны и «Мальчик из её снов» не такой человек, каким она его воображала.

—...Похоже стоит его проверить, этого Тацуми... Есть здесь кто-нибудь?

По хлопку появился средних лет дворецкий. На людях он был личным дворецким Элиши, но на деле он был её доверенным лицом. Он был абсолютно лоялен и делал всё, что приказала Элиша, неважно что именно.

—Узнайте характер, привычки и всё что сможете о Тацуми Ямагата из храма Саваив, так быстро как сможете. Любыми способами, выполняйте, — не глядя на дворецкого, Элиша отдала распоряжения.

Дворецкий слегка поклонившись и ответив: "Так точно!", — покинул комнату.

Почувствовав, что присутствие дворецкого исчезло, Элиша тихо произнесла:

—Тацуми Ямагата... так? Я не думаю, что тот кого признал Джузеппе будет плохим, но... Этот Джузеппе, когда это касается Кальцедонии, он её слишком балует...Если... Если, не дай бог, этот Тацуми Ямагата навредит Кальцедонии...

Кальцедония была тем, кого Элиша любила как свою внучку. И если Кальцедонию попытается обмануть тот кого она любит… Неважно, как сильно будет просить Кальцедония, Элиша разлучит их! И конечно же, Элиша никогда не простит человека обманувшего Кальцедонию.

—...То пусть готовится. Я использую все доступные мне ресурсы, чтобы стереть его с лица земли.