— Аргх, да сколько же вас тут?!

Очередной двойник взорвался от секущего ветреного удара множеством теневых… или масляных?.. брызг, но на его месте тотчас возник другой. Сколько я так уже «выплясываю»? Внутренние часы напрочь сбились. И этим ублюдкам нет ни конца ни края. Самое странное: они двигаются достаточно проворно, но без изюминки, не прибегая ни к каким техникам — лишь стремясь меня схватить и повалить. Одному это даже удалось, но интуитивный выплеск энергии вмиг отбросил неприятеля на добрые ярды, и я быстро вскочила на ноги.

Что это? Нежелание мне навредить? Или невозможность применять всю возможную силу при помощи этих клонов? Как бы там ни было, я успела истратить порядочное количество маны, а противников не убавлялось. Герг намеревается меня вымотать? Отсиживается где-то в сторонке? Но где? Проклятье, они так кучкуются, что ничего не разглядеть. Зря я так безрассудно ринулась в бой — стоило проявить терпение и внимательность. А теперь мне демона с два дадут собраться с мыслями. Н-не подходите!..

Я не сдержалась и комбинацией огня с ветром развернула огненный вихрь, вмиг испепеливший успевших подобраться пятерых. Ни агонизирующих воплей, ни даже мимолётных вскриков — они рассеивались также бесшумно, как и маневрировали вокруг. И каждый до самого конца не сводил с меня безумных, источающих порочную жажду очей. Как и уста не ослаблял этот надменный, завораживающе-мерзкий, обнажающий оба ряда удивительно белоснежных и ровных зубов хищный оскал. Лишнее доказательство, что предо мной не люди, а некая бездушная энергетическая материя, лишь обрётшая физическую оболочку. Крайне неустойчивую, если её так просто разрушить, но, такое чувство, нескончаемо воспроизводящуюся.

Д-да что это за техника такая? Уму непостижимо, чтобы Герг обладал настолько внушительным запасом маны. Пусть внутри него духовная сущность, но тело-то всё ещё человеческое — даже я, чей организм преобразился под длительным воздействием маны ещё в утробе, не в силах аккумулировать такой объём.

П-проклятье, эти бездновские отродья стягивают всё моё внимание на себя, мешая думать! Дайте мне хоть минуту спокойствия!..

Так, стоп. Если они и правда не могут применять техники, пользуясь лишь естественной силой своих тел… и та, подозреваю, многократно скромнее оригинала… Чего я тогда, спрашивается, силы на вас трачу, ничтожества?! Постойте пока в сторонке! Стоять, я сказала!

Активировав одну из цепей, размашисто ударила ладонью об пол — и разошедшаяся круговая волна, едва коснувшись каждого из недругов, сковала им ступни блестящей коркой чистейшего льда. К счастью, ощутимого урона моя техника не принесла — никто не рассеялся, лишь обескураженно уставились под ноги. Отлично, я выиграла немного времени. Но лучше подстраховаться.

Наспех возвела каменные стены и накрыла толстенной плитой. Замуровавшаяся в импровизированной коробке, я наконец позволила себе расслабить плечи и сесть, привычно подмяв ноги. Даже если выпутаются из ледяных оков, камень им так просто не пробить… надеюсь. Не дожидаясь воцарения шума извне, прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Очистить сознание. Восстановить равномерный поток энергии по телу. Можно заодно и «подкрепиться» крохами витавшей вокруг дикой маны — сейчас для меня важен каждый гран… или капля?..

Неважно, сосредоточься на цели. О характере этой техники можно раздумывать бесконечно, посему в бездну контрмеры. Нужно как-то выявить «аккумулятор»: источник огромного для таких трюков запаса маны. Персона самого Герга отброшена сразу: такой трусливый, хоть и чванливый демон, даже найдя способ аккумулировать в себе целый источник, поостережётся рисков растратить его целиком за одну атаку — он глупец, если не предусмотрел возможность подкрепления с моей стороны… хоть в это и верилось всё слабее с каждой минутой развернувшейся сверху бойни.

Хорошо, успокойся и протяни «нити». Нужно сделать их как можно тоньше, пропуская малое количество маны. Нельзя, чтобы их перехватили: достаточно малейшего внешнего воздействия — и в лучшем случае «нити» порвутся… а то и нервные окончания поджарятся, вплоть до мозга. Даже отгороженная крепкими стенами я была уязвима как никогда.

Так, чувствуется с дюжину «очагов» впритык — треклятые двойники облепили моё укрытие со всех сторон, но предсказуемо не могли пробиться внутрь. Плавно обогнула каждого и «поползла» дальше, сплетая «нити» в подобие паутины для большего охвата.

Образовался некий круг на расстоянии одного ярда — ничего существенного, лишь «пыль» дикой маны в пределах естественной нормы. Преодолён второй ярд — всё ещё тихо. Третий… Четвёртый… Да где же оно?..

Ага! Что-то есть! Сильное энергетическое поле. Почти у самой стены помещения, где-то слева от меня. Поборов страх, осторожно коснулась его одной из «нитей» — колючее и волнительное, но в то же время абсолютно равнодушное, не пытающееся отвадить меня… или же недостаточно яро сопротивляющееся моему воздействию. Непохоже на Герга… да и на живое существо как таковое. А раз так…

Я деликатно обвилась вокруг источника, прощупывая и «обрисовывая» его в сознании. От пола тянулись две небольшие колонны. Затем они слились воедино, образуя одну чуть более широкую. Ещё выше она сузилась, но вновь расширилась, став более округлой…

Ч-чего?.. Отказываясь верить в «увиденное», тем не менее я спустилась чуть ниже и подалась в сторону… Н-нет… Ещё одна колонна, тянущаяся на сей раз горизонтально под углом. И заканчивающаяся пятью маленькими отростками. Это же… рука? Боги меня раздери — Герг использует человеческие тела для аккумулировании маны?!. Ох, стоило бы догадаться ещё в момент упоминания записей того сумасшедшего старика, что буквально поднимал мёртвых из могил. Немыслимое кощунство. Столь ужасный катализатор под стать самой технике.

Но почему тогда не последовало и попытки «отмахнуться»? Это не приспешник, а заключённый?.. Или же вовсе неживой? Нет, для возвращения мертвеца требуется внешний источник энергии, насколько я понимаю. Но живой человек неспособен аккумулировать настолько большой объём — это неизбежно приведёт к мана-шоку, то есть выгоранию нервных окончаний с последующим отказом органов, вплоть до сердца и мозга. Значит, или таких «источников» много, или это «выгоревший», находящийся на волоске от смерти человек.

Поскольку никакой вредоносной реакции не последовало, я осмелилась пропустить «нити» глубже в само тело. Сердце бьётся, как и мозг подаёт слабые, но заметные импульсы. Однако кровь почему-то циркулирует лишь между сердцем и мозгом — лёгкие едва колыхались, а оставшиеся органы и мышечные ткани вовсе игнорировались. Такое попросту невозможно… если только выстроившийся механизм не поддерживался искусственно. Этого человека нельзя назвать ни мёртвым, ни живым — что-то пограничное… Это даже хуже, чем техника старика: мертвец хотя бы не осознаёт себя и ничего не чувствует.

Л-ладно, на сантименты нет времени. Теперь я хотя бы представляю, как можно нейтрализовать технику. Осталось найти другие «аккумуляторы». Странно, что я их не увидела сразу, хотя обильное, пусть и тусклое освещение множества факелов позволяло. Неужто задействовано какое-то визуальное искажение? Или захваченный возникшей угрозой глаз попросту не обратил внимание? Ай, неважно. Наплевав на осторожность, усилила поток и за считанные секунды протянула паутину до каждого угла. Второй… третий… четвёртый…

Всего четыре живых «сосуда». Удивительно, как им хватает энергии не только поддерживать, но и воспроизводить многократно несколько клонов. Ничего, сейчас я положу конец вашим страданиям. Спасти, к сожалению, не получится — не представляю, как возможно «починить» уже наверняка мёртвые части тела. Но я позабочусь, чтобы вас захоронили со всеми положенными почестями, когда всё это закончится. Даю вам слово.

И улучив момент, я мощным залпом отбросила уже осевших наверху клонов вместе с крышей, затем без промедлений опрокинула каждую из стен, расплющивая подобравшихся слишком близко. И тут же прошмыгнула в образовавшийся «коридор» меж начавших восстанавливаться двойников.

Глаз никак не находил искомое, посему ноги несли меня по памяти. Оставались считанные ярды до предполагаемого места, когда мой незримый, так и не развеявшийся мана-барьер «задел» источник — и лишь затем из пустоты проявился закованный в цепи, крестообразно подвешенный на стену пленник. Бледный с проглядываемыми на открытых участках кожи синеватыми пятнами, чумазый и исхудавший до безобразия. Сколько же он здесь пребывает? Дни? Недели?..

— Простите меня! — зачем-то воскликнула я, прежде чем обрушить на бедолагу вспыхнувший синим пламенем дугообразный заряд маны.

Импровизированный воздушный серп рассёк тело надвое, от головы до чресл — следовало разрушить самые важные места: мозг и сердце. А затем в дело вступил огонь, зацепив плоть в момент удара и мгновенно обуглив её до неприглядной корочки. И только когда от человека остался голый скелет, я позволила себе сорваться с места, устремившись к следующему. От преграждавших путь двойников, коих заметно поубавилось на первый взгляд, и это не могло не радовать, я лишь отмахивалась скупыми волнами, как от назойливых мух, недостойных и малейшего внимания.

Наконец, располовинив последнего, как мне казалось, узника, я, невзирая на одышку, с довольной усмешкой отметила исчезновение последней тройки клонов: только дымчатый осадок, витавший по затхлому воздуху, и служил напоминанием.

— Ха-а… ха-а… И это всё, на что хватило твоей куцей фантазии?! — надменно бросила я, испепеляя взглядом пустоту: Герг отчего-то не спешил казать личико. Как удивительно.

— Вуа-ха-ха-ха-ха! До чего же занимательный контраст: каким-то сезоном ранее тебя вгонял в ступор один-единственный мертвец, а теперь ты щёлкаешь мои испытания как орехи! И как эффектно! Твои тело и разум совершенны — так и манят их облюбовать! Ха-ах, жду не дождусь нашего слияния!..

Хотя бы голос осмелился подать… до одури безобразный, под стать речам. Правда, уловить его направление не вышло — звук расходился по всему залу, резонируя от стен. Такое чувство, будто он вещал отовсюду и ниоткуда сразу.

— Единственное, с чем тебе предстоит слиться — пол, когда я от всей души впечатаю в него твою нахальную морду! Уговорам, как и твоим уловкам, настал конец! Лучше выходи по-хорошему, иначе я здесь камня на камне не оставлю! Я за ценой не постою — скорей захороню нас здесь заживо, чем позволю тебе уйти! Можешь не сомневаться!

И в подтверждение сказанному я вскинула обе руки, высвобождая крупный заряд маны. Потолок угрожающе сотрясся и одарил меня клубом пыли с осыпавшейся каменной крошкой. Тут я, пожалуй, погорячилась: усиль я заряд хоть самую малость — и впрямь оказалась бы похоронена под грудой хлынувшей внутрь земли. От своих слов не отказываюсь, но и так глупо расставаться с жизнью не спешу.

— Ой, боюсь-боюсь!..

Очередная волна раскатистого хохота. Как же он меня…

— Но ты права, хозяйка, пора с этим кончать.

И доселе громогласный гонор неожиданно преобразился в тихий убаюкивающий шёпот, коснувшийся уха вместе с горячим дыханием. К-как он сумел подобраться ко мне незамеченным, да ещё так стремительно?! В пекло, ты у меня сейчас!..

— Вуа-а!..

Но стоило мне ударить наотмашь бегло спроецированной ветреной косой, как грудь болезненно сжало, а ноги развело в стороны, утянув ослабшее вмиг тело к земле. Поплывший взор лишь с досадой отметил ныне пустовавшее пространство: Герг вновь меня обманул, каким-то образом симулировав своё присутствие. Но что хуже…

— В уловках и впрямь уже нет надобности — ты достигла своего предела, хозяйка. Как удобно, что наша связь позволяет отслеживать жизненную энергию друг друга. По крайней мере одному из нас.

На сей раз вместе с глумливым шёпотом показался и его обладатель, вальяжной походкой выплывший из-за моей спины и бесстрашно опустившийся рядом на колено. Мои болезненно саднящие рассеянные глаза встретились с его, привычно блестящими тёмной искрой, однако в коем-то веке глядящими на меня если и не без презрения, то хотя бы без явной ненависти. Более того, мне он показался каким-то… проникновенным, с некоей долей печали или сожаления. И я была готова поклясться, что всего на миг, но будто увидела Герга. Настоящего Герга, частичку его первозданного сознания, не до конца поглощённую этой тварью.

— Повторюсь, ты исчерпала почти весь свой запас маны — остались лишь крохи, поддерживающие саму жизнь…

Но вот его уста раскрылись — и это мимолётное наваждение тотчас растворилось: взгляд Герга возвратил былые холодность и расчётливость.

— И если попытаешься произвести хоть ещё одну технику — у тебя не останется сил для аккумуляции дикой и ты умрёшь мучительной смертью. Выбор невелик, хозяйка: или ты позволишь нашим душам соединиться, или ты окажешь сопротивление и тем самым убьёшь нас обоих. Можешь говорить что хочешь, но я вижу тебя насквозь: даже после всего пережитого, после осознания собственной природы… ты всё равно боишься смерти, боишься неизвестности… боишься потерять то немногое, что ещё осталось в тебе. И я обещаю, что сохраню это. Тебе лишь надо вверить мне свои тело и волю.

Подавшаяся ко мне рука замерла в считанных дюймах, и я оцепенело разглядывала каждый её изгиб. Скованное, будто льдом, тело отказывалось двигаться, борясь со жгучим желанием ударить по ней… и в то же время смиренно протянуть в ответ свою. Он прав. Как бы я ни отрицала, но смерть и впрямь пугала. Куда сильнее, чем перспектива объединения сознаний. И я чувствовала, что он не лукавил по поводу остатков маны — последняя атака отозвалась дурнотой с потерей равновесия. И что будет, если я осмелюсь произвести новую, страшно подумать. Это… это действительно конец?

— Это не конец, но начало чего-то нового. Только дай мне свою руку — и я исполню все твои желания… Иви, — словно прочитав мои мысли, с небывалой нежностью прошептал он.

П-проклятье! Ну почему всё должно закончиться именно так?!.

Впрочем, злость стихла так же мгновенно, как и разгорелась, оставляя после себя лишь опустошение. Нет, не совсем. Где-то в глубине ещё тлел крохотный огонёк надежды, что мне удастся обуздать влияние пустой на себя. Что я смогу хоть немного перетянуть одеяло на свою сторону. Что не лишусь рассудка окончательно. И если так — ещё будет возможность побороться. Пусть и не физически. Не может быть, чтобы мой дух оказался слабее тела.

Глубоко вздохнув, я поборола возникшую дрожь и мягко вложила ладонь в его руку. Герг довольно улыбнулся и потянул меня ввысь, деликатно придержав за талию, когда ноги вновь едва не разъехались. Осталось лишь перетерпеть отвращение, когда наши уста сомкнутся для проникновения… этого в моё тело.

Когда его лицо медленно потянулось к моему, я невольно зажмурилась, мысленно отстраняясь от происходящего…

— И не беспокойся о Нине — я о ней хорошо позабочусь.

Но мимолётная, неосторожно обронённая им фраза тотчас сбросило это чудовищное наваждение, разгорячив апатично замедлившееся было сердце.

— Что ты?.. — недоумённо протянул Герг, не успев среагировать на мой внезапный выпад обеими руками.

— Даже… не смей… к ней… приближаться! — урывками глотая воздух, разъярённо прорычала я, крепко сжав его черепушку, угодившую в цепкий капкан моих побелевших от напряжения пальцев.

— Нет, стой, ты совсем еба?!.

Яркая белоснежная вспышка мощнейшего, питаемого самыми яркими и чистыми эмоциями, какие у меня только сохранились, энергетического выплеска тотчас поглотила Герга, оборвав истошный и такой приятный в своей обречённости вопль. И даже когда свет закономерно уступил место тьме, не дав сердцу и разок стукнуть напоследок, наслаждение не покинуло душу, вежливо деля «ложе» со страхом.

Ты был прав Герг. Бездна меня раздери, ты во всём был прав. Кроме одного. Больше, чем моя или твоя смерть меня страшит перспектива оставить Нину на поруки этого чудовища. Но если моя импровизированная техника сработает как надо — к ней вернётся по меньшей мере один из нас. Ты безнадёжный плут, Герг. Но ты хотя бы человек, в отличии от меня, и с тобой Нина будет в куда большей безопасности, нежели со мной. Только бы мои «нити» успели выжечь эту тварь раньше, чем я испущу дух. Авось с изгнанием пустой печать разрушится… или хотя бы ослабнет, не в силах навредить тебе. Ты как никто другой умеешь цепляться за жизнь из последних сил, так не подведи же меня и на сей раз. Надеюсь, я сумела уплатить свой долг пред тобой. Прощай, Гер… Нет, Георги.