— М-мне это со-овсем не нра-авится…

— Поздно спохватился, приятель, мы уже решились на это. Всем, что бы ни случилось — не разниматься! Пан или пропал!

— Б-боги, смилуйтесь над нами…

С помесью горького сожаления и безграничной благодарности в глазах я напоследок оглядела собравшихся вокруг меня, сцепившихся руками людей и возложила ладонь на голову ближайшему. Всеобщий страх мгновенно кольнул мышцы вместе с потоком чужой маны. Теперь самое важное — не переусердствовать, забирая её постепенно и малыми объёмами для минимизации последствий. А уж направить полученную энергию — удел пусть и нетривиальной, но, в теории, более чем понятной техники.

Я всё-таки не смогла найти лучшего решения, чем прибегнуть к «вампиризму», как это единожды нарекла Агнес. Даже выбравшись из окружения этих… ублюдков, кто бы они ни были, и достигнув пожарища с переполошенными, но хотя бы не обороняющимися от стрелков стражниками, отчего надобность в барьере иссякла, я при всём упорстве не поспевала концентрировать нужное количество маны для создания требуемых объёмов воды: кругом безжизненный камень, никакой растительности, а река в доброй полумиле от района знати — оставалось лишь высасывать влагу из воздуха… по ничтожным крупицам. Я потратила непозволительно много энергии на маленький, даже ничтожный водянистый сгусток — и огонь тотчас поглотил его, «выплюнув» скупой клуб пара.

Выбор представлялся невелик: или тратить драгоценное время на переправу воды из реки, или…

Тогда мой взор обратился к ночному небу, где смутно углядывались тёмные облака. Тучи. Дождь — он погасит пламя, если выдастся достаточно интенсивным. По меньшей мере предотвратит распространение огня. А вот что делать с возгоранием внутри помещений… Лужи! Объединять их куда проще, чем отдельные капли, точно!.. Но пока что не было и намёка на осадки. Нужно как-то спровоцировать ливень. Только бы дотянуться маной до неба…

И тут без помощи соратников никак не обойтись. Озвученный мною план, в особенности некоторые из его деталей, ожидаемо посеял тревогу в людские сердца. Кто-то просто молча ушёл, а именно спасённые стражники, напоследок одарив меня ненавистным взором и бросившись к «своим» на выручку. Кто-то пустился в причитания и даже бурные перепалки, не стесняясь крепкого словца и откровенных оскорблений. Но большинство, не иначе как проникшись моими способностями вместе с искренним желанием помочь, выразило сдержанную, в чём-то даже обречённую, и всё же готовность действовать. Немногих паникёров и смутьянов мигом осадили, поставив перед простым выбором: или помогай, или уходи. Естественно, выражено сие было не столь нейтрально: там фигурировали неприглядные сравнительные обороты, которые я постесняюсь не то что вслух — в мыслях повторить. Но это подействовало — и ладно.

— Потерпите… ещё немного… — с надрывом процедила я, вовсю устремляя пока ещё незримые мана-нити к облакам.

Так, хорошо, я почувствовала большое скопление влаги. Как бы теперь заставить её пролиться?.. Как вообще происходит дождь?!

Пришлось в спешном порядке экспериментировать. Я сперва «погоняла» витавшие в воздухе капли с места на место — они как сливались, так и расходились после, ничего не поменялось. Затем попробовала нагреть небольшой участок воздуха — и тут же была вынуждена прерваться, почувствовав, как капли вокруг начали стремительно распадаться. Ещё бы немного — и воды в принципе бы не осталось. Что же делать…

— Воу! — воскликнул кто-то, когда на нас внезапно обрушилась морозящая проливень.

Весьма скоротечная, на несколько мгновений, но это лишь начало. Я нащупала верное направление — нужно охладить воздух, а не нагреть. Б-боги, а ведь это проще сказать, чем сделать — пространство немаленькое.

Усилила мана-поток, распространяя «нити» вширь. Охватив по возможности всё облако, резко поддала холоду. И город накрыл спасительный, но раздражающе звонкий дождь. Бушевавший доселе огонь заметно присмирел, скрывшись в глубинах помещения, куда только успел просочиться.

Последнее усиление — и подхваченные свежеобразованные лужицы, подобно метательным снарядам, один за другим влетали в залитые характерным жёлто-оранжевым светом окна. Ныне лишь густой дым напоминал о недавнем пожарище — с остальным вполне справится и стража. Пора отступать.

Высвободив соратников из ментальных пут, я спешно поблагодарила каждого за неоценимую поддержку и, чуть ли не спотыкаясь, кинулась дальше по улице. В голове лишь скользнула ленивая мысль: «И как меня только не попытались остановить, ни в момент прибытия, ни после разразившегося ливня?» Но задерживаться на ней не было ни желания, ни времени. Все заняты своими делами, и я последую их примеру.

— Тц… Как и боялась… — скрипнула зубами, замерев у приоткрытых, колыхающихся на ветру створок врат.

Ещё издали завидела сквозь прутчатую изгородь неподвижные, распластавшиеся в жутких позах тела. Все, как один, в доспехах или форменных кожаных куртках — стража и полиция. И плиточная дорожка на всём протяжении от врат до парадных дверей пестрила бурыми разводами и пятнами. Да что это за звери такие, коли сумели расправиться с обученными законниками? Или нападавших было слишком много? Но почему нет хотя бы одного павшего с их стороны?..

Ай, некогда разбираться. Быстрым шагом двинулась ко входу — бежать казалось опрометчивым, теперь присутствие угрозы ощущалось явственнее, чем когда-либо. Толкнула внутрь незапертые дверцы — меня встретил озарённый масляными люстрами вестибюль с величественной лестницей. Абсолютно пустой: ни охраны… ни их тел. Скорей всего натиск убийц вынудил их отступить к приёмному залу, поближе к господам. И где же это? Здание с улицы смотрелось колоссальным — на одном лишь первом этаже возможно было разместить несколько залов. И пока я буду блуждать, их всех уже…

От раздумий меня спас мимолётный, но прекрасно уловленный грохот чего-то крупного, то ли каменного, то ли железного. Слева, в чуть более ста ярдах по коридору. Не теряя драгоценное время, бегло пробудила оставшиеся на левой руке «звенья» защитной техники и сорвалась с места, на ходу выводя атакующую комбинацию вдоль правой. Поворот направо — чисто — пробежала ещё ярдов двадцать — поворот налево…

И я чуть не столкнулась нос к носу с незнакомым мужчиной… но в до боли знакомом чёрном плаще с капюшоном. Он тяжело дышал и опирался свободной рукой на стену, когда как вторая крепко зажимала торс между животом и грудью. Пальцы поверх кожаной куртки блестели алым. И несмотря на скверный вид противника, я тем не менее отскочила назад, угрожающе выставив руку с мерцающими символами, готовая обрушить всю возможную мощь в случае необходимости.

— Д-девочка?.. П-проклятье…

Но мужчина, едва обронив тихим шёпотом, осел на колени и выплюнул кровяной сгусток, более не обращая на меня внимания. Терзаемая сомнениями, но я осмелилась подойти ближе.

— Ты умираешь, — сухо, сама не ожидая такого, выпалила я, разглядывая на миг открывшуюся из-за его руки рану.

— Да что ты? Ха-ха-ха…

— Я могу спасти тебя. Но взамен ты ответишь на некоторые мои…

— Да хуй тебе… Я всё равно не смогу… остановить тебя, как велел Владыка… Так хоть умру… с честью, — растянувшись в безумной улыбке, процедил тот сквозь кашель.

— Владыка?.. Ты о Герге?

— Никто не смеет звать его… по имени, даже… ты.

— Плевать. В том, что вы творите, нет ни грана чести. Герг обманул вас… как и всегда.

— Слово Владыки… уже честь, ты, мелюз… кха-кха… Его сила стоила… такой жертвы.

— Сила? Что ты имеешь… Эй, пого…

Но мужчина уже бессильно опустил голову и более не двигался. Даже если он ещё жив — для меня он бесполезен. Я поняла, что ответов не добьюсь. Только зря потрачу время.

Оставив покойного, я ринулась дальше — осталось всего сорок-пятьдесят ярдов, впереди уже проглядывались двери, из-за коих то и дело разносился лязг стали. Усилив мана-поток, я с пинком влетела в помещение, что, как удачно, и впрямь оказалось роскошным залом, полнящимся огней, людей… и первобытной злобы. Одни в чёрных куртках с узнаваемой вышивкой на плечах — полицейские — схлестнулись с другими в не менее чёрных плащах, разве что замызганных кровью. И где-то позади, что не сразу и различишь, томились перепуганные от ужаса дворяне в парадных мантиях поверх бархатных цветастых туник.

Всё-таки я поспела вовремя — лишь один сумел прорвать линию обороны и только-только устремился к жавшейся в стену знати с клинком наперевес. Ярдов двадцать, прямая видимость — никаких проблем. Заготовленная заранее «цепь» засияла, образовав напротив ладони огненную плеть. И замахнувшись, словно орудуя реальным хлыстом, я ударила бежавшего по спине. Плащ мгновенно вспыхнул, заставив убийцу остановиться, а затем и рухнуть наземь в попытке затушить пламя, катаясь по полу. Этот на какое-то время выведен из строя — магический огонь не так просто потушить. Займусь пока остальными.

Развеяв хлыст, я тотчас пропустила сквозь символы ещё маны, воссоздавая на сей раз множество вихрей. Выжидая подходящего момента, я послала один за другим прямо в противников. Первый угодил в голову, поглотив её и лишив убийцу драгоценного кислорода, отчего последний в ужасе выронил оружие и осел на колени. Второй ударил в грудь, выбивая из противника дух, опрокидывая и прижимая могучим весом к земле — обезврежен, отлично. Третий и четвёртый встретили препятствие в виде вскинутого оружия, отчего последнее вместе с руками были втянуты в бурю, отрывая людей от пола, и спустя мгновения «выплюнуты». Убийц закружило и отбросило на добрые ярды, крепко приложив спинами о ближайшие стены уже безоружных.

— Вам не победить! Бросайте оружие и уходите, пока я добрая! — прокричала я, когда мои техники наконец заметили и ко мне обернулись недоумённые взоры незваных гостей.

— Это же та девчонка?! — воскликнул кто-то из нападающих.

— П-проклятье, нам велели не убивать её! — отозвался кто-то второй.

— Но мы же не можем просто отступить?! — возразил третий.

— Забудьте пока о лордах! Обезвредить девку! — опомнился четвёртый.

И он первым вышел из схватки, бросившись на меня.

— Что ж… вы сами избрали свою судьбу! Я не стану сдерживаться! — гневно проревела я, переводя «прицел» на «смельчака».

Это первый противник, кого я сожгла заживо. Как и сказала, я не стала сдерживаться, увеличив мана-поток, и скрутила его наспех созданным хлыстом. Самое удивительное, убийца даже сквозь боль и крики не оставлял попыток добраться до меня, едва передвигая палящие ноги и тыча в меня остриё плавящегося, роняющего капли клинка. Только когда мышцы превратились в пепел, обугленный скелет рухнул подле моих ног, до сих пор каким-то чудом умудряясь двигаться и стонать. Такое любого повергло бы в неописуемый ужас… но моё сердце лишь на мгновенье защемило и тут же отпустило, возвращая ясность ума.

Остальные, впрочем, ничуть не утратили в энтузиазме и уже спешили ко мне — оставленные без внимания полицейские предательски таращились на меня, никак не оказывая поддержку. Ну да и пекло с вами!

Я высвободила всю имеющуюся мощь и, вскинув руки, разверзлась смертоносным огненным смерчем. По залу прокатилась волна оглушительных воплей и ругательств. Разум на миг помутнел — тело действовало само. И любой, оказавшийся в поле зрения, воспринимался мною врагом, кого следовало убить. Я неустанно двигала пальцами, «перебрасывая» управляемый огненный хлыст с одного на другого, кто оказывался в опасной близости от меня. Нос щекотало от смрада горелого мяса и дыма, а глаза в какой-то миг заслезились и пришлось зажмуриться. Но мне не нужны были глаза, обоняние и даже слух — я «ощупывала» пространство самой маной. И пока в зоне действия техники не прекратилось малейшее движение — я продолжала выжигать пространство праведным огнём.

— Б-боги милостивые…

Только когда ухо выцепило чей-то сторонний шёпот, я позволила себе открыть глаза. И тотчас развеяла технику. Почерневший вокруг пол был усеян обугленными, местами ещё корчащимися в агонии телами. Немногочисленные уцелевшие пожелтевшие глаза устремлены на меня. У многих глаз не осталось вовсе — в черепе зияли две чёрные дыры. Лишённые мышц костлявые пальцы, нередко покрытые каплями оплавившегося металла, неустанно тянулись ко мне, будто в попытке схватить. Бойня — первое всплывшее в уме слово. И моя представала в разы хуже, чем некогда учинённая ими. Хотя… тут только боги разберут.

И прежде, чем обратить взор на обомлевших полицейских, я даровала павшим последнюю милость, какую только заслуживают люди вообще — создав ветряной серп, я послала его по духе, обезглавив тех немногих, кто ещё оставался на ногах, пусть даже и в сидячем положении. Наконец предсмертные хрипы смолкли — тишину нарушало лишь чьё-то судорожное сопение… не исключено, что моё собственное: я буквально не чувствовала тела.

— Я пришла поговорить с новым лордом-управляющим и господами из королевской делегации, — спокойно вымолвила я, сделав шаг к замершим полицейским.

— Ч-ч-чудовище!!!

И несмотря на произошедшее, те в страхе вскинули мечи, чьи острия недвусмысленно глядели на меня. Признаться, я и сама о себе того же мнения. Но сейчас от этих мыслей следовало избавиться. Как мне, так и всем присутствующим, кто всё ещё жив. Благодаря мне.

— Вы хотите иметь дело с чудовищем, что спасло ваши несчастные задницы? Или же с более человечными, но явно не такими снисходительными, как я, горожанами, кто скорей всего даже в разговор вступать не будут? Выбор за вами, — холодно проговорила я.

Однако демонстративно опустила руки и ослабила поток маны, отчего символы на руках мгновенно погасли, более не защищая меня. Думаю, в случае опасности я обойдусь «нативной», как это назвала Агнес, техникой, что не такая мощная и эффектная, как символьная, зато воспроизводится за счёт мгновенного эмоционального выплеска, не требуя предварительной подготовки. И уж чего-чего, а эмоции меня сейчас переполняют через край. Сама того не ожидала, но вот как есть — я зла, я расстроена, мне больно и горестно. Этого более чем достаточно. Кто посмеет усомниться — первый окажется под раздачей.

— Опустить оружие!

Полицейские в изумлении уставились на вышедшего к ним и явно направляющегося в мою сторону дворянина. Это явно не лорд-управляющий, раз они ещё раздумывают над тем, исполнять приказ или нет. Однако после повторного распоряжения те всё-таки подчинились: зачехлили короткие мечи и с поклоном отступили на пару шагов.

— Я лорд Гаррэт Волкенарт, управляющий Анвилла, — представился зрелый дворянин с лёгкой сединой на висках и аккуратными усам-бородкой.

— Анвилл… Это в ста милях от Макроса, королевской столицы, — скорей утвердительно, чем вопросительно произнесла я, ответив ему сдержанным поклоном: к реверансам обстановка совсем не располагала.

— Так точно. Меня и других достопочтенных господ из великой семёрки городов призвали для утверждения нового управляющего Кроуэном.

— Великой… семёрки?

— Ты не знаешь?.. Хм, пожалуй, это сейчас неважно. Я вижу… нет, чувствую, зла ты нам не желаешь, иначе бы не пришла не выручку. Так позволь спросить, кто ты и зачем ты здесь?

— Чувствуете, да?.. Любопытно… Лорд Гаррэт, так? Если позволите, я бы предпочла вести разговор в более комфортабельных условиях. Боюсь, он выйдет долгим.

— Комфортабельных?.. Но ведь убийцы… А беспорядки? И пожар?..

— Об этом можете не беспокоиться — с пожаром я тоже помогла. Что же касается беспорядков — за этим я здесь. Признаться, я шла сюда отнюдь не с дружеским визитом, но так уж получилось. А насчёт убийц…

Я развернулась к оставленному открытым проходу, вскинула руку и методично вывела в воздухе многоступенчатый символ. Двери мгновенно захлопнулись, а поверх ручек проявилась мерцающая фиолетовым печать.

— Это даст нам какое-то время. Если только враги не обладают достаточными магическими знаниями, чтобы развеять печать. В ваших же интересах не затягивать нашу беседу.

— Печать?.. Да кто ты… вы такая? — выпучив глаза, настороженно пробормотал лорд Гаррэт.

— Полагаю, за меня всё скажет эта бумажка.

Я выудила из-за пояса порядком измятый в спешке, но добросовестно уцелевший свиток с разрушенной, и всё-таки королевской печатью на тесьме.

— Прошу, дайте мне уже куда-нибудь присесть и перевести дух, богов ради, — с изнеможённым вздохом прошептала я.

Почему-то именно перед этим человеком мне не хотелось скрывать нахлынувшую слабость. Он не выглядел дружелюбно, и поэтому внушал наибольшее доверие: в его голосе не чувствовалось агрессии или хитроумных уловок — он говорил под стать проглядывающимся на лице эмоциям. Не человек — открытая книга, что никак не увязывалось с привычным образом дворянина. Это подкупало. Я ощущала себя если не в безопасности, то по меньшей мере в кругу людей… человека, с которым возможен диалог. Но если это чувство ошибочно…

— Благородная дама с такими талантами? Весьма интригующе. Хорошо, пройдёмте… леди Эвелин? — напоследок вопросительно приподнял бровь лорд Гаррэт, сворачивая после беглого прочтения переданную копию моей фамильной грамоты, на что я лишь молча кивнула.

И затем с кажущимся искренним удовольствием он в приглашающем жесте указал на боковые двери — скорей всего, там или помещение обслуги, или коридор, ведущий в ближайшие комнаты. Я с благодарностью кивнула и последовала за ним, первым двинувшимся в указанном направлении, чем очень меня ободрил: не хотелось подставлять спину для удара приятному, и всё же незнакомцу — он и сам это, вероятно, понимал.

Что ж, всё прошло не так, как мне виделось. Но могло быть и хуже. Я хотя бы успела защитить приезжих, от кого зависела судьба всего города. И к тому же смогла защитить и сам город от пожара. Двух зайцев одним выстрелом, да? Какая тяжёлая ночь. Благо, она скоро подойдёт к концу. Только бы Герг не оказался настолько безрассудным, готовый послать новых убийц в уже занятый мной особняк. Или, вернее будет сказать, бессердечным. Тебе же плевать на своих людей, так? Ты используешь их… ради чего бы там ни было. Побереги своих прихвостней. Они тебе ещё понадобятся…

Когда я приду за тобой.