Дом Руби Скарлетт.

Красивая женщина с длинными рыжими волосами и телом, которому позавидовала бы любая модель, крепко спала на самой обычной с виду кровати, но королевского размера. Она спала в очень удобной позе, и казалось, ничто в этом мире не могло прервать её сон.

- Леди Руби, - внезапно в спальне раздаётся женский голос.

- Тьфу… - Руби подала признаки жизни, но продолжала спать. Так или иначе, она была полностью убеждена в том, что никто не посмеет прервать её сон, и она также знала, что никто не посмеет напасть на её семью, и благодаря этому убеждению она могла спать так, как будто у неё в целом мире не было никаких забот.

- Леди Руби!

На этот раз она услышала более отчётливо женский голос, но ей было лень вставать. Хотя на мгновение ей показалось, что голос этой женщины был слишком знакомым.

По правде говоря, ей было лень даже думать об этом, поэтому она решила продолжать спать.

- Кагуя, ты делаешь это неправильно, - внезапно Руби слышит голос своей личной горничной.

- А? Как ты будишь своего хозяина, Луна? - нейтральным тоном спросила Кагуя.

Луна сверкнула садистской улыбкой и подошла к Руби, а затем сказала:

- Руби, я разорвала всю твою личную коллекцию аниме.

Леди Руби резко открывает глаза и холодно смотрит на Луну, свою личную горничную.

- Ты не обманешь меня снова, Луна, - сказала Руби холодным тоном.

- А? Так-так, похоже, мне придется найти другой способ спровоцировать мою леди Руби, - горничная говорила вслух, надув губы.

Кагуя совершенно бесстрастно смотрит на Луну. Она была одета в униформу горничной, похожую на униформу Кагуи, у неё белые волосы до плеч, бледная кожа, как у всех вампиров, и розовые глаза. Она была русской женщиной ростом около 180 см.

Кагуя смотрит на определенную часть Луны.

«Огромная, как всегда», - презрительно подумала она.

Самой выдающейся особенностью Луны была её огромная грудь, точно так же, как у Руби, у которой была самая большая грудь, которую когда-либо видела Кагуя, и Луна, похоже, не проигрывала в этом соревновании.

«Теперь же, когда я только перестала думать об этом, у всех женщин Клана леди Руби огромная грудь», - прокомментировала про себя Кагуя.

- Тьфу…, я вообще-то хотела спать... - пожаловалась Руби, приподнимаясь и садясь на  постель.

Когда Кагуя видит, как грудь Руби колышется под её красной ночной рубашкой, которая была на ней в тот момент, она увы не могла не подумать:

«Может, мне просто позволить леди Вайолет убить эту женщину?»

Руби смотрит на гостью и говорит:

- О, Кагуя... Сколько времени прошло с тех пор, как мы в последний раз видели друг друга? - сказала она с нежной улыбкой.

Увидев улыбку Руби, Кагуя перестаёт думать о какой-либо мимолётной ерунде. Она знала, что из всех трёх женщин, которые являются подругами её детства, Руби – это самый добрый, спокойный и умный человек, которого она знает. Она также ничего не имеет против этой женщины.

Бум! Бум!

Да, она ничего не имеет против... ну, почти.

Увидев, как подпрыгивают груди Руби, когда она растягивается на кровати, Кагуя отбрасывает всё, что она думает, и решает, что это действительно хорошая идея - позволить этой женщине умереть.

- Кагуя? – леди Руби заговорила, потягиваясь.

Кагуя цыкнула языком, совершенно не скрывая своего раздражения, но вскоре выражение её лица становится пустым и будто отречённым, и она, наконец, говорит:

- Я пришла сюда, чтобы поговорить о леди Вайолет.

Руби открывает глаза, немного удивлённая, но не слишком сильно реагирует. Она в принципе ожидала, что произойдёт что-то подобное.

- Ты пришла как раз вовремя, мне тоже нужно тебе кое-что сказать.

- О? - Кагуя с любопытством смотрит на Руби.

Вскоре, она начинает рассказывать Кагуе о благородном вампире Корнелиу Фунаре.

***

Когда же Руби завершает свой рассказ о событиях, произошедших в университете, черноволосая горничная говорит ей с презрением:

- Молодой благородный вампир, который думает, что он - центр мира, что всё вращается вокруг него, и у которого эго хрупче стекла? И что же в этом нового?

Руби кивнула в знак согласия со словами Кагуи:

- Но проблема не в этом. Что, если Корнелиу нападёт на него?

- Ой-ё-ёй! -  внезапно Луна, которая молчала, начала улыбаться. – А леди Руби не назовёт этого мужчину "дорогим", как леди Вайолет?

Руби поворачивается лицом к Луне и говорит холодным тоном:

- Молчать!

Тело Луны внезапно перестаёт даже шевелиться, и она отвечает:

- Да, леди Руби, - она говорила нейтральным тоном, спокойно как робот.

- Она совсем ничему не учится, да? - Кагуя говорила скучающим тоном.

С того момента, как она только встретила Луну, этой женщине всегда нравилось дразнить Руби. Руби в свою очередь - крайне добрый человек и не любит использовать статус «госпожи», чтобы заставить Луну что-либо делать, но Луна увы не знает границ; ей нравится дразнить Руби при любой ситуации. Такое неподобающее поведение для служанки недопустимо, в конце концов, служанка не может запятнать репутацию своего хозяина (или хозяйки).

- Да, мне не нравится так делать, повышать тон, но она не знает и не понимает, что и когда говорит, совершенно не контролирует свою речь. - Руби вздохнула.

Кагуя кивает в знак согласия, но затем говорит:

- Насчет Корнелиу… Леди Руби, не нужно беспокоиться.

- Почему же мне не нужно беспокоиться? - растерянно спросила Руби.

- Потому что лорд Виктор справится с этим, - Кагуя говорила нейтральным тоном, но Руби видела, что она уверена в том, что Виктор действительно со всем разберётся.

- Хм? Но он новорождённый, а новорождённый не может сражаться с благородным вампиром, который бродит по миру уже более 50 лет. Несмотря на то, что Корнелиу слаб по стандартам благородных вампиров, он всё ещё благородный вампир, и новорождённый вампир не может справиться с ним, - пояснила Руби в своих рассуждениях.

Кагуя игнорирует всё, что говорит ей Руби и спрашивает:

- Моя госпожа, вы забыли, кто мы такие?

Глаза Руби на мгновение раскрываются шире, когда она понимает, что именно имеет в виду Кагуя.

Кагуя холодно улыбается:

- Мы вампиры. Мы не похожи на волков, которые заботятся друг о друге, если Виктор умрёт, сражаясь с Корнелиу, это означает, что он не был столь особенным, как всегда говорила леди Вайолет.

- Действительно, - сказала Руби с холодной улыбкой на лице, но вскоре она продолжает говорить с нежной улыбкой, - Но я не собираюсь становиться вдовой до встречи со своим мужем.

- Как столь идеальная горничная, я не могу позволить своему хозяину грустить, в конце концов, горничная всегда должна ставить во главу угла интересы своего хозяина и желать для него только лучшего, - прокомментировала Кагуя с лёгкой улыбкой на лице.

- Похоже, мы о чём-то договорились, - сказала Руби с той же улыбкой.

- Именно так, - согласилась Кагуя.

- Но я пришла сюда не для того, чтобы говорить об этом. - Кагуя внезапно меняет тему. -  Я пришла сюда, чтобы сказать, что собственническое отношение леди Вайолет выходит из-под контроля с того момента, как она встретила Виктора… И она, вероятно, попытается убить тебя, не беспокоясь о последствиях.

- Я знаю... - прокомментировала Руби с грустной улыбкой. - Я знаю её с тех самых пор, как она была ещё совсем маленькой, я знаю, какой сумасшедшей она может быть, когда кто-то берёт что-то, что принадлежит ей. И честно говоря, я думаю, нам с Сашей не следовало быть там, когда Виктора обратили. В конце концов, он был тем, за кем Вайолет всегда наблюдала с самого детства.

Руби кладёт руку себе на шею, и внезапно её глаза становятся кроваво-красными, кровавая атмосфера начала выходить за пределы тела Руби, и постепенно ей стало казаться, что в комнате становится холоднее; как будто температура внезапно упала до отрицательных значений.

- Но я тоже не собираюсь сдаваться, и то, что произошло вследствие ритуала, не может быть отменено, и я также не могу впасть в спячку, забыться, из-за такой маленькой ошибки, как эта. У меня ещё есть много вещей, которые я хотела бы сделать в будущем... Если Виктор действительно станет моим любимым, и когда он станет им, я буду полностью поддерживать его во всём, что он захочет сделать.

Улыбка Руби стала какой-то неестественной, и начали показываться её острые зубки. Она больше не была той доброй женщиной, и кажется, переменилась, превратившись во что-то худшее всего за несколько дней...

И Кагуя также заметила эту перемену. Снаружи у неё было такое же пустое и отрешённое  выражение лица, но внутри она не могла не размышлять об этом:

«Ради бога, ещё один? Обладает ли кровь лорда Виктора свойствами, которые превращают женщин-вампиров в маниакальных преследователей?»

- Я всё поняла, я ухожу, - сказала Кагуя, обернувшись.

Она выполнила свою цель.

Руби, увидев, что Кагуя уходит, вернулась вновь к своему прежнему нежному облику:

- Ты собираешься навестить Сашу? - с любопытством спросила она.

- Да, - ответила Кагуя.

- Будь осторожна с новой горничной Саши, она... особенная, - предупредила её леди Руби.

- Что случилось с бывшей горничной... - спросила Кагуя, повернувшись и посмотрев на Руби, и, увидев её печальный взгляд, произнесла:

- Она умерла...?

- Да... Её убили эти церковные псы, - Руби говорила сердитым и в то же время грустным тоном, она знала Сашину горничную, Джулию. Она всегда много разговаривала с ней, когда та приезжала навестить Сашу.

- ...Я понимаю, - Кагуя говорила нейтральным тоном, но Руби слышала некоторую печаль в её голосе. Вскоре, тени начали поглощать Кагую, и она исчезла.

Увидев, что Кагуя ушла, Руби взглянула на Луну, затем её глаза на мгновение становятся кроваво-красными, и вскоре Луна начинает вести себя как прежде.

- Ещё раз извини за это, Луна.

- Всё в порядке, я знаю, что иногда перегибаю палку, - прокомментировала Луна с легкой улыбкой на лице.

- Иногда? - Руби приподняла бровь.

Луна же воспользовалась своим правом хранить молчание.

Руби вздыхает и смотрит на часы, и видя, что уже было восемь часов утра, она подумала:

«Ещё слишком рано, моя учёба в университете начинается днём. И я сейчас слишком ленива для того, чтобы, когда я собираюсь выйти, принимать какие-то меры по избежанию солнечного света. Думаю, я просто снова засну.

Руби лежит на кровати и теребит простыню, планируя накрыть ею тело. Когда она ложится, то чувствует жажду. Она чувствует тягу к крови, и знает, что точно не сможет насытиться обычной кровью. И, сейчас, она не может не проклинать Вайолет:

«Эта сука, утолила жажду, и совершенно не думает о последствиях. Она хочет, чтобы кое-кто впал в кому?»

Глаза Руби постоянно меняли цвет на красный и зелёный, она пыталась сопротивляться жажде крови.

- Леди Руби... - Луна обеспокоенно заговорила.

- Всё в порядке, Луна. Скоро это не будет проблемой. Всё пройдёт.  - говорила Руби, всё еще лежа на кровати, и как только она накрывается простыней с головой, она закрывает глаза.

Она пыталась уснуть, игнорируя собственную жажду крови, которая, кажется, росла с каждым днём.

Луна обеспокоенно смотрит на Руби и думает:

«Это плохо… Если так будет продолжаться, леди Руби может потерять контроль или впасть в состояние сна... Мне нужно что-то предпринять.»

Луна думала о том, что бы она могла такого сделать, чтобы помочь Руби, но она увы не могла найти никакого ответа. Внезапно ей в голову пришла блестящая идея:

«Я собираюсь связаться с мамой Руби!»

Двое высоких мужчин шли по улице, оглядываясь по сторонам. Они были одеты в чёрные робы (одежды священников), полностью покрывающие их. Но в отличие от обычных роб, эта мужская одежда была предназначена для боя и лёгкого передвижения. На шеях этих людей можно было увидеть маленькие белые крестики.

У этих двух мужчин были западные черты лица. У одного из них были тёмные чёрные волосы и карие глаза, а у другого были светло-каштановые волосы и чёрные глаза.

В то время как у черноволосого мужчины была простая стрижка, у шатена была стрижка в форме чаши (или «горшка»).

- Томас, что мы делаем? Мы были на этой улице уже, наверное, около пятисот раз! Ради любви к нашему Отцу, давайте убираться отсюда! - нетерпеливо проговорил мужчина с каштановыми волосами.

- Замолчи, полоумный! Я чувствую этих злых существ прямо здесь, я чувствую эту вонь! - Томас, черноволосый мужчина, говорил довольно убеждённо.

Когда шатен услышал то, что сказал ему Томас, он приходит в ярость:

- Не называй меня полоумным! У меня есть имя, которое дал мне Господь Бог! Меня зовут ...

- Да, да, неважно. Давай, придурошный, наше оборудование что-то там чувствует, - сказал Томас, указывая на улицу.

- Эй!!! Не игнорируй меня!!! И мы уже проходили по этой улице раньше!!! - придурковатый заговорил.

- Странно, это ведь современное оборудование, оно что, неисправно? - Томас заговорил, глядя на устройство в своей руке. Это устройство было похоже на деревянный крест с распятием Христа.

Полоумный подходит к Томасу и смотрит на оборудование, и он вдруг злится ещё больше:

- Это никакое не современное оборудование! Это снаряжение, которое использовалось во время охоты на вампиров в 18 веке! Ради всего Святого! Где ты это взял?!

- Хм? Я взял его на складе церкви, и там было написано «оборудование для отслеживания вампиров»!

- ...Ты посмотрел, какая версия этого «оборудования»?

Томас отворачивается:

- Ну... Да...

Вены на голове «придурковатого» начинают надуваться.

- Ты - идиот!

***

Это те знаменитые охотники из Инквизиции...? - спросил Виктор, наблюдавший за этими двумя «охотниками» с крыши дома, глядя на Вайолет, которая стояла рядом с ним.

Она отворачивается и отвечает:

- ...Да.

- Ты уверена? - Виктор снова посмотрел на двух священников, а затем перевёл взгляд на Вайолет, которая игнорировала его.

-...Да... Я так думаю... - неуверенно ответила Вайолет.

Виктор снова посмотрел на двух священников и увидел, как они снова спорят:

- Ты абсолютно уверена, что это точно не два комика, одетых как священники?

Вайолет снова смотрит на священников, видя, что у неё нет возможности объяснить отношения этих двух, она использует своё право хранить молчание, но внутренне она думала:

«Я эвакуировала людей из окрестностей, думая, что может возникнуть конфликт, но, похоже, я сделала бесполезную работу, эти два охотника всё ещё неопытны... Похоже, у них первое задание?» Она глубоко задумалась.

Виктор лишь на мгновение бросил взгляд на Вайолет, игнорируя её, затем использует своё вампирское зрение и смотрит на священников. Видя золотую энергию, покрывающую их, и чувствуя от них ,исходящую для него, лёгкую вонь нечистот, он в десятый раз подтверждает, что они охотники на вампиров...

-Ох!

Виктор не смог сдержать вздоха.

- Не нужно так разочаровываться, Дорогой! Есть и опытные охотники! Может быть, в будущем ты найдешь других охотников, получше, - Вайолет начинает быстро тараторить, как будто пытаясь подбодрить его.

Виктор растерянно смотрит на Вайолет:

- Я не разочарован этим, я разочарован тем, что эти два агента испортили наш "интимный момент" вместе с этой невыносимой вонью, я надеялся, что они будут более... компетентными, что ли? – пояснил он.

-Ой... С другой стороны... Они всё же испортили наш совместный момент, ведь так?

Вспомнив, что она вот-вот, наконец, догонит Виктора, а эти двое мешали ему своим зловонием, гнев, который она чувствовала ранее, будто взрывом возвратился вновь, и Вайолет внезапно начинает испускать «жажду крови».

Виктор, увидев кровожадное выражение лица Вайолет, подумал, что она невероятно красива, но он также подумал:

«Чёрт, она собирается убить их...»

Когда Вайолет исчезает, Виктор исчезает вслед за ней; наблюдая за её поведением, он думал:

«Я не могу позволить ей убить этих агентов. Мне нужно знать их конкретные цели в этом городе».