Сначала Чжоу Минъюй слушал с таким видом, будто ему рассказывают сказки из «Тысячи и одной ночи», но к концу рассказа он уже скрипел зубами от злости.

Глядя на его лицо, Чэн Ю осторожно спросила:

— Ты что задумал? Уж не собираешься ли ты убить Сун Янань?

Чжоу Минъюй холодно хмыкнул:

— Я женщин не бью! Как назывался тот конкурс, о котором ты говорила?

Чэн Ю ответила:

— Парижский конкурс дизайна одежды.

И вот на следующий день…

Раннее утро, класс.

— Чжайсин, беда! — воскликнула Чэн Ю. — Чжоу Минъюй со своими дружками стоит перед учебным корпусом! У каждого в руках телефон, и они заставляют всех подряд смотреть видео с твоей победой! Никому не дают пройти, пока не посмотрят!

Сюй Чжайсин:

— ???

А-а-а-а! Чжоу Минъюй, ты что, больной на всю голову?! В этой школе что, красивых девушек не нашлось? Что тебе во мне вообще нравится? Я это изменю, только отвяжись, а?!

Мало того, на школьном форуме тема о её победе на международном конкурсе дизайна уже давно висела в топе. В ней была полная нарезка видео с её участием, а также описание масштаба и престижности самого конкурса.

В заключение автор поста писал: «Сюй Чжайсин — восходящая звезда мира моды, самый молодой гениальный дизайнер, когда-либо одерживавший победу. Её имя непременно войдёт в анналы нашей школы, её портрет повесят на стену почёта, чтобы мы, её современники, могли ею восхищаться!»

Сюй Чжайсин, с дрожащими руками державшая телефон и читавшая этот пост:

— ………………

Чэн Ю продолжала с восторгом листать форум:

— Чжайсин, тут все тебя хвалят! Ещё и скриншоты «Фэйтянь» выложили, все пишут, что это платье феи, невероятно красивое! Говорят, ты прославила нашу школу! А ещё тут ругают Сун Янань за клевету, ха-ха-ха, так ей и надо!

Ещё вчера слухи, распускаемые Сун Янань, о том, что Сюй Чжайсин опозорилась на каком-то третьесортном конкурсе, были повсюду — иначе Чэн Ю не услышала бы их даже в туалете. А сегодня, после такого, слухи развеялись сами собой.

Даже если кто-то не понял описание конкурса и не осознал его значимости в мире моды, у них ведь были глаза, чтобы оценить фотографии.

Это платье, «Фэйтянь»… чёрт возьми, оно же невероятно красивое! Разве такое могло быть на третьесортном конкурсе?

Далее в посте были фотографии и биографии судей, каждый с длинным списком внушительных титулов. В школе училось немало детей из богатых семей, привыкших к высокой моде и эксклюзивным вещам, — как они могли не узнать одну из судей, основательницу SV Скарлетт? Да они же прямо сейчас носят одежду от SV! К концу обсуждения тема превратилась в площадку для осуждения Сун Янань. Та всегда вела себя высокомерно, общаясь лишь с ровней по состоятельности, и многие её недолюбливали. Было бы странно, если бы они сейчас упустили шанс пнуть упавшего.

— Чжайсин, на этот раз мы должны благодарить Чжоу Минъюя, — возбуждённо сказала Чэн Ю. — Он наконец-то сделал что-то полезное!

Сюй Чжайсин:

— …Ну спасибо ему большое.

На самом деле она не хотела раздувать из этого такой скандал. Хоть Сун Янань ей и не нравилась, в её глазах все они были ещё детьми, и ей не хотелось опускаться до их уровня и вступать в детские разборки…

Волосы она ей оттаскала, в драку ввязалась, наказание получила — для неё на этом всё было кончено. Но этот беспокойный Чжоу Минъюй… ах, голова болит.

После звонка одноклассники обступили её, расспрашивая о платье. Кто-то даже попросил принести его в школу, чтобы они могли полюбоваться им вблизи.

Только когда в класс вошёл учитель, все вернулись на свои места.

Учитель, должно быть, тоже видел видео и, войдя, с улыбкой сказал:

— Я слышал, наша ученица Сюй Чжайсин победила в международном конкурсе дизайна. Давайте поздравим её аплодисментами.

Класс разразился бурными овациями. Сюй Чжайсин смутилась.

После этого случая Сюй Чжайсин прославилась на всю школу. Теперь перед любым культурным мероприятием к ней подходили с просьбой помочь с макияжем или причёской.

Сун Янань больше не распускала о ней слухов. В конце концов, теперь, даже если бы она сказала правду, ей бы мало кто поверил.

Единственное, что досаждало Сюй Чжайсин, — это то, что Чжоу Минъюй снова начал её преследовать.

От него было не отвязаться, до смерти надоел. Стоило ей сказать, что у неё уже есть тот, кто ей нравится, как он тут же заявлял:

— Тогда приведи его сюда, покажи мне! Как только он появится, я сразу отступлю!

Сюй Чжайсин:

— …………

Видеться с моим айдолом? Ты достоин?!

Что ж, пусть так. Посмотрим, кто кого пересидит.

Время близилось к летним каникулам. За этот период Сюй Чжайсин получила из Парижа подписанный контракт: бренд «Чаньцзюань» был официально зарегистрирован в их штаб-квартире.

Покровителем организаторов конкурса был господин Фэй, чьи связи, капитал и каналы сбыта охватывали весь мировой мир моды. Стоило ему захотеть, и «Чаньцзюань» мог бы мгновенно ворваться в поле зрения международной индустрии.

После того как Сюй Чжайсин представила господину Фэю концепцию своего бренда и дальнейшие дизайнерские идеи, тот принял окончательное решение: активно продвигать «Чаньцзюань» в сегменте высокой моды, чтобы явить всему миру китайский стиль.

«Чаньцзюань» выбрал путь высокой моды и индивидуального пошива. Победоносный «Фэйтянь» уже стал эксклюзивным изделием мирового масштаба, существующим в единственном экземпляре. Многие звёзды хотели позаимствовать это платье для красной дорожки, но Сюй Чжайсин отказала всем, предоставив его в эксклюзивное пользование Чжао Цзиньцзинь, чем вызвала зависть множества актрис.

Однако и у них был шанс. Бренд вскоре объявил, что дизайнер создаст ещё несколько работ из серии «Фэйтянь»: «Бао Пипа», «Цзинхун» и «Чанхэнгэ», которые также будут выпущены ограниченным тиражом.

Столь высокое позиционирование и мощный старт быстро укрепили положение «Чаньцзюань» в мире моды.

Популярность Чжао Цзиньцзинь после этого события качественно выросла. Она не только стала любимицей мира моды и получила приглашения на съёмки для обложек многих журналов, но и сценарии, которые ей предлагали, наконец-то содержали не роли третьего и четвёртого плана, а полноценные главные и второстепенные роли.

Только за одно лето Чжао Цзиньцзинь поучаствовала в трёх развлекательных шоу и заключила четыре рекламных контракта.

Мечта Сюй Чжайсин о том, как Чжао Цзиньцзинь, словно трудолюбивая пчёлка, зарабатывает для неё деньги, наконец-то осуществилась.

Вскоре отец Сюй получил первые дивиденды от инвестиций в дело Сюй Яня.

В последнее время его дела в сфере недвижимости шли в гору. Хотя прибыли пока не было, от правительства уже просачивались слухи о планах по развитию северной части города, так что перспективы были блестящими.

Получив немалые дивиденды, он захотел вложить их обратно в недвижимость.

Сюй Чжайсин спросила:

— Пап, а как же «Синчэнь»? Ты больше не будешь им заниматься? Это же дело всей твоей жизни, ты вложил в него столько лет.

Какое ему теперь было дело до «Синчэнь»? Он уже планировал через некоторое время распродать активы компании, а на вырученные деньги вместе с друзьями выкупить тот участок земли в западной части города.

Он сказал:

— А зачем им заниматься? Компания и так на грани банкротства.

Сюй Чжайсин:

— …Нет, я думаю, её ещё можно спасти!