Поезд шёл более тридцати часов.

Едва состав прибыл на станцию глубокой ночью, Цэнь Цзяньчжун нетерпеливо выскочил из вагона. Двое человек следовали за ним, наблюдая, как он, расспрашивая дорогу, добрался до стоянки такси и сел в машину.

Дождавшись, пока такси отъедет, один из них позвонил Госпоже.

— Он сел в машину. Похоже, направится прямо в компанию.

Голос Госпожи был спокоен:

— Поняла. Можете уходить. Отдохните дома пару дней и пока не показывайтесь.

Повесив трубку, Сюй Чжайсин встала, собралась и приготовилась ехать в компанию.

Хотя всё было подготовлено, она по-прежнему была напряжена как струна. Когда она уже выходила, внезапно зазвонил телефон, лежавший на обувной полке в прихожей, и от неожиданности она подскочила.

На экране высветилось: «Мой малыш».

Сюй Чжайсин, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу, ответила на звонок. Голос её, как всегда, звучал радостно и звонко:

— Гэгэ!

На том конце, казалось, удивились, что она так быстро ответила. После небольшой паузы он спросил:

— Уже проснулась?

Она кивнула:

— Ага, а что такое?

Голос Цэнь Фэна звучал немного глухо:

— В последнее время… ничего не случилось?

Сердце Сюй Чжайсин ёкнуло, но она сохранила невозмутимый тон:

— Нет, ничего. Гэгэ, что с тобой? Почему ты спрашиваешь?

Он помолчал, а затем тихо произнёс:

— Ничего, просто приснился дурной сон, и я за тебя забеспокоился.

Сердце Сюй Чжайсин растаяло.

Она мягко принялась его успокаивать:

— Сны всегда означают обратное, гэгэ, не бойся! Ты, наверное, очень устаёшь на съёмках? Плохо спишь по ночам? Может, попросить Таоцзы купить тебе успокаивающие благовония? Или хочешь чего-нибудь вкусного? Я скажу, чтобы тебе принесли.

Он усмехнулся:

— Не нужно, у меня здесь всё хорошо.

У Сюй Чжайсин вдруг защипало в глазах. Ей захотелось оказаться рядом с ним и нежно его обнять.

— Гэгэ, не бойся. Ничего плохого не случится, не переживай.

Его голос был тихим и нежным:

— Хорошо. Будь умницей и рассказывай мне, если что-то произойдёт.

Сюй Чжайсин тут же закивала:

— Угу, угу!

Положив трубку, она несколько мгновений стояла неподвижно, и её лицо постепенно становилось ледяным.

Этот подонок… Она любой ценой избавится от него. Сделает так, чтобы он никогда, никогда больше не смел попадаться на глаза её гэгэ.

Когда Сюй Чжайсин подъехала к офису, только-только начало светать. Она прошла в свой кабинет, разобрала кое-какие документы и, дождавшись нужного времени, направилась в комнату видеонаблюдения.

Система безопасности в «Утренней звезде» была на высшем уровне: сотни камер покрывали каждый уголок. Как только Сюй Чжайсин вошла, сотрудник тут же указал ей на один из мониторов, где было видно парадный вход:

— Госпожа, взгляните, это не он?

Наблюдатели уже давно прислали снятые украдкой фотографии Цэнь Цзяньчжуна, так что у охраны они были на руках. К тому же, в такую рань он сидел на корточках у обочины напротив здания компании и жевал булочку — его поведение было настолько подозрительным, что опознать его не составило труда.

Сюй Чжайсин с каменным лицом произнесла:

— Да. Не спугните его. В ближайшие дни просто внимательно следите за ним и немедленно докладывайте о любых странностях.

Охранник кивнул.

Сторож на входе тоже был предупреждён и делал вид, что не замечает Цэнь Цзяньчжуна, слонявшегося у ворот.

Ближе к полудню Сюй Чжайсин в сопровождении нескольких человек вышла через главный вход.

Цэнь Цзяньчжун стоял неподалёку под деревом, делая вид, что читает газету.

Сюй Чжайсин, не глядя по сторонам, подняла руку, посмотрела на часы и произнесла строгим, недовольным тоном:

— Почему машины до сих пор нет?

Ассистент тут же отошёл в сторону, чтобы позвонить.

Цэнь Цзяньчжун услышал его торопливый голос:

— Ты чем там занимаешься?! Почему машина ещё не подъехала? Председатель Сюй уже теряет терпение!

Глаза Цэнь Цзяньчжуна загорелись.

Он просидел здесь несколько часов, но ожидание наконец-то увенчалось успехом.

Прикрываясь газетой, он украдкой разглядывал стоявшую в толпе девушку — молодую, красивую, с тонкими чертами лица и в изысканной одежде. В голове снова прозвучали слова, подслушанные в поезде:

«Не смотри, что молодая девчонка, хватка у неё железная».

И впрямь, вид у неё был властный, а окружающие, казалось, её побаивались.

Вскоре из гаража выехал чёрный «Мерседес». Ассистент распахнул для неё дверь, и вся группа уехала.

Цэнь Цзяньчжун, выследив свою цель, с чувством полного удовлетворения удалился.

Охрана позвонила Сюй Чжайсин:

— Госпожа, тот человек ушёл.

На следующее утро Цэнь Цзяньчжун явился снова.

Сюй Чжайсин, получая отчёты с камер в реальном времени, намеренно проехала мимо него на своём жёлтом спорткаре. Окно было открыто, и Цэнь Цзяньчжун всё отчётливо видел. Он даже встал и долго смотрел на номерной знак уезжающей машины.

Какая роскошная тачка, сразу видно — дорогая.

А само здание «Утренней звезды» — огромное, величественное, сверкающее великолепием. Вся эта махина принадлежит им.

Изначально Цэнь Цзяньчжун планировал попросить всего пятьсот тысяч. Но теперь он передумал.

Раз «Утренняя звезда» так богата, что мешает попросить побольше?

Прождав два дня, на третий, когда жёлтый спорткар Сюй Чжайсин медленно выезжал из ворот, Цэнь Цзяньчжун решительно шагнул вперёд и, пока шлагбаум поднимался, среагировав на номер, постучал в полуоткрытое окно машины.

Стекло опустилось. Сидевшая внутри красивая молодая девушка нахмурилась и посмотрела на него настороженно и нетерпеливо:

— Что вам нужно?

Цэнь Цзяньчжун ухмыльнулся, обнажив жёлтые зубы:

— Здравствуйте, здравствуйте. Вы ведь председатель компании «Утренняя звезда»?

Сюй Чжайсин нахмурилась ещё сильнее:

— А вы кто?

Цэнь Цзяньчжун наклонился, опёршись руками о дверцу машины:

— Председатель Сюй, я хотел бы с вами кое-что обсудить.

Сюй Чжайсин, не скрывая подозрительности, крикнула:

— Охрана!

Охранник уже направлялся к ним.

Цэнь Цзяньчжун изменился в лице и, не став ходить вокруг да около, понизил голос и сказал прямо:

— Председатель Сюй, это касается Цэнь Фэна. Вы уверены, что не хотите выслушать? Если не выслушаете вы, я пойду к журналистам.

Как и ожидалось, при этих словах выражение лица девушки, только что полное нетерпения, резко изменилось. Она смерила его тяжёлым взглядом, словно пытаясь понять, правду ли он говорит.

Охранник уже подошёл:

— Председатель.

Сюй Чжайсин поджала губы, будто размышляя. Через несколько секунд она махнула рукой:

— Всё в порядке, возвращайтесь.

Цэнь Цзяньчжун ухмыльнулся.

Дождавшись, пока охранник отойдёт, он спросил:

— Председатель Сюй, может, сменим обстановку для разговора?

Сюй Чжайсин, нахмурившись, посмотрела на него:

— Садитесь в машину.

Цэнь Цзяньчжун сел на пассажирское сиденье. Сюй Чжайсин молча поехала к тенистой аллее у бокового въезда на территорию компании. Это место всё ещё находилось в зоне действия камер, но, поскольку здесь было одностороннее движение, машин и людей было мало, и обстановка была довольно тихой.

Она остановила машину. Во взгляде всё ещё читалась настороженность, а голос был ледяным:

— Теперь можете говорить? Что вам от меня нужно?

Цэнь Цзяньчжун с улыбкой протянул руку:

— Председатель Сюй, рад знакомству. Я отец Цэнь Фэна, Цэнь Цзяньчжун.

Сюй Чжайсин на мгновение замерла, словно поражённая. Она проигнорировала его протянутую руку и лишь спустя некоторое время спросила:

— Его отец? Разве он не вырос в приюте?

Цэнь Цзяньчжун усмехнулся:

— Стыдно признаться, в молодости натворил дел, пришлось отсидеть больше десяти лет. Вот, только вышел. И сразу же решил найти сына.

Его слова были наполовину правдой, наполовину угрозой, и он был уверен, что председатель Сюй всё поймёт.

И действительно, Сюй Чжайсин посмотрела на него с плохо скрываемой злостью:

— Чего вы хотите?

Цэнь Цзяньчжун рассмеялся:

— А чего я могу хотеть? Просто хочу попросить у сына немного денег на содержание. Дети должны содержать родителей, это святая обязанность. Ничего лишнего, правда?

Сюй Чжайсин холодно усмехнулась:

— Юридически вы с ним больше никак не связаны. Он не обязан вас содержать, и даже если вы подадите в суд, это вам не поможет.

Цэнь Цзяньчжун откинулся на спинку сиденья и улыбнулся:

— Зачем в суд? В суд я не пойду. Если я куда и пойду, так это к журналистам.

Лицо Сюй Чжайсин исказилось от гнева:

— Вы!

Цэнь Цзяньчжун, улыбаясь, посмотрел на неё:

— Председатель Сюй, а вы не хотите спросить, за что я в молодости сидел?

Сюй Чжайсин пошла у него на поводу:

— За что?

Он зловеще улыбнулся:

— За убийство.

Сюй Чжайсин побледнела и инстинктивно отодвинулась к двери машины. Её голос уже не звучал так уверенно:

— Что вы собираетесь делать?

Цэнь Цзяньчжун мрачно произнёс:

— Ни одна знаменитость не захочет, чтобы все знали, что его родной отец — убийца. Неважно, есть у нас юридическая связь или нет, я его родной отец, от этого не открестишься! Сын стал большой звездой, а родной отец надрывается на стройке. Это разве справедливо? Я слышал, председатель Сюй очень опекает моего сына. Так вот, я не буду обращаться к нему. Решите этот вопрос сами.

Сюй Чжайсин процедила сквозь зубы:

— Да что вам нужно?!

Цэнь Цзяньчжун ответил:

— Дайте мне миллион, и считайте, что меня здесь и не было.

Сюй Чжайсин воскликнула:

— Невозможно! Может, вам проще пойти и ограбить кого-нибудь?!

Цэнь Цзяньчжун холодно усмехнулся:

— Миллион для председателя Сюй — сущие копейки. Если вы не согласитесь, я прямо сейчас пойду к журналистам и всё им выложу. Он будет опозорен, а вы лишитесь своей дойной коровы.

Он не забыл добавить:

— Я ведь убийца. Я на всё способен.

Сюй Чжайсин, казалось, была напугана. Её голос дрожал:

— Я дам вам деньги, и вы уйдёте? И больше никогда не вернётесь?

Цэнь Цзяньчжун ответил:

— Конечно. Как только деньги поступят на счёт, я уеду из города Б. Не волнуйтесь, я человек слова, не буду болтать лишнего, получив деньги.

Спустя долгую паузу Сюй Чжайсин стиснула зубы и произнесла:

— Хорошо. Давайте номер счёта, я сейчас же переведу. И немедленно убирайтесь!

Цэнь Цзяньчжун просиял и тут же протянул ей заранее подготовленный номер банковской карты.

Сюй Чжайсин перевела деньги на месте.

Вскоре на телефон Цэнь Цзяньчжуна пришло уведомление из банка о поступлении средств.

Увидев миллион на своём счету, он так разволновался, что его дыхание стало прерывистым. Он повернулся, бросил глубокий взгляд на Сюй Чжайсин, парализованную страхом, и, улыбнувшись, снова обнажил жёлтые зубы:

— Председатель Сюй — человек дела. Что ж, до свидания?

Сюй Чжайсин отвернулась, не удостоив его ответом.

Цэнь Цзяньчжун вылез из машины и пошёл прочь, едва не подпрыгивая от радости.

Спустя некоторое время зазвонил телефон. Это была охрана:

— Госпожа, он поймал такси и уехал.

На лице Сюй Чжайсин уже не было и следа прежнего ужаса. Она спокойно спросила: